Кровавый мессия

На охоту. В полночной тени. За невинности первым криком. Я — спасающий души гений, Сотни «я» во мне многоликом! На охоту. За крупной дрожью, Пробивающей током нервы. По иному — нет! Невозможно! Снова буду я самым первым! На охоту. За слез потоком. Как же сладок их вкус соленый! Не зовите меня жестоким, В чистоту страданий влюблен я! Подомну, поломаю жадно. И ворвусь в дрожащее тело. Как безумно, остро и жарко! Умирать без любви - не дело! Растеряв все остатки воли, Захлебнувшись в последнем рыке, Я и сам растворяюсь в боли, Не палач я, я — ваш Спаситель! Я — мессия, крестящий кровью, На своей распиная плоти. Я зову эту страсть любовью, Выбирая одну из сотен! Обрывая мольбы и крики Четко-точным одним ударом, Мир спасаю от грязи липкой - Ведь иначе бы шлюхой стала Эта девочка с ясным взглядом, И с губами, сочнее вишни. И мужчин бы травила ядом, Я уверен, что так и вышло б! Кто-то скажет, что я безумен, И кровавой отравлен жаждой. Знайте - я различаю в шуме То, что слышит, увы, не каждый — Шепот тех, кто пока невинен, Тела нежного беспорочность. Я — охотник. Я в ночь за ними, Проверяя себя на прочность. Я давно не могу иначе, Ночь меня превращает в Бога. Ты, которой я предназначен, Хрупко-сладкая недотрога, Твоя дрожь, твоя боль и слезы, Твоя жизнь — моя. Ненадолго. Каплей крови на теле — роза. На изломанном стебле тонком. Как печать и символ спасенья, Мой намек идущим по следу. Я охотник. Ночная тень я. Тот, которому страх неведом.