Сказка для аранкара

- Пришла и оторвала голову нам чумачечая весна!.. Ичиго мысленно взвыл: и кто сказал этому человеку, что он умеет петь? Тело было абсолютно ватным и отказывалось слушаться, руки и ноги казались чужими, глаза не открывались - хуже Ичиго себя ощущал только после первой тренировки с Урахарой, но тогда это было оправдано, а сейчас... - И от любви схожу я с ума, - голос тем временем неумолимо приближался. - Чумачечая весна, чумачечааая... Ой! Ичиго героически разлепил веки и осмотрел еще мутным взглядом плывущую реальность; пол под ногами не ощущался. - Ты кто? - испуганно заверещал обладатель фальшивого фальцета, и Ичиго пришлось сфокусироваться на объекте своей утренней ненависти. Сквозь хаотичное качание свихнувшегося мира прорвались копна рыжих волос и огромные серые глаза. - Ты кто? - Уже более уверенно спросило серо-рыжее пятно. - Временно исполняющий обязанности шинигами Куросаки Ичиго, - на автомате пробормотал парень и глубоко вздохнул - изображение перестало качаться и плыть. Радости это особой не принесло, потому что Ичиго стал понимать, что кто-то из них двоих - либо он, либо мир - точно рехнулся: вместо привычных серых казарм, вокруг простиралось бесконечное поле, а на хорошо протоптанной дорожке стояла Орихиме с чьим-то занпакто в руках. - Иноуэ?! - Ичиго поерзал, окончательно приходя в себя, и понял, что висит. Причем неудобно так, за шкирку. - Иноуэ? - Девочка похлопала глазами и оглянулась. - Это вы ко мне обращаетесь? - Ну, конечно, к тебе, - в ногу что-то кольнуло, и Ичиго изогнулся в попытке почесаться. Безуспешно. - Но меня зовут Элли. Попытки почесаться резко оказались отложены до лучших времен. Ичиго удивленно уставился на подругу, но девочка не оставила времени на расспросы: - Меня зовут Элли, я из Канзаса. Живу со своей тетушкой и собачкой Тотошкой. Ой, а где он? Тотошка! Тотошка!!! Ичиго хотел было возмутиться подобной неуместной шутке, но тут из леса выскочило рыжее нечто и прыгнуло на Орихиме. Та радостно завизжала и принялась гладить нечто по длинной лоснящейся шерстке. У Ичиго от ужаса аж глаз задергался. Вместе с глазом задергался и остальной Ичиго: - К-капитан Комамура? Нечто обернулось, сползло с хозяйки и удивленно воззрилось на парня. - А это мой Тотошка, - радостно возвестила Орихиме и почесала питомца за ушком. Комамура довольно тявкнул. У Ичиго встали дыбом волосы даже там, где волос в принципе не должно было быть. - Тотошка? - Ага, я вам про него говорила. Из-за ужасного урагана злой колдуньи наш фургончик попал в страну Оз. К сожаленью, потом он случайно убил злую колдунью, - девочка пустила слезу, - зато теперь у нас есть вот это, - она потрясла в воздухе мечом. - Добрые люди сказали нам, что это поможет нам дойти до Гудвина, - весьма убедительно тявкнул импровизированный Тотошка. Ичиго недоуменно смотрел на рассказчиков - похоже, оба верили в то, что говорили. Если так, то смысла спорить не было никакого: что значит мнение одного здорового человека против мнений двух не совсем здоровых? - Допустим, - Ичиго снова поерзал, из хакама посыпалась... солома?! - И что вы дальше собираетесь делать? - Мы идет к доброму волшебнику Гудвину, который живет в Изумрудном городе. Он поможет нам вернуться домой. Добрый человек Зараки сказал нам идти по мощеной дороге из желтого камня. Пойдете с нами? Путевод-Зараки? Такого и врагу не пожелаешь. Добрый человек Зараки?! Мама родная, я хочу обратно в пузо! Ичиго мысленно застонал, но все же бодро кивнул. О том, что мощеная дорога была скорее тропинкой, на которой валялись