lovely

Фемслэш
R
В процессе
13
автор
Viamor бета
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 25 страниц, 3 части
Описание:
Джейми не могла позволить Дени умереть. Она пообещала любимой, что отпустит еë, когда придëт время, но сдержать данное обещание не смогла; найдя способ снять проклятие, Джейми снимает его, но какой ценой?
Посвящение:
Е. Моя любимая бета. Гонишь спать в три ночи, пока я творю.
Е. Гонишь спать уже в шесть утра.
Примечания автора:
Никогда не думала, что буду писать о семейной жизни. Я, как любительница всяких душераздирающих сюжетов, сама оху... от того, что предложили сценаристы. Пора исправлять, ох.

Посмотрите на количество AU в шапке и поймите, как изменилась история, но по факту поменялось лишь одно: все остались живы и раскрываются семьи персонажей.

AU (1) : мать Дени зовут Маргарет, ссылаюсь на то, что в сериале имя прозвучало один раз (оно мне просто не понравилось)

AU (2): ресторан Оуэна находится в США, неподалеку от дома Джейми и Дени (я так и не поняла, где Оуэн открыл свое заведение, в течение 9 серии приходилось рыдать и только)

Надеюсь на ваше понимание.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
13 Нравится 6 Отзывы 2 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста

История с Виолой закончилась более, чем счастливо: нашлось нужное заклятие на подобную заразу, которую уничтожило без всякого шанса на возвращение обратно. И вот желанная жизнь — но всë ли так хорошо?

      Джейми пила чай, обхватив кружку двумя руками. Горячий напиток резал язык, теплил горло и обжигал желудок — перед выходом на зимнюю улицу предпочтительней запастись теплом. Она любила лето и вечно поговаривала об этом за завтраком, когда на белую тарелку скатывались панкейки, приготовленные самым лучшим человеком в мире.       Джейми всегда заглядывала в глаза Дени, когда она садилась напротив, беря вилку правой рукой.       — Так ты поможешь мне украсить магазин к Рождеству? — Джейми любила говорить с тоном загадочности, похожим на уловку к какой-нибудь авантюре. Улыбка украшала лучше помады, и она, кажется, за весь год не противилась этой воодушевляющей радости. Год как всë хорошо. Год из вечности вместе.       — Дай-ка подумать… — Дени устремила взгляд в потолок, помахивая вилкой в стороны у виска, — и что за вопросы сегодня? А как же взять за руку и потянуть за собой навстречу приключениям?       Воспоминания о призраках из трагедии быстро перекинули в состояние смеха и шутки, приятного для молодой души, желающей разве что не обойти весь мир пешком. Дени с уверенностью могла бы сказать, что из прошлого не хватает этой встревоженности, таинственности, испуга до холода по спине — она не могла заводить разговор о произошедшем с Джейми, которая не зарекалась о Блае. Вспоминала разве что чудесные цветы, разговоры о которых прекратились после поступления новой партии на продажу. Семейная жизнь полна обыденности, она пока не кружит голову, но прожитый спокойно год - не цель, а настоящее достижение. Поппинс за спокойствие Джейми отдала бы саму себя без раздумий, и эта формулировка отвратительно звучала в голове Дени каждый раз за завтраком, когда возлюбленная допивала чай и доедала завтрак.       Темно-красная кофта, свободные джинсы, каштановые кудри и чуткие прикосновения. Джейми всегда была свободна в движениях, чертовски привлекательна и импульсивна, она клала свою ладонь на левую ладонь Дени, переплетая тонкие пальцы. У Поппинс руки были всегда такие холодные, что приходилось греться о родное тепло — душа переходила из состояния предрабочего спокойствия в расходящийся механизм любви. Заливалось в области груди приятным покалыванием, перекидывалось тяжелым узлом внизу живота. Дени не знала, насколько сильно смущается подобного со стороны, слышно ли как сердце отдается бешеным ритмом, но она повернулась на стуле и поцеловала Джейми первой, перехватывая еë губы в легком контакте, почти воздушном и безумно головокружительном. Затягивала как в сигаретный омут, карамель и сладкий чай, из предложенной картины эмоций Джейми жадно выхватывала самые лучшие, покусывала губы, щека нежилась под прикосновениями кончиков пальцев, и Джейми открывала глаза лишь потому, что перед ней находилось еë чертовка Дени.       Джейми не знала, почему любила Дени. Дени тоже не знала, почему любила Джейми.       — Ближе к вечеру мистер Бекинс привезëт всë необходимое, буду тебя с нетерпением ждать. За ночь мы должны управиться, Алекс и Корвин обещали помочь.       Дени поднималась со стула, обхватывая Джейми за талию, голова - на плечо, и уже никуда не хотелось идти.       — Завтра у меня выходной, так что могу себе позволить всю ночь заниматься декорированием славного магазинчика. А сейчас меня ждëт мир литературы с десятым классом. Ещë один поцелуй, Джейми, и ты оставишь детей без обсуждения Уайльда. Всë, пора.       Короткий поцелуй в кончик носа. Стрелка часов пробила восемь утра. Они шуршали куртками, смеялись из-за воспоминаний о моментах сериала. Однако их пути расходились после порога дома. Джейми доходила до работы пешком, Дени снова спешила на автобус и снова успевала на него. Рабочий день приходил в цветочную лавку Бекинса и в школу Старвуда.

