Звонок в прошлое

      Грузчик занес последнюю огромную, тяжелую коробку и тихо выругался. Он очень устал, затаскивая, одну за другой, на пятый этаж полдня. Вся квартира была завалена чемоданами, сумками и картонными коробками. Последняя и самая тяжелая. Мужчина поставил ее на паркет в гостиной и перевел дух. В гостиной еще оставалась мебель от старых хозяев, а точнее от бабушки Киллиана. Она была любительницей антиквариата и ценительницей старины. Не даром ее квартира находилась в старинном доме в центре Лондона, который был построен в начале девятнадцатого века. В гостиной с огромными окнами, почти что в пол, находился камин, отделанный глазурной плиткой и накрытый белый простыней. Точно также было накрыто и старинное, немного поржавевшее зеркало.       В этой когда-то уютной большой квартире, обставленной мебелью времен постройки дома, теперь было тихо и холодно. Она досталась Джонсу по наследству, после того, как его любимая бабушка отошла в мир иной. Его братья и сестры пускали слухи, мол в этой квартире когда-то повесился господин и теперь он блуждает по ночам, скрепя половицами. Киллиан самым первым поверил в эти сказки, а с его-то богатой детской фантазией все эти страшилки оживали в темноте.       — Так, с вас 150 фунтов, сэр! — сообщил грузчик, вытирая пот со лба тряпкой.       — 150? Вы говорили 100! Что за обдиралово? — возмутился Джонс, всплеснув руками.       — А вы не говорили, что нам придется везти еще несколько ваших чемоданов, — парировал мужчина.       — Вот ваши деньги. Забирайте уже скорее, — скрипнув зубами, Киллиан отстегнул зажравшемуся грузчику выпрашиваемую сумму.       Когда все люди покинули квартиру, Джонс решил осмотреться. Он не был здесь с времен своей юности. Когда ему было пятнадцать, его семья переехала в Ирландию и никак не находила возможности съездить к бабушке. Все время откладывали на следующие каникулы, выходные. Но, как говорится, имея — не ценишь, а потерявши — плачешь. Бабушка умерла, так и не увидев нерадивых внуков, и Киллиану до сих пор было очень стыдно за это. Его она любила больше всего, поэтому переписала все наследство на него. Он хотел приехать к ней, познакомить со своей девушкой — Милой, но прямо перед смертью бабули, Мила бросила его, опозорив перед родными и друзьями. Ты не ожидаешь удар в спину от самого близкого человека. Так и Джонс не ожидал того, что Лиам отвернется от него, а вслед и вся семья. Киллиан молил о прощении, говорил, что это клевета от бывшей, но Лиам был непреклонен. Джонс остался почти один: из друзей у него был ноутбук с Word и Дэвид Нолан. Такой же отбитый и не от мира сего человек. Удивительно, но писатель и физик спелись.       Киллиан зашел в спальню, где большая деревянная кровать с резной спинкой и белым постельным бельем была напротив двери. Потолки в комнате были огромными, с лепниной. Уже давно полюбившееся пианино стояло слева от входа. Киллиан провел пальцами по крышке инструмента, стирая огромный слой пыли. Чихнув, Джонс все же решил уйти из спальни. Здесь ему было не по себе. Слишком жуткая и напряженная атмосфера.       На кухне-столовой были цветочные обои, лепнина и огромные белые деревянные двери. Его взгляд приковал сервант, где бабушка хранила конфеты, которые в детстве Киллиан со своим братом Лиамом втихаря таскали, а потом хихикали, стоя в сторонке. Сервант тоже был накрыт белой простыней, и Джонс сдернул ее.       На него нахлынули воспоминания, заставляющие понимать: бабушка больше никогда не вернется к нему. Ком подкатил к горлу, а слезы выступили на глазах. Джонс тут же забросил эти мысли куда подальше вместе с остальными эмоциями. Не время и не место размышлять о своих ошибках. Замыленный взгляд Киллиана приковал старинный, черный с красными розами, дисковой телефон прямиком из сороковых годов прошлого века, висевший на стене. Он с любопытством разглядывал его, а затем решил снять трубку.       — Ну, проверим, работаешь ты или нет, — хмыкнув, Джонс приложил к уху трубку.       Послышались гудки. Длинные, нескончаемые и отчего-то такие пугающие. Казалось, вот-вот кто-то ответит на той стороне провода. Ответит, когда ты никому не звонил.       По полу подул холодный сквозняк, а окна задребезжали, и ветер завыл в щелях. Киллиана даже передернуло, на секунду показалось, что в комнате кто-то есть. Он резко обернулся и вздрогнул, повесив трубку. Вообще поразительно, что телефон подключен и работает!       — Нет, так не пойдет. Слишком пусто. Пора бы тут прибраться, — с такими словами Киллиан пошел разбирать вещи.       Теперь эта квартира его новый дом. Если честно, ему абсолютно не хотелось здесь засыпать, ведь именно на его кровати и умерла бабушка. А вдруг ее дух будет ходить по квартире и мстить за наплевательское отношение?

