Рокировка

— Я… Я… Адам не мог даже слова выговорить, рой мыслей, что вихрем пронесся в голове, не позволил выцепить хотя бы какой-то ответ, а принц в свою очередь улыбнулся и взъерошил рыжие волосы. — Не беспокойся, я просто шучу, — спокойно проговорил тот, — а на слухи не обращай внимания, те кому нечего делать обычно любят по перемывать косточки. Пойди-ка ты сегодня спать пораньше, и, пожалуй, я скажу Мирэль, пусть отныне твой рабочий день начинается на пару часов позже. — Что Вы, не надо! — вспыхнул юноша. — Не спорь, — тотчас осадил его Аластор, — считай он просто у тебя обычно заканчивается позже остальных, ты же иногда сидишь со мной допоздна. Поэтому иди сейчас и хорошенько отдохни, завтра я хочу видеть тебя бодрым и улыбчивым. — Но… Но будут же гово… — Никаких «но». Эти слухи ничего не стоят, особенно того, чтобы тратить на них время. Тот, кто доволен своей жизнь никогда не станет сплетничать. Прекрати обращать на это внимание, — Аластор мягко улыбнулся, словно сменив гнев на милость, а Адам смущенно отвел взгляд. Всё пошло не так как он думал. — Хорошо, как скажите… — Всё, тогда иди. Адам покинул кабинет с чувством смятения в душе. Он больше всего на свете хотел, чтобы слова Аластора не были шуткой и так хотел ответить «да», не важно, что будет потом. Последствия его волновали в последнюю очередь. Адам мечтал, представлял, как бы всё могло произойти, однако каждый раз в голове всплывали слова Тины. А ведь он хотел отдалиться от принца, но в итоге не смог. А Аластор до полуночи перебирал фигуры на игральной доске и мысли не давали ему покоя, мешали уснуть или хотя бы взяться за разбор документов. Он не понимал, что на него нашло, зачем он задал тот вопрос и почему так надеялся услышать положительный ответ. И если бы Адам не замешкался, могло бы произойти непоправимое, не хотелось портить такие хрупкие отношения что они с трудом выстроили.

***

Пару дней тишины прервал внезапный приказ леди Мирэль быстро идти к принцу. Недоумевая, юноша бросил уборку и сразу же направился к нему. Коротко постучав, он вошел в кабинет и застыл на месте. Таким взволнованным принца ему не доводилось видеть. Тот сумбурно заканчивал сборы, а вместо обычного костюма на нем была водолазка с подобием корсета на талии и вырезом на спине, просторные хлопковые штаны серого цвета и мягкая обувь на подобии сапог, сшитая из мягкого, но плотного материала и зашнурованная до колена она облегала его ноги словно вторая кожа. — Что-то случилось, Ваше Величество? Вы куда-то собираетесь? — осторожно начал парень предварительно поздоровавшись. — В Древнюю Обитель, и ты летишь со мной, — неожиданное заявление заставило парня растеряться и на секунду застыть на месте, не веря услышанному. — Лететь с Вами? Зачем? — Да, все вопросы потом, переодевайся, — Аластор кинул Адаму свёрток с одеждой и полез в ящики искать что-то, на этот раз времени церемониться не было. — Но… — Никаких «но». Чего ты ждёшь? Быстро переоделся! Адам невольно вздрогнул от приказного тона, но мигом начал стягивать с себя одежду прямо в кабинете, не обращая внимания на мимолетные взгляды и переодеваться. А Аластор молчал. Он не хотел говорить, что боится, что люди могут прознать о его отсутствии, отправить шпионов, а потом и вызволить маршала. Вот только времени придумывать оправдания было не много. Как только Адам переоделся, дракон уже заканчивал сборы и ждал его, скрестив руки. Теперь к странной одежде прибавилась сумка через плечо и уже знакомые ему ремни. Предупредив по амулету капитана, он направился быстрым шагом на улицу через чёрный вход, юноша едва за ним поспевал. В конце концов они пришли к небольшой поляне возле леса. Адам даже не успел отдышаться как Аластор начал застегивать ремни. Ситуация была настолько странной и непонятной, но Райдер боялся нарушать тишину, этот сосредоточенный и серьёзный взгляд отбивал всякое желание задавать вопросы. Когда дракон всё закрепил, то достал небольшую черную повязку и, повязав её на глаза, приказал не снимать пока не разрешит. Адам послушно кивнул, не решаясь что-то ответить или спросить. Ремни крепко обвились вокруг его корпуса и прижали спиной к принцу, первый взмах крыльев поднял ветер оторвав ноги от земли. Тотчас тело окутала тревога и беспокойство, сейчас ему не было даже за что ухватиться. Адам чувствовал порывы ветра, что иногда били в лицо и заставляли повязку плотнее прилегать к лицу. Вскоре он привык к этим ощущениям, и они сменились небольшим волнением. За всю дорогу они не проронили ни слова, Аластор не знал, как объясниться, а Адам боялся спрашивать. Прошло чуть больше часа, когда Адам ощутил, что они снижаются. На миг показалось, что полёт окончен и маску можно снимать. Он осторожно приподнял её пока Аластор расстегивал ремни и мельком оглянулся по сторонам. Вокруг были одни деревья, что, казалось, были посажены очень густо, и никаких ориентиров, что помогли бы понять, где они не было. — Мы прилетели? — Нет, это привал. Ветер слишком разгулялся, надо подождать пока стихнет, — Аластор сам стянул с Адама повязку и помог выпутаться из веревок. — А-а, хорошо, — протянул юноша, сев на землю, а сам дракон разместился у дерева рядом. — Пока мы сидим здесь объясню тебе пару моментов. Мы летим в священное место. Ты гость, много от тебя не требуется, но ты должен знать пару правил: там нет званий и почестей, есть только имена и посвящённые, то бишь монахи. Ты должен с уважением относиться ко всем и всему, что там находится и ни в коем случае не перечить им, они находятся куда выше тебя, меня и любого одарённого душой существа. И ещё, в случае чего, придётся обращаться ко мне по имени. Всё понял? Если у тебя есть вопросы — лучше задай их сейчас, — мужчина говорил чётко и уже куда спокойней, чем раньше. Из небольшой сумки он достал бурдюк с водой, сделал пару глотков и передал Адаму. — Я правда могу к Вам обращаться по имени? — рассеянно взяв воду юноша тоже отпил немного и отдал обратно. — Да, — Вайлер спрятал бурдюк обратно в сумку. — Ну, просто… Это немного неловко. — Это на пару дней. Еще вопросы? Адам немного замялся. — Ваше Величество, зачем Вы взяли меня с собой? — между ними повисло напряженное молчание. — Адам, — серьезно начал мужчина, — представь на секунду что начнется наступление, и ты случайно окажешься в плену. Как думаешь, что с тобой сделают люди если узнают, что ты переводил их письма? И вообще откуда ты знаешь этот язык? Ты подставишь себя, а у меня больше не будет доступа к информации об их намерениях. Внутри больно кольнуло. — Но тогда Вы же могли меня просто спрятать, да и я бы молчал, — Адам прищурился, — или это потому что я похож на маршала и потом вы планируете меня использовать? Аластор застыл. Шумно вдохнув дракон сердито посмотрел на него. — Не неси бред. На этом закончим с вопросами, отдыхай, скоро отправляемся, — холодно проговорил Аластор и встав, удалился на некоторое время в лес. За время его отсутствия Адам сидел и думал. Он понимал что ценность лишь в чтении писем и схожести с маршалом, но как же было больно внутри. Вскоре вернулся Аластор и собравшись они продолжили свой путь. Несколько часов полета, пара привалов и дракон снял повязку с глаз Адама окончательно. Яркий свет неприятно ударил в глаза, но стоило им чуть привыкнуть, как юноша замер. Взгляду открылась удивительная картина, похожие он мог ранее увидеть только в книжках с иллюстрациями, но даже они не могли передать всей красоты этого места. С высоты маленькие домики, которых было не больше двадцати, казалось сверкали белым на солнце. Неподалеку стояли ограждения с животными, небольшой огород и просто огромный сад. Адам никогда не видел столько фруктовых деревьев. Они с Аластором стояли на скале и с этой высоты можно было заметить выложенные камнем дороги, которые вели от дома к дому, переходили в тропинки, переплетались, путались в глазах, но, как множество рек впадающих в море, соединялись в одну, что вела к лестнице, которая, в свою очередь, заканчивалась огромной дверью прямо в скале. Гравюра на ней представляла картину, которую Адам видел лишь раз в одной толстой книге с легендами драконов. На одной половине длинноволосая, красивая девушка в легкой летящей ткани, что едва прикрывала её тело держала в одной руке книгу из которой торчало длинное перо, а в другой — источавший свет шар. Перед ним склонялись животные, птицы, протягивали свои ветви деревья и тянулись растения. На другой половине она же сидела на спине дракона и в руках держала