Точка невозврата

— Знаю, — ответил Гай. — Я мог бы многое рассказать тебе об этих последствиях, только ты мне не поверишь. — Не поверю, потому что ты их выдумаешь прямо сейчас? От этого тона можно было замёрзнуть. Неизвестный блонди и в этом был похож на Ясона. — Нет, — сказал Гай, стараясь говорить уверенно и спокойно, несмотря на то, что волосы по-прежнему были больно натянуты. — Ты не поверишь, потому что то, что я скажу, прозвучит слишком необычно. — Возможно, я послушал бы тебя, если бы не спешил, — сказал блонди, возобновив движение. — В конце концов, Ясон достаточно известная фигура, а ты, монгрел, имеешь привычку шнырять по Мидасу, мог где-то что-то слышать. Или даже ляпнуть наугад и попасть в яблочко. Даже не верилось, что всё это было сказано ради Гая. А ведь блонди не шутил, когда говорил про патруль. Сам он посчитает ниже своего достоинства гнаться за полукровкой, а вот от патруля сбежать не удастся. Гай украдкой сунул руку во внутренний карман куртки, где всегда держал лазерный нож, со всей силы полоснул лезвием по волосам и рванул в сторону. Кожу с правой стороны головы обожгло болью: видимо, часть волос всё-таки пришлось выдрать. Неизвестный блонди предсказуемо остался стоять на месте, сжимая в руке сувенир — клок монгрельских волос. Бегать так быстро Гаю ещё не приходилось. Он расталкивал прохожих и петлял по улицам, стараясь затеряться. Поворот, ещё поворот. Наконец Гай оказался на той же улице, откуда его уволок блонди. Рики и Ясона видно не было. Гай замедлил шаг, чтобы хоть немного отдышаться, и, плюнув на ладонь, попытался пригладить кое-как обрезанные волосы. Тогда, в прошлом, в Апатии Рики говорил, что решил расплатиться с Ясоном своим телом. Куда он мог его повести? Понятное дело — в бордель, куда можно «с собой». Рики по таким заведениям не ходок, так куда он мог пойти? Гай остановился, чтобы сообразить, куда идти дальше. Куда он сам повёл бы парня в таком случае? Куда? В мидасский бордель, куда пустят полукровку. На ум пришёл бар «Минос». В трущобах о нём довольно много болтали, так что название было, что называется, на слуху. Если не врали и Минос действительно был борделем под прикрытием, то Рики наверняка там. Гай прибавил шаг — до Миноса было далековато. Он никогда не бывал там раньше, но благодаря болтунам место помнил хорошо. После ряда закоулков впереди показалась яркая вывеска с нужным названием. При более близком рассмотрении оказалось, что она и дверь в Минос подходили друг другу примерно как блонди и монгрел: сияющее неоновое разноцветье и обшарпанная серость. Гай толкнул дверь. Внутри была кромешная тьма. — Рики, — тихо позвал он. Тут же почему-то подумалось, что лучше бы Рики не отвечал. Он и не ответил, зато в глубине стали видны три пятна: красное, жёлтое и синее. Гай сделал глубокий вдох и шагнул внутрь. Дверь за спиной закрылась. Если Рики здесь, то точно там, где синий, ведь, если слухи не врали, жёлтый и красный предлагали местный товар, а синий — помещения для тех, кому есть с кем, но негде. Гай открыл дверь с синей подсветкой и пошёл вдоль огоньков на полу. Почему было не сделать здесь нормальное освещение? Или это дополнительная романтика — шарашиться в полной темноте? Коридор закончился тупиком. Зашибись! И куда дальше? Вдруг рядом появилась дверь — как можно было её не заметить? Наверное, так же, как и Ясона на улице. Что-то с этой дверью было не так: слишком сильно тянуло её открыть, но в то же время было чувство, что она ведёт не туда. Вдруг стена, перегораживающая коридор, отъехала и сердце пропустило удар: пол впереди был залит кровью. Только не Рики! Гай бросился вперёд. — Блядь! — сказал он, вбежав в комнату. — Эти ваши спецэффекты уже в печёнках! Глядя на длинный ворс ярко-красного ковра, хотелось смеяться и материться. В стене снова появилась та же дверь. И снова возникло это странное чувство, что за ней всё будет хорошо, но нужно в другую сторону. Внезапно раздался мелодичный звон, и Гай посмотрел вверх. Эту дурацкую люстру он и не заметил. Раньше такую можно было бы представить в квартире Хло, теперь воображение «перевесило» её в жилище Кирие — тому подошло бы больше. Какое-то время люстра со звоном вертелась, но вдруг остановилась и наступила тишина. В стену рядом с манящей дверью ударил синий луч, и открылся новый проход — две двери оказались рядом, осталось только выбрать, в какую войти. Выбор пал на вторую. За ней оказался коридор с множеством новых дверей. Сердце застучало быстрее: часть из них была подсвечена красным — занято. Гай подошёл к одной и прислушался. Это не голос Рики, и Ясон вряд ли стал бы так кряхтеть. За следующей дверью громко стонала женщина: — Да-а, ещё! Шлёпни сильнее! Ещё! Гай двинулся к соседней двери и замер, услышав: — Выключи свет, если стесняешься. Это был голос Рики. — Лучше сначала посмотрим на тебя. Вдруг я зря потрачу время. Это говорил Ясон. Гай постучал. Никто не ответил. — Рики! — позвал он. — Ты кого-то ждёшь? — послышался голос Ясона. — Рики, открой, — снова позвал Гай, стараясь говорить так, чтобы не заинтересовать кого-нибудь из соседних комнат. Дверь открылась, но в проёме стоял не Рики, а Ясон. — У полукровок так принято — приходить на чужое свидание? — сказал он с холодной улыбкой. В его тоне явно слышалась издёвка. — Свидание?! Он что, уже тогда положил глаз на Рики? — По-твоему, это похоже на что-то ещё? Ясон загораживал собой весь проём, так что Рики было не видно. Отступать было некуда — только вперёд. — Пусть мне об этом скажет сам Рики, — с вызовом бросил Гай. — Рики? — Ясон изогнул бровь. — Боюсь, ничего не выйдет. Он немного занят. Перед глазами встала роскошно обставленная комната квартиры в Апатии и Ясон, говорящий: «Рики мой пэт. Я его Хозяин. И у меня есть все права». Тот же тон, та же самоуверенность. Он не просто уже положил глаз на Рики — он уже считает его своей собственностью. — Ты что, спал с ним? — зарычал Гай. — Не вижу, как тебя это может касаться, — равнодушно сказал Ясон. — Меня это касается напрямую, мать твою! — стараясь не повышать голос, сказал Гай. — И я пришёл, потому что меня это касается. Ясон пожал плечами: — Мне совершенно не интересно, почему ты пришёл. Точно, как тогда, в Апатии! Гай шагнул вперёд. — Дай мне поговорить с Рики! Ясон не шелохнулся. — Очевидно, что Рики тебя не ждал. Тебе лучше уйти. Пока я не передумал. Он явно угрожал. Левая рука вдруг ни с того ни с сего начала болеть. — Размечтался! — огрызнулся Гай. — Никуда я не уйду! — Как хочешь, — равнодушно сказал Ясон и попытался закрыть дверь. Это было слишком. От ярости аж в глазах побагровело. Гай бросился в дверь, но невероятно сильная рука схватила его за горло и отшвырнула к стене. В одном из номеров кто-то громко сказал: «Сеанс прерван...» Наверное, это был телевизор. Или та самая женщина, которая просила шлёпнуть посильнее... Вдруг дверь соседнего номера приоткрылась, но оттуда никто не выглянул. Красный огонёк на двери не светился — там было свободно. Зайти бы туда, принять душ, отдохнуть после беготни по улицам... Но надо увести отсюда Рики. — У нас свой договор, — ледяным тоном сказал Ясон. — И в нём участвует только две стороны. — Чёрта с два! — крикнул Гай и снова двинулся к нему. — Оставь его в покое! — послышался из глубины комнаты голос Рики. — Гай, прошу тебя, уходи. Я правда ему должен. Прости... — Ничего ты ему не должен, Рики, — крикнул Гай. — Это ловушка, которая сломает нам жизнь. «Сеанс прерван», — снова донеслось из какого-то номера. Рука болела уже просто невыносимо, но если надо, ударить ею всё равно получится. Гай бросился вперёд, намереваясь проскочить мимо Ясона, но тот снова схватил за горло. В глазах потемнело. И только в ушах ещё звучало: «Переориентация сознания завершится через пятьдесят три... сорок шесть...» — Тридцать одну... семнадцать... пять... секунд. Капсула открылась, но выйти из неё не удалось. Внезапная судорога сковала мышцы живота. Гай перегнулся через край капсулы, и его вырвало. Перед глазами всё плыло, в голове стучали барабаны, в ушах завывал ветер, ноги не держали, болела кожа головы. — Примите душ, Гай, — донёсся до него голос той самой женщины из Миноса. — Для окончательного восстановления нейротрансмиссии нужно полностью смыть инфораствор с поверхности кожи. Да, неплохо бы принять душ. В этом свободном номере... Только куда делась чёртова дверь? Гай сделал шаг и упал на колени — пол мягко спружинил. — Вы понимаете, где находитесь, Гай? — снова заговорила женщина. — Д-да, — с трудом произнёс Гай. — Где вы находитесь? — Ми...нос... Ми...дас... бар...дель... — Вам немедленно будет оказана помощь, Гай. Пожалуйста, не шевелитесь. Какое странное чувство: понимаешь всё и в то же время ничего, находишься здесь, но где-то там. Знакомые белые стены, пол, и даже голос, но всё это накрыто кроваво-красным ковром, а на нём стоит такое же красное кресло... Чьи-то руки подхватили, понесли, в лицо ударили тёплые струи, и нестерпимо захотелось спать. — Не спите-ите, Гай-ай, — донеслось издалека. В плечо что-то ощутимо кольнуло, и тут же перед глазами что-то вспыхнуло. Гай широко открыл глаза и увидел, склонившегося над ним человека. — Вы узнаёте меня, Гай? — спросил он. — Да, — пробормотал Гай, — вы... Психолог... тип с парковки... Это же вы руководите проектом, да? Человек улыбнулся: — Ну, теперь с возвращением.