огромные песчаные валуны, парень тактично промолчал. - Только вы помогите мне слезть отсюда! - Конечно! - Девочка радостно хлопнула в ладоши. - Тотошка, что мы можем сделать? Тотошка недоуменно пожал плечами... а потом разбежался и с ходу врезался в хлипкий шест. Ичиго взмахнул руками, аки пташка самобытная, взлетел и приземлился прямо на мягкого пушистого... ээ, капитана Тотошку. Тот довольно заурчал. Ичиго быстро с него слез: мало ли что, Комамуру ж наверняка не прививали. - Ну что, идем? - Орихиме стояла рядом и разглядывала нового путника с неподдельным восторгом. Да, некоторые вещи ни при каких обстоятельствах не меняются! - Ага, сейчас, - Ичиго принялся в спешном порядке вытряхивать из-под формы солому. И кто сказал, что стог в штанах это весело? Когда с самокопанием было покончено, Ичиго потуже затянул пояса и кивнул. Ну, в путь так в путь! Хуже уже не будет. Солнце светило жарко, поэтому часа через полтора Ичиго уже еле ноги переставлял. А Орихиме вон ничего, топает себе бодренько, словно полжизни по пустыне путешествовала. А, ну да... - Ин... Элли, - девочка обернулась на голос и улыбнулась. - В порядке бреда, как звали колдунью, на которую твой фургончик упал? Орихиме на секунду задумалась, а потом старательно произнесла по слогам: - У-но-на... Нет. У-хо-на... Ха-на-у... У-но-ха-на. Да, вот! Ичиго устало вздохнул. Ладно, хоть что-то не поменялось. Так, стоп. Орихиме, живущая в одном фургончике с Комамурой, убила этим самым фургончиком Унохану, забрала ее занпакто и теперь направляется к какому-то Гудвину? Чего?!! Углубиться в невеселые мысли ему не позволил до зубовного скрежета знакомый голос, напевающий: - А я рожден железным... "Вот это штырит Бьякую", - обрадовался Ичиго. - Я мог бы стать полезным... "Ну, это вряд ли". - Да только не хватает сердечной теплоты... "Или ее нет совсем". Тем временем дорога, гордо именуемая мощеной, вывела путников к берегу реки, и перед глазами предстало удивительное зрелище: капитан Кучики стоял по колено в воде и рубил Сенбонзакурой камыши, напевая при этом странную детскую песенку. Косоде блестело на солнце, словно было не тряпичным, а металлическим. Подождте-ка... Увидев трех путешественников, мужчина замер. - Здравствуйте, добрый человек! - закричала Орихиме с берега. Бьякуя нахмурился, но кивнул в ответ. - А не знаете ли вы, как нам пройти к великому Гудвину? - Кто вы такие? - Кучики опустил меч и теперь просто стоял по колено в воде. - Я Элли, вот это мой песик Тотошка, а это... - Орихиме замялась и вопросительно посмотрела на Ичиго. - Испол... в смысле Ичиго. Просто Ичиго, - не стал он называть фамилию во избежание очередной порции Куросаки-кунов. - Чтож, я покажу вам дорогу, - Бьякуя сделал шаг к берегу и замер. - Но если только вы возьмете меня с собой. - Конечно! - девочка радостно хлопнула в ладошки. - Выходите к нам. - Не могу. У меня болят мышцы и суставы, - почти пожаловался он. - Ой, это мы быстро сейчас исправим, - Орихиме достала из подола какой-то тюбик - "Фастум-гель", мельком заметил Куросаки - и бросила мужчине. Через полчаса они уже вчетвером шли по тропинке и весело разговаривали. Точнее, разговаривала одна Орихиме, Комамура иногда утвердительно тявкал, Бьякуя отвечал на задаваемые вопросы (когда успевал), а Ичиго пытался понять, кто больше всех сбрендил во всей этой истории. - ...и мы идем к Великому Гудвину, чтобы он отправил нас домой, - весело закончила свой рассказ девочка. - А вам зачем к волшебнику, господин дровосек? "Дровосек?" - Ичиго нахмурился. Кажется, он что-то пропустил. - А я бы хотел попросить у Гудвина сердце, - начал Бьякуя. - Не хочу больше быть бессердечным. "Раньше его это не смущало, - хмыкнул парень. - Лучше б бабу попросил". - А ты за чем идешь, Ичиго? - Да, я... Кой-какую информацию получить хочу, - промямлил он. Глаза его спутников удивленно расширились (на лице Бьякуи это смотрелось особенно феерично). - Ну, уже вечереет, - неловко прервала затянувшуюся паузу Орихиме. - Пора спать ложиться. Мы с Тотошкой... Тотошка? Тотошка! Ближайшие кусты опасно зашевелились. Девочка ойкнула и спряталась за спину Ичиго. "Вот это мышечная память!" - почти восхитился тот. Из кустов донесся громкий рык, и на троих путников вывалился большой волосатый... Гриммджоу?! - Тяв-тяв! - Выскочил вслед за ним Комамура и отчаянно залаял, припадая на передние лапы. Джагерджак, не долго думая, подскочил, спрятался за спиной прифигевшего Бьякуи и мелко задрожал. - Тотошка, Тотошка, успокойся! - Орихиме прыгнула на шею своему песику и уткнулась носом в мягкую шерстку. - Как я за тебя испугалась! Ичиго фыркнул: бояться за такого бугая? А что ему будет-то? - А ты что еще такое? - Бьякуя ткнул носком голубой дрожащий комок у своих ног. - Отвечай. Комок зашевелился и явил миру усатую перепуганную вусмерть мордашку. - Я, - на мордашке состроилось самодовольное выражение, - лев. Комамура тихо рыкнул, и мордочка снова спряталась между лапами. - Какой-то ты трусливый, лев, - недоуменно возвестила Орихиме. Ичиго только пожал плечами - нифига себе трусливый! Если бы на него вывалился тявкающий Комамура, то ему хакама не только стряхивать - стирать бы пришлось. Орихиме тем временем слезла с мохнатой шеи и присела возле Гриммджоу, ласково погладила: - Ты не волнуйся, львы тоже трусливыми бывают. Я Элли, а это мой песик Тотошка. Мы идем к мудрому волшебнику, пойдем с нами. Аранкар благодарно зафырчал и потерся щекой о руку. - А что, попрошу у Гудвина храбрости - и то дело, - Гриммджоу перестал бояться и вытянулся во все свои два мохнатых метра. - Меня зовут Трусливый Лев. - Железный дровосек, - ни мало не смущаясь бредовости звучащего, представился Бьякуя. Гриммджоу перевел взгляд на Ичиго и улыбнулся во все морду: - Страшила! - На себя посмотри! - Обиделся Ичиго и повернулся ко всем остальным. - Он что, с нами пойдет? Он же аранкар! - Это лев, - возмутилась Орихиме. Ичиго подошел к бывшему сопернику и ткнул пальцем в пушистую гриву: - То есть то, что этот лев голубой, вас не смущает? Бьякуя, Орихиме и Комамура покачали головой. Гриммджоу изловчился и лизнул парня в ладонь. - Ками-сама! - Ичиго отдернул руку. - Ты видел, я сделал все, что мог! Следующее утро встретило путников новым солнцепеком и тихим шуршанием: кто-то что-то старательно закапывал. Через некоторое время оттуда вывалился сонный и недовольный Гриммджоу: - Тотошка, предупреждать надо! - Обиженно рыкнул он и потряс задней лапой. - Хоть бы закопал! Комамура грозно фыркнул, и все недовольство как ветром сдуло. Из-за деревьев вышел Бьякуя с охапкой дров. Остальные удивленно воззрились на него. - Не спрашивайте ничего, - мужчина сложил дрова возле упомянутых кустов и выпрямился. - Просто привычка. - Принюхался. - Фу, Тотошка, вам должно быть стыдно. Комамура виновато завилял хвостом. Часа три все шло просто прекрасно: Орихиме с Гриммджоу весело болтали, Комамура вертелся под ногами, Бьякуя внимательно слушал, Ичиго думал, где же он так провинился, что на его голову свалилось вот это. Он уже начал думать, что это Юзу его прокляла за то, что он в последнее время редко обедал дома, когда из-за очередного валуна выскочил Омаеда в драных хакама и без косоде, зато с ложкой и вилкой. - Я злой и страшный людоед! - Завопил он абсолютно дурным голосом. Гриммджоу и Орихиме с одинаковыми визгами спрятались за Ичиго. - Ага, страшно? - Омаеда широко улыбнулся. - Боишься меня, Люда?! - Я Элли! - Мужественно пискнула девочка из-за спины Куросаки. Улыбка быстро сползла с широкого лица. - Тьфу ты, а чего орешь тогда просто так?! Я же ЛЮДАед и каких-то там Элли не ем. - Омаеда перевел взгляд на Гриммджоу. - А ты кто? - Я лев! - Столь же храбро пропищал тот. - Лев Люда? - Нет. - Ну воот, - жалобно протянул людоед. - Только радуют зря! И залез обратно за валун. Ичиго, находящий в крайней степени офигевания от столь душещипательного диалога, отвис только через пару минут: помог Орихиме подняться и незаметно дал Гриммджоу пинка, чтоб не зазнавался. - Так, а это маковое поле, - Бьякуя окинул взглядом бесконечное алое море, простирающееся впереди. - Главное, не уснуть: мак обладает снотворным эффектом. Рядом раздалось громкое чавканье. - Лев, - голосом фрекен Бок начала Орихиме, - а ну-ка выплюнь! Я кому сказала! Ичиго устало потер виски - это Гриммджоу, балбес высшего уровня. Жаль, что остальные этого не помнили. Нести сонную тушку Джагерджака оказалось делом крайне не простым: тот постоянно брыкался, ворочался, а потом и вовсе пустил слюни на косоде Ичиго и захрапел. А парень никак не мог взять в толк, почему все эти фиг пойми сколько килограммов свалились именно на него. - Стоять! Все дружно затормозили; лев шлепнулся на пыльную тропинку. Поднялось облако песка и пыли. Протерев глаза и откашлявшись, Ичиго во все глаза уставился на нового старого знакомого. - Именем ее превосходительства Бастинды, я арестовываю вас! - возвестил Ренджи и выставил вперед Забимару в состоянии шикая. - Чего? - Ичиго аж икнул от удивления. - Ренджи, ты совсем сдурел? Тот вылупился во все глаза, замахнулся мечом и закричал: - Король летучих обезьян призывает тебя! Забимару стал увеличиваться в размерах, в воздух взметнулась костяная морда. Последнее, что слышал Ичиго, был скрежет сочлений банкая, визг Орихиме и храп Гриммджоу. А потом все потемнело. - Ну и зачем ты их притащил? - Ты же сказала привести их тебе! - Я сказала привести только Его. А остальных я не заказывала. - Они случайно зацепились. Два голоса - женский и мужской - бесцеремонно вырывали из приятной полудремы. Ичиго разлепил одно веко. Подумал. Разлепил второе. - Ты могла нормально сказать, кто из них тебе нужен?! - Ренджи уже почти кричал, нависая над Рукией. - А что, так непонятно?! - Рукия хоть и была меньше, но орала не менее грозно. - Я что, похожа на любительницу львов? Или собак? - На любительницу кроликов-уродов ты тоже не сильно похожа. Ой! - Ренджи потер скулу, куда секунду назад прилетел крошечный кулачок. - Не смей называть моего Чаппи уродом. Он, между прочим, волшебный! - Вы тут, вообще-то, людям спать мешаете, - недовольно заворчал Ичиго. - Идите ругаться в другое место. Заметив, что один из пленников очнулся, Рукия приосанилась. На лице Ренджи появилось почтительное выражение. - Что ты себе позволяешь, пугало? - Безупречно ледяным голосом спросила Рукия и грозно сверкнула огромными глазами. Ичиго длинно выдохнул. Подруга всегда была несахарной, а уж получив власть... Кстати, а кто она в этом дурдоме? - А кто ты вообще такая? - Не долго думая, озвучил он последнюю мысль. Рукия распрямилась, и Ичиго почти с детской радостью понял, что сейчас будет шоу. - Двадцать девятая правительница Сиреневого замка, обладательница снежного меча, а также просто умница и красавица, мое светейшество Бастинда, - и девушка церемонно поклонилась. Ичиго честно старался не заржать, но когда увидел, какое лицо состроил в момент пламенной речи Ренджи, не выдержал и расхохотался. Рукия горделиво вскинула подбородок и вытянула ладошку вперед: - Хадо номер четыре Бьякурай! Ичиго в последний момент успел отпрыгнуть; залп снес какую-то непонятную муть, висевшую на стенке, и выбил решетку на окне. На лице Ренджи появилось благоговейное выражение - этот охламон никогда не славился успехами в кидо, поэтому чужое исполнение приводило его в дичайший восторг. - Я сказала что-то смешное, страшила? - девушка с явным удовольствием обзывала бывшего друга. - Ой-ой-ой! - донеслось из темного угла. Ичиго обернулся. Орихиме с Гриммджоу крепко обнимали друг друга и синхронно дрожали. Рядом скалился Комамура. Бьякуя безучастно смотрел на творящийся бардак. - Ага! - Рукия с почти безумным восторгом разглядывала проснувшегося брата. - Железный Дровосек, ты-то мне и нужен. Ичиго бы упал, если б не сидел. Нет, он, конечно, догадывался, что в аристократических головах водятся тараканы особо крупных размеров, но не с целую голову же! - Что тебе опять от меня нужно, Бастинда, - если бы Бьякуя не упомянул чужеродное имя, Ичиго бы поверил, что перед ним прежний капитан Кучики. В доспехах. - Мы, кажется, уже все обсудили. - Нет, не все! Ты уничтожил мой ледяной меч, а потом исчез. Это называется предательством! - Я так не считаю. - А хотите, мы вам взамен вон ту мохнатую фигню подарим? - Ичиго ткнул пальцем в аранкара. Тот поднял перепуганный взгляд и стал дрожать еще сильнее - складывалось полное впечатление, что он скакал на отбойном молотке и, если бы не крепкая хватка Орихиме, ускакал бы куда-нибудь в сторону Лапландии. - Мне нужен мой меч. Верните мне его. - Ты же понимаешь, что это невозможно. Ичиго заткнул уши и почувствовал, что сейчас кого-нибудь убьет. Хотя, бы Бьякую. А что, он давно ему не нравился. - Подождите, подождите, госпожа ведьма с ледяным мечом, - Орихиме вырвалась из цепких объятий Гриммджоу - тот продолжил дрожать в одиночку - и нерешительно шагнула вперед. - Разрешите мне взамен вашего старого меча предложить вам вот этот, - и Орихиме протянула замершей в ожидании Рукие занпакто Уноханы. - Но мой был ледяной, - девушка недоверчиво переводила взгляд с меча на Орихиме и обратно. - А этот может делать вот так, - Ичиго выхватил занпакто из рук Иноуэ, несколько раз взмахнул и уже собирался продемонстрировать несколько ката, как ножны соскочили с лезвия и врезались в стену прямо над головой Ренджи. - Уии! - Завопила Рукия, выхватила меч у ошарашенного Ичиго и унеслась из зала. Через пару секунд из-за угла показалось ее восхищенное личико. - Всем спасибо, все свободны. Ренджи, проводи гостей. Тот смог только завороженно кивнуть. Лететь на банкае Абарая было неудобно - как на бревне верхом скакать: жестко, опасно, и копчик постоянно обо что-то больно бьется. Еще и Гриммджоу мешал: вцепился когтями в отвороты косоде и истошно орал, когда его пытались от них оторвать. Ичиго в который раз напомнил себе по возвращению в нормальный мир устроить этой косматой падле прочистку мозгов с вероятностью прочистки чего-нибудь еще. Попасть в замок Гудвина оказалось делом и вовсе простым: огромный изумрудный замок стоял на отшибе, а хурмовый сад образовывал большую указательную стрелку. Ну или фигу - смотря с какой стороны посмотреть. Приземлившись, Забимару позволил пассажирам сойти, после чего вновь поднялся в воздух и мгновенно скрылся из виду, махнув на прощание костяным хвостом. Залы в замке оказались огромными и абсолютно пустыми - если крикнуть что-нибудь нецензурное, эхо возвращало фразу с утроенной силой. Обычно в челюсть. Гриммджоу попробовал. Трижды. Центральная зала выделялась среди прочих: над большоц изумрудной дверью висела огромная табличка, гласившая "Великий и Ужасный Гудвин рад видеть вас, смертные". Двери распахнулись сами, открывая взгляду необычайной величины залу, напоминавшую школьный спортзал своими размерами и пустотой. - Рад приветствовать вас здесь, друзья мои! - Раздался громовой голос, и вся компания вздрогнула. А Гриммджоу так и вовсе в обморок хлопнулся. - Здравствуйте, о мудрый Гудвин, - первая отошла от шока Орихиме. - Мы пришли просить твоей помощи. - Да, Элли, я слушаю тебя. - Мы с Тотошкой очень хотим вернуться в Канзас, к тете. Правда, Тотошка? Комамура оглушительно рявкнул, показывая всю серьезность своего намерения. - Я бы хотел получить сердце. Настоящее, живое. - А мне бы хоть чуток храбрости, - простонал Гриммджоу и снова отключился. - Ээ, - замялся Ичиго. - Пока пас. - Ха... в смысле хм, я подумаю, что можно... Ай! Не толкайся! Ой! Стой, стой! Держи его! Раздался громкий треск и из ниши вывалился растрепанный Гин. Позади маячил возмущенный Заэль. - О великий Гудвин! - Хором воскликнули Орихиме, Комамура, Бьякуя и Гриммджоу. Гин, все еще немного ошарашенный своим падением, выпрямился и величественно кивнул. - Ичимару?! - Выдал шокированный в край Ичиго и инстиктивно потянулся к мечу. Загецу на месте не оказалось. Гин заметно спал с лица и сделал шаг назад: - Я на секундочку, друзья мои. И сиганул обратно в нишу. Пространство качалось и закручивалось в многоцветную спираль, но Гин уверенно шагал вперед, ступая только по зеленому. Впереди замаячил белый свет. - Айзен-сама, я так больше не могу! - нарочито плаксиво начал он и огляделся. Эспада, почти в полном составе, сидела за столом и умирала со смеху. Айзен, сидящий во главе стола скромно посмеивался в кулак. - Потерпи, Гин. Сказку надо довести до конца. - Но почему я? И почему Куросаки все помнит?! - Ну, он же не пил чай, любезно приготовленный Иноуэ-сан, а сил моего занпакто не хватит для искажения не только реальности, но и воспоминаний. А тут вот так совпало. Да ты и сам знаешь. - Знаю, - недовольно буркнул Гин и отвернулся. Эспада громыхнула новым приступом смеха: на большом, во всю стену, экране высветилось, как Гриммджоу трется мордой о ногу Ичиго. - Улькиорра, - отсмеявшись, позвал Айзен, - что там у нас дальше по сюжету? - Сейчас, Айзен-сама, - Улькиорра быстро перелистнул большую книгу на несколько страниц назад и провел пальцем по строчкам. - Великий и ужасный Гудвин помогает существам обрести то, что они хотели больше всего: Страшиле он вшивает мозги, Железному Дровосеку вставляет сердце, а Трусливому Льву приносит напиток храбрости. - Замечательно! - Немного приободрившись, воскликнул Гин. - Могу на Гриммджоу стакан чая вылить. Сойдет? - А потом, - продолжил Улькиорра. - Элли возвращается назад к своей тете. Айзен оглядел вмиг притихшую Эспаду: - Ну, и кто хочет быть тетей? Желающих не нашлось. Это Гриммджоу, бездельник, сегодня так удачно опоздал на собрание - остальным подобного позора не хотелось. - Слушайте, Ичимару-сан, ну и пыльно у вас тут! - Заэль, ругаясь и чихая, выскочил, наконец, из цветного коридора. - Айзен-сама, я, конечно, уважаю ваш банкай, но все же... А что это вы так странно на меня все смотрите? Гин с Айзеном переглянулись и двинулись навстречу очередной жертве искусства. Сказка продолжалась.