Элизиум 2176

«Господи-господи-я-не-хочу-умирать-мама-господи-как-страшно,» — все эти мысли скороговоркой проносились в голове Джейн Шепард, двадцать два года, пока она скакала по рытвинам и кочкам, отчаянно ища окоп, холмик или яму. Лицо заливала кровь — осколком гранаты ей рассекло лоб и переносицу, дыхание сбилось. Кровь заливалась в нос и рот, Шепард задыхалась.

Скиллианский предел — непростой регион. Обострение конфликта, возможны трудности. Нет. С ней ничего такого случится не может. Побудут там пару дней — да и все. Все. Плохое всегда только с посторонними происходит. Только.

Мимо пробежала пара солдат — запекшаяся кровь на бледных лицах казалась особенно яркой.
— Стойте! Ваши звания, бойцы!
Они что-то ответили — сквозь звон в ушах Шепард не смогла их услышать.
— Руки в ноги и бегом — туда! — она махнула рукой себе за спину. В трехстах метрах виднелось здание научного комплекса, корпус Б, — СЕЙЧАС!
Кивнув, солдаты исчезли у нее за спиной — и из ее сознания. Линию фронта пришлось отодвинуть — не в их пользу, и корпус Б оставался последним более или менее закрытым от обстрела сверху местом.
Рухнув в куст какой-то местной травы, Шепард мучительно тяжело достала из-за спины снайперскую винтовку — как тянула руки она сейчас — и прильнула к прицелу.
Раскаленная солнцем трава пахла тяжело, дурманила голову. Шепард задыхалась.
Спустя, казалось, вечность, она заметила — еле уловимое, почти несуществующее движение на холме напротив. Палец привычно лег на спусковой крючок, женщина глубоко вдохнула пряный дурман и затаила дыхание.
Оно. Почти забытое ощущение из детства, как из глотки настырно стучит, царапает горло приступ кашля.
«Только не сейчас, не сейчас не сейчас не...»
Перед мысленным взором Джейн пронеслось видение — ей десять, она заходится натужным кашлем, почти без возможности вдохнуть, а Ханна Шепард рядом, гладит ее по голове, ее руки пахнут лавандой и дешевым кремом, а микстура — чем-то горьким, пряным...

Череп батарианского снайпера живописно разлетелся, заляпав землю вокруг его чрезвычайно удобного лежбища. Он снял отсюда, поди, десяток двуглазых ублюдков даже не почесавшись.
Напротив, где-то метрах в семистах, лежит, блюет и рыдает Джейн Шепард, двадцать два года.
Она задыхается.