двух младенцев из-за спин которых виднелись крылья. Адам хотел только задать вопрос, как дракон обхватил его поперек груди и полетел над садом остановившись у подножия лестницы. — Дальше лететь нельзя, — проговорил Аластор, опустил парня и направился вверх. Юноша старался поспевать за ним, но заинтересованный взгляд бегал из стороны в сторону, останавливаясь то на домиках, то вновь возвращаясь к гравюре. Через несколько минут они стояли перед огромной дверью, Аластор всё никак не решался сделать шаг. Ладони вспотели, неприятное чувство сдавливало грудь. Столько лет он не видел своего сына? Вайлер помнил его ещё младенцем, который засыпал на его руках под нескончаемые колыбельные, а теперь даже не знал, чего ожидать. Адам чувствовал эти страх и напряжение принца, но боялся что-то предпринять, вспоминая в каком настроении был дракон всю дорогу. В конце концов Аластор собрался с духом, чиркнул ногтем о клык и на пальце появилось зеленоватое пламя, которое быстро расползалось по ладони. Когда оно покрыло ладонь, он приставил её к кругу в центре и дверь медленно начала открываться. Взгляду Адама открылось довольно темное и большое помещение. У входа стояли две статуи крылатых мужчин, что словно держали потолок, далее огромный коридор с небольшими лавками по бокам и столь же огромная статуя в конце. Та самая женщина, что и была изображена гравюре, с книгой и шаром, который сверкал и переливался, словно на него лился свет. Возле неё ждали двое: длинноволосый седой мужчина в длинном белом одеянии и мальчишка, на вид лед восьми-девяти, что прятался за спину дракона. Аластор целенаправленно шел к статуе, не обращая внимания на всё, что его окружало, а подойдя низко поклонился и легким движение пальцев зажег свечу, что стояла подле и ждала своего часу. Только после этого принц подошел к мужчине и поклонился. В полумраке можно было заметить, как его руки едва дрожали. — Настоятель, рад видеть вас в добром здравии. — Аластор, тебя не было у нас уже очень давно, думаю, пришло время наконец вам встретиться лицом к лицу, — монах сделал шаг в сторону и подтолкнул мальчика к отцу. Впервые спустя столько времени Аластор видел своего сына и с болью отмечал, насколько тот похож на Эмилию. То же лицо, те же волнистые, непослушные черные волосы, которые мило обрамляли его детское личико и яркие синие глаза — характерный признак водного дракона. Он присел чтобы оказаться с ним на одном уровне и мягко заговорил. — Ну здравствуй, Клод, прости, что не мог появиться раньше, — глаза мальчишки наполнились слезами и он, не сдержав порыва, кинулся к отцу в объятия. Тот слегка опешил, но через секунду уже сам с трепетом обнимал свое чадо. А Адам так и стоял неподалеку с завистью глядя на это. — Отец… Я так хотел, больше всего на свете хотел тебя увидеть! — сквозь слезы говорил мальчишка, крепко прижимаясь к отцовской груди. Тот был именно таким как он представлял: добрым, сильным и таким родным. — Я тоже, — прошептал ему на ухо Аластор поглаживая Клода по голове, — прости меня за то, что не прибыл раньше, — мальчик всё не успокаивался, его переполняли эмоции и найти им иной выход было трудно. — Ну же, дитя, не стоит плакать, — Настоятель с улыбкой положил руку на голову Клода, — у вас будет ещё достаточно времени чтобы выразить все душевные терзания иначе. — П-простите, — заикаясь молвил мальчишка, стирая с глаз слёзы. Аластор поднялся, но не отпускал от себя сына, мягко положив руку на его плечо. — Ты не представил нам гостя, Аластор, — подметил настоятель и посмотрел на Адама, который в миг выпрямился и робко подошёл ближе. — Прошу прощения, это Адам. Он — человек, так что прошу Вас не гневаться на его появление в святыне. — Человек? — Клод поднял на Райдера удивлённый взгляд. — Хм, что ж. Не волнуйся на счёт этого, мы рады каждому созданию в нашей святыне, только бы оно приходило с добрыми намерениями, — монах вдруг окинул взглядом Адама и тот замялся. — Я не хочу ничего плохого, клянусь. — Я верю, дорогой гость, — улыбнулся ему Настоятель и кивнул в ответ, — вижу, ты не слишком осведомлён о наших традициях. В этом нет твоей вины, однако, мне бы очень хотелось поведать тебе хотя бы о малой их части, раз уж вы с Аластором прибыли к нам не на один вечер. Если, конечно, ты не против. В этот момент Адам растерялся окончательно. Он не ожидал, что ему с Вайлером придётся разделиться, особенно так скоро. Взгляд метнулся к принцу, а тот в свою очередь кивнул и мягко улыбнулся. Это в какой-то мере успокоило юношу и тот согласился на «экскурсию». Через несколько минут они разделились — отец с сыном в одну сторону, а они с монахом в другую. — Прошу прощения за столь холодный приём. Понимаешь, Адам, в этих краях редко кто появляется, к тому же, их встречи мы ждали много лет. Надеюсь, это не сложит у тебя плохого мнения. — Н-нет, что Вы. Я тоже очень рад, что Его… Аластор наконец смог встретиться с сыном, — Райдер неловко пытался поддерживать диалог. — Я — Элайас, однако ты можешь звать меня просто Настоятелем. Честно говоря, никогда не думал, что доживу до момента, когда на наши земли ещё раз ступит нога человека. — Еще раз? — с непониманием переспросил юноша, — здесь и раньше бывали люди? Я думал этот храм только для драконов… — Это не храм, Адам, это — наша Древняя Обитель. Именно в этих горах зародились драконы и именно тут мы обрели ту форму, которую имеем сейчас. Если позволишь, я расскажу тебе нашу историю, — настоятель вежливо улыбнулся. — Конечно. — Начну немного издалека. Раньше драконы не были такими, как все привыкли видеть нас сейчас. Мы были невероятно огромными, могущественными существами, походившими на крылатых ящеров. Думаю, ты видел наши изображения в старых книгах, — Элайас обернулся к двери храма и указал рукой на изображение справа, — тысячи лет назад наш облик даже отдалённо не напоминал человеческий, пока не пришла Судьба — дочь Всевышнего. Созданная по подобию других двуногих созданий, она стала писцом судеб. Каждая жизнь от маленького насекомого до того же дракона была написана ею. Но однажды, записывая в своей книге будущее — полюбила. Дракон этот отличался от остальных, словно его мысли, деяния походили на другие двуногие расы. Судьба стала спускаться на землю, наблюдая как он с тоской смотрит на эльфов, гномов, оборотней, словно родился не в своем теле. С первой их встречи они поняли друг друга без слов, будто родственные души. Порочная любовь разгневала Всевышнего и когда его дочь пропала, он спустился на землю возымев облик круглого сгустка энергии. И, найдя её в объятиях дракона с двумя младенцами, собрался уничтожить их чтобы равновесие в мире не пошатнулось. Но Судьба взмолилась, просила о любом наказании лишь бы тот не тронул её детей. Всевышний долго думал, баланс мира был нарушен. В этой пещере в небольших свертках лежали два самых могущественных существа в мире — дети Судьбы и дракона. Тогда Всевышний принял решение и забрал силы у своей дочери, превратил её в смертную женщину. Судьба приняла наказание. Сыновья росли, постигали себя и свои силы, но так как их мать не была больше магическим созданием её жизнь не длилась долго. Когда сыновьям исполнилось по 70 зим она скончалась. На страшном Суде создатель поведал ей свой истинный мотив — дать познать простую жизнь вместе с её счастьем и тяготами. Он вернул ей прежний облик, а вместе с ним и силы. А сыновья её, обуздав свой магический нрав, обратили и сородичей в человекоподобные создания. С тех пор их силы передаются от настоятеля к настоятелю, когда приходит смертный час. Внемля каждому слову Настоятеля Адам боялся сделать лишний вздох, чтобы не перебить его. Взгляд вновь прошелся по гравюре, когда они выходили из святыни, теперь её смысл стал понятен. — Что же получается… Драконы стали такими из-за людей? Да это же безумие! — Наши судьбы переплетены гораздо сильнее чем ты думаешь, так же как и с другими расами, — многозначительно улыбнулся настоятель, — почитай истории сотворения других рас. Люди стоят у начала всех. Адам едва ли не раскрывал рот от удивления. — Но…но это же… — Не тревожь свою душу попусту. Сегодня ты открыл для себя нечто новое, а это ли не хорошо? Знаешь, когда Клод обучился грамоте и прочитал легенду, стал изучать все справочники в библиотеке чтобы узнать о вашей расе. Удивительно, что он сохранил самообладание и не кинулся к тебе с расспросами. — Не думаю, что ему будет интересно слушать меня, я не особо знаю историю людей, да и магией не владею. Не хочу его разочаровать… — Не делай поспешных выводов, Клод смышленый мальчик. Ещё младенцем он старался подпевать колыбельным, когда Аластор его укачивал, — легкая улыбка тронула уста настоятеля. — «Укачивал»? — услышанное вырвало Адама из раздумий, — я думал он оставил Клода сразу после его рождения. — Верно, но вскоре он вернулся и пробыл с сыном три года. Знаешь, я ранее не видел более заботливых отцов. Если бы он остался тогда, то смог бы дать Клоду очень много, — добродушный и приятный тон дракон вдруг стал тяжёлым. — Он… Думаю он сейчас ему все воздаст. — Что ж, надеюсь ты прав, кстати мы пришли, — они стояли напротив небольшого домика что казалось весь зарос белыми розами, не зашторенные окна поблёскивали на солнце, а на черепице можно было заметить лозы плюща лезущие с задней стороны дома, — тут вы с Аластором будете жить пока находитесь здесь. — Ого, как красиво, — с восхищением проговорил юноша, — постойте, вместе? — Конечно, здесь не так много домов. Думаю, лучше было бы поселить вас поближе к Клоду, однако его дедушка… Скажу прямо, имеет не самый приятный характер. — Но как же я могу жить с принцем? — Здесь каждый равен, так что не беспокойся, а теперь пошли, я покажу тебе дом, — настоятель мягко положил руку Адаму на плечо и повел внутрь. Интерьер не представлял собой ничего примечательного: небольшая гостиная с диванчиком и камином переходила в кухоньку, в центре которой стоял стол и несколько стульев, сбоку была лестница на второй этаж, где и находились две спальни и ванная комната. Адам выбрал себе восточную. Несмотря на маленькие размеры комнат в них было довольно уютно: кровать полуторка, тумбочка и шкаф, в принципе ничем особо не отличалось от интерьера его спальни в замке, разве что тут было пусто. Оставив Адама осмотреться, настоятель вскоре вернулся со свертком одежды. — Здесь не положено находиться в одежде из мира, поэтому переоденься и можешь пока прогуляться, если желание имеется, но к ужину лучше вернуться, в голоде вас держать никто не собирается, — чуть улыбнувшись мужчина покинул его, оставив в одиночестве. Не теряя времени Адам начал переодеваться: белые широкие штаны, что едва ощущались на коже и такая же легкая туника с открытой спиной были слишком лёгкими как для осенней погоды, но Адам не возражал и не перечил. Время уже было после полудня, а никто возвращаться не собирался. Райдер не мог найти себе места, ходил по дому стараясь себя чем-то занять, но спустя пару часов это ему надоело. Выйдя из дому, юноша направился в сторону сада который запал ему в душу с самого начала. Ступая мимо покрытых пожелтевшей листвой деревьев Адам размышлял над словами настоятеля. Умиротворение вокруг погружало в легкий транс, юноша наслаждался прохладным ветром, последним тёплым солнцем и тишиной. Как вдруг слух тронула приятная, мелодичная музыка. — Флейта? Адам тихо подошел к источнику звука и разглядел на полянке Клода, что играл на флейте слегка покачиваясь в такт музыке и Аластора, с нежной улыбкой. Такого умиротворения и покоя он не видел на лице дракона никогда, и глядя на эту картину сердце слегка кольнуло. Ему не дано было почувствовать такое. Стараясь поудобнее встать дабы ещё немного насладиться мелодией, он неосторожно наступил ногой на ветку, которая тотчас переломалась. Две пары глаз устремились к источнику шума, а музыка прекратилась. — Извините, я не хотел мешать… Я просто музыку услышал и… — робко начал Адам выходя из своего укрытия. — Ничего, всё в порядке, — проговорил Аластор, — думаю вам не особо нужно знакомиться, у меня в кабинете вы очень мило болтали, — не удержался он от смешка от чего Адам и Клод покраснели. — Простите, — тут же начал юноша. — Прости, отец, — одновременно с ним сказал Клод. — Да что уж там, сделанного не воротишь, — вздохнул мужчина и поднялся с травы. Неловкое молчание с обеих сторон перекрывал лишь шелест деревьев. Ни Клод, ни Адам не знали с чего начать, один боялся сказать что-то не то, а другой просто стеснялся, но в конце концов мальчишка подошёл к юноше. — А ты правда человек? И жил с людьми? — Да… — А можешь рассказать мне про них? — глазки Клода засияли и Адам осознал, что не может отказать ему. — Да, конечно. — Тогда а как… — на Адама посыпались вопросы и тот не заметил как пролетело время. Конечно не на все Райдер смог ответить, или в силу незнания или просто не помнил. Магией он не владел, потому на эту тему они обошли стороной, а вот о своем родном городе Адам рассказывал много. О жизни за пределами гор, уличных театрах, фокусниках, ярмарках. Мальчишка слушал с таким интересом, что казалось даже его глаза сияют от счастья, в книгах ведь о таком не пишут. В свою очередь Клод тоже делился с Адамом рассказами о себе, как научился играть на флейте, как учился у самого настоятеля, упоминая, что иногда доводил его до побеления своим поведением, и конечно о дедушке; показал подарок отца — флейту, сделанную искусным мастером. За этими разговорами время пролетело незаметно и увидев, что день близится к вечеру, Адам вдруг вскочил, извинился и убежал. Настоятель обещал прийти вечером, так что Адам оказался в домике буквально через несколько минут, а спустя ещё полчаса пришел сам монах. Отдав корзинку с едой он ушел. Есть без Аластора не хотелось, потому он всё же решил его дождаться. Прошло ещё несколько часов прежде, чем тот, в конце концов, вернулся, а увидев Адама, сидящего на диване с корзинкой, быстро смекнул что к чему. — Ты не ел? — Нет, решил Вас подождать. Тем более вместе есть веселее, — слабо улыбнувшись Адам встал и, прихватив корзинку, пошел на кухню, — пойдёмте. Небольшой ужин прошел за спокойным и теплым разговором. Аластор охотно отвечал на вопросы и был явно в приподнятом расположении духа, а Адам не стыдился пользоваться этим моментом. Только спустя пару часов они разошлись каждый по своей комнате пожелав друг другу спокойной ночи. Следующее утро встретило Райдера ласковым солнцем и странным шумом снаружи. Быстро одевшись, он поспешил спуститься вниз и только открыл дверь, как застыл на месте. Несколько драконов в белых одеяниях стояли перед домом держа в руках то корзинки, то котомки с разными вкусностями. — З-здравствуйте, — неуверенно начал юноша, когда множество глаз с вертикальным зрачком устремились на него, — мне позвать Аластора? — И тебе привет, юноша, не стоит, они с Клодом давно ушли, — заговорила приятная, старая женщина что стояла впереди всех, — Меня зовут Мелисана и мы к тебе пришли. — Ко мне? Зачем? — Эти места уже много веков не видали человеческую душу, впрочем, как и мы. Поэтому позволь нам усладить наш старческий интерес и немного посмотреть на тебя. — Д-да, конечно, входите, — Адам окончательно растерялся, но хорошо помнил слова Аластора о том, что отказывать монахам здесь нельзя. Драконы с энтузиазмом вошли внутрь и разместились в гостиной кто куда, посадив при этом Адама в самый центр. Бесконечные вопросы посыпались на юношу, тот едва успевал отвечать. Всем было очень интересно послушать о том, что творится в мире, они, прожив здесь не одну сотню лет, потеряли всякую связь с наружностью и такой парнишка как Адам был глотком свежего воздуха. Драконы и во время обеда не покинули его, даже накормили. Только ближе к вечеру все стали расходиться, оставляя при этом еду, что принесли с собой. Последней ушла та женщина. Она всё никак не хотела прекращать разговор. Прыгала с темы на тему, а оставшись с Адамом один на один сделалась ещё более непоседливой. Назвалась «поручительницей» Аластора и ещё долго не могла прекратить рассказывать юноше истории о его детстве. Напоследок вручив ему небольшую бутыль со словами: «Постарайся выпить это с тем, кто тебе нравится, это не простой напиток, а самый древний иль сделанный нашим родом», она ушла. Дом наполнился тишиной, светом уходящего солнца и запахом еды. Адам смог с облегчением вздохнуть и, переведя дух, принялся раскладывать подарки. С одной стороны ему показался очень милым этот интерес драконов к его персоне, а с другой — он злился на Аластора за то, что оставил его настолько долго одним. Однако долго сердиться было не в его правилах, поэтому приготовив пару несложных блюд юноша решил найти Вайлеров и позвать хотя бы к ужину. Долго блуждать не пришлось, монахи с удовольствием указали ему дорогу. Маленький домик, такой же, как и все остальные, по словам остальных, принадлежал дедушке Клода. Подойдя к двери, Райдер уже хотел было постучать, когда вслушался в гул внутри. — Вот скажи мне зачем ты прилетел?!