fanboy

— Ты чего какой кислый? — садясь на пассажирское сидение машины, спрашивает Тэхён. — Поехали в бар? — говорит Пак и выруливает на главную дорогу.       Чимин вернулся с мирового тура неделю назад, взял выходные на пару дней, которые благополучно потратил на просиживание дома за теликом. И сейчас возвращается в обыденное русло: съемки рекламы, шоу, фотоссесии, посещение мероприятий, студий танцевальных практик и многое другое. — Что за повод? — спрашивает Тэ, что-то быстро печатая в телефоне при этом улыбаясь. — Разве для того, чтобы напиться нужен повод? — усмехается Чимин, — а я смотрю второе свидание у тебя тоже прошло хорошо? — говорит Пак и смотри как улыбка друга ещё больше расползается по лицу, и всю оставшуюся дорогу Тэхён болтал о том, как прошли два свидания, прерываясь лишь, чтобы ответить на сообщение своей будущей спутнице. А Чимин просто вёл машину, внимательно слушая и искренне радуясь за друга.       Минут через двадцать они подъезжают к закрытому клубу. Да, да, это тот самый клуб, куда могут пройти только избранные. Обычно тут тусуются политики, актеры, певцы, проще говоря, публичные люди, не боясь, что их пьяные физиономии на следующий день будут пестрить в СМИ, так как это закрытое место, и работаю тут тоже только проверенные люди. Громкая музыка давит на перепонки, перекричать её невозможно, но это именно то, чего Чимин хочет. Они с Тэхён проходят к барной стойке и заказывают коктейль, который Чимин выпивает залпом. Сколько они таких коктейлей выпили неизвестно, и неизвестно сколько времени там провели. — Тэхёна-а, яя пойду выыийду на улицуу, что-то ме-меня мутит — растягивая гласные, говорит Чимин.       От Тэхёна он получает лишь пьяный кивок в знак согласия. Что ж, и так сойдет.       Чимин выходит на улицу, немного шатаясь, и облокачивается на каменную стену клуба. Очень сильно тошнит, кажется всё то, что он выпил сейчас, выйдет наружу. Чимин закрывает глаза и пытается привести свой пьяный рассудок в осознанный и справится с тошнотой, но ничего не получается. Он находит ближайший контейнер для мусора и выворачивает почти весь алкоголь, который он выпил. — Чимин, тебе плохо? — слышит возле себя чей-то голос Пак.       Он поднимает голову и натыкается на парня, который обеспокоено смотрит на него: — Ааа это ты? — усмехается Чимин— как тебя там? Чонкук? Чонгук? Мой преданный фанат. Или как там, таких фанатов называют …? — Чимин совершенно не осознает, что несёт и начинает смеяться.       Вот только Чонгуку совсем не смешно. Он внимательно смотрит на Чимина и не может оторвать взгляд. Тот даже в таком состоянии безумно красив. Черные волосы, спадают по обе стороны, которые Чимин постоянно поправляет рукой, неброский макияж, белая рубашка, заправленная в черные джинсы, обтягивающие стройные ноги. Классика, но как она смотрится на Чимине, не передать словами. — Чё уставился на меня? — Пак пытается прийти в себя, но все попытки проваливаются. Он спускается вниз по стенке и садится на асфальт, а после закрывает глаза, проваливаясь не то в сон, не то в некоторое пространство, очень похожим на состояние, когда человек теряет сознание. ***       Головная боль — это первое, что чувствует Чимин. Он медленно открывает глаза и жмурится, ведь яркий солнечный свет давит глазное яблоко, что не самое приятное сейчас. После того, как Чимин привыкает к свету, он начинает осматривать помещение, в котором находится.       Светлая, средних размеров комната, кровать, напротив которой стоит стол и полки с книжками. С правой стороны окно с легкой тулью и огромным цветком на подоконнике. А с левой стороны кресло с торшером в углу и низким журнальным столиком. Тут уютно, думает Чимин, а после взгляд падает на плакаты, которые висят над креслом их немного, но они бросаются в глаза, а когда Чимин начинает фокусироваться на них, то понимает, что смотрит на самого себя. — Блять — вырывается с его губ, — нуу нет, только не это, пожалуйста. — умоляет Пак и пытается подняться с кровати.       Он совершенно ничего не помнит, особенно как оказался здесь, последнее что всплывает в голове, так это обеспокоенное лицо Чонгука.       Чимин медленно встаёт с кровати и идёт к двери, тихо открывает её и оказывается в небольшом коридоре. С правой стороны дверной проём и оттуда доносятся звуки посуды, скорее всего там кухня.       Спиной к нему стоит Чонгук и что-то готовит. Чон одет в большую, белую футболку и спортивные штаны, а волосы немного влажные после душа. Пак, не замечая того сам, уже как минуты две пялится на широкую спину Чонгука, почти не моргая. — Оо, проснулся? — спрашивает Чон, смотря на Чимина, — есть будешь? — и показывает на сковородку с приготовленной в ней яичницей. — Нет, можно воды, пожалуйста. — хрипло говорит Чимин и уводит взгляд в сторону. Пак садится за стол и ждёт Чонгука, когда тот нальет воды, прокручивая мысли в голове. Что он будет сейчас говорить? Что спрашивать? И вообще какого чёрта он тут оказался и сидит до сих пор?       Чонгук садится на против и протягивает воду Чимину: — Где я? И как я тут оказался? — сразу начинает спрашивать Пак, осматривая кухню и подмечая для себя, что тут, точно также уютно, как и в спальне. Ещё тепло и вкусно пахнет, что совершенно не хочется покидать это место. — Это моя квартира. А оказался ты тут потому, что я привёл тебя сюда, так как ты был очень пьян, — отвечает Чонгук и смотрит, как Чимин пытается вспомнить. — Зачем? — непонимающе спрашивает Пак, — я помню, как выпивал с Тэ, а после вышел на свежий воздух, потом ты появился, ии… — Чимин начинает тереть виски, пытаясь избавится от головной боли, — а дальше не помню. Тэ? — Пак резко начинает шарить по карманам и находит телефон, пытаясь включить, но тот назло не включается и с громким разочарованием кидает его на стал, — сел, — тихим голосом подтверждает. — Ты даже не смог бы подняться на ноги самостоятельно, — отвечает на вопрос Гук. — Слушай, а может ты маньяк? А? Просто притворяешься мои фанатам и ждешь возможности меня изнасиловать и убить где-нибудь, хотя у тебя таких возможностей было море. А может ты уже домогался до меня, пока я был в отключке? — перечисляет Пак. — Чимин, прекрати! — повышает голос Гук, и поняв, что слишком громко ответил, продолжает говорить тише, — Я просто хотел помочь, и не мог оставить тебя там около мусорного контейнера на асфальте. Сначала подумал отвести тебя домой, но адрес ты не сказал. Ты вообще не мог нормально говорить, поэтому я отвез тебя к себе домой. Я не трогал тебя и не держу насильно, ты можешь в любую секунду …. — Чонгук хотел, что-то ещё сказать, но промолчал, опустив голову. — Извини, — Чимин понимает, что наговорил много лишнего, — но всё же, можно я задам вопрос? — не дожидаясь ответа, продолжает, — зачем ты выслеживаешь меня? Тебе что-то нужно? Чего ты хочешь получить от меня, Чонгук?       Чон теряется и всё мысли улетучиваются. Он много чего хочет сказать, но молчит. Не может собрать всё воедино и подобрать правильные слова. Прошло три минуты и Чимину надоело ждать ответа: — Понятно, — с разочарованием говорит Пак, резко встает и идёт к выходу из квартиры.       Однако не успевая открыть дверь, как его хватают за руку. Чимин поворачивается, чуть не утыкаясь в грудь Чонгука и поднимает на него глаза. Слишком близко, Чимин даже может услышать легкое дыхание на лице и быстро вздымающуюся грудь: — Подожди, — Чонгук вдыхает и на одном дыхании продолжает говорить, — ты спрашиваешь, зачем я слежу за тобой? Как бы глупо сейчас это не звучало, но мне нравится всё то, что ты делаешь: как ты поёшь, как ты говоришь, как двигаешься. Мне нравится твои милые привычки, смех, улыбка, маленький рост и даже пальчики. Я хочу видеть тебя как можно больше, а ещё узнавать и понимать тебя всё лучше и лучше. Хочу знать о тебе всё, что любишь, а что нет, чего боишься, о чём думаешь. Что делаешь по вечерам, по выходным, с кем дружишь, что ты кушаешь и даже… много ли пьешь кофе? Я могу продолжать перечислять бесконечно, но всему этому есть оправдание в три слова — ты мне нравишься. Можешь считать меня сумасшедшим и смеяться надо мной, прямо в глаза, но я всё равно буду продолжать это делать.       Теперь пришла очередь Чимина молчать и смотреть удивленными глазами. Конечно, ему признавались в симпатии и даже в любви, но сейчас его настигают странные и не понятные чувства. В груди разливается тепло, а под ребрами скрежет. Он опускает взгляд на руку, которую держит Чонгук, медленно поглаживая большим пальцем тыльную сторону руки Чимина, как бы успокаивая. Вроде бы не замысловатая манипуляция, а помогает, немного прийти в себя. Чимин возвращает взгляд на Чона, тот смотрит на него и шепотом в паре сантиметров от губ повторяет: —Позволь мне узнать тебя…