***

      Ноябрьский ветер на улице завывал все сильнее, солнце давно село за горизонт. Все больше огоньков загоралось в окнах. Джонс весь день провозился с распаковкой вещей и, подведя итоги, понял, что разобрал меньше половины. В комнатах царили настоящие хаос и бардак. Стопки книг, обвязанные бечевкой, стояли почти в каждом углу, ведь шкафы он еще не успел собрать. Естественно, Киллиан обожал читать книги, не даром он стал писателем.       — Все, на сегодня, пожалуй, хватит. Уже не так пусто, но до идеала далековато, — Киллиан окинул гостиную внимательным взглядом, в поисках потерявшегося ноутбука. — Пора бы наверстать упущенное и дописать роман.       Джонс отыскал свой потрепанный, с поцарапанной крышкой макбук, уселся в уютное английское кресло кремового цвета, предварительно полчаса провозившись с камином. Странно, но он оказался рабочим. Красно-оранжевый огонек трепыхался и освещал комнату теплым приглушенным светом. Таинственные, витиеватые тени расползлись по стенам, окутывая комнату. Киллиан укрылся пледом, предвкушая прекрасный вечер, открыл крышку ноутбука. Пока он пролистывал ленты в социальных сетях, то вдруг вспомнил, что должен был позвонить Дэвиду и напомнить о встрече.       — Да твою ж мать! — выкрикнул Джонс, потому что именно в этот момент ноутбук одновременно с телефоном разрядились. Он недовольно простонал и ударил по крышке. — Да я, черт возьми, должен зарядник теперь искать! В коробках же все запечатано…       Киллиан помотал головой и запустил пальцы в черные, как смоль, волосы.       Сегодня все из рук валится! То любимую бабушкину вазу разобьет, то шкаф чуть не уронит, да и присутствие чего-то странного, едва уловимого, но такого пугающего и потустороннего очень напрягало.       — Что ж, видимо быть лохом — это судьба! Маленькая неудача за неудачей… Ладно, хоть стационарный телефон есть. Наверняка он дорого стоит, антиквариат ведь. Надо бы продать: деньги лишними не будут, — Джонс вздохнул, отложил ноутбук на пуфик, стоящий рядом с креслом, и подключил телефон к зарядке, а затем, шаркая ногами, побрел на кухню.       В последнее время жизнь нещадно пинала его по всем фронтам. Черная полоса, не иначе. Он, можно сказать, стал сиротой при живых родителях; с написанием книг ничего не выходит — издатели один за другим отказываются публиковать его детектив; да и Мила такую подставу устроила! Сказала при всех, что Киллиан безжалостно бил ее. От такой наглости и вранья Джонс не то, что был шокирован, он пришел в ярость! Его родители были очень правильными людьми и не потерпели в своем доме такого негодника, выгнав Джонса. Да и всю жизнь у него были напряженными, холодные отношения с родителями. Они его недолюбливали. Любимчиками оказались — Алиса, младшая сестра Киллиана, и Лиам. Он был человеком-чести, праведником и всегда подавал пример несносному брату.       Киллиан добрел до кухни и нажал на выключатель. Лампочки замигали, как в фильмах ужасов, а сама старинная позолоченная люстра медленно покачивалась и поскрипывала. Опять подул жуткий и противный сквозняк по полу. Киллиан поежился и уставился на настенный дисковой телефон. Он неуверенно коснулся диска и стал его прокручивать, набирая номер и подняв трубку. Киллиан приложил ее к уху и услышал те самые длинные гудки. По комнате разлетелся противный звук, нарушающий тишину. А вкупе с мигающими лампочками, скрипящими дверями и дребезжащими окнами, становилось действительно не по себе.       Джонс набрал номер, надеясь, что все-таки дозвонится.       Учитывая до ужаса богатую фантазию Киллиана, он мог придумать себе все, что угодно. Любое шуршание в углу напрягало его с детства. Он был единственным из всех братьев и сестер, кто верил в мистику и потусторонний мир. Обычно, он всегда писал фантастику, которая раскупалась, как горячие пирожки, но на этот раз попробовал писать детективы. И провалился. Видимо, не его.       Вдруг на том конце провода кто-то снял трубку, послышались шуршания и шум. Киллиан с облегчением выдохнул. Эти гудки его напрягали.       — Хей, Дэйв, привет! — радостно поприветствовал он друга.       — Здравствуйте, с кем имею честь говорить? — неожиданно, но на том конце Киллиан услышал миленький женский голосок. И это была абсолютно не Снежка — девушка Дэвида. Да и она не жила с Ноланом. Что же это значит? Неужели другую привел?       — Простите пожалуйста, можете позвать к телефону Дэвида? — его смутила немного старомодная речь девушки.       — Дэвида? — настороженно переспросила она.       — Да, да, Дэвида Нолана. Ах да, забыл представиться, я — Киллиан Джонс. Его друг. Могу я знать, кто вы?       — Извините, но вы, наверное, ошиблись номером. Здесь не живет никакой Дэвид Нолан, — растеряно сообщила девушка. По голосу можно было сказать, что она молодая.       — В смысле, не живет? — Киллиан вообще впал в ступор. Сейчас же телефоны не имеют привязки к домам, не считая этой развалины. Очень странно. — А как вас зовут? И кто живет? — А может, и правда перепутал цифры? Устал ведь как собака, мог быть невнимательным.       — В прямом смысле, не живет. Меня зовут Мэри-Маргарет Бланшар.       — А куда я попал? — все так же растеряно спросил Киллиан.       — Это квартира профессора Бланшара. Вы, наверное, хотели позвонить моему отцу? Не так ли? — голос на другом конце провода звучал очень насторожено.       — Бланшар? Что, простите? А-а-а… Извините, я, наверное, и правда ошибся номером, — Джонс неловко улыбнулся. Вот так промах.       — Ох, ничего страшного. Бывает, Киллиан, — Мэри наверняка улыбнулась. — До свидания, было приятно пообщаться.        Парень не успел ничего сказать, потому что она повесила трубку.       Этот звонок оставил Джонса в замешательстве, с чувством стыда. Ошибся номером, так еще и потревожил хозяйку! Он мысленно пожурил себя и вновь стал набирать номер.       — …Три, три, пять… Да вроде все также набирал! — Киллиан в недоумении пожал плечами и, прижав трубку к уху. Будь проклят его телефон, так не вовремя сел!       Длинные гудки на той стороне медленно сменялись трещанием. Вдруг послышалось то же самое шипение:       — Алоха, Дэвид! Я до тебя с таким трудом…       Веселую речь Джонса прервал тот же самый женский голос:       — Киллиан? Опять вы? Я же говорила, что здесь не проживает Дэвид.       — Мэри-Маргарет? Но как? Я звонил по номеру своего друга! — Джонс был поражен, опять он попал на эту дочку профессора. Что-то тут не сходится. Один раз — это случайность, а два раза — уже закономерность.       — Я не знаю, как вы постоянно попадаете на меня.       — Слушайте, а где вы живете? Где находится квартира профессора Бланшара? — растеряно спросил Киллиан.       — Ну, как где? Я думала, что все в городе знают моего отца. Дингли-данд-стрит 127, — Маргарет, кажется, тоже не понимала, что происходит.       — Что? Дингли-данд-стрит 127? Вы не путаете ничего? Там же сквер, — Киллиан тут же заткнулся, вытаращил глаза и в шоке осмотрел комнату, прижавшись к стенке.       Как она может там жить? В парке! Ну не бездомная же она? Нет, это глупая догадка.       Киллиан стал прокручивать историю этого знаменитого на весь район сквера. Сколько он себя помнил, там всегда была зеленая зона и никакого дома не было. Так странно… Если Джонса не подводила память, то до сквера там все же был дом, но его разбомбили еще при Второй Мировой.       — Твою ж мать… — тихо прошептал Киллиан, прикрывая рукой трубку, чтобы собеседница этого не услышала. Что за чертовщина? Наверное, какая-то ошибка.       — Киллиан, вы смеетесь? Думаете, я не знаю, где живу? Все именно так! Дингли-данд-стрит 127. Мне еще раз повторить? — раздраженно заявила Мэри.       — А Дэвид живет по другому адресу. Абсолютно… — заторможено, будто в ступоре, сказал он. — Простите, какой сейчас год? — черт его дернул спросить год. Что за глупый вопрос? Ну конечно же две тысячи двадцатый. Безумный две тысячи двадцатый. Когда же он кончится?       — А вы случайно не из психушки сбежали? — насмешливо спросила Бланшар. — Тысяча девятьсот сорок третий! Это же и ежу ясно, посмотрите в календарь.       — В смысле? — опешил Джонс. — Нет. Нет, нет, это какая-то ошибка! Пранк! Вы решили пранкануть меня, да?       — Пранка… что? Нет, я на полном серьезе.       Твою же мать за ногу! Вот так позвонил другу, а дозвонился в прошлое! Боже, да еще и кому! Самой дочке профессора Бланшар! Уму не постижимо… Мистика какая-то! Фантастика! Такого же быть не может физически. И наверняка это все равно какая-то шутка.       — Вы, наверное, шутите? Мисс, не сочтите меня сумасшедшим, но… — Киллиан замялся на пару секунд. Он не знал, стоит ли говорить о том, что он из будущего или нет. — А какой сегодня день… месяц?       — Третье ноября! У вас нет календаря? Если уж я рассказала вам о себе, то и вы скажите что-нибудь. Сколько вам лет? А кем вы работаете?       — Э-э-э, двадцать пять… — Джонс до сих пор не верил в происходящее. Да этот телефон проклят! Хах, а он думал, что бабушка шутит, когда говорила, что общается с дедом с того света. Киллиан резко втянул воздух, и по коже пробежали мурашки. — Я писатель.       — Писатель? — восторженно отозвалась Мэри. — Это же здорово! А какой у вас псевдоним? Может, я вас читала? Мне девятнадцать.       — Точно такое же, как и моя фамилия с именем. Но вы, скорее всего, меня не знаете, — ага, с какого перепуга она должна знать-то? Она в сорок третьем, черт возьми, находится! — Мэри-Маргарет, подождите, пожалуйста, пару минут! Я сейчас приду.       Киллиан оставил трубку висеть, а сам мигом ринулся к телефону. Хоть бы он зарядился! Его сердце выпрыгивало из груди и бросило в холодный пот. Он ужасно боялся, что сейчас вернется, а эта девушка повесит трубку, и он больше никогда не сможет ей позвонить. Джонсу пришла в голову гениальная идея. Нужно посмотреть, когда же разбомбили тот дом, да и в принципе, разузнать побольше об этой девушке. Киллиан со скоростью света прилетел к телефону и судорожно стал его включать. Он чуть не вылетел у него из руки. Пока айфон включался, парень уже успел вернуться к телефону:       — Я здесь! А можете сказать, чем сейчас ваш отец занимается? — весело спросил Киллиан, стараясь не показывать волнения.       — А-а, он сейчас в университете преподает, несмотря ни на что, даже на войну. Он у меня медик, заведующий кафедрой травматологии и ортопедии. Я вот тоже по его стопам хотела пойти, но из-за войны не смогла.       Киллиан судорожно набирал в поисковике «биография профессора Бланшара и его дочки». И пока эта милашка, по крайней мере, он надеялся на то, беззаботно болтала, он вычитывал информацию про них. Джонс нашел фотографии Мэри и обомлел. Она была очень красивой девушкой! Черные длинные волосы, зеленые глаза и пухлые щечки с милой улыбкой. Киллиан не ошибался, именно так он себе ее и представлял.       — Он еще недавно докторскую диссертацию защитил? Да? — удивленно спросил Киллиан и принялся дальше рыскать в Википедии.       О боже, а ведь и правда, не только сам профессор погиб под бомбежкой, но и его дочка. Никто из всех жителей не смог спастись! Да от этого факта у Джонса волосы на голове дыбом встали. Через месяц. Ровно через месяц она погибнет! Очень странно, почему он набирал номер Дэвида, а попал на Мэри? Чертов телефон! Мистика. Ему же около восьмидесяти лет.       — Да, именно. Эх, видела бы мама, чего он добился. Она бы им гордилась… — Мэри грустно вздохнула.       — Она наверно погибла при родах? — Киллиан, конечно же, узнал это из Википедии. Он надеялся, что Мэри-Маргарет не будет интересовать о том, откуда он это узнал.       — Да, жаль я ее не видела. А у вас есть родители? — ее голос звучал так наивно. Боже, да эта девушка не заслужила такой смерти!       — Пф-ф-ф, физически есть, но морально нет. Они совсем недавно выставили меня из дома и отказались из-за того, что моя бывшая меня опозорила. Но что было, то было. Да и родители они никудышные были, — с сожалением сообщил Джонс.       — Боже, мне так жаль!       — Да ладно, проехали, — нет, все-таки Мэри нужно сказать о том, что он из будущего. — А вы верите в путешествие во времени?       — Путешествия во времени? Ох, не особо… Это, конечно, красивая идея, но неосуществимая. Хотя, я бы с любопытством заглянула в свое будущее. Какое оно? — мечтательно вздохнула Маргарет.       «Ох, лучше бы ты не знала, что с тобой будет! Бедная… Вот же черт! Да я же могу помочь ей! Спасти… Нужно лишь убедить ее уйти из дома в день бомбежки!» — думал Киллиан и параллельно искал время уничтожения дома. 16:20. Именно в это время немцы сбросили бомбу на их дом.       Джонс сглотнул и взволновало произнес:       — А что вы сделаете, если я скажу, что звоню вам из будущего? — он скатился вниз по стенке и осел. Господи, с первого дня началась какая-то чертовщина в этом проклятом доме!       — Ох, вы, наверное, смеетесь? Думаете, я поверю в этот бред? — усмехнулась Мэри.       А собственно, чего он ожидал? Ожидал, что кто-то поверит в то, что он из будущего? И правда, чего смеяться-то? Киллиан бы и сам никогда не поверил, позвони ему какой-то мужчина и стань он затирать такое.       — Хах, ну да… Но я правда из будущего. Из 2020 года! Это звучит безумно и мне самому сложно верить в это, в то, что я случайно позвонил в прошлое. Но это так, — взволновано ответил Джонс.       — Ну и чем вы это докажите? — недоверчиво спросила Мэри-Маргарет.       — Например, я могу сказать, что вы брюнетка с зелеными глазами, — Киллиан улыбнулся и принялся быстро листать ленту в поисках чего-нибудь значимого. Ему совершенно случайно пришла в голову идея: а почему бы не посмотреть самые сильные бомбежки Лондона в 1943?       — Что?! Вы за мной следите?! Откуда вы можете знать? — испугано выкрикнула Мэри.       — Боже, боже, только не пугайтесь. Не следил я за вами. Я вас даже не знал до этого звонка. Просто посмотрел в интернете. Там есть ваши фотографии. Это тоже доказательство того, что я из будущего. — Джонс пожал плечами.       — Да вы врете! Как? Интер… что? Я вам не верю, вы просто маньяк!       Киллиан взволновался. Ну вот, теперь она боится. Этого еще не хватало. Ну с другой стороны, он что, не испугался бы? Конечно бы испугался! Джонс, наконец, нашел данные о налетах и решил выкинуть еще один козырь из рукава:       — Интернет — всемирная компьютерная сеть, объединяющая миллионы компьютеров в единую информационную систему. И я не маньяк! Вы думаете, я верю в это? Да мне самому кажется, что это все просто розыгрыш! Я могу вам доказать. Завтра в полдень у вас будет налет. Надеюсь, после этого вы мне поверите?       — Да вы могли это придумать! Вы ненормальный. До свидания! Забудьте этот номер! — прокричала в трубку испуганная Мэри и тут же отключилась. Киллиан лишь успел прокричать ей номер своего телефона, написанный на бумажке, приклеенной к корпусу телефона.       — Вот так и поговорили… — Джонс отпустил трубку, и она повисла на проводе.       Он поджал колени, обхватив трубку руками и прикрыв глаза. Он ничего не мог понять. Что это только что было? Наверное, розыгрыш. Насколько богата не была фантазия Киллиана, ему с трудом верилось в реальность данной ситуации.       Он решил дать себе время, чтобы переварить информацию и пойти поискать зарядник от ноутбука. Нужно еще найти что-нибудь про эту девушку. Вдруг это и правда она звонила? Да и Дэвиду он так и не позвонил…