***

      В рамках произведения Уайльда приведения не были такими страшными, как настоящие призраки. Дени не могла раскрыть свой опыт детям, разве что не желая намеренно оказаться запертой с безнадежным диагнозом; подростки не верили в мистику подобно Дени в еë шестнадцать, скорее проклятье привело к близкому контакту с призрачными обликами. Не будь их, не было бы сейчас рядом Джейми.       —…таким образом, сэр Симон объяснил, почему Любовь сильнее Смерти. На этом мы заканчиваем. Жду ваших вопросов.       Устроиться учителем литературы было не проигрышным и даже приятным вариантом для Клейтон. Дети. Дени и не понимала, отчего работа с детьми, не всегда послушными и замечательными, доставляла удовольствие при любом исходе дел. Заинтересованные лица, множество голов, они проникали в текст червяками с лупой и искали в его тьме лучшие авторские тайники, Дени наблюдала за работой класса и держалась роли направляющего, который помогал выйти из любых темных, безнадежных закоулков литературы. Одна рука поднялась в воздух, Клейтон сразу кивнула ученице.       — Мисс Клейтон, меня всегда поражало: откуда писатели берут эти образы? Уайльд действительно видел приведений?       Дени тихонько засмеялась, зная, что Стелла — та самая ученица, которая всегда задавала вопросы, уводящие от темы на долгие размышления, но их можно было себе позволить лишь под конец урока. Руки покорно складывались на груди, нужно подумать перед ответом: Дени снова оказывалась на тропе опыта, с которой нужно спешно сворачивать.       — В данном случае приведение — это метафора, Стелла. Думаю, Уайльд не видел никаких привидений, просто у него хорошо была развита фантазия, как и у многих других писателей.       — То есть вы хотите сказать, что привидений не существует?       Вопрос — почти выстрел в висок. И после него остаешься живым с оглушительным звоном в ушах. Дени заметно побледнела, но смятение выдавал вечный поиск глазами приемлемой опоры. Она пыталась не переживать: спокойно провела урок, отрепетированный ею множество раз, только бездарно сдалась под самый конец — ученики в сорок глаз смотрели на учителя. От волнения она перебирала складки на белой рубашке, но проще было убежать: отойти к окну и смотреть, как снег заигрывает с ветром.       — Стелла, ты снова о своей мистике? Что за глупые вопросы? Давай ты в тысячный раз расскажешь про дьявола в Аризоне, — недовольство с последних парт прошлось юношеским голосом по классу.       Возмущение Джона было оправдано лишь одним, он дал выиграть время для мимолетных раздумий, только своим высказыванием снова опрокинул вес мыслей. Аризона — штат, где родилась Дени, родной дом, исписанный детством и юностью, она обходила все легенды этого места семимильными шагами. Дьявол, видимо, обогнал и скрылся в пучине прошлого, на затерянных страницах. Иначе как объяснить эту неизвестность? Всë подозрительно сходилось в этом уроке, на что Клейтон тяжело вздыхала.       — Так, закончили этот спор. Приведений не существует, и уж тем более не существует дьяволов. Я вообще о таком не слышала, откуда вы это взяли? — Дени поддавалась легкой раздражительности, потирая запястье.       — Да, это древняя байка о дьяволе, рожденном в Аризоне. Это не по моей специальности, но я бы на вашем месте Стеллу не спрашивал, она к вечеру не закончит.       Класс смеялся, и звонок в тон проигрывал мелодию на перемену. Сборы, поднявшийся шум, и Дени не теряется, когда изрисовывает домашним заданием доску: теперь страдания перейдут в «Портрет Дориана Грея». В ушах до сих пор держался шум, а в груди почему-то пробивался спешный ритм — Клейтон сала за стол, потирая лоб.

***

      — Джейми, как планируешь отмечать Рождество?       Это еë первое Рождество с Дени и первое Рождество в столь узком кругу. Раньше — семья, отец, мать и братья, праздник превращался в самую настоящую сказку. После — с жителями поместья, большой праздник для детей и мало что получалось делать для себя. Джейми улыбалась, перебирая цветы в горшках. В Рождество ей хотелось самого обычного: посиделок дома, совместное приготовления ужина и один момент, о котором девушка думала слишком часто. В голове была сложена четкая картинка задуманного.       — Всë до жути банально, Алекс. Дома с Дени под «Merry Christmas» и с пикантной индейкой на столе.       Алекс хотел было что-то сказать, перед этим он тряхнул светлой головой, но колокольчик на двери сосредоточил внимание на клиенте. Женщина — искусство, легкое цоканье черных каблуков, она вошла, придерживая оголенной ладонью верх своего пальто, и задержалась у кассы. Джейми привыкла держать миловидную гримасу перед посетителями, главное правило — смотреть на клиента, подарить себя как флориста, способного удовлетворить любое желание. С этой женщиной проходил внезапный сбой: Джейми положила руки на стойк. Она держала спину ровно, разглядывала вошедшую незнакомку, уделяя особое внимание лицевым чертам. Знакомо. Сияющие глаза и ровная улыбка, привлекательные скулы, она отличалась противной надменностью, но завлекала строгостью и вопиющей харизмой. Одно движение рукой — Джейми почувствовала удар в груди.       — Добрый вечер, чем я могу помочь? — приветливо начинала девушка, руки с тяжестью удерживались на месте от волнения.       — Я совершенно ничего не понимаю в цветах, но моя дочь обожает их до безумия. Не могли бы вы подсказать, что можно подобрать молодой и одинокой девушке?       Еë голос с хрипотцой — слишком звонкий, она произносит каждое слово одним тоном, не разгадаешь эмоций и интереса — женщина оглядывает магазин, словно не замечая Джейми, которая переходила в состоянии перекочевывания мыслей. Пытливо пыталась вспомнить, кого напоминает незнакомка, давно мелькало «это Дени», но Джейми нарочно отходила от этого; не одинокая Дени бы предупредила о приезде родственников. Размышления оторвали от работы. Алекс, схвативший, кажется, первый цветок, прошëл к стойке продавца и чуть потеснил Джейми.       — Простите, что вмешиваюсь, но по вашим описаниям я сразу понял, что вашей дочери подойдут хризантемы. Не так ли, мисс (тут как и во 2 не уверена в «мисс») Тейлор? — парень поражался фатальному ступору коллеги и предпринял болезненную попытку вырвать еë из размышлений: осторожно похлопал по ноге, но уже думал прибегнуть к высшим силам.       — Да? — Джейми смотрела на стоящую перед ней хризантему. Понимание, что пора заканчивать не только размышления, но и работу с таким клиентом, заставило согласиться на всë. — Да, я уверена, вашей дочери понравится. Не знаю, как цветок поможет с одиночеством, зато уверена, что на окне он будет смотреться красиво.       Джейми понимала, что словами проходилась мимо адекватного диалога. Алексу не хватало возможностей мимики для передачи своего удивления, он нервно посмеивался, чтобы сгладить неловкость между женщинами: незнакома вселяла и в него какое-то необъяснимое смятение в тандеме с желанием завершить разговор как можно скорее.       — Поверю вам, сколько с меня? — рука опустила в карман за кошельком, пока Джейми разбиралась со счетной машиной.       — Двадцать долларов, — девушка приняла купюры и отдала покупку.       Пора бы выдохнуть и расслабиться, заняться дальнейшей работой; Джейми смотрела вслед изящной фигуре, она поправляла пальто, придерживая рукой цветок. Никакой благодарности и привычной фразы на прощание. Парень упирался локтями в стойку, однако спокойствием ни он, ни она не распоряжались, все противоположно: Джейми набрала воздуха в легкие перед ударом в опасную точку.       — Подождите, пожалуйста! — девушка вышла из-за стойки, в ответ на еë просьбу незнакомка остановилась с ясным непониманием, которое свелось в бровях. — Простите за вопрос, но… Не могли бы вы назвать свою фамилию?       Алекс понимал, какое безумство творила сейчас Джейми. Неуважение к клиенту, почти вторжение в личную жизнь — и если это выйдет за пределы магазина и пройдет неприятным слушком? Джейми била не по своим интересам, а забывала про репутацию. Вопрос — неожиданность для женщины, она перевела взгляд с девушки на другого работника, который был обязан спасти положение.       — Джейми! — прошипел он, выбегая следом за ней. — Простите мисс Тейлор за такую бестактность, она сегодня перетрудилась. Я с ней проведу беседу и организую выходной… — Алекс продолжил пламенную речь с тысячью извинениями уже у порога магазина, ответ так и не был получен, а на подобную наглость женщина ответила одним— взгляд больше не прошелся по бунтарской натуре Джейми.       Она и вправду становилась безумной, когда ею овладевал интерес. Не видела препятствий для преодоления цели, это сказывалась еë бунтарская натура. Она не пожалеет своей души, исковыряет еë ржавым гвоздем, если придется. Бунтарство часто граничило с глупостью. В таких случаях Джейми бралась рукой за голову, но не жалела, не жалеть о прошлом научила Дени — до жути полезный навык. Алекс выдохнул, когда в магазине нависло одиночество под обликом тишины; он был зол, но держал себя в руках. Алекс прошел к стойке, снова перебирая цветы.       — Джейми, если подобное ещë раз повторится, то я расскажу всë Бекинсу. Мне не интересно, откуда у тебя в голове возник этот вопрос, но ты должна понимать одно: ты не на улице, а в магазине работаешь. Флористом.       Джейми не противилась Алексу, ибо слова звучали вполне разумно; чувство стыда пролезло тонкой коркой по тому самому бунтарству, от безнадежности девушка потирала лоб.       — Да, прости, я действительно не подумала. Обещаю, больше такого не повторится, — Джейми развела руками, но решаясь заняться работой, — спасибо, что выручил, Алекс, ты настоящий друг. Спасибо.       Голос подрагивал, однако откровения льстили парню, поэтому он смягчается уже через несколько минут. (Тут связь плохая. Как будто у парня подрагивал голос) До конца работы оставался час, пространство магазина снова наполнил колоритный смех.

***

      Дени вернулась в пустой дом к семи вечера. Несколько часов на то, чтобы переодеться, перекусить, по возможности прибраться и схватиться за книгу — из предложенного Дени выбирала упасть на диван, раскинув руки в разные стороны. Суматоха, детский смех и споры, от пустоты в родном месте звенит в ушах, в сон тянуло по короткому канату, но Дени знала эту авантюру: возможность проспать попытку украсить магазин с Джейми — отвратительная слабость. Развести себя на веселье, перебить сон делом - Дени с дивана перешла в комнату, где учительский образ сменился молодежной бурей: джинсы и свитер, чтобы почувствовать себя более свободной и развязанной. Учитель держала строгость, а дома включила музыку, под которую приятно прибирать вещи в гостиной, удивительно, сколько книг лежало на полу, и все о разном. Джейми любила фантастику, Дени наслаждалась классиками английской и русской (русской?!) литературы, но желанную библиотеку никак не удавалось собрать, необъятный литературный мир не влезал в деревянное подобие шкафа — Дени убирала книги, но рефлекторно раскрыла белоснежные страницы, затягивающие в увлекательный нарисованный буквами мир.        Она вытянулась из этого забытья звонком в дверь, Дени вздрогнула от неожиданности, ибо некому звонить в такой час. Если только Джейми, однако повод, чтобы уйти с работы должен быть весомым, то есть соотносимым с какой-то катастрофой. Дени спешила впустить незваного гостя.       — Мама?       Дени не верила самой себе, она не считала месяцы разлуки с семьей, но прошëл уже не один год. Удивление смешалось с радостью. С совсем детской радостью. Приехала мама, которая несколько лет не одаривала своей теплотой и неповторимой нежностью: Клейтоны воссоединились в объятиях у порога на холоде, под мерцание придомовых фонарей.       — Дени, как же я соскучилась, — женщина держала в руках цветок, после объятий он оказался уже во владении Дени, — это тебе от меня скромный презент. Для подарков ещë рано, — женщина заглядывала в квартиру, — я пройду? Впустишь?       Девушка пребывала в шоковой тональности, еще и цветок в руках. Ведь мама никогда прежде не дарила подобного. Дени отошла от порога, цветку отвелось приятное место на подоконнике, сейчас важны свободные руки: чай, кофе, сладости, книги, жестикуляция для оправданий, каких предвиделось не мало. Дени поджала губы, радость прибивала душу к общему настроению неожиданности.       — Да-да, проходи… — Дени помогла матери снять пальто, — проходи в гостиную, да… Прости, что беспорядок, ты так неожиданно приехала… Всë хорошо? Ты бы предупредила, я бы… — Дени от волнения бросалась из стороны в сторону, чтобы собрать оставшиеся книги, разбросанная одежда смиренно покоилась на другом конце дивана. Женщина устроилась на удобном месте, она уложила руки на коленях, подходя к делу со всей скромностью.       — Всё хорошо, я подумала, что отмечать Рождество нужно вместе с семьей, поэтому и приехала, — женщина сделала мимолетную паузу, — милая, что такое? Откуда столько волнения? Неужели тебе есть, что скрывать от меня? Хотя можешь не отвечать, я знаю, что есть, — она оглянула на кухню и собиралась снова обратиться к дочери, — а не предупредила, потому что хотела сделать сюрприз. Не рада? Судя по твоему поведению, еще как не рада.       Девушка понимала, что суматохой нагнетала противоречивые мысли и идеи, к матери нужно было подойти с нежностью и гостеприимством; поэтому Дени отложила книги в сторону, на диване со спокойствием присела рядом с женщиной. Безмятежность удерживалась благодаря технике глубокого вдоха и медленного выдоха. Взять мать за руки, сгладить своими ладонями весь негатив. Встреча после стольких лет разлуки не могла начаться подобным образом, Дени улыбалась, чтобы зарядить всë излюбленным позитивом.       — Что ты такое говоришь? Я рада, мама, как такому можно не радоваться? Дело в том, что у меня планы: через полчаса мне уже нужно бежать, и я не могу сказать точно, к которому часу вернусь домой. Попросили помочь с украшениями для магазина, — и заключительный аккорд: объятия. Серьезность в любом случае красила женщину как природное качество, но Дени и не пыталась это изменить. — И спасибо за цветок, он прекрасен. Лучше расскажи, как у тебя дела? Что в Аризоне интересного? Я там не была вечность.       Женщину, которую, к слову, звали Маргарет, не завлекала заинтересованность дочери, это не прослеживалось по еë взгляду или улыбке, но подметить было возможно — она смотрела на одежду и фотографию, стоящую на книжной полке. Дени не придавала этому значения, хотя заметно волновалась, перебирая край свитера свободной рукой; Маргарет была чем-то схожа с роботом, отдающим себя окружающим обстоятельствам, после изучения всего в поле досягаемости она смогла посмотреть на девушку.       — А ты мне ничего не хочешь рассказать, Дени? — Маргарет поднялась с дивана и прошла к фотографиям, — ты говорила мне, что у тебя никого нет, но при этом стоят два стула на кухне. Только не нужно рассказывать, что тебе так нравится больше или что часто заходят гости. К тому же фотография интересная, жаль, не видно лица человека, с которым ты обнимаешься, — она остановилась у единственного фото Дени и Джейми, где они обнимались на дне рождении Алекса.       Сказать на это было нечего, Дени углублялась в роль провинившегося ребенка. Она ненавидела врать, но вышло так, что соврала двум людям, чья жизнь было далеко не безразлична до головной путаницы и боли в груди, за такое с собой сделать бы чего невообразимого — Дени не оправдывалась, лишь смотрела на свои руки. Маргарет перешла у дивана, у горы вещей, надзиратель над непристойным хламом, для полноты образ она держала руки впереди себя на уровне пояса.       — И самое интересное, что я не вижу мужской одежды, одна женская. Ни куртки, ни ботинок. Или я ошибаюсь? — Маргарет никогда не ошибалась.       — Нет, мама, не ошибаешься, — Дени встала напротив матери, приобнимая еë за плечи, — я понимаю, не нужно было скрывать, что я люблю девушка. Я не знала, как об этом сказать и… Черт, прости, неловко получилось, но она очень хорошая, мама, ты не представляешь, насколько хорошая. Я вас обязательно познакомлю, к тому же вам будет что обсудить…       — Всë, Дени, успокойся, — руки упали с плеч, и Маргарет села на то же место, — мы уже с тобой это обсуждали. Познакомь, но ты же понимаешь, что я не буду воспринимать эти отношения всерьез? Кто в твоëм возрасте не увлекается девушками?       Тема об отношениях — предмет для споров, кровоточащих ран, после разрыва помолвки с прошлым парнем Дени многое для Маргарет не прояснилось; она, несмотря на всю силу и эмоциональную тупиковость, приговаривала одно: возраст и увлечение, ничего более не решает в любовных делах юной дочери. Дени не хотела начинать разговор, он щекотал самые утерянные глубины и задевал то, что не хотелось бы трогать, та же помолвка окупилась страхом с потраченными нервами.       — Мама, умоляю, давай не будем снова об этом? Мне уже двадцать семь, и я хочу спокойно жить с тем человеком, которого люблю. Твоё дело, как это интерпретировать, я прошу об уважении к ней и ко мне. Давай проведëм этот праздник как семья? Без ссоры и больных воспоминаний, — Дени села к Маргарет, — я люблю еë больше всего на свете. Джейми замечательная.       — Как ты еë назвала? Джейми? Мне не послышалось? — женщина усмехнулась. — Она случайно не работает флористом в цветочном магазине у Бекинса, или как его там?       Клейтон-младшая не верила в случайности, зато верила в судьбу, в этом была заслуга мисс Тейлор.       — Да… Это точно судьба, мама, смотри, как всë складывается, — расцветает в улыбке надежда Дени на понимание матери, — надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я люблю еë?       — Нет, не понимаю, — фраза кидалась в повышенном раздражении пожилой дамы, — Джейми так и не могла подобрать цветок, помог милый молодой человек и все бы ничего, но я собиралась уходить, как она спросила мою фамилию. Могу отметить смелость девушки, однако ее несносная бестактность меня угнетает куда больше.       На телефоне без десяти восемь вечера, Дени вовремя заглянула в маленький экран — Джейми заканчивала работу в восемь, было необходимо спешить на встречу в цветочный магазин. Задачи сваливались неподъемным грузом на хрупкие плечи, успеть бы закончить одно и начать другое; девушка буквально рванула с места, но от Маргарет сразу не отошла.(тут рванула, но не отошла - странно)       — Мама, давай обсудим всë позже? Мне нужно бежать к Джейми, скоро Рождество, а магазин ещë не украшен. Я обещаю, что мы со всем разберëмся, ты можешь пока обосноваться на втором этаже в первой комнате слева. Там у нас что-то вроде второй гостиной, можешь взять книгу и устроиться там для отдыха. А сейчас, прости, суматоха и только, — ботинки, куртка, шапка, Дени собиралась спешно, но ни о чем не забывала.       — Хорошо. Буду тебя ждать, милая.       Вернется домой Дени вместе с Джейни. И на раздумья останется двадцать минут дороги до магазина. Вышел последний посетитель. Дени вбежала. Табличка с «открыто» быстро перескользнула в «закрыто».
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты