Рожден летать

›› POV Отабек       После того случая, как меня надули на той последней гонке, я решил, что хватит с меня всей этой хуйни. Мало того, что заплатили только половину, так ещё и ребра переломали в придачу.       Естественно та сумма, которую я получил, была намного меньше нужной, и я едва коньки не отбросил от самого осознания, что все было зря. Переломанные в нескольких местах ребра и сломанное предплечье — гарантия того, что я не скоро выйду на работу. И пришлось искать другие способы.       Самым очевидным способом было взять кредит, но я не дебил, да и кто его мне даст. Продавать квартиру тоже не вариант, учитывая что я ее снимаю. Эл не отвечал на звонки, видимо ему тоже крепко досталось. Ну вот почем мне было знать, что победитель в этой гонке уже был по умолчанию? То что он трус и решил не рисковать уже ставит его в категорию проигравших. Кто не рискует тот в пролете, по моему скромному мнению. Но, видимо, это не так.       В итоге пришлось опять просить помощи у Виктора. Он был в восторге от идеи и от того, что я сам собрал почти два миллиона, и пообещал, что все скинутся на это дело. Правда, лечебных звиздюлей он мне тоже прописал «за то, что тренировки запустил совсем». И будто не этот человек почти год назад орал на меня, чтобы я к Юрке не приближался.

***

      — Всё расставили? Подарки спрятали? К Новому году готовы?! — Виктор в образе деда мороза — это что-то с чем-то. Я бы заржал, но тогда из меня снегурочку сделают, а пока это место занимает Юрио.        Эти приколы, конечно, заезженны до «нельзя», но каждый год происходит примерно одно и то же. Кого-то выбирают в местные арлекины, то бишь деды морозы, и этот человек носится везде со своими шутками-прибаутками, которые тоже уже всем известны, но оттого не менее смешные. Хотя «в следующем году мы будем есть прошлогоднюю еду» можно было бы оставить. А то мало ли брезгливых среди нас.       — Виктор, угомонись уже, все в норме! — Юри носится за своим любимым, как кот за лазерной точкой. — Витя! Да хватит уже! Сядь ты хоть на минуту, без тебя разберемся!       — Действительно, Пенсия, ты чего? Чем этот год отличается от остальных? В прошлом году не было такой бесиловки. Харэ, — Юра подозрительно смотрит на Виктора, будто говоря «я знаю, что ты что-то знаешь, но вот что ты знаешь, я не знаю».       И вот, осталось пятнадцать минут, и новый год вступит в свои права. Все наливают шампанское, Юра молча всех в чём-то подозревает, Мила ставит свечу «для сжигания желаний», и мы все замолкаем, провожая старый год, как погибшего друга.       Три. Два. Один       — Ураа!!! — все обнимаются, Виктор встаёт и начинает дарить подарки, как подобает деду морозу. Юрка мотается туда-сюда от коробок до Виктора, вытаскивая всякую хрень.       Мне, как всегда, дарят носки. Оригинально. Всю жизнь мечтал коллекционировать носки.        — А теперь подарок для нашего самого младшего тренера! Юрочка, иди сюда! — Виктор машет лапой в сторону «Снегурочки». Юра неуклюже пытается развернуть кресло среди хлама на полу.— Ой, да встань ты! Новый год нужно начинать стоя на ногах, ведь как его начнёшь, так и проведешь!       Юра неохотно приподнимается, и, будто боясь что без своего кресла он упадет, цепко держится за спинку коляски, целенаправленно таща ее в сторону Виктора.       Никифоров неодобрительно косится на кресло, но не предпринимает ничего, Новый Год всё-таки, лучше не ссориться.       — Как вы все знаете, в прошлом году с Юрой случился несчастный случай, из-за которого он больше не может заниматься фигурным катанием. — у самого Юры лицо слегка позеленело и приобрело выражение «Что ты творишь, старый изврат?!» — и мы все грустили по этому поводу. Зато он спас одну юную особу, которая сейчас находится в этой комнате. Мика, — опять непонятные жестикуляции в сторону дальнего угла. — Сегодня тоже отмечает вместе с нами, и мы очень рады что она здесь! — окружающие одобрительно загудели, да я и сам заметил, что девчонка очень хорошо справляется. Видимо она быстро влилась в коллектив. — Но сейчас не об этом. Юрочка, мы все знаем, что тебе пришлось тяжело, и что ты долгое время не мог прийти в себя. Поэтому мы с все решили скинуться тебе на операцию, чтобы выправить твою ногу и вернуть тебя на каток!       Лицо Юры в этот момент надо было видеть. Неверие, шок, радость, страх, все смешалось. Но он быстро взял себя под контроль.       — Виктор, — его голос был хриплым от переизбытка эмоций. Все в комнате задержали дыхание, будто боясь его реакции. — Это…мне сказали что в России это… невозможно…       — А кто сказал что операцию проведут в России? Очень престижная клиника в Германии, между прочим. Им интересен твой случай, это как какой-то тест для них, и они согласились попробовать. Стопроцентной гарантии, конечно, нет, но не попробуешь — не узнаешь.        Лицо Юрия было нечитаемым. С минуту он просто стоял там и смотрел на нас, а потом тихо выдохнул. Слезы потекли по его щекам.       — Спасибо…       Одно слово. Но это было больше, чем если бы он целый час распинался над тем, какой это подарок.       — Советую сказать спасибо Отабеку. Это его идея была, и больше половины денег тоже вложил он, — бля, Виктор, я же просил не говорить ему.       Залпом осушив свой бокал, я дерганул в сторону тренировочных площадок. За моей спиной послышались маты и звон разбитого стекла, что свидетельствовало о том, что за мной ведётся погоня. Проскочив между какими-то спортивными снарядами, я обнаружил, что сам загнал себя в ловушку. Днём тут обычно Лилия тренирует своих танцоров, сейчас же, в связи с праздником, сюда свезли все ненужное. И обычно просторная комната превратилась в непролазные джунгли из картона и пенопласта.       — Стой, иначе сильнее бить буду, мудак! — ну что за благодарность! Хотя это Юрка, так что я ее особо и не ждал. — Все равно поговорить придется!       — Ладно, только без рукоприкладства, Юр! У меня нос, между прочим, криво сросся, — чистая правда, хотя я после того случая и с кирпичной стенкой поцеловался, и лицевую пластику делал, так что не особо заметно.       — Да стой ты! Я инвалид, а ты как кролик носишься! — грохот коробок слева оповестил меня о том, что пора либо высовываться, либо деру давать. Я, как истинный дебил, коим видимо являюсь, выбрал первый вариант.       Цепкие пальцы схватили мои волосы и больно дернули.       — Попался! — и меня выдернули на свет.        Юрка подрос с нашей последней встречи, ещё пара сантиметров и он был бы выше меня. Теперь он действительно напоминал человека, которого будут уважительно звать «Юрий», а не детским «Юрка». Но Юрка для меня все равно Юрка, даже если он будет двухметровым дядькой с седеющей бородой.       — А теперь объясни, пожалуйста, какого хрена ты это сделал? Зачем? Тебе же плевать! Так зачем ты пахал все это время? — с каждым предложением мою голову дергают туда все сильнее и сильнее.       — Юр-ра-а, о-от-пу-ус-ст-и! — мою голову наконец отпускают, и я могу вдохнуть свободно. Юра стоит, скрестив руки на груди, слегка поджимая левую ногу, и смотрит на меня, ожидая ответа. За его спиной Виктор тихой тенью проскользнул в комнату.       — Юра, я должен тебе кое-что рассказать и кое в чем признаться, — его голос звучит тихо и серьезно. — Это я заставил Отабека бросить тебя. Тогда я думал, что это будет правильным решением. Я ошибался, — Юра повернул голову и во все глаза уставился на Виктора. — Он слишком сильно любит тебя, чтобы отпустить, и он будет искать любой выход, кроме расставания. И он достаточно упёрт, чтобы добиться своей цели, в чем я уже убедился. Простите меня, пожалуйста, Юра и Отабек, что влез в вашу личную жизнь.       — Да у нас сегодня прям день неожиданностей, я смотрю, — Юра горько рассмеялся, и мне стало немного не по себе. — Если бы он правда любил меня, он бы меня не бросил.       — Юра, я...я тоже был не прав. Я думал что тебе так будет легче, если я уйду. Если не будет напоминаний о том, что ты потерял. Прости меня, что бросил тебя. Я не прошу возвращаться к нашим отношениям, я просто надеюсь что ты меня простишь, когда-нибудь, — я опустил голову, глядя в пол. Опилки под ногами зашуршало и я поднял взгляд. Юра смотрел прямо в мои глаза, не мигая.       — Любому другому, Отабек, я бы не поверил. Но ты...ты правда просишь прощения, не надеясь уже ни на что? Где же тот Бека, который всегда добивается подчинения, который прёт против всего мира ради своей цели? Конечно я тебя прощаю, Отабек. Я тебя простил уже давно. И насчёт отношений...может быть...       Я улыбнулся, глядя в зелёные глаза, сверкающие озорной искоркой в свете гирлянд.