Часть 1
10 ноября 2020 г., 23:30
Юнги дёргается, когда его щеки касается язык. Кожу неимоверно щиплет, и Мин шипит, став отталкивать нависающего над ним верлеопарда с удвоенной силой. Он привык нести свой крест, отбиваясь от нападок альф и омег звериного мира, пытаясь не стать сытным блюдом на их обед. Даже добившись небывалых высот, каждый день надевая белоснежную рубашку и отправляясь в душный офис, он всё равно не чувствовал себя в безопасности, пряча в кармане классических брюк складной нож. Все эти… Люди. Все эти чёртовы нелюди, внутри которых какой-то остроумный божок намешал убойный коктейль зверино-человеческих генов… Все эти волколаки, некоматы, верлеопарды, грызуно-люди, пернатые и хладнокровные… Они все так или иначе следили за каждым шагом. Незримо, тайком, иногда даже не осознавая. И Юнги всё это время, всю свою жалкую жизнь, ощущал себя каким-то куском мяса. Болезненным, разбитым, всеми покинутым куском чёртового мяса. И вот сейчас, едва сумев уйти от лап гиенолаков, истратив целый перцовый баллончик и кучу нервных клеток, Юнги попал в другую ловушку, оказавшись в гостиной своего соседа, удивительно вовремя оказавшегося рядом и сумевшего испугать противников до поросячьего визга. Соседа, который так же, как и все, пожирал его взглядом. Соседа, на лице которого красовался не оскал, но нечто похожее. Верлеопарда, хвост которого метался из стороны в сторону, глаза горели насыщенным ярко-жёлтым светом, а округлые уши трепетали, то и дело утопая в густой копне каштановых волос, которые окантовывали его лицо.
— Всё хорошо, всё нормально, — шепчет этот безумец. — Тебя больше никто не тронет, обещаю.
У Юнги от чужого тёплого дыхания встают все волоски на теле. Он пытается нащупать спасительную соломинку, в то время, когда Ким Тэхён… Сосед, чьё имя выгравировано красивым шрифтом на почтовом ящике снаружи… Принимается с удвоенной силой вылизывать царапины, которыми испещрено лицо Юнги после внезапной схватки буквально на пороге своего собственного дома…
Нож входит гладко. Преодолевает сопротивление кожи, а потом ныряет глубже, в сплетение жил и вен. Взгляд напротив стекленеет. Крошечные искорки гаснут, а зрачок сужается. Мин тяжело сглатывает, чувствуя, как горло сжимается из-за сильного спазма.
— Это ничего, — размыкает губы Тэхён. — Тебе страшно, я понимаю…
Юнги разжимает пальцы, позволяя ножу упасть на пол. Его кожа липкая от крови. От насыщенно-алой крови. Мин жмурится, превращаясь в напряжённый болезненный клубок оголённых нервов.
— Т-ш-ш-ш… — шепчет Тэхён. — Эй, посмотри.
Юнги машет головой, когда верлеопард перехватывает его подбородок, тем самым практически накрывая половину лица своею ладонью.
— Ну же, посмотри. Всё в порядке, больше ничего нет. На мне всё быстро заживает, так что твоя зубочистка уколола не больнее пчелиного жала, правда.
Мин знает, что не должен поддаваться, но всё же смотрит, задерживая дыхание, когда под изорванной тканью чужой футболки видно только покрытую кровью кожу и тонкий, бледнеющий шрам.
— А вот твои раны так долго затягиваются… — странным жалобным голосом бурчит Тэхён.
Юнги моргает, когда верлеопард наклоняется ниже, быстрым движением лизнув его подбородок.
— Почему ты это… делаешь?.. — выдыхает Мин.
Тэхён удивлённо округляет глаза, недоверчиво приподняв брови. На его лице появляется внезапно такая ласковая, добрая и тёплая улыбка.
— Разве непонятно? — спрашивает он, убирая со лба Юнги вспотевшую тёмную чёлку. — Ты мне нравишься, карамелька.
