Содомия.

Странно, что завод, оставленный на произвол судьбы лет двадцать назад, остался почти нетронутым. Отчасти меня это мало волновало. Вот уже несколько лет во мне бурлило желание прийти на это злосчастное место и воплотить все свои планы. Изводить молоденьких мальчиков, какая сладость. Все мои попытки были в раз предотвращены этой чертовой психиатрической помощью. Пробыть в лечебнице полтора года! Они не понимают, что я не сумасшедший. Боюсь признать, что их антидепрессанты и разного рода медикаменты притупили мою восприимчивость к человеческим чувствам. Сегодня, можно сказать, я вышел на свободу. Глоток свежего воздуха словно заставил все мои органы работать с новой силой. Я прекрасно понимал, что в этот раз всё получится. Плевать каким будет исход, о нем я вообще не думал. Впервые был рад, что когда я был свободен, то не терял время. Благодаря этому в моей квартире, расположенной недалеко от завода, находилось всё самое нужное. Но это далеко не главное. Ведь все мои мысли были погружены в него. В человека, о котором я не имел никакого представления. Человека? Хах. Я его еще так называю. Молоденькая шлюха. Сладкий мальчик. От таких ядовитых слов мое желание увеличивалось в несколько раз, в несколько сотен раз. Отыскивая в своей квартире разного рода вибраторы, я то и дело натыкался на стальные наручники с засохшей спермой, анальные шарики с давно забытыми пятнами крови и разноцветные стимуляторы. Цитадель разврата. Эта мысль заставила меня расхохотаться самым жутким смехом. Спустя несколько дней всё было готово. Я работал быстро, в каком-то бреду, иногда сам не понимал, что делаю, но потом всё мгновенно менялось, и я уже нагло радовался своим успехам. В этот день жуткая лихорадка охватила тело. Покрываясь мелкой дрожью, и порывами оказываясь в забытье, я бегом собрал небольшую багажную сумку с предметами удовлетворения и, как ошалелый, выбежал на улицу. Летний вечер был в самом разгаре. Я остановился, скользя глазами вокруг. - Люди, какие вы все ничтожные, посмотрите на ваши возможности. Разве вам действительно нравится ваша эта однообразная жизнь? Вы лишь жалкие муравьи в этом мире… а я… а я ли не такой же? – опустив голову вниз и задаваясь риторическим вопросом, я понял, как твержу это вслух. Мгновенная тоска сжала мозг, будто на меня обрушилось все мое прошлое. Врачи, уколы, таблетки, иглы, дыхательные трубки, капельницы, ножницы, обритая голова, отсутствие сознания, резкие толчки и... одиночество. Кадры пеленой расстилались перед глазами. Забывшись, я резко сплюнул на неприметный асфальт и двинулся дальше. В какие-то мгновения мне казалось, что я действую не по своей воле. Вновь смеясь этим мыслям, я добрался до завода, который стал моим вторым домом. Хотя понятие слово «дом», в моем случае совсем не имеет того смысла, который люди заложили в него изначально. Почти разрушенное здание, состоящее из четырех отсеков, выглядело устрашающе. Я зашел в самый первый отсек и кинул сумку в сторону. Сооружение из досок было готово: к бетонной стене горизонталью привинчены две доски, одна находилась вверху, другая у самого низа, так, чтобы руки и ноги человека были привязаны. На эти доски прибил еще доски длиннее, крест-накрест, чтобы спина была закреплена, но зад при этом мог двигаться, и оборудованные средства фиксаций конечностей. Это было до ужаса заманчиво. Мыслями я умирал, образы пролетали в моей голове, я слетал с катушек. У меня встал. Я выбежал на улицу, по телу все еще шла сильная дрожь, я ждал. Выкурив пару безвкусных сигарет, меня начинало распирать от невезения и раздражения. Никого не было, кроме проходящих мимо неинтересующих меня баб и престарелых мужиков. Начинало смеркаться. Вновь зайдя в отсек, я включил два фонаря - какой прекрасный вид. Внезапно я глухо услышал мальчишеский голос. Можно было сказать, что мне показалось, но голос раздался вновь. Выбежав из здания, я увидел его. В летней темноте все еще можно было разглядеть эти белокурые волосы, счастливый вид, худощавое телосложение. Он с кем-то оживленно разговаривал по телефону. Хищно улыбнувшись жертве и не на шутку обрадовавшись своему огромному везению, я двинулся вслед за этим парнем. Нагнав его, нужно было незамедлительно действовать. - Парень, эй, стой, – я изобразил взволнованный и перепуганный голос. - Да, э-э, что? Вы что-то хотели? – блондин развернулся, и мне представилось его лицо. Пропорциональные черты лица, бесконечно глубокие глаза, острые скулы. Член предательски сочился, а мне нужно было ждать. Сегодня выйдут все мои соки. - Понимаешь, я тут гулял с собакой, а она случайно забралась в этот завод, я не успел добежать и похоже камень придавил ей лапу. Ты не мог бы помочь мне его отодвинуть? – сделав озабоченное лицо, я не отрывался от его глаз, хотя понимал, как абсурдно это звучит. - Да, конечно. Пойдемте. А все было легче, чем я думал. Находясь в этом тумане лжи, я увидел, как он быстро спрятал телефон в свой карман, и мы пошли. Капля волнения присутствовала, но желание владело мной сполна. Не успел я одуматься, как мы зашли в сам завод. Яркие фонари производили жуткие тени, похожие на страшных зверей. - Гд-де мы? Что эт… Ему было не дано договорить. Я резко заломил малышу ручки, смеясь про себя его беспомощности, но он вдруг зарыпался на меня. Секундные действия, все происходило слишком быстро. - Какой славный, – вновь разразившись смехом, я почувствовал жесткое сопротивление. Неожиданно он ударил мне в живот, так что к горлу подошел поток крови. Это послужило сигнальным толчком. - Сука, не смей меня пинать, – от былого настроения не осталось и следа, во мне вскипела ярость. Так происходило всегда. Из крайности в крайность. Немедленно сделав захват сзади, с точностью рассчитав расстояние до креста, я резко нагнул его и ударил локтем по позвоночнику, заставляя пару штук позвонков хрустнуть. Не теряя времени, я вжал его в крест, моментально фиксируя руки, следом манжетами для лодыжек я скрепил его хрупкие ноги, при этом скинув ботинки. И вот он: беззащитный парень висел на сооружении и безумными глазами смотрел на меня. Не понимал я лишь одного: почему он не орет? - Что ты собрался со мной делать?! Отпусти сейчас же меня, ненормальный! – парень разразился криком, какая-то замедленная у него реакция. Усмехнувшись, я спокойно прошел к сумке и расстегнул ее. Немного порывшись, я нашел коричневый кляп с приличным размером шарика. Он еще у меня поплачет. Быстро подойдя к парню, я вгляделся в его лицо. Признать, что оно красиво я мог с легкостью. У меня никогда не было такого лица. Ничего такого. Его отчаянный всхлип вывел меня из мимолетных раздумий. Я применил силу и надел на него утонченный кляп, но он приноровился и резко своими крепкими зубами укусил меня за палец. Неожиданная реакция. И в этот момент я хлестанул его по лицу ладонью, оставляя жгучий красный след, так что даже моя рука начала ныть. Зацепив кляп, он начал сопротивляться всем телом и мычать. Пора было бы уже понять, что от меня он никуда не денется. Буквально клочками сдирая его одежду, я громко смеялся. Заметив дикий взгляд моего блондина, я еще больше расхохотался. Глаза метались из стороны в сторону. Казалось, он начинает понимать, что я буду с ним делать. Постепенно я осознавал, что скоро будет последняя капля, и я окончательно сорвусь. В сторону резким движением полетела футболка, с силой рванув джинсы, я порвал их, и они легко улетели вслед за футболкой. Его худое тело было полностью в моем распоряжении. При виде этого член просил о разрядке. Остались только его соблазнительные боксеры. Но меня больше интересовало, что под ними. Облизнувшись, я медленно подошел и стянул их вниз, начиная любоваться представившейся мне плотью. Мне до жути хотелось прикоснуться к его холодному телу. Тонкими, как две полоски, губами, я коснулся его соска. Не жалея силы я сильно клацнул зубами и прикусил прекрасное место. До моего слуха донесся приглушенный крик и чувство боли в глазах. Сладость. Чувства переполняли меня. Видя, как сосок раскраснелся, я продолжил своим уродливым ртом кусать его мраморную кожу. Каждый сантиметр, оставляя красные следы от зубов, чувствуя резкие вздрагивания его тела. Все съезжало по наклонной. Не желая больше ждать, я метнулся к сумке и достал оттуда красный фаллоимитатор с большой головкой. Хитро посмотрев на фаллос и следом на моего преданного, я прочувствовал страх последнего. Ничто так не заводит, как неподдельный страх в его зеленых глазках. Я хотел выебать его, как последнюю шлюху. Вернувшись к его лицу, я провел головкой фаллоса по его щекам, спускаясь по телу к заднице. Конструкция позволяла спокойно дотрагиваться зада и вставлять туда все, что пожелаешь. Проведя по промежности, я ухмыльнулся. Парень мычал, судорожно дергал ногами, мотал головой в бессмысленных попытках вырваться. Моя рука направила головку к его девственному входу, мальчишка вдруг резко сжал ягодицы, совсем не позволяя войти мне. - Мой мальчик захотел поиграть? Раздвинь ножки, малыш, – ласковым тоном пролепетал я над его ухом, наслаждаясь обстановкой. Но он отказывался мне подчиняться. - Не хочешь по-хорошему? Радость моя, я просил, - не собираясь договаривать, я одной рукой схватил его горло, вцепляясь ногтями в лимфоузлы и сильно сдавливая их, при этом ядовито шипя, - ещё есть время послушаться или вон тот воск будет плавить твою кожу. Я указал на противоположную стенку с принадлежностями для того, чтобы расплавлять воск. Блондин вздрогнул. Мне надоело тянуть, и я взял в руку его член. Начиная резко надрачивать его ствол, даря страстные ласки его органу и вновь проводя головкой фаллоса, я почувствовал замедленное расслабление. Одним резким толчком, с силой, которая жила во мне все эти годы, я вошел в него. Я видел это сверкание в глазах, этот удар молнии прошелся по его телу. Я слишком красиво его порвал. Зеленые глаза наполнились слезами, тело забилось в нескончаемых потоках боли. Тонкая струйка крови скатывалась по белой коже. Мальчик забился в тихом исступлении. Резкими движениями я разрывал его анус сильнее, вторгался до упора вглубь. Зловещий хохот, мутневшие, как отвратительная вода в болоте, мои глаза, не могли не внимать этому зрелищу. Он начал рыдать – это так умиляет. Нагнувшись к рядом стоявшей сумке, я достал из внешнего кармана эрекционное кольцо. Одной рукой быстро надев на его сформировавшийся член колечко, я сладко прошептал: - Сегодня ты ни разу не кончишь. Продолжая хаотично трахать его фаллосом, одновременно быстро надрачивать, я издавал жуткие счастливые стоны. Кровь залила его ноги, некоторые капли стекали по длине фаллоса и скатывались на мои руки. Какой-то механизм в моей голове вдруг щелкнул. Я сошел с ума. Неожиданно откинув игрушку в сторону, я закусил свою губу, бегом доставая из сумки анальные шарики, скрепленные вибратором на батарейке. Вновь подлетев к его проходу, я грубо сунул шарики вовнутрь, шире растягивая его, надавливая до невозможности на стенки. Полностью затолкав их, я нисколько не сомневался в том, что нужно включать на самую последнюю скорость сразу же. Эта крайность меня убивала. Указательным пальцем нажав на кнопку, шарики послушно завибрировали внутри, заставляя парня непроизвольно кайфовать. Мой член призывал к себе. Смотря на своего мальчика, я засунул руку в штаны и стал гонять вдоль своего оружия, пальцами, то сжимая головку, то обхватывая ладонью все основание и жарко проводя по нему, при этом бессознательной головой следя за парнем. Шарики выполняли свое дело беспрекословно, его простата находилась в раю, член стоял колом. Не удерживаясь, я бурно излился в свои штаны, отпуская рукой вибратор и вцепляясь пальцами в его зад. До крови прорезая кожу ногтями, я всё наблюдал. Из ягодицы текли четыре струйки крови. - Ты превосходен, мой принц. Выдохнув эти слова, замечая, как его член набух в безуспешных попытках кончить. Смеясь своему господству, я вытащил из сумки кнут. Огромный плетёный кнут твердо помещался в моих руках. Отойдя от парня на два шага, я замер и посмотрел на него. Удовольствие и страх смешались воедино. Мой член вновь вставал. Все семя, которое таилось во мне все эти годы, просилось наружу. Замахнувшись, я рассек ночной воздух и с четким звуком хлестанул по выделявшимся ребрам моего малыша. Алая кровь проявила горизонтальный удар и его контуры. Боль брала вверх над наслаждением. Жесткие хлестания, удар, еще удар, я не чувствую меры. Его голова колышется в разные стороны, моя рука плотно схватила рукоятку и жгуче нанесла новый удар, вновь и вновь. Худые ручонки буквально разрезало кожаным основанием. Моя рука вспотела, и кнут вылетел из нее, словно нож из-под масла. В безумной одышке я затрясся, чувствуя подступающую лихорадку. Кровь шла из его тела неумолимыми потоками. Очертания ударов, словно узоры в морозное утро на окне, расположились на теле недвигающегося парня. Засохшие слезы застыли в глазах. Неужели так быстро сдался? Мой разум отказывался принимать этот факт. Но тут его поникшая голова медленно поднялась и посмотрела на меня. Отчаяние и бессилие вглядывалось в мое лицо. Истерзанное тело тихо колыхалось, как цветок белой лилии на ветру. Остатками сил его организм впитывал летний воздух, наполняя отбитые легкие кислородом. Мое господство было безоговорочным. Он не двигался. Ударов сорок стойко выдержало хрупкое тело, некоторые места были расхлестаны до мяса. Вдруг неожиданно резко я кончил в свои штаны без рук, смотря только него. Находясь во втором оргазме, я быстро стянул с себя перепачканные штаны. Я подбежал к его телу и начал слизывать багровые струи крови, желая полностью вкусить его. Отрывками я еще больше кусал слои кожи. Это ощущение. Ах. Все чувства будто родились заново. Идеи исполнялись, как во сне. Я понимал, что все было не зря. Сейчас это беззащитное тельце полностью мое. Вся моя жажда отдавалась в каждом действии. Хотелось изнасиловать его сильнее. Предел не достигнут. Резко сорвав фиксацию, открепив его от креста, я рывком кинул его на холодную землю. Он не мог устоять и резко проехался скулой по земле, сдирая кожу на ней шершавыми и острыми камнями. Повернув его лицо на себя, я рассмеялся. Кровь, смешанная с грязью, была небрежно размазана по его щеке. Блондин уже не плакал. Зеленые глаза каменели, его тело буквально вибрировало от новых порывов боли. Схватив за плечо, я перевернул его на живот, самостоятельно выдвигая его зад на себя. Проход был растянут. Какой же он славный. Не думая, я быстро ворвался в глубину этого организма. На всю длину члена. С жутким желанием засадить вместе с мошонкой. Грубо насилуя его, я рычал, как мотор какого-то безумного боинга. Его анус незаметно подрагивал. Щека вжималась в землю, руки не двигались, лишь зад скакал от моих безудержных толчков. Пульсирующий член входил на полную, отчетливо показывая все вены. Пару ударов о простату, и я живо с новым потоком начал извергаться в его сфинктер. Ка-айф. Впиваясь руками в поясницу, я заполнил его полностью своим соком. Непередаваемые чувства подчиняли под себя все мои нервные окончания. Не собираясь выходить из него и замечая, как густая сперма вытекает из его дырки, смешиваясь с кровью, я макнул в эту смесь пальцем и жадно его облизал. Восхитительный вкус. Неожиданно парень промычал, давая понять, что он еще все ощущает. На меня это подействовало удовлетворительно. Мне по-прежнему мало, я не довел его до самой высшей точки. Посмотрев по сторонам, мой взгляд наткнулся на железную палку. С виду она походила на школьную указку, за исключением того, что сделана из чистого железа. Мозгуя в голове, что непременно нужно ее использовать, я быстро вышел из него и взял эту трость. Тонкая пыльная палка с шершавыми резцами по всему основанию, будто лежала здесь все эти годы именно для этого. Какой-то нелепый вой издал белый малыш. Я резко обернулся и подлетел к нему. Пальцы плотно сжимали палку, его глаза заметили это, и он просто отвел взгляд в сторону. Я его воспитал. Определенно. Улыбнувшись, я немедленно вогнал трость наполовину в его анус. Она буквально терзала стенки дырочки, заставляя тело рефлекторно сжиматься. Мне хотелось вогнать ее полностью. Разрезать кишки. Чтобы она помещалась вся. Представляя это и понимая, как будут сбываться планы, мой член вновь перешел в горизонтальное положение. Секунда, другая, и я двинулся железом глубже. Она входила еще больше, теперь уже текла кровь из самой глубины его организма. Он мычал, бился в конвульсиях, было видно, как тело отказывалось это принимать, боль стягивала всё в этом заводе. Кончик палки медленно прорезал внутренности. Медлительность была пыткой для меня, и я начал набирать темп. Палка рвала мальчика, завладевала им, а вместе с ней и я дико рычал от настоящего удовольствия. На мгновение я услышал неестественный звук. Пытаясь понять, откуда источник, я осмотрелся и, заметил, как в стороне мигает экран его телефона. «Батарея разряжена». Следом экран погас, но шел отсчет каких-то цифр. Не вытаскивая палку, я подошел и взял телефон в руки, нажал на кнопку посередине и увидел, что разговор не был окончен. Он просто не отключился. Я расхохотался собственному идиотству. Глубокий громкий смех отскочил рикошетом от стен завода. Неожиданно меня обдало горячим жаром. Значит, все известно. На заднем плане я краем уха услышал, как блондин колыхнулся. Развернувшись к нему во мне, вдруг вскипела ненависть. Злость. Ярость. Чувства захлестнули точно так же, как я схватил кнут, резко выдернув из него окровавленную палку. - Все известно, все известно... Я заливался в истерике, слова сменялись на еле разборчивый крик. Кнут взметнулся вверх и напрочь подвергал под себя парня. Я лупил его, резкими ударами. Всё тело было изуродовано. Кровь сочилась новыми бесконечными густыми струями. Я насильно поднял его, держа за плечи. Зеленые глаза смотрели сквозь меня. Счастливый огонек, который я видел перед этим, угас, оставляя после себя яркий след разочарования и боли. Тело смиренно поддавалось каждому моему движению. Тряпичная кукла в моих руках. Казалось, его маленькое сердечко готово было все еще биться за право жизни. Я скверно смеялся людской глупости. Лишившись чувств, я замахнулся и наотмашь ударил его кулаком в скулу, так что его лицо откинулось назад. Пронзающий тихое пространство звук. Это вдали гремела сигнализация. Рядом... Даже не удивившись этому, я голым коленом ударил его в измученный живот и резко встряхнул парня, шевеля за плечи. Окровавленное тело не выдержало и отреклось от жизни. Секунду можно было разглядеть блеск зеленых глаз, а потом резкая пустота. Блеск потух, и в мертвых глазах отразилась тень моего силуэта. Дрожащими руками я выпустил парня, и его мертвое истерзанное тело с грохотом упало на холодную землю. В мозгу работала информация, что план не выполнен полностью. Я свалился на колени и на полусогнутых дополз до сумки. Звук сирен приближался. Истерично рассмеявшись прогрессом цивилизации, я понял на собственной шкуре, как легко все-таки вычислить местоположение по телефону. Человек как на ладони. Издав смешок, я вдруг захлебнулся своими солеными слезами, которые бессознательно хлынули из моих глаз. Разума не было. Был механизм во мне. Управлял. Действовал. Принимал решения. Повернувшись, я посмотрел на безропотное тело, некогда красивого блондина, и собравшейся волей полоснул свое горло острым лезвием, незаметно взявшегося из сумки моими же собственными руками. Фонтан крови, но не такой, не красной, не свежей, не детской крови брызнул из меня. Бледная кровь заливала все вокруг, я буквально захлебывался ею. Болевой шок парализовал тело. Сонная артерия рвалась на части. Послышались голоса людей, головокружение, суматоха. Последний взгляд на безжизненного белокурого парня, и глубокая, лишенная всякого смысла, темнота заполнила невесомое пространство. Я умер вместе с принцем.