Ночное свидание

Слэш
NC-17
Закончен
46
автор
Размер:
Мини, 13 страниц, 1 часть
Описание:
Джек Воробей получает жуткое письмо от своего врага, угрозами требующего явиться ночью к заброшенному дому в лесу неподалёку от пиратского города. К чему приведёт это вынужденное "свидание", до безумия пугающее пташку?
Примечания автора:
Идея возникла ещё в июле, и наконец я смогла её дописать)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
46 Нравится 11 Отзывы 8 В сборник Скачать
Настройки текста
Ночь обнимала его своими нежными и слегка прохладными руками, в кронах высоких тёмных деревьев, растущих слева и справа от едва виднеющейся в темноте тропинки, негромко шелестел листвой ветер, этот же ветер нежно оглаживал напуганное и подавленное личико пирата, с усилием заставляющего себя продолжать смотреть вперёд, и не смотреть по сторонам, в темноту, таящуюся среди уходящей вправо рощи. Не смотреть было едва ли не сложнее, чем идти вперёд, к месту столь страшного "свидания" - дрожащему Воробью, огромными глазами смотрящему на путь перед собой, постоянно казалось, что из леса к нему сейчас кинется, тяжело ломая ветки на пути, неведомая и безмерно страшная тварь, желающая растерзать его. А ведь пират даже не взял с собой никакого оружия - там, куда он направлялся, оружие ему уже не понадобится. Шаг, ещё шаг, замереть, пытаясь заставить испуганное сердечко слегка умерить свой быстрый-быстрый стук - это где-то в темноте над головой Джека с удивительной беззвучностью сорвалась с дерева какая-то крупная ночная птица, да столь неожиданно, что едва не заставила его закричать от ужаса. Воробушек прижал руки к груди и медленно задрал голову вверх, пытаясь высмотреть потревожившее его крылатое существо. Там, где пират остановился, ветви деревьев почти смыкались над тропинкой, и можно было разглядеть лишь маленькие кусочки сияющего серебряного света полумесяца, пробивающиеся сквозь черные в темноте листья, покачивающиеся словно бы в каком-то незнакомом танце. Тогда Джек пару раз шагнул вперёд, оказался на более открытом участке - тут был виден кусочек тёмного неба с дрожащими сиянием звёздами и месяцем, окаймленный справа и слева дрожащими на лёгком ветру тёмными листочками - и был вознаграждён картиной беззвучно и торжественно пролетевшей на фоне светящегося месяца большой крылатой тенью с округлой крупной головой и впечатляющим размахом крыльев, которая плавно свернула вправо, улетая на обход своих владений, и издала уже в темноте, вне зоны видимости Воробья, завораживающее и жутковатое уханье, словно принадлежащее не земной хищной птице, а потусторонней нечисти. "Неясыть" - вспомнилось Джеку, и он даже слегка улыбнулся, счастливый тем, что успел увидеть сейчас такое необычайное и волнующее зрелище. Пират вспомнил, куда и зачем он идёт, очаровательная улыбка тут же бесследно исчезла с его ладненьких губ, в больших тёмных глазах влажно блеснул прежний страх, и Джек слабо тряхнул волосами, встрепенувшись и понукая себя через силу идти дальше. "Я смогу, я должен!" - принялся он твердить себе, словно мантру, и какое-то время это даже помогло напуганному Воробью отвлечься от своего глубинного и дикого страха, но вскоре ровные строчки полученного им сегодня утром письма с ужасающей подписью вновь всплыли перед его глазами, насмешливо покачиваясь словно на лёгких волнах, и прогнать их уже не получалось. "Здравствуй, Джек Воробей... Это тот, кого ты считал давно мёртвым, кого ты пытался убить, заманив в адскую ловушку. Капитан Армандо Салазар, умерший и воскресший в виде сильной и крайне опасной для вас, жалких пиратов, нечисти. Я здесь, совсем близко от тебя, на этом самом острове, и я слежу за тобой, моя пташка. Ты мог слышать о трёх выпотрошенных пиратах, найденных на улицах Тортуги после трёх недавних ночей - это моя заслуга. Силы мои таковы, что я в состоянии сделать не только это, но и довольно легко уничтожить всех обитателей Тортуги, и прежде всего твою команду - тех, кого ты зовёшь Барбоссой, Гиббсом, и всех остальных. Ты задашься вопросом, отчего я ещё не сделал этого, Воробушек... И я отвечу - лишь по той причине, что я здесь из-за тебя, мне нужен именно ты, и я даю тебе возможность спасти своих дрянных приятелей. Я не потребую от тебя ничего невозможного, моя дерзкая птаха. Всё, что ты должен сделать, Джек - это прийти после заката к заброшенной лачуге к северу от порта, в половине лиги от города, там мы сможем отлично провести время лишь вдвоём, и нам никто не помешает! Ты найдёшь её, пройдя по тропинке на границе между лесом и началом прибрежного песка. Тропинка начинается вскоре после трёх старых пабов на окраине, один из которых носит название "Винная лавка Стюарда Хау". Если ты сделаешь это, я обещаю не трогать членов экипажа Жемчужины - при любых раскладах. Рассчитываю на то, что ты будешь благоразумным и никому не расскажешь об этом письме - тебе ведь не нужны лишние жертвы? С надеждой жду нашего свидания, мой милый и долгожданный враг и жертва. Твой Морской Мясник, воскресший ради тебя из мёртвых." Джек перечитал это письмо несколько раз, и невольно запомнил его почти дословно. К письму прилагался испанский военный орден из серебра, прикреплённый к потемневшей от времени и копоти ткани с застёжкой, и это было доказательство. Сейчас этот орден лежал в кармане бриджей Воробья - пират собирался честно вернуть эту давнюю награду охотящемуся на него воплощению кошмарного сна. В первый момент пират очень хотел бежать, такова была сила его паники, и даже, тихо одевшись и собрав самое ценное, и тайно ускользнув из дома, направился незаметными улочками к порту, но случившаяся с ним небольшая сцена заставила его передумать. На одной из улиц к Воробушку несмело подошла девочка лет семи, милая блондинка с большими серыми глазами и курносым носиком, неожиданно обняла пташку и восторженно сказала: - Я Вас знаю! Вы - Джек Воробей, единственная омега среди пиратских баронов! Вы очень добрый и такой милый, и ещё красивый, как настоящая принцесса... Мой папа рассказывал мне о Вас, и ещё как-то раз показывал мне Вас издали... Я очень хочу вступить в Вашу команду, когда совсем подрасту! - Спасибо, милая! - ответил тогда пират с растроганной улыбкой, бережно обняв ребёнка в ответ. Джек подарил восторженно завизжавшей девочке, которую звали Энди, одно из своих колец, велел быть осторожной... и в тот же миг понял, что не может убежать. Перед глазами вновь возникли слова, написанные четким и ровным почерком без единой ошибки: "...в состоянии сделать не только это, но и довольно легко уничтожить всех жителей Тортуги...". Подавленный пират вернулся в свой небольшой дом, купленный ему Эдвардом Тигом, и весь день метался по этому дому, не в силах ни спать, ни есть, ни прекратить представлять, что с ним сделает этот давний враг, заполучив его в живом виде; и не имея морального права никому рассказать о том, что ему предстояло. Вино смогло бы хоть немного успокоить Воробушка, но он справедливо считал, что вид пьяной и слабо реагирующей на происходящее омеги может лишь разозлить Салазара ещё сильнее, а оттого сделал лишь пару маленьких глотков из полупустого бокала, стоявшего на прикроватном столике с прошлой ночи. Такое средство для придачи уверенности, разумеется, помогло лишь на полчаса, и к приходу страшного часа тревога лишь возросла из-за выпитого днём алкоголя. Больше всего Джек боялся, что его странный маршрут привлечёт чье-нибудь нежелательное внимание - страшнее всего, если это окажется внимание кого-то из его друзей - и вместе с ним пострадает и следивший за ним из интереса другой пират... Но всё обошлось, и сейчас, шагая в темноте по едва светлеющей каменистой тропинке, тихо позвякивающей под ногами мелкими каменными осколками, Воробей должен был переживать лишь за себя самого. Тропинка незаметно свернула в настоящий глубокий лес - если бы не крайние обстоятельства, Джек бы ни за что не пошёл в такое место ночью и без сопровождения людей из своей команды. Сквозь предельный страх он едва мог ощутить пробирающий его стройное тело холод, хотя действительно сильно замёрз - у камина в доме было очень даже тепло, и Воробей попросту забыл надеть на себя перед выходом что-либо кроме блузы, бриджей, и привычных сапожек, и сейчас тело его едва заметно дрожало. Пират обнимал себя за предплечья не столько в попытке немного согреться, сколько пытаясь придать себе хоть немного уверенности, суметь подготовиться к тому, что вот-вот предстояло вынести. Момент страшного "свидания" неотвратимо приближался с каждой секундой, как бы Воробей не пытался хоть немного замедлить эти уходящие мгновения... Темнота вокруг словно сгустилась ещё больше, а впереди виднелась прогалина среди деревьев - выход к заброшенной лачуге, о которой ему сообщили. Джек на секунду замер, прикусив губу от волнения, и в этот момент где-то справа в лесу треснула сухая ветка. Тихий испуганный вскрик сорвался с губ Воробья, а сам пират застыл, оцепенев от страха, прижав руки к шее, и чувствуя что вот-вот попросту расплачется - он невыносимо боялся неведомого страха, что может таиться в темноте. Джек уповал лишь на то, что не-мертвый Салазар сейчас где-то совсем рядом, и что испанец не позволит какому-нибудь дикому зверю задрать его жертву... Джек очень боялся любых крупных хищников, способных легко и страшно убить безоружную и одинокую омегу. Но вот прошла минута, вторая, и треск больше не повторялся. Где-то в кустах тонко запела певчая птица, и это чистое пение смогло приободрить пирата до такой степени, что он смог идти дальше. Большая поляна, похожая больше на небольших размеров поле, наконец возникла перед ним, а черноту леса сменило густо-синее освещение вокруг. Лачуга, оказавшаяся размером больше, чем дом Джека, уже виднелась впереди, у края леса, и выглядела серо-черной и пугающе-безмолвной, словно затаившись на краю дикого поля. Нервно сжав руки, Воробушек осторожными шагами двинулся к ней, стараясь не споткнуться и не упасть. Он дрожал и от холода, и от страха, и чувствовал себя совершенно уязвимым. Жуткое здание, покинутое людьми, неотвратимо приближалось, и теперь уже нависало над пиратом крышей крыльца, словно готовая поглотить жертву гигантская пасть хтонического чудовища. "Надеюсь, он там, и хотя бы не заставит меня долго ждать, маясь от неопределенности и жути!" - подумал Воробей, прежде чем шагнул на крыльцо. Джек всерьёз опасался, что какая-нибудь доска под его ногами в любой момент проломится, и провалившаяся щиколотка окажется глубоко распорота неровными краями разлома. Доски пару раз скрипнули в ночной тишине, но выдержали небольшой вес омеги, позволив ей дойти до двери, осторожно отворить её, и с замирающим сердцем шагнуть внутрь. - Салазар, это я, Джек! Я пришёл, как ты и желал. Ты здесь? - на всякий случай негромко позвал пират, но тёмная тишина не ответила ни единым звуком. Это было невероятно страшно, стоять на пороге темной заброшки, вдыхать запах затхлой влажности, и заставлять себя пройти дальше. Наткнувшись в совершенно плотной черноте на лестницу, Джек негромко вскрикнул и упал, не удержав равновесия. Удар о крутые ступеньки был не слишком сильным, но всё равно болезненным. Несколько секунд пират лежал в той неудобной позе, в которую упал, после же осторожно приподнялся и ощупал своё тело, убеждаясь что не получил никаких травм. Подрагивающие пальцы дотронулись до новой, внутренней, стены, Джек двинулся вдоль неё, пока не нашёл ручку новой двери. Толкнул её, понял, что дверь или заперта, или открывается на себя, и испробовал последний вариант. В этот раз дверь отворилась, и Джек оказался в большой комнате, где некогда проживал какой-то отшельник. Старая мебель, которую он видел лишь смутными силуэтами, казалась Воробью чем-то потусторонним, притаившимся, чтобы в любую секунду наброситься на него. Впереди виднелось окно без ставен, но с рамой, к нему Джек и подошёл, ощущая, как пульс испуганно ускоряется, а руки дрожат. Он вновь не смотрел по сторонам, и просто двигался вперёд. У окна было чуть светлее, и Воробушек решил дожидаться своего воскресшего кошмара прямо тут, молясь, чтобы всё закончилось быстро. "Как же я хочу выпить... Хотя бы полстакана!". *** Надежды Джека оправдались - Салазар действительно сопровождал и охранял пирата почти весь его путь, с лёгкостью оставаясь совершено незаметным для самого Воробья. Мертвецу было не только заметно взглядом, насколько Джек напуган - Армандо ещё и очень чётко ощущал это своим нечеловеческим чутьём. Следя за Воробьем из темноты, нечисть довольно улыбалась, видя то, как пират буквально заставляет себя идти дальше, хотя и содрогается от ужаса. Сценка с внезапно сорвавшейся с ветки крупной совой тоже была приятной - Джек так мило и восхищённо посмотрел на неё, пролетевшую над ним. Мертвецу конечно хотелось сейчас же окликнуть свою пташку, подойти к ней не таясь, проверить, бросится она бежать или послушно замрёт, и схватить наконец. Но Салазар удержал свой дикий порыв - теперь Воробей всё равно уже никуда не денется, даже если по-настоящему захочет этого, а посмотреть хватит ли у него выдержки дойти до назначенного места, было очень интересно. Теперь не о чем волноваться, если кто-то или что-то и появится рядом с Джеком, и хотя бы попробует его тронуть, Армандо тотчас же вмешается, и защитит свою добычу. Только один раз испанец не удержался, и специально наступил всем весом на крупную сухую ветку под ногами, так что громкий треск прокатился по тихому воздуху вокруг - думал, заставит пирата в панике убегать. Но Воробушек лишь коротко вскрикнул и замер на месте, имея при этом такой вид, что мертвец всерьёз опасался - пират сейчас попросту упадёт в обморок. Но всё обошлось, и их странная ночная прогулка продолжилась, пока пират не вышел на открытое пространство, осторожно направляясь к заброшенному жилищу. Сам Армандо замер на выходе из темноты, позволяя Джеку дойти до старой постройки, и войти внутрь. - Не думал, что это будет так просто, Джек! - тихо и довольно прошипел Салазар, невольно усмехаясь. И беззвучным шагом отправился на их долгожданную встречу. Он сумел войти внутрь так, чтобы не издать не единого скрипа старых досок, ни одного звука. Пират ждал его у запыленного окна - напряжённо замершая напуганная фигурка, судя по положению головы не отводящая взгляда от стекла. Салазар чувствовал эмоции своей желанной пташки, и, казалось, почти мог услышать её мысли. Воробушек не мог слышать его приближения - видимо, он просто каким-то образом почувствовал, что находится в темноте старого заброшенного дома уже не один. Пират явственно вздрогнул, стиснул пальцами подоконник, вся его невысокая фигурка словно бы слегка вытянулась и напряглась от страха ещё сильнее. - Это ты? - почти прошептал Джек, не оборачиваясь. "Надо же, до сих пор не могу поверить, что ты и вправду пришёл ко мне в руки по своей воле!" - беззвучно усмехнулся испанец. Салазар решил не томить больше пирата, он приблизился к Воробью так близко, что между ними почти не осталось пространства, и самым мягким тоном, на какой оказался способен, произнёс, одновременно кладя ладони на узкие плечи пирата: - Привет, Воробей. Должен сказать, я приятно удивлён, увидев тебя тут! - Здравствуй, Салазар, - осторожно ответил ему Джек, всё ещё не оборачиваясь и не вырываясь. Энергетика его страха резко усилилась, но почти тут же Салазар ощутил, что его жертва слегка успокаивается, словно дорога сюда и ожидание своего врага были для птички самым страшным и тяжёлым этапом. Джек даже заставил себя слегка расслабить напряжённое от нервов тело - округлые плечи пирата стали заметно мягче. - Признаться, я не ожидал от тебя столь смелого поступка! - тихо рассмеялся Салазар, склоняя лицо к макушке пирата, и утыкаясь в неё носом, чтобы обнюхать. - Никакой смелости, - нервозно усмехнулся в ответ вздрогнувший Воробушек. - Знал бы ты, как я боюсь... Армандо понимающе улыбнулся, коснувшись губами затылка своей жертвы в коротком подобии поцелуя. Ему хотелось тотчас же обнять Воробья, и покрепче, но он оттягивал момент. - Кстати, я должен тебе кое-что отдать! - вспомнил пират, торопливо опуская руку в передний карман бриджей. - Дай угадаю, ты не удержался и прихватил с собой какое-то тайное оружие вроде своего магического компаса? - заинтересованно спросил Армандо, не смотря на игривый и расслабленный тон его голоса его руки быстро и плавно опустились вниз, и достаточно жёстко схватили тонкие запястья пирата. - Думаешь, у тебя есть реальные шансы победить меня? Воробушек вздрогнул от боли - его держали за запястья слишком крепко - и ответил сдержанным и почти спокойным голосом, в котором ощутимо просвечивала настоящая... оскорбленная обида: - У меня нет никакого оружия, испанец! Я пришёл сдаться, а не нападать. Не веришь, так можешь обыскать меня. Я шёл сюда обменять себя на жизни своей команды, а не тщетно пытаться воевать с тем, кто в любом случае сильнее и легко победит! Салазар ясно понял, что умудрился по-настоящему обидеть жертву своими словами, и постарался загладить неприятное впечатление пташки первой шуткой, что пришла ему в голову: - Обыскать тебя? Хм, ты, Воробушек, таким образом намекаешь что желал бы быть потисканным мной? - хрипло промурлыкала нечисть, тронутая однако тем, что пират пришёл к ней безоружным, и отпустила пульсирующие от лёгкой боли запястья Джека, с нажимом проводя обеими ладонями по его телу прямо поверх блузы, слегка сжимая в пальцах мягко-упругие бедра и талию Воробья, и в самом деле скорее тиская его, нежели обыскивая. Миниатюрное тело пирата в его руках задрожало ни то от страха, ни то от отвращения, но Воробушек нашёл в себе силы ответить просто: - Хоть ты и сам прекрасно знаешь, что я этого не желаю, но я не стану просить тебя прекратить, Армандо. Мои чувства и эмоции теперь ничего не стоят, я - всего лишь живая плата за то, что ты оставишь в покое жителей Тортуги и мою команду. Так что прошу - не сдерживай себя и делай всё, что взбредёт в твою не-мертвую голову, наслаждайся. Дай только верну тебе твой орден - мне не нужны твои драгоценности, и я хочу отдать его обратно... Я принёс его с собой. Салазар, почти пораженный отзвуком с трудом сдерживаемой горечи слёз в гордых словах пташки, отпустил пирата из рук и позволил ему развернуться к себе лицом. Нечисть прекрасно видела в темноте, и смогла теперь рассмотреть, сколь замучено и несчастно выглядел Джек, опустивший ненадолго глаза вниз, чтобы попытаться успокоить подступающие слёзы обиды, и достающий что-то из кармана. - Вот, пожалуйста, возьми его назад, это ведь твоё личное имущество, - вымученно улыбнулся Джек, впервые поднимая мордашку и прямо посмотрев на своего врага. Он подавил страх и сам протянул к мертвецу раскрытую ладонь, на которой лежал столь знакомый испанцу орден. - Надо же, какая похвальная честность от пирата! - Салазар сказал это не со зла, он просто не удержался. - А я был почти уверен, что ты захочешь прикарманить его себе - чистое серебро всё таки... Миниатюрный пират посмотрел на него с влагой - отзвуком его душевной боли - в глазах, его нижняя губа пару раз обиженно дрогнула, но вот страха в его личике уже почти не было - он каким-то образом сумел откинуть этот страх прочь. Воробей слегка улыбнулся и возразил: - Серебро с такой энергетикой мне и даром не нужно, и пираты не такие жадные и зацикленные на драгоценностях существа, как ты верно представляешь. Джек выглядел очень достойно, говоря всё это, и напоминал в эту секунду омегу родом из английской знати. К удивлению Салазара, пират шагнул к нему почти вплотную, свободной рукой взял его за руку (нечисть позволила слабому пирату поднять свою руку ладонью вверх), и вложил в неё испанский орден. - Я ненароком имел неосторожность обидеть тебя, пташка? - мягко спросил мертвец, небрежно убирая орден в карман, чтобы аккуратно приобнять пирата за талию, притянуть его несопротивляющееся тело чуть ближе к себе, и коснуться пальцами другой руки его подбородка, слегка приподнимая голову пирата, заставляя вновь посмотреть на себя. - Я не желал над тобой глумиться, поверь, пират. - - Теперь моя обида не имеет никакого значения, - Джек заставил себя легко и почти неприруждённо улыбнуться, пытаясь скрыть душевную боль, и в этот момент показался мертвецу ещё милее. - Я должен думать не о себе, а о своей команде - они не должны гибнуть из-за моих ошибок прошлого. Глаза пирата, очевидно, уже привыкли к неполной темноте вокруг, и теперь Джек невольно рассматривал новую внешность своего давнего противника - он ещё никогда не видел его таким, и превращение обычного, хоть и крайнего жестокого человека в настоящую нечисть было для него весьма удивительным событием. Салазар, наконец, заметил, что его жертва одета слишком легко для прохладной ночи, и дрожит сейчас не столь от страха, сколь от обычного холода. - Что же ты не оделся потеплее, заболеть хочешь? - усмехнулся Армандо, притянув удивлённо пискнувшего пирата вплотную, прижав его к себе, и принявшись активно растирать ладонями его предплечья и спину, чтобы согреть трением. Джек послушно уткнулся лицом в его грудь, и молча прикрыл глаза. Он хотел возмутиться в ответ на эти странные заигрывания с обречённой жертвой, но смог заставить себя промолчать. - Сейчас, потерпи пару минут, сейчас станет теплее, - Салазар вдруг отстранил от себя подавленного Воробья, подвёл его спинкой вперёд куда-то вглубь комнаты, влево, и надавил на его плечи с пугающей силой, заставив опуститься вниз. Пират нервно вскрикнул, но уже через секунду понял, что его просто усадили на старую но целую постель с матрасом. Джек остался сидеть так, как его посадили, и теперь напряжённо наблюдал, пытаясь угадать, что мужчина сейчас делает - в глубине помещения было значительно темнее, чем у окна, и омега почти ничего не могла разглядеть. Послышался лишь шорох ткани, и через пару секунд Салазар вновь оказался совсем рядом, опуская на плечи и спину Воробушка какую-то тяжёлую плотную ткань. - Вот так, теперь будет легче, - довольно произнёс испанец, и вдруг на его развернутой вверх тыльной стороной ладони каким-то образом зажглось что-то вроде сиреневого пламени, благодаря которому Джек сумел рассмотреть и нечисть перед собой, и частично помещение, и то, что на него повесили: - Ой, это что, твой камзол? - смущённо воскликнул пират, осторожно проведя ладошкой по полосатому рукаву. - Зачем же ты накинул свою военную форму на отвратительного пирата, Салазар? Или это такой новый способ издёвки? - Нет-нет, не нужно его снимать, ты должен согреться! - почти приказным тоном резко произнёс Армандо. - И не смей на себя наговаривать - нельзя назвать отвратительным такого очаровательного и благородного пирата. Должен тебе сказать, Воробушек - мне никогда ещё не встречались пираты, подобные тебе. Будь всё пираты хоть немного такими - и я бы просто не смог настолько их ненавидеть. Воробей смущённо ухмыльнулся, надеясь, что его щёки не покроет заметная краска стыда, он опустил взгляд, затем не удержался и вновь посмотрел на мужчину, стоящего перед ним - пират с удивлением подумал, что превращение в нечисть каким-то странным и непонятным образом сделало Морского Мясника гораздо более красивым. Даже серая кожа, неровная сеточка черных трещин на лице, и светящиеся словно у хищного зверя глаза отчего-то не пугали, а нравились пташке. Воробей позволил себе плотнее запахнуться в чужой камзол и обнять себя за предплечья - сейчас он и в самом деле почувствовал, сколь сильно успел замёрзнуть - и ощутил, как уголки его губ точно сами по себе немного приподнимаются, отвечая на улыбку мужчины. Даже заброшенное помещение почти перестало пугать при этом потустороннем магическом свете, и главное - от присутствия рядом этой безусловно сильной и уверенной в себе нечисти. - Так-то лучше, - довольно хмыкнул Армандо, присаживаясь перед пиратом на одно колено, чтобы не нависать над ним всей своей высокой фигурой. - Знаешь, пташка - ты сумел очень удивить меня, придя сюда ночью, один, без сабли или мушкета, даже без кухонного ножа! Я восхищён твоим поступком - я очень уважаю честных и благородных врагов, тех, кто настолько готов пожертвовать собой ради жизней своих людей. Ты с честью выдержал испытание - а я наблюдал за тобой почти с начала твоего пути, и видел, как ты преодолевал страх передо мной и всей этой дорогой. - Так ты был рядом? - нервно но облегчённо улыбнулся Джек. - Признаться, эта новость как камень с плеч - выходит, я был не один, а под присмотром злейшего, дико ненавидящего меня врага! Салазар искренне рассмеялся, и Воробей рассмеялся вместе с ним - немного нервно, но весело. - А та ветка? Это ты... или там, в темноте, было нечто ещё? - спросил Воробушек, поежившись от холода жути. Салазар отлично понял причину страха своего пирата, прочёл в выразительных и больших тёмных глазах, точно на странице книги. И поспешил успокоить омегу: - О, не бойся, пират - в этой темноте возле тебя было лишь одно чудовище - я сам - и поверь, оно бы не позволило никому другому даже пальцем тебя коснуться! И ты прав - я же и наступил на эту ветку. Извини, было как-то грубо запугивать тебя ещё больше, но я попросту не удержался! На его глазах Воробушек с забавным видом облегчённо вздохнул, показательно приложив ладошку к области своего сердца, и ответил: - Ты не представляешь, Салазар, как ты меня успокоил! Я там себе в тот момент такого навоображал... Спасибо, что охранял меня. - А как иначе, ты - моя самая вожделенная добыча среди пиратов! - Это очень сомнительный комплимент, - настороженно заметила пташка, слегка отодвинувшись вправо от мужчины. - Расслабься, Джек, я тебя не трону, - вздохнул мертвец. - Кстати, я почти забыл - а ведь я принёс для тебя кое-что. Джек с любопытством проследил за тем, как нечисть достаёт из-за запазухи какие-то свёртки и довольно большую бутыль из прозрачно-белого стекла, наполненную каким-то розоватым напитком. Воробушек слегка склонил голову, и сам не заметил, как придвинулся к мужчине обратно. - Что это? - слегка смешным тоном спросила омега, пытаясь угадать. - Какое-то вино? - Лучше, - нечисть легко поднялась на ноги и присела на старый матрас рядом с заинтригованным Воробьем. - Разумеется, я совсем не знал о том, что предпочитают пираты-омеги в целом, и мой милый Джек Воробей в частности, так что покупал почти наугад... В бутылке пунш из земляники, а тут, в свёртках, жареное мясо, белый хлеб от булочника, козий сыр и пара фруктовых пирожков - я подумал, раз уж у нас с тобой столь долгожданное мной свидание, негоже мне приходить с пустыми руками! К тому же я догадался, что ты, мой бедный пират, весь день будешь в таком состоянии, что едва ли сможешь нормально поесть дома! Я угадал? Вместо ответа прозвучало голодное урчание в животе омеги, и Джек смущённо потупился, кивнув: - Угадал. Мне было совсем не до еды... Нечисть легко открыла бутыль, и передала её пирату, который с удовольствием принялся пить, совершенно доверяя своему... уже, наверно, не совсем врагу. - Ммм, спасибо, это очень вкусно и именно то, что нужно - оказывается, я довольно давно хотел пить! - поблагодарил Джек, оторвавшись от горлышка бутылки. Следом Салазар передал ему развернутый свёрток с мясом и сыром и хлеб, и эта еда показалась благодарной пташке едва ли не самой вкусной в её жизни. Получив пирожки - отличные, тонкое тесто и много фруктовой начинки - пират неторопливо доедал их, запивая земляничным пуншем, и попутно удивлённо замечая, что уже совсем не боится. Теперь Джек отчего-то поверил, что этот не-мертвый мужчина и в самом деле не обидит его, не навредит, как пообещал. Закончив вкусный поздний ужин, Воробей ещё раз поблагодарил Салазара, и не протестовал, когда мужчина приобнял его за талию и притянул поближе к себе, по-прежнему держа на ладони странное не обжигающее пламя. - Раз уж тебя не привлекает мой орден, Воробей, позволь подарить тебе вот это, - и Армандо извлёк из кармана бархатную, почти квадратной коробочку тёмно-винного оттенка, на минуту убрав ладонь с теплой талии Воробья, и протянул коробочку удивлённо охнувшему пирату. - А я думал, что я сам сегодня в своём роде подарок тебе, мистер нечисть... Подарок, или плата за жизни моей команды, - лукаво улыбнулся Джек. - Тогда это подарок для подарка, - вновь рассмеялся Салазар вложив коробочку в ладошки Джека, и вновь почти привычно вернув руку на его талию. - Открой её. Пират ещё раз удивлённо вздохнул, затем осторожно открыл крышку коробочки. Внутри, на белой шёлковой подкладке-подушечке, ждали своего часа небольшие и изящные золотые серьги с растительным орнаментом, украшенные аккуратной огранки гранатами. - Ох, они такие красивые, ты угадал с моим вкусом! - радостно улыбнулся пират, доставая одну, рассматривая поближе при этом странном освещении, и затем по очереди вдевая серьги в мочки своих ушек. - Большое спасибо, правда! Ты оказался таким... - и пират, не найдя нужных слов, просто потянулся к наблюдавшему за ним испанцу, и весьма бесстрашно поцеловал его в прохладную щёку. Салазар не удержался, тут же притянул пирата к себе на колени, и расцеловал его в ответ в обе щеки и в губы. - Не подумай ничего плохого - я не собираюсь тебя ни к чему принуждать. Ты очень хорошенький, и я хочу немного подержать тебя на руках, только и всего. Подержать и погладить, - игриво пояснил Салазар, когда прекратил целовать Джека. Обнял его, и прижал к себе чуть крепче. - Ты совсем не заслужил, чтобы тебя насиловал не-мертвый охотник на пиратов, Воробушек. Пират поерзал у него на коленях, для удержания равновесия придерживаясь за плечи нечисти, нежно открыто улыбнулся, и соблазнительным тихим шёпотом ответил: - А если я скажу, что это бы вовсе не было изнасилованием, мистер Нечисть? Что мне уже не страшно, что с тобой я чувствую себя в безопасности! - Птаха, ты говоришь так от того, что хочешь порадовать меня? Не стоит идти на такие жертвы, - Салазар взял лицо пирата в обе ладони, и чутко посмотрел ему в глаза - Это вовсе не жертва! - обиженно воскликнул Джек, смущённо улыбнулся, тихо вздохнул, и посмотрел в глаза Армандо кротким и смущённым взглядом. - Признаться, эта вынужденная ночная прогулка и день перед ней сильно вымотали мои нервы, и мне крайне требуется расслабиться... Помоги мне. Тихий просящий шёпот Воробушка, его тело, ёрзающее на коленях Салазара, и блестящий взгляд пирата, смущённый, нежный, и требовательный одновременно - всё это сорвало все барьеры и заставило нечисть действовать. Обняв Джека покрепче, расцеловав его шейку, Армандо тихо усмехнулся: - Ну, если антураж вокруг тебя не пугает, Джеки... - Не пугает. Ведь ты рядом со мной, - Джек с интересом запустил пальцы в длинные чёрные волосы нечисти, движущиеся в воздухе безо всякого ветра. - Я верю, что ты меня защитишь. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, считывая эмоции партнёра без всяких слов. И после одновременно потянулись друг к другу. Воробушек ойкнул от лёгкого испуга, когда его передние зубы с клацаньем стукнулись о клыки нечисти. Хихикнул, прижав ладошку ко рту. Вторая попытка оказалась более удачной - они поцеловались столь естественно, словно им обоим это было давно привычно. Воробушек позволял языку нечисти оглаживать кромку своих зубов, язык и десна, сильнее обнимал мужчину за шею, и чувствовал, как дыхание постепенно сбивается. Армандо гладил его по спине и бокам - не слишком сильно и не слишком мягко, почти идеально, и целовал то в рот, то в шею, то в прикрытые веки. Пират медленно расслаблялся - удивительная и надёжная энергетика Армандо обволакивала его тёплым уютным коконом, точно Джек находился в объятиях ангела, а не нечисти. Сильные руки успокаивали и настраивали на удовольствие, поцелуи были совершенно человеческими и нестрашными. Воробью даже стало ещё теплее, а щёки постепенно розовели. Салазар сильнее обхватил его за талию, и пират удивлённо прислушался, уловив тонкий плачущий звук - и тут же понял, что сам издал этот писк, томясь от желания. - На тебе слишком много одежды! - прошептал ему Мясник, прежде чем схватить на руки, осторожно уложить на кровать, и начать раздевать. Воробей почти не видел его из-за темноты, не видел куда его кладут, но он не боялся, полностью доверяя мужчине. Если Салазар так уверенно кладёт его на старую кровать, значит он точно знает, что на ней нет ничего острого - видит в темноте своим нечеловеческим зрением. С Воробья медленно сняли испанский камзол, сапожки, и всю его одежду, кроме блузы - её Салазар просто расстегнул, открывая доступ к груди и животу пирата. Воробушек замер, дожидаясь когда мужчина вновь окажется рядом - и вскоре нечисть, тоже раздетая, осторожно легла на него, не перенося весь вес. Пират послушно откинул голову, и Армандо принялся целовать его шею - сперва очень осторожно, едва касаясь, потом, видя что Воробей не боится, приоткрытым ртом, оставляя на чувствительной тонкой коже влагу и следы своих страстных поцелуев. Джек попискивал от удовольствия - внизу живота всё больше тянуло сладким томлением. Салазар переместился чуть ниже, и принялся ласкать ртом один из сосков птахи, втягивая в рот, посасывая и совсем слегка прикасаясь зубами, и ласкал рукой второй сосок, перекатывая его в пальцах и несильно сжимая. Соски твердели и припухали, а пират слегка извивался под мужчиной и тихо, едва слышно постанывал. Несильно сжав острые зубы на шее пташки, мужчина продолжил ласкать её чувствительное тело, гладя и ощупывая грудь и живот, наслаждаясь мягко-упругим телом Воробушка и его жарким страстным теплом. Джек вцепился в его плечо и волосы, невольно выгибаясь навстречу его рукам и тихо шипя от особо сладких прикосновений. Даже поглаживания по плечам и рукам каким-то образом помогали поддержать это томительное, мучительное и очень желанное состояние. Воробей сам раздвинул ноги, желая чтобы Армандо был ещё ближе, и нечисть, поняв намёк, тут же придвинулась к нему вплотную, устраиваясь между бёдер пирата, и прижимаясь пахом к его промежности. Джека даже подкинуло на постели от этого прикосновения - так сильно он это почувствовал. Салазар со смехом прижал пирата обратно, надавив на талию, и потёрся о его промежность крепким членом. Воробей почти тут же подался ему навстречу, тяжело и сбито дыша, и скользящим движением проехавшись по головке члена испанца. - Мне показалось, или ты действительно там влажный? - удивился даже мертвец, не удержавшись, опуская ладонь между ног Воробья, и с нажимом оглаживая пальцами его дырочку. Удивлённо хмыкнул, нажал кончиками пальцев сильнее, массируя отверстие птахи и просовывая один внутрь. - Надо же, в самом деле влажный, точно женщина! Воробей резко вздохнул и ахнул от наслаждения, и несколько секунд пытался отдышаться - мужчина продолжил массировать его дырочку пальцами, постепенно просовывая второй палец, и совершая круговые движения. Сжав в пальцах старое одеяло, на котором они лежали, пират тихо рассмеялся над удивлением нечисти: - Влажный, ну да... Я ведь омега, так у нас и бывает при близости с мужчиной, так что всё нормально! Салазар тоже рассмеялся - совсем не зло и не насмешливо, потом склонился к Воробушку и вновь поцеловал его в рот, одновременно проникая в него языком, и пальцами. Пират задыхался и подрагивал от каждого нового движения внутри себя, его бёдра слегка дрожали и разъехались ещё больше. Дрожь проходила по его тушке сверху вниз, точно от нервного перенапряжения. Лицу было жарко от прилива крови к щекам, грудь и живот тяжело вздымались от быстрого дыхания, а между ног всё тянуло от удовольствия, и рука Салазара ощущалась божественно приятно, когда её пальцы скользили вглубь и наружу, и снова вглубь. Этот мучительно-приятный массаж длился невыносимо-долго, так что пирату оставалось лишь прикрыть веки, прикусить нижнюю губу, и сдавленно постанывать, заставляя себя не сжимать бёдра и не сжиматься самому. Свободной рукой Салазар гладил его шею, грудь, живот, внутреннюю сторону бёдер, иногда надавливая ладонью посильней - и эти поглаживания лишь усиливали разгорающееся в птахе пламя удовольствия. - Начни уже... по-настоящему, - тихо попросил Джек, когда пальцы Армандо скользнули в него особенно легко и приятно. - Сил больше нет, правда! - Хм, раз ты уверен, Воробушек, - прошептал мужчина ему на ушко, почти ложась на пирата, устраиваясь между его приятных на ощупь бёдер, и подтаскивая его ещё ближе. - Кто я такой, чтобы заставлять тебя ждать, птаха... Член Салазара медленно протиснулся в дырочку Джека, такой большой, что пирату даже стало больно. Воробушек вцепился в плечи мужчины, тяжело выдохнул, и постарался дышать глубже и полностью расслабиться, позволить Салазару проникнуть глубже. Армандо тут же вновь принялся его гладить, помогая расслабиться и отвлечься от лёгкой боли. Ласково прошептал, коснувшись губами его щеки: - Сейчас, Воробушек, сейчас всё пройдёт. Ты молодец, самое трудное уже позади... Джек отвёл личико в сторону, открывая шею для новых поцелуев, он глубоко дышал и издавал едва слышные всхлипы, чувствуя как член нечисти медленно входит в него глубже. Массаж и поцелуи помогли перетерпеть этот неприятный момент, и вскоре омега осознала, что боль почти прошла. Джек поспешил сообщить об этом своему партнёру, полагая что мужчине крайне тяжело ждать: - Армандо, ты можешь двигаться, я уже совсем привык, правда... Нечисть над ним издала крайне довольное фырканье, поцеловала нежную шейку так, что на смуглой коже точно должен остаться засос, и обхватила пирата за поясницу, легко приподнимая его и начиная плавно двигаться. Воробушек тихо зашипел от удовольствия, даже слегка сжимаясь. Он осторожно приподнял левую ногу, дрожащую от напряжения, и попытался обнять ей Салазара за бедро. - Мой хороший, мой сладенький, - хрипло прошептал ему мертвец, обнимая ещё крепче, двигаясь так хорошо и правильно, что Джек даже тихонько вскрикнул. Слышать эти ласковые слова от Морского Мясника было непривычно и удивительно... но очень приятно. Пират позволил себе полностью расслабиться, наслаждаться ощущением слегка болезненной но приятной наполненности, тем, как бывший враг страстно целует его шейку и грудь, как крепко держит в объятиях. Обхватив мужчину за шею дрожащими руками, Воробей закусил губу и крепко зажмурился, чувствуя как внизу живота вспыхивают нежные искорки удовольствия, видя, как перед закрытыми веками пляшет нечто сияющее. Армандо вдруг отцепил его руки от своей шеи, аккуратно прижал их к постели по обе стороны от головы пирата, и игриво прорычал прямо на ушко Джеку: - Теперь уж ты от меня никуда не денешься, маленький Воробей! - Ох, ты очень... беспощадный, - с лёгкой улыбкой на пылающих жаром губах отозвался Джек, приоткрыв глаза и посмотрев на светящиеся глаза мужчины над ним. - Именно! - Армандо двинулся в нём чуть резче, отчего пират даже вскрикнул - это было слишком приятно. Джек вновь закрыл глаза, отвёл мордашку влево, расслабился всем телом, показывая, что сдаётся - в ответ на что услышал тихий довольный смех и почувствовал, что Салазар постепенно ускоряет темп. Воробей потерял счёт времени, он даже с трудом мог вспомнить, где именно они находятся. Бёдра пирата слегка дрожали от напряжения, а из горла прорывался тихий скулёж. В один момент Армандо резко подхватил пирата, поднял, устраивая у себя на коленях, вновь глубоко опустил его на свой член. Джек просто обнял мужчину за плечи, послушно приник к нему, позволяя себе довериться его рукам. Его ещё несколько раз приподняли и опустили на себя, пока удовольствие Воробья не стало совсем нестерпимым, и пират сжал зубки на плече нечисти, пытаясь заглушить резкий вскрик - его тело напряглось и задрожало от оргазма, который длился несколько упоительных секунд. Салазар ещё пару раз глубоко проник в него, прежде чем тоже кончил, крепко сжав дрожащего пирата в объятиях, нежно гладя его по тонкой спине. Джек ещё несколько минут приводил дыхание в порядок, не решаясь пошевелиться - бёдра ещё прихватывало лёгкими судорогами. Наконец Воробушек ощутил, что может говорить, и благодарно прошептал: - Спасибо, Салазар. Ты был очень аккуратен. Рука мужчины зарылась в его длинные волосы, стала гладить по голове. - Тут не за что благодарить - я бы не смог повести себя иначе, - хмыкнул Армандо, поцеловав Джека в макушку, и осторожно перекладывая его на постель. - - Ты ведь не уйдёшь? - немного напугано спросил Воробей, пытаясь нащупать в темноте руку нечисти. - Ни за что, даже за всё золото мира, - хрипловато рассмеялся мужчина. - Иди ко мне. Армандо устроился рядом, перевернул Воробушка спиной к себе, и уверенно обнял за талию. - Постарайся уснуть, - прошептала нечисть, крепче притягивая к себе своего любимого пирата. - Сомневаюсь, что смогу, - устало промурлыкал Джек, кладя свою ладошку поверх обнимающей его руки. Но тяжесть мужской руки на его талии, крепкое тело, к которому его прижимали, и собственная сладкая усталость, остаточные ощущения после секса - всё это внезапно для самого Воробья помогло ему мягко провалиться в сон. Давненько Джек не спал настолько хорошо и спокойно. Пират сладко потянулся, глубоко вздохнул, и сонным голосом позвал: - Армандо? Салазар, к его облегчению, обнаружился рядом - Джек проснулся в его тяжёлых объятиях, лицом к нему. В заброшенный дом проникал свет утренней зари, холодно-розоватый, точно прозрачный розовый кварц. Воробушек увидел это, когда обернулся к окну. А когда повернул личико обратно к нечисти - обнаружил, что та уже открыла свои необычные глаза, и теперь лукаво наблюдает за ним. Пират ещё раз потянулся, нежно прикоснулся ладошкой к лицу мужчины, подполз к нему поближе и с довольным вздохом поцеловал в губы. Салазар хищно сверкнул глазами, обхватил пирата покрепче, и углубил поцелуй, придерживая пташку за затылок, чувствуя, как Джек доверчиво расслабляется в его руках. Воробей сладко выдохнул, когда рука мужчины скользнула под край его одежды, с нажимом огладила по левой ягодице. Их поцелуй мог бы продлиться долго, если бы Салазар не расслышал голодное урчание в животе пирата. - Уже проголодался, бедняжка, - усмехнулся мертвец, неохотно отстраняясь. - Собирайся, тебе нужно в город. - Ты меня проводишь? - неуверенно спросил Джек, сползая с кровати и пряча зевок в ладошке. - Ну разумеется - нет никакой нужды заставлять тебя вновь идти одного. Настоящий мужчина, разумеется, проводит свою омегу до её дома! - усмехнулся Армандо, с удовольствием наблюдая за полуобнажённым пиратом, пока тот искал свою одежду. Салазар любовался его ногами, бёдрами, и задницей - всё это было очень пропорциональным и гармоничным. - Ох, я рад это слышать, - довольно воскликнул Джек, торопливо одеваясь - ему было немного холодно. В бутылке остался пунш, и Воробушек с удовольствием его допил, попутно осматривая комнату, где они ночевали - старая мебель, брошенная посуда, какая-то картина на стене - сцена из деревенского праздника. Вскоре они собрались, и покинули место своего свидания - на открытом воздухе Воробушек незаметно поёжился от прохлады, и внимательный Салазар вновь помог ему облачиться в свой военный камзол. - А я не был уверен, что мне доведётся увидеть это утро... Вчера, когда шёл сюда, - немного грустно улыбнулся Джек, с удовольствием вдыхая свежесть раннего утра, и прислушиваясь к пению птиц в подлеске. - Прости, птаха, это было и вправду жестоко - мне стоило сразу написать в том письме, что никто не станет лишать тебя жизни, - вздохнула нечисть, приобняв Воробья за плечи. - Да ничего, теперь-то всё в порядке, - немного нервно улыбнулся Джек, прижимаясь к Армандо. - Я не в обиде, правда... - Рад это слышать, милый. Тогда идём - ты, верно, хочешь домой? - спросил Салазар, с интересом посмотрев на Джека. - И ты так просто меня отпустишь? - хитро улыбнулся пират, вырвавшись из объятий мужчины, отступив на два шага назад, и приподняв лицо, чтобы посмотреть на Армандо. - Ты доказал, что достоин свободы, - серьёзно кивнул Салазар, всматриваясь в тёмные глаза Джека. - А если я скажу, что хотел бы остаться с тобой? - неуверенно улыбнулся пират, делая маленький шаг вперёд. - Ты знаешь, когда мы, омеги, находим себе партнёра, нам потом очень плохо, если он исчезает... Ну там знаешь, тоска, печаль, потеря аппетита... А, кхм, в течку будет совсем плохо. - Хм, а ведь я совсем не подумал об этом, - задумчиво протянул Армандо. Затем протянул руки, схватил птаху за плечи и притянул поближе к себе. - Было бы правда жестоко отпускать тебя, Джек, зная, что тебе от этого будет плохо! Согласен жить с нечистью? - Согласен, - довольно разулыбался Воробушек, привстав на носочки и крепко обняв мужчину за плечи. - Ты ведь теперь не чужая и страшная нечисть, а более чем своя! Армандо не удержался, подхватил Воробья на руки и с минуту кружил его, пока пират со смехом не попросил поставить его на землю - голова закружилась. - Не пугайся того, что увидишь - это не опасно, - велел Салазар, усадив птаху на покрытую крохотными капельками росы траву, отходя на пару шагов в сторону, и принимаясь делать странные с точки зрения Джека движения руками, одновременно приговаривая что-то на незнакомом языке. "Заклинание" - почти сразу понял Воробушек, и даже почти не удивился. На его глазах перед Салазаром медленно открылся сияющий круг, который становился всё шире и шире - края золотые, точно языки неземного пламени, а внутри видно незнакомую комнату - Джек даже успел заметить большую кровать с чем-то вроде балдахина. Армандо обернулся к Воробью, недоверчиво подобравшемуся на влажной траве, склонившему озадаченно голову, усмехнулся его забавному удивлению, затем быстро поднял пирата на ноги, прижав его к себе за талию. - Это портал прямо в мои покои, - объяснил мужчина. - С непривычки может подташнивать, так что лучше закрой глазки, пока я не скажу открывать. Джек послушно кивнул, крепко зажмурился - и почувствовал, как Салазар, не выпуская его из рук, делает несколько шагов вперёд. Сквозь тело пирата прокатилась тяжёлая волна магической энергии, от которой задрожало в животе и в лёгких, его и вправду немного замутило. Коленки задрожали, подогнулись, но Армандо тут же подхватил его на руки, кладя на что-то мягкое и удобное. - Можешь уже открывать, Воробей! - весело приказал Салазар. Джек осторожно открыл глаза. Та самая богатая постель, которую он видел. Пират осторожно приподнялся чтобы успеть увидеть, как то, что Салазар назвал порталом, медленно стягивается, уменьшается, пока совсем не схлопывается. Пират удивлённо улыбнулся, но тут Армандо присел рядом с ним, ловко подхватив его и усадив на свои колени. Джек благодарно и нежно прильнул к нему, положив голову подбородком на плечо мужчины. "Не обманул, не оставил!". - Чем будешь завтракать? - спросил у него хрипловатый голос Салазара. - Чайным пирогом, если есть... - попросил Воробей. - Сделаем, Воробушек, сделаем, - пообещала нечисть, целуя Джека в макушку.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты