14. Встреча с убийцей
20 июля 2023 г. в 16:08
Машина припарковалась напротив дома Мин Юнги, и Чимин тихо выдохнул, боясь выйти на улицу. Обернулся, проверяя нет ли слежки, после чего закусил губу и хрустнул указательным пальцем на руке. Хисын наблюдал за братом и ничего не говорил. Он чувствовал его волнение, но поддержать в данном случае ничем не мог.
Решившись, Чимин вышел из автомобиля и хлопнул дверью. Направился к дому, слыша, как двоюродный брат идёт за ним. Пару раз постучался в дверь и отошёл, уже ожидая чего угодно. Отец мог знать, что Пак решит навестить друга, попросить у него помощи. Сейчас любой из банды мог быть в доме вместе с Юнги и убить Чимина ещё до того, как тот успеет поговорить с другом. Вариантов расклада событий была масса, но дверь открыл взъерошенный после сна Шуга, и Паку стало чуть легче.
— Чимин-щи, — вскинул Мин брови, а потом взглянул на Хисына. — Кто это?
— Мой брат, — еле заметно улыбнулся Чимин, видя своего друга в целости и сохранности.
— Заходите, — Юнги раскрыл дверь, запуская гостей в дом. — Проходите на кухню. Вы завтракали?
Хисын послушно пошёл на кухню, а вот Чимин остановился, уставившись на Юнги. Тот запер дверь, и Пак после этого прильнул к плечу друга, крепко его обняв. Когда друзья были в одной банде — виделись каждый день. Сейчас же встречаются настолько редко, что Пак стал забывать, как Мин улыбается.
После объятий парни прошли на кухню, где Хисын успел уже сесть за стол. Чимин сел рядом с братом, а Юнги напротив. Ему так никто и не озвучил желание позавтракать, и Мин принял молчание знаком отказа. Он лишь поставил кипятиться чайник, на случай, если разговор будет долгим.
— Как твои дела? — первым заговорил за столом Шуга. — Плечо болит?
— Уже меньше, — улыбнувшись, кивнул Пак.
За столом царила странная атмосфера. Лучшие друзья, которые раньше разговаривали обо всём на свете, сейчас не могли подобрать слов, чтобы вести диалог. Все проблемы с бандой, Чимином и Лиёном дали о себе знать. Парни бы хотели обсудить что-то помимо этой грёбанной проблемной банды, но вряд ли у них получится, пока вся эта суматоха не закончится.
— Ты же знаешь зачем я приехал? — спросил Чимин, посмотрев другу в глаза.
— Ага, — руки Юнги дрожали, и он положил их на колени, чтобы никто не увидел его слабость. — Для меня лидером банды навсегда останешься ты, и подчиняюсь я только тебе.
— Лиёну не обязательно об этом знать, — усмехнулся Пак.
— Он и не знает. Я очень качественный лицемер.
— Кроме тебя кто-то ещё вспоминает обо мне? — Чимин словно боялся услышать отрицательный ответ, поэтому опустил глаза.
— Все из наших друзей, — успокоил его Шуга. — Сокджин сказал, что если ты захочешь вернуть себе банду — он поможет. Чонгук тоже упоминал, что всегда будет на твоей стороне. Кто ещё тебя интересует? Хосок? Он ничего не говорит, так же как и Тэхён, но с новым лидером они разговаривают сквозь зубы. Намджун вообще ушёл из банды. Сказал, что вернётся, если всё наладится, и мы оба понимаем, о чём он говорил.
— Боюсь, что не смогу оправдать ваших ожиданий, — с грустью усмехнулся Пак. — Раньше я чувствовал свою силу, но оказалось, что слишком легко прижать меня к стенке. Лиён сильнее меня, и я не чувствую своего превосходства. С таким же успехом он снова может заказать мне снайпера, который на этот раз не промахнётся мимо сердца.
— Замолчи, — еле сдержался Юнги, чтобы не закрыть себе уши. — Зачем ты приехал? Хочешь вернуть себе банду или настроить себя на плохой финал?
— Первое. Появилась ещё одна проблема.
— Какая? — Мин вздохнул, готовясь к плохим новостям.
— Чеён.
— В чём заключается проблема?
— Из-за неё я стал слабее. Теперь я боюсь не за себя, а за неё и её жизнь. Я должен её защищать, но в данных условиях сделать это почти невозможно. Ей столько пришлось пережить со мной.
Юнги перевёл взгляд на Хисына. Он не был знаком с двоюродным братом Чимина, но знал, что раньше Чеён была за ним замужем. Её не устраивал этот брак, и Шуга бы хотел напомнить об этом Чимину, но при Хисыне не стал. Вновь посмотрел на расстроенного друга и прикусил губу, напоминая себе о хорошем поведении. Нельзя было говорить ничего лишнего, ведь Юнги пока не понимал отношения между братьями.
— Про Чеён, — негромко сказал Мин, чем привлёк внимание Чимина. — Могу я тебе кое-что рассказать?
— О моей жене? — растерявшись, спросил Пак.
Парень был в недоумении. Он не понимал, откуда Шуга мог знать хоть что-то о Чеён, и даже немного боялся узнать эту информацию.
— Да, — кивнул Юнги. — Наедине.
После этих слов Мин вышел из-за стола и направился в коридор. Чимин немного помедлил, но всё же последовал за ним. Дождавшись друга, Юнги закрыл дверь на кухню и подошёл к лестнице, чтобы увеличить расстояние между ними и чужими ушами, что могли подслушать разговор. Чимин растерянно пошёл за ним, не понимая, к чему такая скрытность, но перечить не стал — делал как нужно. Остановился, скрестив на груди руки, словно закрывая себя от информации, которая может ранить.
— Я это от Лиёна узнал, — негромко начал Шуга. — Когда твой отец только вышел из тюрьмы, он дал Чеён что-то типа снотворных, которые она должна была подсыпать тебе в чай. Лиён планировал, что ты пролежишь в отключке несколько часов, а он за это время присвоит себе банду. Он угрожал Чеён на случай, если она откажется подсыпать тебе снотворное.
— И что? — голос Чимина предательски дрогнул.
— Помнишь, она потеряла сознание на дне рождении Тэхёна? Чеён сама выпила снотворное и не предала тебя.
Чимин раскрыл рот. Он глупо хлопал глазами, будто стараясь прийти в себя. Сделать это оказалось намного сложнее, чем ожидалось. Он лишь через пару минут осознал, что его челюсть отвисла, после чего сомкнул рот. Стал размеренно дышать через нос, пытаясь не думать о том, как от злости хотелось разнести весь дом и убить Лиёна.
— Даже не знаю, гордиться своей женой или переживать, ведь из-за меня её жизнь снова была под угрозой.
— Это был её осознанный выбор, — хлопнул Юнги друга по плечу.
— Я могу отлучиться? — поинтересовался Чимин, доставая из кармана телефон. — Хочу позвонить Чеён, чтобы узнать, что всё в порядке.
Мин кивнул, а Пак отошёл на пару шагов и стал набирать номер жены. Приложил телефон к уху и долго ждал ответа. Когда волнение начало брать верх, Чимин уже подумал, что с Чеён что-то случилось, однако кто-то снял трубку. Через динамик Пак услышал чьё-то тяжёлое дыхание, а потом крик незнакомого женского голоса:
— Чимин! Срочно приезжай! Твоя жена сошла с ума! Она зарезала человека, а теперь пытается убить меня!
— Вы кто? — грозным голосом спросил Чимин. — Отдайте телефон Чеён.
— Она хочет убить меня! — вновь закричала женщина. — Скорее приезжай!
— Никуда не поеду, пока не услышу жену.
Женщина на конце провода выругалась, после чего, судя по всему, сунула телефон в руки Чеён, потому что Чимин услышал непонятные шуршания и возню. Голос услышал не сразу. Чеён взяла телефон, но не могла сказать ни слова то ли от стыда, то ли от страха. Она рвано дышала в трубку, часто всхлипывая и шмыгая носом.
— Чеён? — спросил Чимин и почувствовал, как сжалось сердце от страха.
— Чимин, — прошептала девушка дрожащим голосом. — Здесь всё в крови.
— Блять, — зажмурил глаза парень, слегка надавив на веки. — Где ты? Я сейчас приеду.
— У мамы, — таким же тихим, едва слышным, голосом сказала Чеён. — Хисын знает адрес. Пожалуйста, приезжай быстрее.
Девушка сбросила вызов, а Чимин так и остался стоять с выпученными глазами и открытым ртом. Он посмотрел на Юнги. Тот тоже был взволнован, и Пак понял, что друг слышал разговор. Парень сразу влетел на кухню, раскрывая дверь.
— Отвези меня к матери Чеён, — сказал Чимин брату и пошёл на выход из дома.
Шуга побежал следом, а Хисын с непониманием на лице неторопливо поплёлся за парнями. Он хотел узнать, что случилось, но лишь быстрее сел за руль и повёз Чимина и Юнги в дом семьи Чеён. Дорога была недолгой, но для волнующегося Чимина оказалась целой вечностью. Он ёрзал на сидении, пытаясь вновь дозвониться до жены, но та уже не отвечала. Шуга настоятельно рекомендовал не переживать, иначе будет только хуже. Но Пак не мог послушаться. Его душил страх за свою жену, и парень винил себя, что не взял Чеён с собой.
Автомобиль ещё не успел припарковаться, когда Чимин уже выскочил из машины и побежал в дом. Распахнул дверь и оказался в прихожей, совмещённой с гостиной, на полу которой были кровавые следы. Парень пошатнулся, набирая в лёгкие воздух. Стал осматриваться и увидел женщину в углу комнаты. Она показала пальцем на кухню, не проронив ни звука. Чимин сразу направился в указанную комнату, пока в дом вбежали Юнги и Хисын.
Пак заглянул на кухню. На полу сидела его жена. На её руках и ногах была кровь, одежда перемазана. Она смотрела в одну точку, сжимая в руках испачканный кровью нож.
Чимин сделал несколько медленных шагов, а потом замер, встретившись с глазами Чеён. Увидев мужа, девушка сразу скуксилась и заплакала. Пак сел рядом с ней на колени, вынимая из напряжённой руки нож. Пальцы были сжаты так сильно, что Чимину пришлось приложить усилия, чтобы вытащить рукоять холодного оружия.
— Тише, тише, — прошептал парень, крепко прижимая рыдающую жену к тебе.
— Он бы убил меня, — Чеён вся тряслась. — Я защищалась.
— Верю, — кивнул Чимин, хотя сам даже не знал, что произошло. — Сейчас нужно успокоиться.
На кухню зашёл Юнги, и Пак спиной почувствовал присутствие друга. Кивнув, позволил ему сообщить обстановку в доме.
— На втором этаже труп, — объявил Шуга спокойным голосом, ведь понимал, что если тоже будет волноваться — ни к чему хорошему это не приведёт. — Это Со Дуонг — один из охранников Лиёна.
— Я убила его, — прохрипела Чеён, вновь закатившись в истерическом плаче.
— Ты сама ранена? — отстранился от жены Чимин, ощупывая её тело и проверяя целостность.
— Пожалуйста, поверь мне, — девушка схватилась за кофту мужа. — Он хотел убить меня.
— Я тебе верю, — Чимин погладил жену по щеке. — Юнги, — позвал друга парень. — Сделай что-нибудь с трупом, пожалуйста. Мне нужно увезти Чеён.
Шуга кивнул и вышел с кухни. Чимин помог жене встать, после чего вывел её в прихожую и махнул рукой Хисыну, прося отвезти домой. Брат всё понял и рванул к машине. Чимин усадил Чеён на заднее сидение и сел рядом, не выпуская плачущую жену из поля зрения. Она тряслась, словно лист на ветру, боялась поднимать глаза и рыдала без остановки, уже заикаясь и дёргаясь. По дороге до дома Хисына она так и не успокоилась.
Как только парень подвёз родственников до дома, Чимин помог жене вылезти, после чего уставился на Хисына.
— Хотел в нашу банду? — решил уточнить Пак.
— Да, — кивнул Хисын.
— Тогда поезжай обратно и помоги Юнги.
— Понял-принял.
Автомобиль сразу уехал, а Чимин повёл девушку в дом. Она уже перестала плакать, лишь только дёргалась и икала после истерики. Пак дал ей попить, после чего завёл в душевую. Помог залезть в ванную и стал снимать с жены кровавую кофту, потом майку и джинсы. Она осталась только в черном в нижнем белье, дотронуться до которого Чимин не решился, боясь напугать Чеён ещё сильнее. Он взял душевую лейку, настроил чуть тёплую воду и направил струю на жену. Та растерянно захлопала глазами, стоя под напором воды в нижнем белье, но не сказала ни слова.
— Возьми гель для душа, — посоветовал Чимин, наблюдая за жалкими попытками смыть кровь с рук.
Чеён последовала совету и стала тщательно мыться. Пока она мылилась, парень перестал лить на неё воду, но как только девушка закончила, вновь направил струю на стройное тело, что уже не было измазано кровью.
— Волосы тоже испачканы, — заметил Пак, направив душевую лейку на голову жены. — Возьми шампунь.
Девушка послушно взяла мужской шампунь — ведь это был единственный в доме Хисына. Намылила голову, а потом закрыла глаза, когда Чимин стал направлять одной рукой воду ей на волосы, а второй массировать голову. Как только вся пена была смыта, Пак дал жене полотенце и вышел, ожидая, когда из нижнего белья она переоденется в белый махровый халат и выйдет и душевой. Она сделала эти действия не так быстро, но Чимин и не думал её торопить.
Проводил в комнату и помог сесть на кровать. Девушка была сама не своя. Она не произнесла ни слова после истерики, больше не лезла к Чимину обниматься и перестала реагировать на его слова. Её лицо не выражало никаких эмоций, и для Чимина это оказалось намного страшнее, чем когда Чеён просто плакала.
— Поговори со мной, — попросил Пак, поцеловав жене руку. — Расскажи, что случилось. Я тебе поверю, можешь не переживать.
Чеён опустила взгляд. Она прикрыла заплаканные глаза и отрицательно мотнула головой. Чимин не понял, на что именно жена так ответила.
— Ну же, Чеён, — Чимин провёл рукой по волосам жены. — Я смогу помочь, только если буду знать причины произошедшего.
— Мама, — охрипшим голосом сказала Чеён. — Она позвонила и сказала, что ей угрожают.
Чимин облегчённо выдохнул. Он уже боялся, что жена потеряла голос или не хочет разговаривать с ним.
— Когда я приехала, оказалось, что никто ей не угрожал. С мамой всё было хорошо, а вот меня поджидали. Перед тем как встретить этого… мужчину… я взяла нож для защиты. Он хотел столкнуть меня со второго этажа, а когда не получилось, начал бить, — Чеён опять заплакала. — Я несколько раз пырнула этого мужчину, чтобы защититься. Он умер у меня на глазах. Не могу поверить, что лишила человека жизни…
— У тебя не было выбора.
— Меня посадят в тюрьму, да?
— Нет, — еле заметно улыбнулся Чимин.
— Такого не бывает, — с грустью опустила взгляд Чеён.
— Полиция не связывается с бандами в Сеуле.
— Но мы ведь не в банде, — девушка нервно засмеялась, несмотря на то, что всё ещё плакала.
— Скоро банда снова будет наша, не переживай.
— Ты ведь не разведёшься со мной, если меня посадят в тюрьму?
— Нет, — засмеялся Чимин. — Я никогда с тобой не разведусь.
Девушка кивнула, но всё ещё не верила. Она не могла смириться с фактом, что её руки теперь испачканы чужой кровью. Чеён держала нож и втыкала в мужчину, пока тот не рухнул на пол. Она своими руками убила человека. Отняла жизнь. Разве такие люди не попадают в ад? Разве они не обречены на вечные муки и страдания? Неужели настолько просто взять и забрать жизнь человека, который только сегодня утром ел, ходил и разговаривал? Убить того, у кого наверняка была семья, дети или любимая жена. Оборвать жизнь человека и навсегда испортить её семье убитого.
Поверить в содеянное Чеён не могла. Да она даже бабочек никогда не ловила, чтобы, не дай Бог, не повредить крылышки. Как она могла убить кого-то? Вот так просто взять и воткнуть острый нож в живую плоть? Делать это снова и снова, пока человек не падёт замертво? Пак даже в фильмах на таких моментах глаза зажмуривала, а тут, мать твою, реальная жизнь.
В попытках хоть немного успокоиться, Чеён зажмурила глаза, но как только сделала это, перед глазами вновь повисла картина произошедшего. Кровавый нож в руке, мёртвое тело на полу и лужа багровой жидкости, растекающейся по всему коридору. Всё это было похоже на страшный сон, вот только Пак почему-то до сих пор не проснулась. Она даже ущипнула себя за ногу, но только заплакала от безысходности и осознания, что всё это происходит в реальности.
— Мама предала меня, — опустила девушка взгляд.
— Такое бывает, — кивнул Чимин, поглаживая жену по спине. — Близкие люди предают, и от этого очень больно.
Чеён повернулась к мужу, внимательно осматривая его черты лица. Чимин сразу замолчал, переведя всё внимание на жену, из глаз которой полились слезинки. Пак вытер их большими пальцами, пока Чеён пыталась задать вопрос, ответ на который её мог ранить. Она закусила губу, но взгляд не отвела. Слёзы предательски продолжали стекать по лицу, но Пак не обращала на них никакого внимания.
— Ты ведь не предашь меня? — край губ покосился. Девушка еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться.
— Конечно нет, — не раздумывая, ответил Чимин, обнимая жену. — Я никогда бы так с тобой не поступил.
— Что теперь будет с человеком, которого я… — Чеён запнулась. — Которого я убила?
— Тебе не нужно этого знать. Юнги разберётся с ним.
В дверь дома постучались. Девушка взвизгнула, закрывая лицо руками. Она была уверена, что за ней уже пришли, что сейчас её арестуют и даже не позволят сказать ничего в своё оправдание. Или ещё хуже — убьют, за то, что посмела тронуть кого-то из банды Лиёна. Причин волноваться было слишком много, но лицо Чимина не дрогнуло. Он пытался держать себя спокойно, несмотря на то, что внутри у него всё вверх дном перевернулось.
Оставил жену в спальне, а сам спустился на первый этаж и подошёл к двери. Взглянул в глазок и увидел Сокджина, который вновь постучался в дверь из-за долгого ожидания. Моментально открыл замок двери и впустил друга, с которым не виделся с тех пор, как потерял банду.
— Юнги сказал, что ты здесь, — без приветствий зашёл Джин, оглядываясь и направляясь на кухню.
— Что ещё он сказал? — решил сразу узнать Чимин, направляясь за другом.
— Всё, — Ким остановился посреди кухни. — Я знаю, что сделала твоя жена.
Чимин неожиданно затрясся. Он держал себя стойко, но только до того момента, когда начинали говорить про Чеён. Её он боялся потерять сильнее всех, и слыша о жене хоть что-то, Пак автоматически представлял, как его предают и отбирают самое дорогое, что у него есть. Даже лучшим друзьям Чимин теперь не доверял, поэтому смотрел на Сокджина с холодом, словно готовясь получить пулю в лоб прямо сейчас.
— Эта история не закончится, пока ты не убьёшь Лиёна, — продолжил Джин. — Ты это прекрасно понимаешь.
— Я так не могу, — отрицательно мотнул головой Чимин. — Нужно придумать какой-то план, чтобы свергнуть его или упечь обратно за решётку.
— Либо ты действуешь прямо сейчас, либо будь готов в следующий раз встретиться со своей женой и друзьями на соседних могилах.
Пак чуть не задохнулся от таких слов, а потом уставился на руку Сокджина. Она плавно переместилась за пояс, вытаскивая пистолет и аккуратно укладывая его на стол.
— Зачем? — только и решился спросить Чимин.
— Это твой план для захвата банды, — спокойно ответил Джин, хотя сам чуть сознание не терял от страха. — Здесь шесть пуль. Если ты такой же меткий, как и раньше, одна из этих пуль должна оказаться у твоего отца между глаз. Завтра он соберёт совещание, на котором будет решать, как с тобой расправиться. В нашем бандитском логове в 19:00. Не опоздай, брат.
Чимин не мог отвести взгляда от пистолета, лишь нервно моргая и то закрывая, то открывая рот. Услышал позади себя шаги и сразу же обернулся, закрывая пистолет своим телом. Взял ствол в руку и сунул за пояс штанов, встречая заплаканную Чеён улыбкой. Девушка с непониманием уставилась на гостя, заправляя взъерошенные мокрые волосы за уши. Сокджин поклонился в знак приветствия, и Чеён сделала то же самое.
— Джису просила передать тебе кое-что, — Ким достал из кармана свёрнутый листок бумаги и протянул Чеён.
Девушка приняла его, не понимая, что внутри. Быстро развернула и бегло прочитала строчки. На глаза стали наворачиваться слёзы, и Пак прикрыла рукой лицо, надеясь, что это поможет не выглядеть такой жалкой. Джису написала ей слова поддержки, и Чеён была ей за это безмерно благодарна.