Принц и Дракон.

Все было предельно просто. Драконов никто не может победить кроме доблестных рыцарей, а значит, пока я милостив, Шизуо не умрет. А так как мне с ним весело, то и убивать я его не стану. По крайней мере пока. Хотя меня часто раздражало, что все с ним идет не по сценарию. Ведь не может принц выбрать вместо принцессы дракона? И не могут быть ладони чудовища, рушащего «города», такими мягкими и теплыми, когда он думает что я без сознания. Когда он аккуратно поднимает меня на руки и лицо у него будто он вот-вот заплачет, а мне можно подглядывать и запоминать, потому что он не смотрит на мои приоткрытые веки. Словно боится опустить взгляд, хмурится, кусает губу, и так аккуратно держит меня, что все желание объявить о себе как-то пропадает. И он всегда нес меня по переулкам, так чтобы никто не увидел, не узнал о нашей тайне, в которой принц разрешает дракону держать себя на руках как леди. В которой, на последок, чудовище позволяет себе провести по черным волосам, и даже заглянуть в лицо. Вздохнуть и уйти прочь, чтобы при следующей встрече снова стать сильным и ненавидящим драконом. Что бы со временем мне тоже захотелось прикоснуться к его высветленным волосам. Они, наверное, очень мягкие и тонкие; будут сами, потоком золота, высыпаться из моих ладоней, а дракон будет улыбаться принцу так, словно ничего и не было. Разрешать гладить себя по щеке, по уязвимой, но сильной шее, и может даже разрешит попробовать вкус не своей крови, которую я слизывал с ножа не раз, а своей солнечной кожи. И мы будем сидеть друг напротив друга, и переплетать пальцы. Дракон и принц. Человек и чудовище. Словно они могут жить вечно, долго и счастливо, на веки веков. Я бы даже поверил. Если бы не тот сон. Там сияющего и почему то спокойного дракона пронзает копьё. Пришедшее не по моей воле, поэтому я могу только не понимающе смотреть и пытаться закрыть рану руками, а под нами в твоей крови захлебываются целые деревни и города. Ты улыбаешься мне, так как я всегда хотел увидеть. Твои глаза теплые и совсем не такие одинокие, как когда ты прячешь их за фиолетовыми стеклами очков. Твои руки мягкие, не смотря ни на что, и ты зарываешься ими в мои волосы, гладишь по лицу, стираешь воды морей с моих щек, и светишься как будто от счастья. А я как дурак, зажимаю твое сердце руками, и чувствую, как оно бьется все медленнее, как под нашими ногами в рубиновой жидкости тонут уже целые страны. В них гибнут так любимые мною люди, но мне все равно. Я рыдаю в голос, смотря в твои счастливые глаза цвета карамели, слышу твой неразборчивый успокаивающий шепот, и уже даже представить не могу сколько крови пролилось сквозь мои судорожно сжимающиеся пальцы. А монстр засыпает, продолжая улыбаться как ребенок, и положив свою голову на колени принца. А его величество тихо смеётся, давясь соленой водой океанов, топит пальцы в едва теплом золоте, окрашивая его в вишневый, и понимает, что в погоне за драконом он так и не найдет своей принцессы, потому что он не сможет уйти от спящего дракона. Даже если знает, что он больше не проснется никогда. Спросонья тяжело дышать, и сердце словно сошло с ума: так и норовит сломать мне ребра, превратив их в белый порошок. Который был бы дороже героина и небесной пыли. И я бы наверно тут же помчался выискивать тебя по запаху, если бы был в нашем городе. Но я далеко, отсюда бежать слишком долго, а билет на железную птицу только завтра. Но ничего ты ведь подождешь, всегда ждал, я же знаю. С тобой все всегда идет не по сценарию. Поэтому когда я возвращаюсь в город, пропитанный родными запахами, я не чувствую твоего. Набираю Шинре, и наш взбалмошный лекарь говорит мне, что ты и впрямь крепко спишь. Диктует мне адрес, где тебя искать и я оправляюсь проведать своего дракона, чтобы снова спросить, где он прячет мою принцессу и получить за его голову пол Икебукоро и мешки трофеев. Монстрам многие желают смерти. И видимо их мечты сбываются. Потому что мое чудовище лежит в белом царстве. Там где инеем покрыты все поверхности, вместо запахов цветов - хлорка, а пение птиц заменил писк приборов, замедляющий реальность и сбивающий временные рамки. И в отличие от моего сна ты не улыбаешься. Может потому что под твоей головой холодная белая подушка, а не теплые колени принца, или может потому что ты чувствуешь вину, ведь раны на тебе оставил не я. И почему-то только сейчас до меня доходит Шинрино: «Сходи, попрощайся». И голова идет кругом, и глаза открываются так широко, что я не понимаю, как они еще не покинули мои глазницы, перекатываясь по белому полу и загадочно поблескивая радужками. А еще я не чувствую ног, но иду. Ближе к моей «спящей красавице», опуская руки в волосы и приглаживая пряди, проводя пальцами по заклеенным пластырями щекам, нежно поглаживая синяки, и собираясь с духом. Чтобы хоть раз сделать все по сценарию. Закрыть глаза и наклониться ближе к лицу, чтобы пробудить тебя поцелуем, со вкусом лекарств и засохшей крови, и понять, почему не учуял твой запах сразу. Он стал так слаб, практически не различим, но я чувствую. Прижимаюсь плотнее и чувствую. Просыпайся, Кай, я растоплю плен королевы. Ты станешь принцем, а я для тебя стану принцессой. Мы вместе уничтожим всех, кто будет называть тебя чудовищем, машиной для убийств, воплощением насилия. Ты только открой глаза, мой дракон. Поступи хоть раз по сюжету, где пройдя через страдания, мы будем жить долго и счастливо. Где твое сердце не остановится, а раствор соли с водой не будет литься из моих глаз, затапливая твое лицо, пропитывая бинты, разъедая нашу кожу. Где на монотонный писк зеленной прямой линии не сбежится куча стражников в халатах, выгоняя меня от тебя, заставляя придумывать самому, как твои губы вот-вот растянутся в теплой улыбке. В самом нежном оскале. Который, увы, не сохранится на тебе, когда тебя примет в свои объятья огонь. Который я мечтал бы нарисовать, но не сумею. Я бы создал духи с твоим запахом и залил бы ими Икебукоро, чтобы вечно гадать за каким поворотом ты мне встретишься. Чтобы никогда не вспоминать, что все, что осталось от дракона, поместилось в не слишком-то большую вазу, наполненную пеплом. Я бы спел о тебе, но не хочу, чтобы слышали другие. Увековечил бы твой образ, но не один мрамор не простоит так же долго как моя память. А значит, я просто буду ждать, когда драконы снова возродятся, и тогда именно я буду тем принцем, который спасет тебя от принцессы.