Подарок

Мисти просыпается солнечным утром, ощущая себя полностью выспавшейся. Этой ночью у них с Корделией всё случилось впервые — впервые для Мисти, и ей усиленно кажется, что после этой ночи она неслабо изменилась даже внешне. Проснувшись, Мисти видит перед собой Корделию, которая уже, судя по всему, давно встала — она надела одну из своих любимых блузок и, собрав волосы в хвост, брызгается духами, что источают сладкий мягкий запах. Аромат, который так любит Мисти. — Доброе утро, — улыбнувшись, говорит Корделия проснувшейся девушке. — Доброе, — отвечает Мисти, не торопясь подниматься с постели, — дай угадаю — ты воспользовалась мной и теперь убегаешь? — Только тебе могла прийти в голову подобная глупость, Мисти, — смеётся Корделия в ответ, — когда я всего лишь хотела принести кофе для моей девушки. — Если я твоя девушка — значит, всё серьёзно? — спрашивает та, глядя ей в глаза. — А как иначе? — тон Корделии лишён всякой иронии, — разве могло быть несерьёзно? — Я люблю с тремя ложками сахара, — улыбается Мисти, явно удовлетворённая её ответом. — Я это запомню, родная, — отвечает Корделия, наклонившись к болотной ведьме и подарив ей лёгкий поцелуй в губы перед тем, как уйти за обещанным кофе. От Корделии пахнет её любимыми французскими духами, и Мисти вновь и вновь дурманит этот запах. Фирменный запах Корделии. Пока что их встречи тайные, ибо Корделия ещё не уладила толком вопрос развода с Хэнком, да и не хочет сплетен среди ведьм Академии, так что о том, что они с Мисти близки, пока что в Академии никто не знает. Что же касается Мисти, то она готова рассказать о своей любви к Корделии хоть всему миру — такова уж Мисти. Однако она этого не делает, понимая и уважая чувства той, кому отдала своё сердце. Отдала навеки, в вечное пользование. — Я люблю тебя, — говорит Мисти как-то раз, когда они с Корделией занимаются цветами в оранжерее. — Мисти, это не те слова, которые следует просто так говорить, — отвечает ей Корделия. — Но что такого? — смущается Мисти, — я же правда люблю тебя, Корделия! — О таком не говорят, это лишь чувствуют, — объясняет Корделия. Мисти не спорит с Корделией — какой в этом толк? Если Корделия не любит говорить о чувствах, то так тому и быть — Мисти лишний раз промолчит, вместо ненужных слов просто показывая Корделии всю свою любовь. Это она и делает сейчас, придвигаясь ближе к Корделии и целуя её в губы со всей присущей ей нежностью и порывистостью одновременно. Такова Мисти, такова её суть. И Корделия отлично это знает и принимает это, открывая для себя всё новые и новые грани характера той, кого любит. Корделии нравится изучать характер Мисти, такой непосредственной в своей открытости и порывистости, а Мисти нравится принадлежать Корделии. Принадлежать ей всецело, всей душой. Без остатка.