Часы

-Ну? -Да, я сейчас!— Ловино достал из кармана часы и передал их брату. -Спасибо!— Феличиано выхватил часы и, не смотря под ноги, спотыкаясь, помчался к Германии. -Вот идиот,— недовольно проворчал Романо и снова свернулся калачиком возле спящего Испании. Венециано бежал по дороге, прижимая к себе часы, боясь их выронить потерять, ведь это последнее воспоминание о нем прежнем. Забавно что когда он уходил от Австрии то единственной вещью так понадобившейся ему ни с того ни с сего стали именно часы некогда принадлежавшие Св. Римской Империи. Он помнит, как ворчал он тогда, но все же поддался на совместные уговоры его и Венгрии. Он первое время вечно таскал собой не отпуская, но со временем они перекочевали в карман к Романо… Как так вышло они уже оба не помнят, но и сильно не зависели от того есть они или нет, дел было много ведь теперь они стали самостоятельными. А теперь почему-то вспомнилось, и Венециано тут же примчался за своей собственностью. Ловино ворчал, но все же вернул их. А вот и цель, ради которой он потащился в такую рань к Испании – Германия сидел на улице в кресле и читал утреннюю газету. Италия хотел подойти незаметно и устроить сюрприз, но Людвиг уже успел привыкнуть к таким его шуточкам и уже был наготове. -Ве~! -Доброе утро, Италия! -Ты что совсем не испугался, Людвиг? -С чего бы? Это только ты у нас можешь бояться собственной тени,— подметил Германия, но заметив тут же погрустневшее лицо друга, сменил гнев на милость.— Ладно, ты меня немного удивил. -Правда!— Италия снова засиял, хотя и понимал что слова Людвига откровенная ложь.— А я тут кое-что принес. Не взглянешь. -Принес? И что же это? -Дойцу, это очень важная вещь (пусть и пролежала долгое время у брата),— он протянул руку и положил часы на стол перед Германией. Людвиг отложил газету и аккуратно взял часы в руки. -Интересная вещь. Антиквариат,— размышлял он вслух, осматривая их.— Откуда у тебя такие? -Ну, я их у Австрии забрал. -У Австрии? Неужели случилось чудо?— Германия проживший с ним некоторое время был удивлен. -Ну, я взял их уже очень давно, еще, когда уходил из его дома. Людвиг сдвинул брови и задумался. Он, конечно, учил историю и был в курсе этого, но представить было ему очень сложно. -Тебе наверно тогда тяжело пришлось? -Э… Дай подумать. Хм, наверно поначалу было тяжело, но меня всегда поддерживала Венгрия. И вместе нам всегда было весело, особенно когда Родерих играл на пиано,— Италия снова заулыбался и сел на траву рядом с креслом Людвига. -А зачем ты забрал у него часы?— практичному немцу казалось это бессмысленным. -Это принадлежало моему другу детства,— осторожно произнес он. -Помнится, ты что-то такое рассказывал,— Германия зарумянился, вспоминая свои неудачные, даже очень, ухаживания за Варгасом.— Он наверно был тебе очень дорог. -Угу, можно и так сказать. Он, как и ты постоянно заботился обо мне. Хотя тогда не надо было завязывать мне шнурки,— Италия усмехнулся. -Значит это его вещь?— Феличиано кивнул и повернул голову в строну.— Тогда береги ее,— он протянул часы обратно, но тот даже не пошевелился. -Знаешь Людвиг,— его лицо вдруг стало необычайно серьезным,— меня давно терзает совесть. -За что? -За то, что так и не сдержал обещание дождаться его и что не смог вернуть ему эти часы. Мне всегда казалось, что я как бы украл их у него, что если бы не мой каприз взять их он, может быть, и вернулся бы,— на его глазах начали наворачиваться слезы. -Фели-чиано… -Но что-то мне подсказывает, что если я отдам их тебе, то смогу сдержать обещание,— он повернул лицо к Германии и сквозь слезы уже начала пробиваться его прежняя улыбка. -Я не понимаю?— Людвиг, как и прежде, сидел с протянутой рукой и не мог пошевелиться. -Послушай их тиканье, он говорил, что это его успокаивает,— Италии встал на ноги и насильно приложил его руку с часами к уху.— Слышишь? Людвиг прикрыл глаза, вслушиваясь в мерное тиканье механизма, и действительно волнение и тревога, возникшие минуту назад, стали отступать, и даже на мгновение он провалился в сон. -Ты прав,— ответил он, открыв глаза, и тут же столкнулся с взглядом Венециано. -Дойцу, прости, но я больше так не могу,— он наклонился и коснулся своими губами его мягких губ. -Ф…Ф…Феличиано,— прошептал он когда Италия прервал поцелуй. Варгас несколько секунд просто смотрел ему в глаза в надежде, что в нем все-таки проснутся воспоминания, но снова ничего не вышло. -Прости,— Глаза тут же заволокли слезы, и он больше не в силах оставаться развернулся и более или менее уверенным шагом направился к выходу. Германия несколько секунд тормозил, потом облизал губы и тут его осенило. -А платье тебе идет больше!— крикнул он в последний момент вдогонку. Венециано так и застыл, покраснев до кончиков ушей. Он слышал шелест травы за спиной и шаги Германии, но боялся пошевелиться, ведь через какое-то мгновение это может оказаться сном. Германия повернул его лицом к себе. -Спасибо что сберег их для меня,— обнял его, крепче сжимая в кулак теперь вдвойне драгоценные часы. Ведь они не только вернули его этому беспомощному, но очень сильному в сердце существу, но и привели к нему. -У меня сохранилось платье,— прошептал под нос Италия, но Германия услышал его. -Тогда чего мы ждем?