/ Книга фанфиков / Фэндомы / Книги / Толстой Л.Н. «Война и мир» /  
 

Встреча Болконского и Дуба

Автор: rikki-mikki

Фэндом: Толстой Л.Н. «Война и мир»
Основные персонажи: Андрей Болконский

Пэйринг или персонажи: Андрей Болконский/Дуб

Рейтинг: PG-13
Жанры: Философия, Эксперимент, Стёб
Предупреждения: OOC, Кинк
Размер: Мини, 2 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Понравилось читателям:
+72
 


Награды от читателей:
Пока нет
Описание:
О чем умолчал Толстой во время встречи Болконского с Дубом.

Публикация на других ресурсах:
Можно, только с указанием автора и прислав мне ссылку.

Примечания автора:
Интерес Болконского к старому дубу показался мне очень подозрительным) В фанфике использованы отрывки непосредственно из самого произведения.

P.S.
"Одинакие" - это не ошибка, у многоуважаемого Льва Николаевича написано именно так.
Эта работа добавлена в сборников (Весь список)


Размер шрифта: 80% 100% 130% 150%
Ширина текстового блока:
На краю дороги стоял дуб. Вероятно в десять раз старше берез, составлявших лес, он был в десять раз толще и в два раза выше каждой березы. Это был огромный в два обхвата дуб с обломанными, давно видно, суками и с обломанной корой, заросшей старыми болячками. С огромными своими неуклюжими, несимметрично-растопыренными, корявыми руками и пальцами, он старым, сердитым и презрительным уродом стоял между улыбающимися березами. Только он один не хотел подчиняться обаянию весны и не хотел видеть ни весны, ни солнца.
"Весна, и любовь, и счастие!" - как будто говорил этот дуб, - "и как не надоест вам всё один и тот же глупый и бессмысленный обман. Всё одно и то же, и всё обман! Нет ни весны, ни солнца, ни счастия. Вон смотрите, сидят задавленные мертвые ели, всегда одинакие, и вон и я растопырил свои обломанные, ободранные пальцы, где ни выросли они - из спины, из боков; как выросли - так и стою, и не верю вашим надеждам и обманам".

Князь Андрей приказал остановить карету и затем вышел из нее.
- Иди, распряги лошадь, дай ей отдохнуть, - сказал Андрей кучеру. Он почувствовал вдруг, как необходимо ему побыть наедине с этим дубом, и, прежде всего, побыть наедине с собой, со своими мыслями, чтоб никто не мешал его размышлениям.
Кучер и лакей беспрекословно повиновались барину и отъехали на ближайший луг.
Князь Андрей осторожно подошел к дубу, провел рукой по его шершавой нагретой солнцем коре. Теперь, вблизи, Болконский в полной мере смог прочувствовать все то, чему дуб являлся олицетворением.
«Весна, любовь, женщины…кому все это нужно? Никому! Есть только иллюзия бытия, все так напрасно и так нелепо!» - со злостью подумал Болконский и оперся рукой на дуб, «Все, что говорил мне Пьер – вздор, чепуха, бред! Но он был так уверен в своих словах…» Андрей в задумчивости как бы обнял дуб взглядом, «Но, может быть, он все-таки прав? Бог действительно наблюдает за нами, любит нас и считает, что все его творения созданы для счастия на этой грешной земле? Но какое может быть счастие для этого дуба?! Когда - то он был молодым здоровым деревом, и все эти березы завидовали бушующей его зелени. Но что ж сейчас? Этот забытый, никому не нужный старик… и это мое будущее? И это будущее всех нас?» Андрей снова вспомнил уверенность, которая так и струилась во взгляде Пьера, «Нет, я должен дать шанс… черт, я ведь хочу чтоб Пьер оказался прав, но как это доказать, прежде всего, мне самому?»
Андрей задумчивым взглядом прошелся по всем сучкам и веткам этого дуба, и тут его озарило, он понял, что может провести некий эксперимент, который позволил бы ему проверить правдивость слов Пьера. Князю просто жизненно необходимо было в этом убедиться.
Андрей осмотрелся, проверил, не вернулись ли кучер с лакеем, но, внезапно, он почувствовал, как стыд начал жечь его сердце, ему вдруг стало стыдно того, что он собирался делать. Но упорство Болконского оказалось сильнее всех прочих чувств. Андрей решительно нагнулся к замеченному им ранее небольшому дуплу и опасливо засунул туда пальцы, проверяя, нет ли в нем белок или каких-нибудь других мелких грызунов. На счастье Болконского, дупло оказалось абсолютно нежилым, и князь, по-прежнему стыдливо озираясь, задрал полы камзола, спустил панталоны и принялся за дело.
«Боже, что же я делаю?! Это немыслимо! - думал про себя князь Андрей, интенсивно двигая тазом – Но останавливаться поздно!»
Прикрыв глаза, Болконский представил, что перед ним вовсе не старый ссохшийся дуб, а его молодая жена, которая в такие мгновения мало чем от него отличалась.
Покончив со своим грязным, богопротивным деянием, князь нежно провел по морщинистой коре дерева правой рукой, прислонился к дубу лбом и с горечью прошептал:
- Прости меня, не смог я… Ты, как и я… Прости… - повторил Андрей, надел панталоны и окликнул кучера.
Князь Андрей несколько раз оглянулся на этот дуб, проезжая по лесу, как будто он чего-то ждал от него. Цветы и трава были и под дубом, но он всё так же, хмурясь, неподвижно, уродливо и упорно, стоял посреди их.
"Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, думал князь Андрей, пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем жизнь, - наша жизнь кончена!" Целый новый ряд мыслей безнадежных, но грустно-приятных в связи с этим дубом, возник в душе князя Андрея. Во время этого путешествия он как будто вновь обдумал всю свою жизнь, и пришел к тому же прежнему успокоительному и безнадежному заключению, что ему начинать ничего было не надо, что он должен доживать свою жизнь, не делая зла, не тревожась и ничего не желая.

Добавлено: 12 июля 2012, 12:41
Чтобы не вводить эти слова каждый раз, можно зарегистрироваться на сайте.
Никакого флуда!
В отзывах разрешается обсуждать только вышенаписанную работу.