Such is my fate

Гет
NC-17
В процессе
11
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 12 страниц, 3 части
Описание:
― Да, волшебники в богов не верят, но им прекрасно известно: в богов верят сами боги.
©Терри Пратчетт «Мрачный Жнец»

Говорят, что у скорби пять стадий. Сначала идёт отрицание, потом приходит злость, уговоры, и наступает депрессия. Для большинства последняя стадия скорби — смирение, но для меня скорбь — это пожизненное заключение. Но эта теплая улыбка заставляет меня пробудиться от этого мрачного сна...
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
11 Нравится 13 Отзывы 3 В сборник Скачать

Legends that we're told

Настройки текста
      Словно мгновение, прямо перед глазами пролетают кадры всей моей несчастной жизни. Чувствую легкое покалывание во всем теле. Глаза слипаются, а пошевелить конечностями и вовсе не возможно. Но что действительно странно, я отчетливо слышу каждый звук: цокот чьих-то длинных каблучков, щебетание птиц за окном, шелест осенней листвы и даже отчетливый голос каждого, проходящего по тоненькому коридору, ученика. Горло жутко сушит. — Воды, — Едва шевеля губами, тихо произношу слово, что дается мне с неимоверной силой. Как бы смешно это не звучало, словно по волшебству, передо мной оказывается серебристый поднос со стаканом холодной воды, каплями стекающей по краям стеклянной стенки. Пальцами обхватываю, дарующий живительный холод стакан, глазами прощупывая каждый уголок этой, достаточно большой, незатейливой комнаты. Рядом с моей кроватью находилась деревянная тумбочка с кучей разных колбочек, скляночек и разноцветных таблеток. Оказывается, я каким-то неожиданно-странным образом, оказалась в лазарете школы. — Как ты себя чувствуешь, милая? — Заботливый женский голос вывел меня из размышлений. Седые волосы спадали на лицо тонкими, короткими струйками, а взволнованные глаза внимательно изучали каждый миллиметр моего, видимо, бледного лица. — Не самым лучшим образом, но жить буду, — Кое-как поднимаю голову, локтями облокачиваясь о кровать. В голове все так же гудит музыкальный оркестр. Но я все же нахожу в себе силы выдавить, хотя бы подобие, благодарной улыбки. — Дорогая, не напрягайте свое тело. Оно и так достаточно пострадало, — Увы, это я и так понимаю. Но все мышцы так неприятно тянет. Мне просто необходимо размяться, пройти хотя бы пару шагов до двери и обратно. А кто мне разрешит? Ощущение, словно, только я сделаю шаг — расстрел. — Уж не знаю, кто мог так поступить с вами, но видимо у него на вас серьезный зуб. Будте аккуратней Тесса, Хогвартс нынче не такой безопасный, как прежде, — Меня хотели убить? Что значит не безопасный? Это связанно с «его» возвращением? Столько вопросов и все вот вот вырвутся из моей бедной головы. Но больше всего меня беспокоит другое: — Мадам Помфри, я хотела узнать, кто принес меня в больничное крыло? — Понятное дело логично, что «принес». Ибо сама я без сознания до лазарета вряд ли бы доползла. — Слизеринский мальчик. Драко Малфой. Он был очень взволнован твоим состоянием. Впервые видела его таким обеспокоенным. — Малфой? Этот жалкий, жестокий, высокомерный кусок... я не понимаю. Не может этого быть. Кто угодно, только не он. Да это же просто не возможно. Это самый самовлюбленный человек, которого я только знаю. Глаза быстро забегали из стороны в сторону, словно, выискивая какое-то объяснение действиям Слизеринца. Женщина тяжело вздохнула и кинула на меня сочувствующий взгляд. — Мне еще нужно зайти к профессору Дамблдору. Постарайтесь не напрягаться, мисс Картер.       Цокающие каблучки мигом вылетели из комнаты, оставляя мня один на один с назойливыми мыслями. Что черт возьми вообще твориться в этом гребаном мире? Моя бедная голова отказывается принимать эту непонятную информацию.

***

       Тесса Картер. Такая странная девчонка. Первый учебный день, а она уже решила отклониться от общепринятых норм Хогвартса. Почему эта девушка вообще беспокоила парня? Мало ли кто еще нарушает правила. Его совсем это не заботит. Но почему же он тогда бросился к ней в тот момент? Испугался падения этого хрупкого, в секунду побледневшего тельца? Не важно, что бы не сподвигло его на такие действия — он бы все равно сделал это ещё раз, если бы того требовали обстоятельства. Она кажется такой слабой и наивной, пускай сама и строит из себя сильную и независимую девушку. Возможно именно по этой причине он бросился к ней. Возможно хотел что-то доказать. Возможно сам себе.       Сейчас, находясь в своей комнате, парень вдумчиво вглядывается в темный потолок. Такие странные и не понятные мысли. Разве такое уже было с ним? Определенно нет. Что-то изменилось с момента их последней встречи. Раньше она была беззащитным ребенком. Объект многочисленных издевательств и унижений. Неужели эта невзрачная ромашка смогла превратиться в столь прекрасную розу? Нет-нет-нет! Глупости! Это чушь какая-то. Нервно зарываясь бледными пальцами в платиновые волосы, слизеринец вскочил с кровати и ринулся в сторону больничного крыла. Необходимо хотя бы проведать ее, узнать как она, иначе это жгучее, непонятное чувство поглотит его полностью.        Парень изучающе обвел взглядом массивные деревянные двери. Сложно было пошевелиться, сделать хоть шаг, на встречу к неизбежному. Мысли в голове перекрутились, перевертелись, закрутились в единый ком. Нужно что-нибудь предпринять, срочно. Двинувшись вперед, Драко, буквально в мгновение оказывается в комнате. Серые глаза спешно выискивают виновницу его беспокойства. На одной из кушеток, аккуратно раскинулась девушка. Её кожа была бледной, темные мешки под глазами казались двумя огромными, бесконечными впадинами, а алые пухлые губы, приобрели едва заметный фиолетовый оттенок.       Во сне она такая хрупкая и беззащитная. А ведь вчерашним вечером она выглядела куда лучше. Яркие, зеленые глаза горели светом, излучая всевозможную уверенность в себе. Блондин встряхивает головой, отгоняя от себя ненужные мысли. Сейчас он хочет лишь прикоснуться к ее, кажется совсем ледяной коже. Мужские пальцы тянуться к бледным щекам девушки, отодвигая темные ровные волосы, спадающие на лицо. Сейчас он не хотел ничего. Только смотреть на нее и дотрагиваться мягкого белоснежного тела.

***

      Чувствую, как, что-то теплое касается моей кожи, наводя непонятные узоры. Такие нежные и ласковые движения. Хочется поддаться вперед и бесконечно ощущать эти приятные касания. Я помню. Такое уже было. Одиннадцать лет назад. Мама пела мне колыбельную, приглаживая щеку своей мягкой теплой ладонью. Если это сон, то я не хочу просыпаться.       Любопытсво берет вверх и я открываю глаза, надеясь встретиться с такими родными, изумрудными глазами. Однако, передо мной оказался... Малфой? Что он здесь забыл? И вновь я не могу поверить в реальность происходящего. Не может же быть, что бы он переживал? Это полная бессмыслица. Даю голову на отсечение. Меня просто до сих пор не отпускают лечебные зелья мадам Помфри. — Драко? — Почему он все ещё рядом? Почему не ушел сразу же, как только, я проснулась? — Ты. Что ты... — Я хотел узнать... эм... как ты себя чувствуешь? — Его голос заметно дрожал. Ладони неловко тянулись к идеальному лицу. Видимо он очень нервничает. Возможно мне стоит помочь ему? — Уже на много лучше, — Губы непроизвольно выдают улыбку. Вновь это неловкое молчание. От чего, словно, кошки на душе скребут? Он спас меня, так почему бы мне не поблагодарить его? — Отлично, — Слизеринец изобразил подобие улыбки. Выглядело это слишком уж наигранно, натянуто. — Я пойду, — Буквально в момент, блондин развернулся на своих идеально лакированных туфлях, едва царапая паркет. Сердце сжалось, отдалось резким, болезненным толчком в груди. В тот момент, когда деревянные двери хлопнули, остались лишь одинокое эхо и вихрь пыли, столбом опускающийся вниз.

***

      Это утро куда лучше всех предыдущих. Ведь наконец я могу выйти из этого ада. За все время, проведенное в лазарете, белые накрахмаленные простыни, едкими пятнами впились в мою голову. Теперь, когда мне открыты все дороги, кроме больничного крыла, пора основательно взяться за обучение. И так первый урок — зельеварение. Очередная лекция профессора Слизнорта, об опасности и пренебрежительном использовании зелья Амортенции. — Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь. Любовь невозможно ни сфабриковать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате, — Ага, как же. Если бы все девушки любого из факультетов понимали это, то подобное зелье вряд ли бы пользовалось такой популярностью. — Выходит, запах особенен для каждого человека и связан с тем, что ему дорого? — Сладкий аромат свежей мяты и морского ветра окутал мое тело с ног до головы. Он словно был везде. Так не хочется терять его. Еще немножечко. Я бы отдала все, лишь бы ещё хоть раз почувствовать эту окутывающую прохладу морской пены и горьковатый привкус мятного листа. Словно тропический коктейль с множеством прозрачных кубиков льда. — Верно, мисс Картер! Совершенно верно! А теперь, — Продолжил Слизнорт, прикрывая крышкой котелок с чудно пахнущей жидкостью, — пора приступать к работе. — Приятный аромат оборвался в секунду. Он словно опьяняет, одурманивает разум. С его исчезновением вновь приходит понимание и осознание всего происходящего. Оборачиваюсь назад, краем глаза замечая на себе цепляющийся взгляд серых глаз. На мгновение застываю в таком положении, не имея возможности оторваться. Все тело буквально парализовало. Низ живота приятно тянет. Неожиданная волна тепла, сменяющаяся холодом, заволакивает в свои когтистые лапы. Как странно. — Приступайте! — Раздумья прерывает назойливый голос профессора. Из всего сказанного я смогла различить лишь пару слов, однако этого хватило, что бы уяснить суть задания.       Глазами нахожу пустой котелок. Заливаю в него, удачно попавшийся, стеклянный пузырек с настойкой полыньи. На верхней полке в конце комнаты замечаю корень валерианы и корень асфоделя. Ловко достаю два ингредиента и отправляю их следом за настойкой. Остается сок дремоносных бобов. Из всех прочитанных мною книг по зельеварению эта отличается лишь способом получения последней составляющей. На сколько я помню, бобы необходимо раздавить, а не резать, иначе сок будет невозможно получить в таких количествах. Быстро заканчиваю с последним компонентом и ожидаю момента проверки задания. На удивление, профессор Слизнорт подошел ко мне раньше чем я ожидала. Первых двух учеников он одарил разочарованным взглядом и терпко вырывающейся фразой «незачет». Однако это ни сколько не приуменьшает моей уверенности. Ведь приготовленное мною зелье — идеально. — Борода Мерлина! Безупречно! Настолько безупречно, что одной каплей можно убить нас всех. — Иного ответа и быть не могло, хотя могу признать, частично я переживала по поводу пропорций элементов. — Что ж, вот вам обещанный приз — один флакон Феликс Фелицис. — Принимаю протянутый мне флакончик с золотистой жидкостью, стараясь не обращать внимания на завистливые взгляды однокурсников. — Мои поздравления мисс Картер. Используйте его с толком. — Добродушная улыбка профессора окончательно говорит мне о том, что я точно попадаю в его «коллекцию». На деле это звучит дико и совершенно странно.       Из раздумий меня выбивает резкая головная боль и звон в ушах. Чувствую, как по губам стекает, что-то теплое и густое. Пальцами дотрагиваюсь до жидкости, узнавая в ней кровь. Резкая тошнота добавляет сей ансамбль.        Быстро вылетаю из класса, направляясь в комнату. Перед глазами все плывет, поэтому я с силой различаю предметы, стараясь не вырезаться в них. Однако моя голова встречается с чем-то явно высоким и твердым. Поднимаю затуманенный взгляд. Малфой. Снова. Растерянные от неожиданности глаза блондина пытаются изучить мое лицо. Но к меня нет времени на это. Еще секунда и я свалюсь с ног. За спиной слышу дикий женских хохот. Этот мерзкий голос определенно принадлежит только одному человеку. Черт бы побрал эту Паркинсон. Ненавижу-ненавижу-ненавижу!       Спустя каких-то пять минут оказываюсь в своей комнате. С шумом запираю дверь, направляясь в сторону ванной комнаты. Холодная вода стекает по моим рукам. Умываюсь, пытаюсь стереть полосы засохшей крови и потекшей туши. Дрожащие пальцы проходятся по всей длине волос. Поднимаю голову, замечая в зеркале свое бледное отражение. Красные уставшие глаза рыскают по всей комнате в поисках чего либо, что можно уничтожить. Прозрачная мыльница разбивается о темную, мраморную стену. Вслед за ней летит стакан с водой, а его осколки каплями разлетаются по комнате, задевая мою кожу. Резкая боль отрезвляет. Зрение едва ли нормализуется. Кажется, стены давят на меня, вокруг все такое мрачное, что хочется выть. На дрожащих ногах направляюсь в комнату, наступая на блестящие осколки разбившихся предметов.       Еле доползаю до кровати. Взгляд задерживается на багровеющих каплях белоснежной кожи. Ощущение, что я вот вот задохнусь от эмоций и болезненных движений. Медленно теряю равновесие. Громкий стук в дверь разрывается на тысячи ему подобных, с каждым разом становясь все отдаленней. Картинка смазывается, лениво погасая, пока все не поглощает сплошная теплая темнота. — Тесса, открой чертову дверь! — Угасающий голос разноситься по всей комнате, вскоре, исчезая насовсем.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты