Не самый худший Новый год

Фемслэш
G
Закончен
3
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Драббл, 4 страницы, 1 часть
Описание:
Этот Новый год маленькая девочка по имени Лидия встречала одна, в печали и тоске. Но, как оказалось, не одна она.
Примечания автора:
Кажется моё мёртвое желание творить воскресло?
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
3 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать
Настройки текста
Этим вечером Лидия Швагенвагенс грустно смотрела в окно из своей комнаты и наблюдала за падающим снегом. Весь их маленький городок уже был декорирован разными новогодними украшениями. Два маленьких мальчика за окном бежали по тротуару и поочередно кидали друг в друга снежки, смеясь и играя в догонялки. Сзади медленно шли две женщины, по всей видимости, матери мальчиков. Девочка печально вздохнула и перестала наблюдать за этой картиной, которая ещё больше расстраивала её в этот одинокий вечер. Потому что она никогда не играла в снежки и никогда не имела друзей. Её отец бы не одобрил, веди она себя так. Лидия, конечно, уважала его и старалась вести себя достойно, как он и говорил. Только вот внутри она тоже хотела вот так просто веселиться с такими же простыми ребятами: играть в снежки, в догонялки, смеяться, быть просто-напросто счастливой… Но её отец бы этого не одобрил. Он считал, что нужно вести себя достойно. Густав вообще был своеобразным человеком, и в некоторые моменты Лидия могла даже яро ненавидеть его. Сейчас, кстати говоря, был один из таких моментов. Никогда девочка не думала, что этот Новый год встретит так. Одна, в огромном особняке, наблюдая из окна за другими ребятами… Даже Ровд сегодня уехал на праздник к своей семье. А она одна. Отец с мамой и Себастьяном уехали к родственникам, которые пригласили их в этот праздник к себе. И Лидия тоже должна была поехать, однако она специально испортила своё платье, подходящее под такие вечера. Ведь девочка уже знала, как будет проходить этот самый вечер. Густав снова будет изо всех сил важно хвастать перед родственниками достижениями Себастьяна, а она снова станет невидимкой. И это всё лишь из-за того, что её братец родился мальчиком, а она нет. При том что дома конкретно с Себастьяном всё происходило наоборот. Густав мог кричать на него, сильно калечить, бесконечно говорить ему о том, что он ничтожество, но перед всеми остальными скрывал эту самую ничтожность как мог. Ведь он будущий наследник, мужчина, должен быть идеален в глазах всех, потому что не будь он таким, мнение о семье Швагенвагенсов в своих кругах бы испортилось. Хотя и Лидия знала, каким на самом деле был её брат. Видела, как на него орут целыми днями, как его избивают… Да, это было хоть и своеобразное, но воспитание. А она была никем, даже если лезла из кожи вон, чтобы понравиться Густаву и обратить на себя хоть какое-то внимание. Но это никогда не срабатывало. Отцу всегда было плевать на неё и её достижения. Ведь она же девушка. Ей достаточно занять третье место на экзамене, конечно. Да плевать вообще на неё, она же никто. Ей совершенно не обязательно иметь какие-то достижения. Она никто. И сейчас она чувствует себя даже ничтожней, чем Себастьян. Она чувствует себя так, будто её нет, и будто её значение в этой вселенной даже перед собственной семьёй просто ничтожно. На глазах выступили слёзы, затуманивая взор перед окном. Однако Швагенвагенс отчётливо увидела рыжую девочку, идущую по тротуару, что был усыпан снегом, и тут же узнала в ней свою одноклассницу — Эвелин Белл. В момент, когда Лидия осознала всё, было уже поздно. Девочка почему-то остановилась именно у её дома и взглянула именно в то окно, из которого глядела Швагенвагенс. Их взгляды пересеклись. Тоска и печаль моментально исчезли — их заменил страх. Лидия в испуге моментально утёрла слёзы и убежала за пределы окна, где одноклассница не смогла бы её увидеть. Так у стенки на полу девочка сидела около минут пяти. Сердце нещадно быстро колотилось, а она всё размышляла о том, ушла ли Эвелин, что она здесь делает одна в такой поздний час, и самое главное… почему она остановилась именно у дома Швагенвагенсов? Уже немного успокоившись, Лидия всё же осмелилась взглянуть в окно. Однако она снова моментально зажалась в пол у стенки, потому что Белл всё ещё никуда не ушла. Она по-прежнему стояла на том же месте, удивлённо таращась в то же окно. «Да что ей надо-то?!» — пронеслось в голове напуганной и смущённой Швагенвагенс, прежде чем она как можно быстрее закрыла окно шторами. Эвелин Белл была девочкой, что весьма раздражала Лидию. Она была слишком любопытна, всё время совала свой нос куда не стоит, пыталась разобраться с чужими проблемами, а ещё почему-то постоянно ходила в школу в поношенной и грязной одежде. Отец бы как раз назвал её недостойной. Однако помимо одежды была ещё в ней вещь, которую Лидия не могла понять. Эта девочка, в отличии от остальных в классе, всегда была доброжелательна с ней, предлагала свою помощь, хотела дружить… И всё это даже после того, как Лидия бесконечное количество раз унижала и оскорбляла её. Да после такого Белл должна была возненавидеть её! Только вот этого почему-то не случалось. Она была весьма популярна в классе, всегда сохраняла оптимизм, защищала Лидию перед одноклассниками, которые очень не любили её… А та всегда грубо отказывалась от предложений дружить и отвергала Эвелин. Почему-то даже помимо внешнего вида было в этой девочке что-то такое, что несказанно раздражало Лидию. Да даже например это её всегда весёлое лицо. Почему она всегда радуется? Неужели не существует моментов, когда она грустит? Почему она всегда так добра к Швагенвагенс, даже при том, как та к ней относится?! Лидия не выдержала и ещё раз взглянула в окно, немного отодвинув штору. Снова встретилась взглядами с Эвелин, покраснела и присела под окном поражённая. Эта девчонка улыбалась. Нет, ну это уже перебор какой-то! Швагенвагенс вскочила с места и вышла из своей комнаты, спускаясь по лестнице вниз. На первом этаже, она, почему-то немного трясясь от волнения, распахнула входные двери. Задул холодный ветер, в дом посыпался снег с улицы. Девочка поспешила закрыть двери, а сама вышла с крыльца на тротуар, став прямо напротив Белл и заметно дрожа теперь уже от холода. Выражение лица у неё было одновременно взволнованное, злое и смущённое. Она уже прямо-таки собиралась сказать однокласснице очередную гадость, но та заулыбалась, и, глядя на девочку, произнесла: — С Новым годом! Ты чего в такой лёгкой одежде? Простынешь ведь… — Не твоё дело, простыну я или нет! Зачем ты стоишь под моим домом и смотришь в моё окно?! — сразу же начала с грубостей Швагенвагенс. — А, прости, я… — слегка неловко отвела взгляд она. — Не важно. Неужели ты одна Новый год встречаешь? А где твоя семья? Это же семейный праздник! Лидию такие слова очень обидели, и она вновь нагрубила. — Тебе какая разница?! Тоже, кстати, могу сказать и про тебя! Почему ты в Новый год одна бродишь по улице, ещё и так поздно?! Что, в такой семейный праздник твоя семья тебя бросила? — слово «семейный» она прямо-таки выделила. Наступило молчание. Похоже, что Лидия перебрала. Она уже вся красная смотрела на Эвелин, ожидая чего угодно. Её бы устроило, если бы девочка как-то нагрубила ей в ответ или даже ударила… Только вот ответ Белл поставил её в полный ступор. — Да, — спокойно ответила она, смотря своей собеседнице прямо в глаза и теперь уже как-то грустновато улыбаясь. — У меня даже нет семьи, если честно. Только всё время пьющий пиво папа. Он не любит меня, и конечно, отмечать со мной Новый год не намерен. Лидия застыла в ступоре, не зная, что ответить. Эвелин по-прежнему улыбалась ей. — Я ответила честно, ничего не утаила. Теперь отвечай ты. Почему ты одна в Новый год? Но Лидия всё ещё молчала, поджав губы и вглядываясь в выражение лица одноклассницы. Она была вся раскрасневшаяся то ли от мороза, то ли уже от чего-то другого, неотрывно смотрела на Эвелин и дрожала. За минуту на её лице проскользнуло столько эмоций, сколько Белл ни видела ни разу за все года, которые её знала. — Ой, ну не могу я смотреть на то, как ты мёрзнешь, — улыбнулась девочка и сняв с себя старую поношенную куртку, накинула на Швагенвагенс. Теперь уже она слегка дрожала от холода. Прошло ещё несколько секунд неловких переглядок, прежде чем Эвелин таким же спокойным тоном вымолвила: — Ладно, если не хочешь, можешь не говорить. Тебе вижу не совсем приятна моя компания… Я пойду. И она стала отдаляться. Лидия смотрела ей вслед, не понимая, что чувствует. Ей должно быть радостно, так? Она же наконец прогнала эту девчонку, что несколько минут стояла у её дома и нагло смотрела в её окно. Только вот Лидия почему-то совсем не рада. Эвелин всегда была счастливой при ней, Швагенвагенс жаждала увидеть её грустной. И сейчас как раз-таки это свершилось. Лидия расстроила её. Она увидела ненавистную Белл грустной. Но от этого почему-то не стало лучше. Что-то внутри неё, смотря на то, как Эвелин совсем скрывается из виду, кричало: «Нет, нет!». К девочке вдруг пришло осознание. Да они же ведь так похожи! Эвелин тоже не любит её отец! Только вот… их разница в том, что Белл, что бы не случилось, улыбалась и была добра. А Лидия с совершенно такой же ситуацией не могла так же. Теперь в голове стоял вопрос: «Почему?!». Почему она не могла так же, почему все эти года была столь груба?! Плевать на отца и на то что он подумает, в голове было лишь одно: «Почему?!». Нет, нет, нет… Она не хотела, чтобы всё закончилось так! В тот же миг Лидия сорвалась с места и побежала вслед за девочкой, спотыкаясь о камни, которых не было видно за ковром белого снега, но по-прежнему не видела ничего, кроме рыжей копны волос впереди себя. Швагенвагенс бежала изо всех сил, а когда наконец почти догнала её, громко крикнула: — Эвелин! Прости меня! Девочка обернулась и с удивлением глянула на Лидию, несущуюся к ней со всех ног. И она мало что успела сообразить, прежде чем та налетела на неё, споткнулась и повалила на снег. Обе раскрасневшиеся и смущённые, широко раскрыв глаза, смотрели друг на друга. Лидия — с решительностью и невероятным смущением, а Эвелин — с удивлением. Ярко-рыжие волосы девочки распластались по белому снегу, образовывая сильный и очень красивый контраст. Лидия смотрела в её большие карие глаза и не могла оторвать взгляда. После бега её грудь часто и громко вздымалась. А потом, она наконец, набравшись смелости и отдышавшись, продолжила свою фразу уже более спокойным тоном. — Прости, ты… наверное, не хочешь встречать этот Новый год дома? Пойдём ко мне, моя семья уехала к родственникам, кажется, до завтра, поэтому дом пустует. Где-то несколько секунд Эвелин шокировано смотрела на одноклассницу, но затем, снова улыбнувшись, ответила: — Прощаю. А ещё я не против пойти к тебе.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты