Этот бессмертный

Смешанная направленность
NC-17
В процессе
482
автор
kiriko-kun соавтор
Bujhms бета
Размер:
планируется Макси, написано 176 страниц, 33 части
Описание:
Убить тебя сможет только самый лучший человек на свете. Точнее, ты сам отдашь за него жизнь.
Посвящение:
Моему драгоценному соавтору!
Примечания автора:
История написана полностью. Будет выкладываться по главе каждое утро :)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
482 Нравится 779 Отзывы 118 В сборник Скачать

10.

Настройки текста
Стив привычно шагнул из люка без парашюта. Возможности нового тела восхищали его до сих пор. Он глубоко ушел в теплую воду Индийского океана, вынырнул, доплыл до заякоренной платформы и вскарабкался на борт. Кровь гудела, адреналин придавал скорости и ясности мышлению. Безусловно, операция была серьёзная и заложников было необходимо освободить, и всё же Стив радовался. Потому что невозможно не радоваться, чувствуя, что ты по-настоящему живой. За его спиной неслышной тенью приземлилась Наташа, с улыбкой козырнула и скрылась в темноте, роняя кого-то из охраны. В небе чёрными, едва заметными цветами раскрылись купола парашютов «Альфа» группы Страйка. «Лемурианская звезда» оказалась огромной, и Стив отчаянно боялся не успеть. Перестрелять заложников — минутное дело, а Стив просто не переносил, когда гибли гражданские. Зачем тогда он, вся его сила, скорость, ловкость, мозги? Но они успели. Вот только Романофф, как оказалось, занималась на «Звезде» чем-то своим, не имеющим отношения к заложникам. Конечно, Стив рявкнул на неё, но толку? Во-первых, Наташа непрошибаема. Во-вторых, она подчинялась напрямую только Фьюри. С ним и следовало говорить. Особых проблем не возникло. Правда, у Брока прибавилось седых волос на голове, когда рубка рванула, брызнув во все стороны мелким стеклянным крошевом. Он снова бежал за Стивом, снова боялся, что не успеет, и долго матерился, застав только презабавную картину из лохматой, измазанной сажей по самые уши Романофф, задорно оседлавшей такого же чумазого Стива. — Расскажешь кому — пристрелю! — пообещала она, грациозно поднялась, попробовала пригладить волосы, но всё было безуспешно. — Джеты на месте, — отрапортовал в наушник Роллинз. И качнув головой, Брок протянул Стиву руку: — Уходим. В джете Стив успел поспать — лететь было долго. Проснулся он, разумеется, голодным, но заходить в столовую не стал — голодным он был злее, а на Фьюри стоило наехать как следует. Лифт поднял его на последний этаж за считанные секунды, двери разъехались в стороны, пропуская Стива в просторный светлый кабинет почти без мебели. За массивным столом Фьюри проглядывал какие-то документы на голографическом экране. — Я вас не звал, Капитан, но проходите. Стив, сжав зубы, шагнул через порог. И, не сдерживаясь, вывалил на Фьюри всё, что думал о побочных операциях во время основной. — Вы слышали о фрагментации информации, полковник? — сухо спросил Фьюри и поднялся из-за стола. — Наташа не наделена вашими принципами, и ей легче делать то, на что вы никогда бы не согласились. — Да? — рыкнул Стив. — Ну и какую же информацию вы ещё фрагментируете? — Считаете, что я скрытный, полковник? — Фьюри кивнул в сторону лифта. — Так вы не правы, я открытый человек, просто я знаю этот мир. Двери лифта бесшумно открылись. Стив шагнул в него и сцепил руки за спиной. Он изначально не доверял Фьюри, как не доверял бы любому человеку, облечённому настолько большой властью. Фьюри был скользкий, как угорь. А ещё — Стив знал это за собой, и боролся, как мог, с предубеждением, — он просто не верил, что чёрный подходит для такого высокого поста. Да, конечно, Гейб был очень умным парнем, бесспорно, но в руководители он не годился. Лифт скользил вниз, а Фьюри рассказывал историю своего деда, управлявшего почти таким же лифтом сорок лет, про то, как с ним здоровались, давали на чай, и как он возвращался после работы и нёс полный ланчбокс однодолларовых банкнот. — И думаете, его не пытались ограбить, полковник? — Фьюри усмехнулся. — Каждый вечер к нему приставала шпана и требовала открыть ланчбокс. Дедуля любил этот мир, эту страну, он верил в неё, а потому открывал и демонстрировал деньги и заряженный Магнум. — Фьюри усмехнулся и указал за спину Стива. — Дедуля людей любил, но не слишком им доверял. Она слегка крупнее дедулиного Магнума. Стив обернулся и увидел невероятную громадину, вокруг которой муравьями копошились люди. Она походила на летающий авианосец ЩИТа, который Стив уже видел, но была куда больше и, похоже, с бóльшим количеством вооружения. Присмотревшись, Стив заметил в глубине исполинского ангара еще две таких. — Их три, — подсказал Фьюри. Двери лифта открылись. Он повел Стива дальше, рассказывая про связь со спутниками, запущенными как раз с Лемурианской звезды. — Им не нужна дозаправка, безостановочный полет благодаря новым репульсорным двигателям. И полковник, нам больше не нужно будет выслеживать террористов, ждать, пока они высунутся из своих нор. Всё будет решено одним нажатием кнопки. — Вот как? — повернулся к нему Стив. — И как же вы собираетесь определять, кто террорист, а кто нет, до совершения преступления? Решили отменить презумпцию невиновности? Расправляться с неугодными по своей прихоти? — Орудия могут уничтожить тысячи целей за минуту, спутники способны прочесть ДНК террористов ещё до того, как они вылезут. Мы предотвратим тысячи угроз ещё до того, как что-то случится. Мы не можем идти на риск. Это прорыв в анализе угрозы, Стивен. — Фьюри покачал головой. — И вы готовы поклясться собственной жизнью, что ни один невиновный не будет затронут? — усмехнулся Стив. — Вот, значит, как вы понимаете свободу и демократию? Как повсеместный террор? Убийство несогласных без суда и следствия? — Героя включили, полковник? — скривился Фьюри. — Я читал ваше досье, читал о том, что происходило тогда. Вы — величайшее поколение? Вспомните, что за ужасные вещи вы творили! — Никогда не утверждал, что мы — величайшее поколение! — рявкнул Стив. — И если мы что и творили, то только для того, чтобы наши потомки могли жить свободно, а не в постоянном страхе перед стрельбой с неба! — Не слишком ли идеалистично? — Фьюри покачал головой. — ЩИТ принимает мир таким, какой он есть, а не таким, каким бы вы хотели его видеть. И вам давно надо было бы это уяснить. — И не мечтайте, — отрезал Стив, развернулся и ушел. Он переоделся, борясь с желанием найти наверняка отдыхающего после операции Брока, и поехал в Смитсоновский музей, посмотреть на экспозицию «Величайший герой Земли». Отчаянно не хватало Баки. Возможности поговорить с ним, обсудить ситуацию. Баки всегда наводил Стива на правильные мысли. Брок же… Стив любил его, бесспорно, но Брок не знал его так, как знал Баки — до глубины, до самого тёмного дна. *** Брок ввалился в квартиру, обвешанный пакетами, кое-как добрёл до кухни, сгрузил всё на стол, в который раз ругая свою привычку самостоятельно ходить по магазинам, щупать товар, прежде чем его брать, нюхать фрукты и овощи, проверять на свежесть мясо. Стив ещё не пришел. В квартире было тихо. Разложив продукты по полкам, Брок плюхнулся на диван, вытянул гудящие ноги и скосил взгляд на документы от юриста, присланные вчера утром, когда они со Стивом в спешке собирались на базу. Оформление дома, их дома, затягивалось. Вытянув из кармана телефон, Брок сел обратно и набрал Стиву сообщение: «Паста с рыбой или стейки с картошкой?» «Стейки, — тут же ответил Стив. — Скоро буду». Как всегда после миссии, у ударной группы был выходной. Стиву такой радости не полагалось, но он достаточно свободно распоряжался своим временем. Брок улыбнулся и закрыл глаза. Значит, у него было минут сорок вздремнуть. Благо стейки жарятся быстро. Стив приехал минут через десять, открыл дверь своими ключами. В квартире было тихо. Брок, скорее всего, задремал. Стив бесшумно разулся, чтобы не будить его, босиком прошел в гостиную. Брок, похрапывая, спал на диване. Стив улыбнулся, накрыл его пледом, сел в кресло и задумался. Этот проект, «Озарение», не нравился ему просто отчаянно. Идея хуже, чем у Оруэлла, потому что предполагает стрельбу по площадям, игнорируя законы, границы, презумпцию невиновности — всё, кроме какого-то неведомого алгоритма, созданного неизвестно кем. А самое худшее, что это даже не идея уже. Это вполне существующие и почти готовые к взлету хэлликэрриеры. Машины смерти над каждой головой. Стоит им подняться — и их будет уже не остановить. Но пока Стив просто не представлял, что ему делать и с кем посоветоваться. Брок заворочался, перевернулся на другой бок и открыл один глаз. — Сти-ив, — протянул он, сонно ухмыльнулся. — Ты дома. Давно? Чего не будишь? Иди ко мне, детка, я обниму тебя. Стив помотал головой, отбрасывая мысли, и присел на диван. Наклонился над Броком, поцеловал его, растрепал волосы. — Ты устал, — объяснил он. — И ты устал, — уверенно заявил Брок, протянул руку, коснулся складки между его бровями. — Я вижу это. — Поругался с Фьюри, — вздохнул Стив. — Начальство вечно чем-то недовольно, — снова зевнул Брок, потянул Стива на себя, укладывая его к спинке дивана. — Пусть радуется, что мы вообще не расхерачили ему платформу. Помнишь, какое мясо в Нью-Йорке было? Весь Манхэттен отстраивали. — До сих пор отстраивают, — вздохнул Стив. — Не в этом дело. — Он задумался и пообещал: — После ужина расскажу. Не буду портить тебе аппетит. Брок потискал Стива, коснулся губ лёгким поцелуем и, не получив нормального отклика, окончательно проснулся. — Что он тебе, блядь, наговорил такого, хрен старый? Впервые тебя таким вижу… а, нет, не впервые. Ты с таким же лицом в нашем зале показался. — Потом, Брок, — виновато улыбнулся Стив. — Всё потом. Удивляться Брок не стал. Знал он Стива, и если тот решил, что сейчас что-то обсуждать не хочет, то выжать из него ничего не получится. А потому снова его поцеловал и поднялся. — С этим диваном надо что-то делать. Всего себя отлежал, — пожаловался Брок. — Переедем и купим новую мебель, — оптимистично пообещал Стив. — А ещё я научусь делать массаж. — Я удивляюсь, что тебя, такого охренительного, никто раньше не захомутал. — Брок снова оказался рядом с диваном, оседлал колени Стива. — Самого лучшего. — Сначала я был мелкий астматик, задохлик и сопляк, — отчитался Стив. — А потом была война. Ну а у ЩИТа оказалось недостаточно наглости, чтобы кого-то под меня подложить. Или информация неполная. Романофф мне всё каких-то девок сватает. — Не, девки тебя не потянут. — Брок сжал коленями бёдра Стива, коснулся его губ лёгким поцелуем. — Романофф, конечно, всегда была политической проституткой, но с тобой, мне кажется, дружила по-настоящему. — У неё странные представления о дружбе, — буркнул Стив, подхватил Брока и встал. — Давай на кухню. Есть хочу. — Твои руки на моей заднице намекают не на еду, детка, — в губы ему улыбнулся Брок. — Да, я могу укусить тебя за жопу, — пообещал Стив. — Она очень аппетитная. Брок расхохотался, вжался в Стива сильнее, вплёл пальцы в волосы у него на макушке, потянул, оголяя шею, лизнул. — С ума сойду когда-нибудь, но да, детка, я тебя покормлю сначала, а потом мы вместе съездим и заберём твоё шмотье. Дом почти наш. Хватит мыкаться туда-сюда. Ты мой, и мне насрать, кто об этом узнает. Стив улыбнулся. Брок моментально возвращал ему хорошее настроение. Проблемы не исчезали, но отступали, а позже Стив мог принять верное решение. — А ты мой, — грозно сообщил он, усадил Брока на стол и принялся шариться в холодильнике. — Я в последний раз ел перед вылетом на миссию! Быка бы сожрал! — Дурака кусок, — вздохнул Брок, оттеснил Стива в сторону, сам сунулся в холодильник, достал тарелку с нарезкой, сунул её в руки Стива и усадил его на стул. — Ешь, а я пока стейками и фри займусь. Под сковородой-гриль вспыхнуло пламя. Брок достал мясо, завёрнутое мясником в бумагу, разложил куски на доске, давая ему согреться. Пискнула фритюрница. — Ты не жрёшь ничего, только если совсем пиздец. На платформе было плохо, сложно с Наташей, но пиздецом не пахнет. — После ужина, Брок, — проглотив кусок мясной нарезки почти не жуя, сказал Стив. — Зато я в музей сходил. — Теперь я тем более волнуюсь. Брок нахмурился, бросил стейки на сковороду, высыпал фри в корзину и опустил в раскалённое масло. На стол отправились овощи для салата и хлеб. — На Баки хотел взглянуть, — объяснил Стив, отодвигая пустую тарелку. — Расскажи мне о нём, — попросил Брок. Стив вздохнул. Он мало говорил Броку о Баки. Слишком больно было. Может, для других и прошло несколько десятков лет, но для Стива Баки погиб совсем недавно. — Он был моим другом, — негромко сказал Стив. — С самого детства. Всегда поддерживал меня, защищал, вступался. Красивый, смелый, сильный, умный. Не то что я. Брок отложил нож, вытер руки полотенцем, повесил его обратно и подошёл к Стиву, подцепил его подбородок, заставляя поднять голову. — Ты красивый. Думаешь, я только на сиськи и задницу повёлся? — хмыкнул Брок. — Ты смелый до безрассудства. Кто ещё сунулся бы в эксперимент Эрскина, не зная даже, выживет или нет? Ты умный, хотя иногда сущий болван, Роджерс. — Но я таким стал в сорок третьем, а Баки был всегда, — сказал Стив и принялся рассказывать дальше: про то, как Баки призвали, и про кордебалет, про Аззано и Ревущих Коммандос, про последнюю операцию по взятию Золы. — Я видел снимки мелкого тебя, Стив, — усмехнулся Брок. — Ты был таким очаровательным деткой, что слов нет. Ушастенький. Брок дёрнул Стива за ухо, чмокнул в нос и развернулся обратно к плите, переворачивая мясо. — Тем более каким ты стал в сорок третьем? Умным и безрассудным? Это не передается через вита-лучи. Да и с внешностью такая же история. Ну подкачали тебя, выдали силы и здоровья, а остальное оно, знаешь ли, природное. — Всё равно Баки был гораздо сообразительнее и с людьми умел ладить, — вздохнул Стив. — Сейчас это, кажется, называют «социальный интеллект». Мне в этом до него всегда было далеко. — Но при этом чудо-человек предпочитал твоё общество. Стив, вот честное слово, ты охренительный, а такую ересь иногда несёшь. Я понимаю, Баки твой друг и всё такое, но на себя-то не наговаривай. — Никогда не понимал, почему он со мной дружит, — признался Стив. — На двойные свидания таскал… Он был такой бабник. Его все девушки любили. Убрав одну доску в мойку, Брок достал вторую и выложил стейки на неё отдыхать, отправив на сковороду вторую партию. Вечер воспоминаний, похоже, только набирал обороты. — Может, потому что он за твоей болезненной тягой к справедливости и вечным насморком видел что-то большее? Самого тебя? — Астма у меня была, — буркнул Стив. — Большая разница, — хохотнул Брок, вновь возвращаясь к нарезанию салата. — Баки с тобой, астматиком, возился, по бабам таскал. — Если б не он, я бы после смерти мамы не выжил, — понурился Стив. — А я его не спас. — Слушай, а ты мне точно о друге, а не о собственном бывшем рассказываешь? — усомнился Брок, но к Стиву не повернулся, продолжая заниматься готовкой. — Он никогда не был в моем вкусе, — фыркнул Стив. — Не ревнуй. Слишком, знаешь ли, ласковый и нежный в обращении. Не то что ты. Брок молча из-за плеча показал средний палец и выключил фритюрницу. — Жри давай, детка. А потом расскажешь, кто тебя и чем так выбесил. И за шмотками поедем. Не думай, я не забыл. Стив вздохнул, подумал, что вряд ли Брок захочет за шмотками после его рассказа, и принялся за еду.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты