Драбблы

А Козуме сидел одноклассников не особо слушая. Да и, похоже, Т/И начала скучать от своих «подружек». Взгляд Кенмы скользнул на бедро девушки, отметив небольшую длину юбки, плавно перемещался выше, уже разглядывая узор из родинок и слишком открытую спину. Лето, все же жарко. Хотя Т/И была одета очень скромно, по сравнению с нарядами слишком распутных одноклассниц. — Было бы очень забавно, — посмеялась одна одноклассница с розовыми волосами. Это покраска была явно не самой удачной. — Да-да, — ещё одна засмеялась, расстегивая уже четвёртую пуговицу на рубашке, оголяя декольте. Заметив тоскливый взгляд обожательницы социальных сетей и «гейм боя» в женском обличии, та обратилась к ней же: — А ты что скажешь, Т/И? Кенма обернулся, ведь уже разговор любимой девушки был ему интересен. — Список, где написаны причины любить меня? — та сделала вид, что задумалась. Хотя бы ради приличия. Но вышло очень пресно. — Это был бы самый короткий список в мире. Там и читать нечего. — снова уставилась в экран.

«Серьезно?»

«Она, блять, сейчас серьезно?»

Тот факт, что он втрескался в неё как пятиклассник только из-за факта ее существования, этого мало? Ее грациозная походка, выработанная упорными годами тренировок на танцах, но эта неуклюжесть, что «все портит», как говорила сама Т/И. Постоянно спотыкается, смотря наверх, а Кенма ловит девушку, привыкнув к ее невнимательности. Обожает небо. Вся галлерея усеяна фотографиями закатов и рассветов, да и просто кусками облаков. Они вместе сидели на балконе, встречая рассвет. Даже днём фотографирует просто голубое или серое небо. Всегда. Всегда она находила излишнюю красоту в простых вещах, хоть взгляд этой девушки так грустен. Она обожает острое, а не сладкое, как все девушки. Предпочтёт максимально острый удон, а не шоколадки с орешками. Сказала, что «отдала бы миллион за вкусный суп». А потом жалуется на лишние сто грамм, хоть и худышка. Козуме знал все эти мелочи наизусть. Все ее привычки, слова-паразиты. Т/И уже была его миром, парень никак этого изменить уже не может. Даже Куроо заметил пристрастие друга к этой неумехе по технике передвижения ногами, хоть Кенма и не выражал никакой любви к ней в присутствии друзей. — О, да, блять, это был бы самый короткий список, — со злости ляпнул юноша и вышел из аудитории. Закралась в его душе обида. Ну как же она не поняла, что он по уши влюблён.

***

Звонок в дверь. Черт, 21:47. Кому вообще нужно кому-то звонить в домофон в такое время, да, Козуме? Открыв дверь, на пороге парень увидел знакомый силуэт. — Ты выглядел... ну, знаешь... сердитым, — сказала Т/И. — Мне не по себе стало. И она приперлась к нему домой. Сначала в школу на летних каникулах притащили, теперь и она здесь. Не то, чтобы Кенма против, но та злость, что была вызвана благодаря ее словам, не уходит. — Да ну? Серьезно? — насмешливо ответил он. Это, очевидно, сарказм, который очень ударяет по чувствам девушки. — Эй, да что с тобой не так? — возмущенно восклицает Т/И. Волосы раздувает ветром, частично закрывая лицо. Может это и к лучшему, тогда они скроют всю досаду, что отображалась на лице. — Да все просто восхитительно! Все просто было замечательно, пока ты не появилась! — крикнул Кенма, размахивая «нинтендо». Заветные слова, которые бы все разъяснили для девушки, все никак не слетают с уст. Девушка хлопает ресницами, не понимая к чему весь крик. Ее просто унизили. Ещё чуть-чуть и это унижение превратится в слезы. — Да что я сделала не так?! К чему все это?! Скажи и все! Зелёный омут глаз начал поблескивать, а позже и вовсе покатились слёзы.

«Всё. Молодец, Кенма. Она плачет. Ты доволен?»

— Я... Т/И... — послышался всхлип, второй. А она девочка ранимая, есть чувства. С девушками сложнее в реальной жизни, нежели в видеоиграх, да? Вроде и мангу романтическую не одну читал, вроде и Куроо рассказывал о своих похождениях, но все не то. Она другая. Не подойдёт ни одна ситуация из аниме, чтобы повторить что-то с ней, ни одно клише. И вот эта «другая» стоит перед Козуме и плачет, а он без понятия что делать. — Прости, — Кенма робко заключил в объятия хрупкое тело. Сильнее всего парень не хотел видеть как она плачет. — Прости, прости, прости. — сжал сильнее, словно боится потерять. Тонкие маленькие пальчики вцепились в толстовку, а лицо уткнулось в грудную клетку парня. — Если бы существовал список причин любить тебя, то он и правда был бы самым коротким в этом мире. — последние слова давались крайне тяжело. — Там было бы написано «За всё». Тяжелый вздох. Сейчас или никогда. Сейчас. Только сейчас. — Я люблю тебя. Даже больше, чем скидки на игры. — от его лица это звучало крайне неумело и искренне. Не так он представлял себе признание, но это ведь чистая правда. — Я тоже тебя люблю. — Т/И улыбнулась. — Даже больше, чем острую лапшу. — постаралась девушка повторить признание в манере Кенмы.