Империя: TEAR

Гет
NC-17
В процессе
47
автор
Размер:
268 страниц, 21 часть
Описание:
Академия искусств Халлю - место, где сбываются мечты. Если твоя цель стать всемирно известным артистом, то ты на верном пути.
Но за красивыми стенами, веселыми буднями, за светом софитов и волшебной музыкой скрывается боль, через которую проходят день за днём молодые трейни, пытаясь осуществить свои мечты.
Мир шоу-бизнеса жесток и коварен; здесь не найти друзей, поддержки и любви. Ты либо сияешь, либо прогораешь... Но можно ли сломать систему?
Примечания автора:
Честно признаться, я не думала больше браться за написание подобных историй, но моя жизнь удивительная штука. Сегодня так, завтра иначе, послезавтра вообще невесть что, не поймёшь. Но так веселее живётся, правда ведь? (Спорный вопрос).
На сей раз история повествует не о дружбе и предательстве, а о соперничестве и доверии. К сожалению, мир и вправду жесток, отчего вера в добро, в справедливость и любовь понемногу тлеет. Мы не должны этого допустить.
Наверное, поэтому я и решила написать данный фанфик - учение на чужих ошибках то, что делают люди каждый день, и это не плохо.
Я забросила этот фанфик давно, но подумала, что пора бы возобновить работу. Надеюсь, у меня получится. Однако главы этого фф будут выходить реже, чем предыдущего... В любом случае, приятного прочтения.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
47 Нравится 114 Отзывы 20 В сборник Скачать

Глава 18. Продолжение вечера

Настройки текста
Чимин с тоской смотрит на свой мобильник и сжимает его в руке. Не отвечает ни на смс, ни на звонки. Блондин грустно хмыкает, качает головой и заворачивает за угол, разгуливая по одинокому коридору, где нет больше никого, и лишь приглушенная музыка, доносящаяся откуда-то снизу, разрывает тишину. Зачем? Он задается этим вопросом постоянно: на репетициях, во время обеда, перед сном. Для чего он желает помочь той, кто на помощь не отзывается? Когда вообще он решил, что заинтересован жизнью Манобан? Точно. Как сейчас помнит. Если бы в тот день он не застал трёх девушек за очередной пакостью, то продолжал бы заниматься исключительно собой и делами группы, но нахальная и циничная тайка все испортила. А у неё, всем известно, портить жизнь другим хорошо получается. Нет плохих людей, зато существуют обстоятельства, из-за которых люди плохими притворяются. Лалиса одна из таких, и вот доказательства его анализу. Во-первых, блондинка загадочна, в том плане, что с первого дня в Халлю её знали как уверенную в себе и дерзкую трейни-иностранку. Манобан всегда всем показывает одну черту, но у всего есть обратная сторона. Лиса не исключение. Во-вторых, её острое нежелание слушать Чимина, когда тот выводит на откровенный разговор, пытается найти ту девочку, которую он видит секундами - лишь на Пака ученица смотрит как-то иначе, мелькает в глазах не игривый блеск, а какое-то отчаяние. Нет ошибки - Лалиса точно что-то скрывает и её реакция на касание плеча лишь подтверждает заключение Чимина. Ему остаётся только одно - не сдаваться, идти до конца и все же раскрыть Манобан с другой стороны, потому что он видит, что самой девушке тяжело лгать, в первую очередь, себе. Все знают, что обижать ближнего - защитная реакция, страх оказаться слабым звеном. Возможно, Лиса просто не хочет стать такой же?.. *** Чеён вновь отвлекается от книги, теряет нить повествования и просто читает строчки, совершенно думая об ином. Музыка и гвалт не дают той сосредоточиться. Рози глубоко вздыхает, извиняется перед романом и откладывает его на кровать, хватаясь за мобильник. Уже двадцать пять минут десятого... Пора выходить. Натянув на себя джинсовые брюки и белый топ с длинными рукавами в виде жакета, Чеён застегивает последние пуговки и заплетает длинные блестящие локоны в хвост. Находит в шкафчике дневник и на всякий случай ножик, замаскированный под шариковую ручку. Честно говоря, Пак понятия не имеет, что искать, но шестое чувство подсказывает, точно Невидимка даст о себе знать. И будет отлично, если Розэ раскроет его или её личность. Пусть все танцуют, пьют и веселятся, пусть отдыхают, трейни будет занята другим - найдёт преступника, отомстит за произошедшее с ней, причём сделает все это сама. Без какой-либо помощи. Она смотрит на себя зеркало, рассматривает черты лица и легонько касается пальцами губ. Словно ударом под вздох она вспоминает нежные и умелые касания чужих уст и языка, вспоминает тёплые руки на талии, нахальную улыбку и аромат одеколона. Её сердце начинает биться чаще, а щеки вмиг покрываются румянцем, потому что в голове мелькает портрет Тэхёна. Ким Тэхёна, с которым она целовалась, с Тэхёном, с которым ей целоваться понравилось... Ужасные мысли, рассуждает Рози. Она щипает себя за руку, требует вернуться на твёрдую поверхность и перестать вспоминать того, кто принимает женский пол за кукол для развлечений. Чеён впервые открылась кому-то в Халлю, понадеялась, даже начала считать себя особенной, однако голубоволосый все разрушил. Теперь он целуется с Айрин. Хах, как быстро Ви выбросил её из головы, когда сам же уверял «я не собираюсь делать тебе больно». Ложь. Ей очень больно и обидно. Она чувствует себя глупышкой, которой попользовались и бросили. Очевидно, Ким Тэхён не тот человек, с которым можно быть честной... Переводя дыхание, блондинка прячет ручку в задний карман и раскрывает дневник, выходя из комнаты. Охота начинается, только вот ещё непонятно, кто исполняет роль добычи. *** Джису и Дженни перестают кружиться в танце и, громко смеясь, обессиленно падают на диванчик, где сидит Кай, уткнувшись в телефон. Поправляя тяжёлые от пота волосы с лица, Дженни открывает бутылку холодной воды и жадно делает глотки, хохоча, когда Ким проливает на себя газировку. — Голова кружится, - оправдывается Джи, вытирая салфеткой грудь, — прости, я оплачу химчистку. Дженни отмахивается и закатывает глаза. Она горит, тело требует большего адреналина, веселья, тряски. Трейни сидя пританцовывает и двигает руками, хлопая выступающему на сцене парню, третьекурснику. Кай выключает мобильник, пару секунд смотрит куда-то вперёд, после чего, залпом осушив рюмку соджу, щёлкает двумя пальцами, окликая свою девушку, однако Джису первая замечает этакий жест и мрачнеет. По её мнению, так зовут лишь животных, но точно не любимого человека... — Я скоро вернусь. Не скучайте, - встаёт на ноги Чонин, и ладонь Джен его останавливает. — Ты куда? Недолго думая, парень отвечает: — В туалет. Рука Ким медленно соскальзывает, после чего шатен спокойно проходит мимо народа, поправляя волосы назад. В помещении стоит тяжелый запах: смесь алкоголя и пота, перед глазами плывут фигуры по вине светодиодов. Все толпятся. Чонин чешет нос, делает шаг к выходу, только вот чья-то мертвая хватка его останавливает, заставляет обернуться и захватить всё надменным взглядом. Парень искреннее удивляется, подбросив брови ко лбу, застав перед собой блондина, чьи длинные пальцы крепко сжимают кисть его руки. Кай усмехается. — Чего творишь? Руку убрал, - резко дёргает на себя конечность Ким, тем не менее выбраться из захвата не получается. Юнги, скользя по шатену проникновенным брезгливым и одновременно подозрительным взором, проводит языком по полости щёк и хмыкает. Мин, если судить объективно, держался долго. Он из тех кому плевать на чужие проблемы, но в этот раз нутро подсказывает ему развязать язык и действовать. Скорее всего, он пожалеет о своём поступке и это его не пугает, лишь злит. Бросает в ярость и дрожь от мысли, что он отступается от своих принципов из-за какой-то там девицы... — Куда-то спешишь? - щурясь, чавкает Юнги. Чонин от недоумения хмурится. — Тебе какое дело, урод? — Раз спрашиваю, значит, есть дело, - затем немедля добавляет, — но можешь не отвечать. Вопрос был риторическим. Просто интересно, есть ли у такого мудака совесть... Думаю, нет. Шатен сжимает челюсть, отчего заиграли желваки и уже, по-настоящему злясь, толкает Мина в грудь, наступая первым. И верно, ведь лучшая защита - это нападение. Мин не теряется, расправляет плечи и становится прямо, не сводя чёрных глаз от чужих. — Ты, блять, на проблемы нарваться хочешь? Не боишься, что ваша гейская группа пострадает? — Не переживай обо мне, Кай, - спокойно отвечает блондин, — лучше о себе беспокойся. Я знаю, что ты вытворяешь за спиной Дженни. Услышав имя девушки, Ким оглядывается по углам, состроив скучное выражение лица, мол, безопасная тема. Чонин знает, что Дженни слепо доверяет ему, поэтому он ощущает себя расслабленно и глядит теперь на собеседника с некой насмешкой. А музыканта это раздражает. Этот чертов ублюдок даже не пытается скрывать о своих проступках, даже не оправдывается. — О чем ты? - поднимает уголок рта в лисью улыбку Кай. — Не прикидывайся идиотом, - рычит белобрысый, — ты даже сейчас спешишь к той девчонке. Я видел как ты зажимал её у стенки. Трахаешь её? — Ты несёшь какой-то бред, отъебись, - разворачивается, намереваясь соскочить от темы, тем не менее Юнги кроет все живое матом и, дёрнув за плечо, возвращает парня в прежнее положение. От такой наглости Чонин бьет Мина в солнечное сплетение; второй журится, нагибается пополам и выдыхает, собираясь с силой. — Ты уёбок, - кряхтит блондин, подавляя боль и выпрямляясь к несчастью Кая, — врешь ей нагло в лицо, спишь со всякими суками и не стыдишься?! — С каких пор ты интересуешься нашими с Дженни отношениями? - вдруг спрашивает шатен, нависая над старшим. — Что вас связывает? Отвечай, блять! Запал на неё? - хватает парня за ворот футболки и грозится ударить, но Мин отталкивает от себя обидчика. — Ошибаешься, - скалится музыкант, совершенно не подозревая, что за ними наблюдают, — она скрытная и холодная... От этой девчонки меня мутит! Алые губы Кая наливаются кровью и складываются в злорадную ухмылку. Дженни стоит в шаге от Юнги, смотрит ему в затылок, не моргает и держит в руке сердце, которое хочет развалиться на части. Не это она ожидала услышать... Заметив своего тайного наставника в компании обозлённого чем-то бойфренда, Ким поспешила вмешаться и разнять спорящих, но вместо этого она стала темой их обсуждения и, видимо, внепланового признания Мина. Брюнетка отшатывается, смотрит в пол и не чувствует ничего, кроме тошноты. За этот почти что месяц ей казалось, что они с блондином стали ближе друг другу, почти друзьями, в любом случае, уже неважно. Плевать, поскольку Мин Юнги только что открыто признался в своих чувствах к Джен - он ее ненавидит... Если так, тогда зачем все это? Зачем он помогал ей? Для чего? Сжав плотно уста, ученица гордо подбрасывает подбородок вверх и, сделав хладнокровное личико, проходит мимо мембера LY и обнимает за руку бойфренда. Юнги находит глазами фигурку девушки, сразу понимает, что проебался. Она слышала, и Кай об этом знал... — Чонин, - не отрывая холодного взора с помрачневшего, словно грозовая туча, Мина, обращается к торжествующему маленькой победе Кимом она, — не трать силы понапрасну - он питается нашим плохим настроением, поэтому постоянно его и портит. — Дженни, - вставляет слово студент, это единственное, что он успевает сказать. Сверкнув кошачьими глазами, девушка тянет Кая за собой и скрывается в толпе. У неё почему-то колит в груди. Возможно, это просто обида, но разве от такого пустяка могут начать слезиться глаза и гореть щеки? Юнги не впервые бросается колючими словами, однако сейчас они кажутся Джен стрелами, выпущенными прямо в спину. «Почему?», - спрашивает саму себя в уме Ким, пропуская мимо реплики бойфренда. На данный момент она слышит лишь один хриплый грудной голос, он ей могилу словно роет. Дженни думала, что у них все хорошо, а оказалось, он играл свою роль... Как глупо... Тем временем, Юнги, словно прирастает к полу, испепеляет свою обувь взглядом и учащенно дышит, прикрыв веки. Впервые в жизни он солгал, говоря о ком-то, впервые в жизни ему хочется за это извиниться, правда холодная принцесса вряд ли согласиться его выслушать, а Мин не станет делать провальные попытки. Потому что гордыню чувства не переступят... Причём у обоих. *** Суджин надоело сидеть в уголке зала и наблюдать как её сверстники напиваются до головокружения. Если говорить открыто, Чо и сама бы не прочь накидаться, но из-за антидепрессантов, которые она принимает, ей строго запрещены алкоголь и энергетики, поэтому девушка довольствуется лишь соком. Она уводит странный взгляд с ребят, танцующих на сцене, и глубоко вздыхает, мечтая тоже наплевать на все, выйти в центр и начать исполнять любую заученную хореографию, ловить на себе восхищённые взгляды и просто веселиться... Теперь идея остаться в комнате и читать книжку, как это сделала Чеён, не кажется такой занудной. Суджин до ломоты в костях скучно. Вдруг брюнетка вытягивает шею и заряжается энергией, вспомнив о своём новоиспечённом друге Чон Хосоке. Его здесь не видно, однако, быть может, парень всё-таки пришёл? Если это правда так, то студентка наконец-то избавиться от одиночества в толпе и сможет хоть немного расслабиться, как воображала в своих мечтах. Тем не менее, обойдя все помещение, ловя недружелюбные взгляды, Чо с каждым шагом мрачнеет и теряет былой энтузиазм. Хосока здесь нет. «Дура, - про себя усмехается Суджин, - конечно его здесь нет, ему не до вечеринки сейчас. У него, черт побери, мама умирает, а ты о чем...» Подняв голову и собираясь вернуться на прежнее место, Су нечаянно находит среди всех остальных знакомые до мурашек черты лица и легонько улыбается. Какой же он красивый... Пусть он всего-то её психотерапевт и здесь полно будущих айдолов, Сокджин все равно умудряется выделяться. Мужчина красивый, хорошо сложен и вообще походит на кинозвезду. Неудивительно, что брюнетка втюрилась в него... Только вот настроение, словно качели, вновь отталкивается назад, портится, когда Суджин замечает подошедшую к Киму фигурку. Эта та самая уборщица. Странно... В Халлю она появилась чересчур внезапно и чересчур быстро стала общаться с Джином так, словно они лучшие друзья. Почему Чо так думает? Потому что в данную секунду миловидная и, к несчастью Суджин, красивая девушка что-то шепчет на ухо широкоплечему, после чего загадочно улыбается и переходит на смех. Психолог смешно цокает ртом, качает головой и отпивает глоток неизвестной жидкости, после всего что-то говорит коллеге, отходя в сторонку. Неужели они так близки? Сердце брюнетки пропускает удар, в глазах собирается обида в виде слез. Так выглядит ревность. Заткнув уши пальцами, ученица хмурит веки и про себя считает «раз, два, три... семь». На «восемь» она успокаивается, останавливает поток слез и окончательно решает уйти из этого душного зала, найти Хосока и просто поболтать с ним, поскольку беседы с этим человеком отвлекают Суджин от паразитических давящих мыслей. Шумные компании созданы не для неё... *** — Ну и куда все делись? - недовольно спрашивает у оставшихся за столом Тэхён, широко раскрыв руки, в которых уместилась бутылка вина. Голубоволосый бубнит под нос, садится на кресло, где предварительно сидела Лиса, и разливает в бокалы красное полусладкое. Юнги, совсем поникший, облокотив голову на ладонь, играется с зажигалкой в руке и думает о том, что, судя по всему, он вновь начнёт курить, хотя бросил четыре года тому назад. Искры от колесика зажигалки отражаются в его тёмных глазах, на бледном лице никакой эмоции, что несказанно бесит Тэхёна. — Я тоже пойду, - наконец подаёт низкий голос Мин, убрав «игрушку» в задний карман. Вижуал цокает языком и откидывается на спинку кресла. — Ну, блять, классно посидели, называется. Чимин слинял раньше всех, Чонгук куда-то делся, теперь ты сваливаешь... Какого хрена?! На тираду младшего блондин ничем ответить не может, потому, жестом попрощавшись, парень оставляет Кима одного с Джухён и Сыльги. Вторая, стоит заметить, разделяет настроение убежавшего Мина: она видела Чимина, пылко разговаривавшего о чём-то с Лисой, у бара. Нужно родиться слепым, чтобы не видеть его интерес к примадонне Халлю. Сыльги это надоело. Она столько времени копит в себе чувства, совершенствуется ради него, старается даже подражать Манобан, бестолку. Все её старания можно смыть в унитаз, ведь, когда человек кем-то увлечён, он кроме него никого не видит. Значит, отныне Кан будет действовать иначе. — Нет желания, Айрин, - вкрадчиво меж тем объясняет приставшей подружке Ви, — оставь меня в покое. — Ты такой вредный! - ладонью несильно бьет по плечу парня студентка. — Я попросила просто потанцевать со мной! Я твоя девушка, в конце концов! Ты должен уделять мне хоть капельку внимания!... Вдруг голубоволосый строит серьезное выражение лица и, кривя губами, поворачивает голову в сторону вмиг обомлевшей Пэ, которая от одного вида и ауры музыканта чуть было не проваливается под землю. Тэхён смотрит проникновенно, не моргая, при этом ни один мускул на его лице не дёргается - полное хладнокровие. — Запомни раз и навсегда - я тебе ничего не должен. Услышала меня? - в кофейной гуще сверкает странный блеск, после чего Айрин окончательно расклеивается и умолкает. Осознав, что переборщил, Ви потирает пальцами переносицу и выдыхает: — Я потом потанцую с тобой, сейчас я хочу подумать. «...Подумать о том, где носит одну девчонку и почему меня вообще это волнует», - не договаривает. Поправив бретельки топика, темноволосая откашливается и встаёт на ноги, залпом выпив рюмку соджу. — Сыльги, - окликает подругу, — пойдём покажем этому сброду настоящий танец. Вторая нехотя соглашается, и через пару секунд зал наполняется громким улюлюканьем. Танцевальные батлы - излюбленное занятие многих, но именно Чимин и Лиса стали первыми, кто их здесь узаконил. Тэхён делает последний подход, заканчивает с напитками и бросает в рот белый виноград, задумчиво глядя в одну точку. Разумно думать, что Розэ здесь нет. Может, её и в Халлю нет? А, может, с ней что-то случилось? Ви отмахивается от последней мысли, сам над собой смеётся и заключает, что стал параноиком. Ему должно быть плевать на Пак Чеён, они больше не друзья и вряд ли когда-то ими были. Бросив скользкий взгляд на толпу вокруг сцены, Ким поправляет челку на лбу и уходит, забрав вместе с собой последний обещанный танец Айрин. *** 21:43 Рози внимательно смотрит в свой дневник и делает пометки маркером, затем она возвращает взгляд на дверь женской уборной и потом, крутясь вокруг своей оси, рассматривает уголки стен, где работает лишь одна видеокамера. Наверняка Невидимка и тут стёр запись, но разве можно сделать это за короткий срок, ведь здесь присутствовала полиция... Да, можно. Можно, если у тебя есть доступ к офису с видеозаписями... Тогда, допустимо ли думать, что Невидимка это кто-то из персонала? Чеён дует губки, обводит маркером свои мысли на бумаге и замирает. Однозначно, действия преступника непредсказуемы, а его жертвы абсолютно разные во всех аспектах. Это трудно... Закрыв переплёт дневника, блондинка облокачивается спиной на стенку и смотрит вперёд, стараясь вспомнить хоть что-то. Ей приходится мысленно вернуться в ту ненавистную ночь: вот она спускается по лестнице, толчок и падение. Цзыюй вскрыли вены, а Джейн разбили голову. — Как же все запутано, - разочарованно тянет Розэ и отталкивается от поверхности, однако только она это делает, как по всему коридору или даже Халлю выключают свет. От неожиданности студентка ахает и замирает подобно поражённой проклятьем. Какого черта происходит?! Она могла бы списать это на пробки или проделки парней, но навязчивые мысли твердят, что всему виной тот, кого она ищет... Или того, кто ищет её. От подобного подозрения белокурая судорожно принимается рыться в кармане джинс, чтобы достать мобильник. Включает фонарик и немного расслабляется, вертя им по сторонам. Словно в ужастик попала. А что, если Невидимка где-то рядом? Что если он прознал про следствие Пак и идёт по её душу? Может быть, Невидимка догадался, что Розэ выйдет сегодня на поиски ответов и заранее все спланировал?.. Сглотнув тяжёлый комок, студентка собирается с духом и направляется, еле двигая потяжелевшими от страха ногами, в другое крыло. Через мгновение она уже переходит на бег, не думает ни о чем, лишь бежит и тяжело дышит, считая удары сердца под рёбрами. Кромешная тьма сопровождает её, вокруг никого. Быстро спускаясь по лестнице, дрожа руками, Чеён ватными ногами ступает на этаж, где размещены классы и желает лишь добраться целой и невредимой до актового зала, где много людей, где безопасно. Но вдруг, расслышав чьи-то шаги, ученица резко тормозит и, не издавая лишних звуков, прячется за углом коридора, выключив свет фонарика, и сжимает ладонью рот, дабы дыхание не выдало её присутствие. Раз шаг, два... Неизвестный близко. Рози вовремя вспоминает про ножик, аккуратно вынимает его и крепко держит в руке. Если она и дальше будет стоять столбом и ждать неясно чего, то из этого вряд ли выйдет что-то путное, потому, отбросив сомнения, Пак повторно включает фонарик и круто выпрыгивает изо угла, но не успевает и слово вымолвить, ибо чье-то тело зажимает её своим, больно ударив затылком о холодную поверхность. Рози издаёт слабый стон и со всей ненавистью смотрит на человека напротив. И будто небо опускается на её плечи... Лучше бы это был правда Невидимка, чем он. Закон подлости реально существует и работает он почему-то только на Чеён. Девушка округляет глаза, не двигается, а парень, удивлённый не меньше неё, забывает напрочь алфавит и теряется, расслабив своё физическое давление. — Я думал... - оправдывается Ви, очнувшись, отойдя от блондинки на два шага. — Я тоже, - обрывает мысль Розэ. Они светят фонариками телефонов и пялятся друг на друга, словно на музейный экспонат. — Что ты тут делаешь? - меняет тему Ким, подавляя мысль, что рад видеть это недовольное личико с милыми щечками. — Откуда у тебя нож? - застав в ладони холодное оружие, хмурится студент и силой забирает опасный предмет у девушки. Пак давится возмущением, злым взглядом уничтожает человека рядом и ненавидит сегодняшний вечер. — Ты Невидимку искала? - догадывается Тэхён. — Отключи своё любопытство хоть на две минуты, - огрызается блондинка, намереваясь поскорее избавиться от общества бывшего друга, тем не менее Ким заслоняет собой проход. — Узнаю прежнюю Пак Чеён, - усмехается тот, дразня и без того раздражённую трейни. — Даже успел соскучиться по твоей сварливости... — Ты можешь оставить меня в покое, м? - застаёт врасплох неожиданной репликой голубоволосого Пак, отчего тот аж вздрагивает. — Тебя, наверное, твоя девушка заждалась. Не боишься, что она там от страха перед темнотой поседеет? По губам Ви проскальзывает лукавая улыбка. — Кто-то ревнует или... — Тебе кажется. Отойди, - толкает в грудь и проходит мимо. Парень следует за ней. — Знаешь, - продолжает тот, — тебе необязательно избегать меня. Мы же не бывшая парочка, чтобы вести себя так. Блондинка останавливается и хмуро глядит на самодовольного музыканта. — Я не избегаю тебя, Тэхён. — Ну, конечно. — Я серьезно, - всем телом поворачивается к нему, поджимает губы и от насмешливого взгляда готова в истерике биться, — хватит на меня смотреть так, будто я по тебе сохну. — Я просто смотрю, - пожимает плечами. Она проходит дальше, больше на парня не обращает внимания и Ви, грустно глядя той в спину, чертыхается и решает поговорить серьезно. — Послушай, Чеён... Резко оба застывают на месте и оборачиваются на протяжённый женский визг где-то в глубине коридора. От этого короткого вопля у блондинки волосы встают дыбом, а перед глазами плывут фигуры. — Ты тоже это слышал? - с запинкой спрашивает Розэ, и Тэ берёт ту за руку. — Бежим туда. *** В детстве Чонгук часто слышал от маминых подружек, соседок, от воспитательницы в детском саду, что он очень хороший сын, которым родители, наверное, очень гордятся. На такие приятные замечания маленький Гук только кивал и улыбался, но сейчас парень, слыша отголоски женских «айгу, какой прилежный мальчик», «какой хороший сын», Чон стискивает зубы и стыдливо опускает глаза в пол. Чонгук не считает себя хорошим сыном. Он не оправдал отцовских ожиданий, пошёл против его слова и бросил маму одну. Старший Чон, господи Унхо, ещё с молодости увлекался спиртными напитками, а после рождения сына на некоторое время перестал пить, только, как мы знаем, наши желания сильнее нас самих. Господин Чон напивался до беспамятства, возвращался домой всегда ближе к трём и устраивал беспочвенные скандалы, отчего маленький Чонгуки просыпался в своей комнате, садился на кровать и прислушивался к крикам и шуму разбитой посуды за стеной. Мальчик спрыгивал на пол, бежал в самый дальний угол и садился на корточки, ладонями затыкая уши и громко плача. Он бы мог выбежать на помощь к маме, мог бы сделать хоть что-то, однако мамино «милый, что бы не случилось, не выходи из комнаты, ладно? Даже если услышишь крики или мой плач - не вздумай выходить. Пообещай мне». Гук пообещал, но от этого лишь себе сделал хуже. Проходило время, мальчику исполнилось десять, потом четырнадцать и, наконец, восемнадцать. В те годы Чонгук яро выступал за мать, даже обещал подраться с отцом, если тот не успокоится. Он не реагировал на обидные оскорбления, на едкости о музыке и о мечте музыканта, тем не менее, когда Унхо говорил что-то за свою жену, брюнет терял самообладание. Да, маму он защищает и по сей день, однако привычка садиться в уголок и держать руки на ушах, глотая слёзы, у мальчика осталась. Именно это видела Джису в ту ночь - Чонгук разговаривал с мамой по телефону как услышал знакомый пьяный голос, затем какой-то шум, крик и плач, а дальше - гудки. Парень понятия не имел, что ему делать: подорваться с места и понестись на всех парах домой или позвонить в полицию, но между тем Чонгук не прятал свои эмоции. Он плакал так, как не плакал со дня крупной ссоры с отцом и ухода из родного дома. К его невезению, свидетелем слабости стала Ким Джису. Та самая назойливая букашка, выступающая за справедливость, словно она представитель нравственности. Сейчас же Чонгук вертится неподалёку от мужского туалета, держит телефон у уха и слушает нежный успокаивающий голос мамы. Вокалист на мгновение замирает, оглядываясь вокруг, когда свет по всему зданию гаснет, после чего вновь концентрируется лишь на разговоре. — Точно все хорошо? - в сотый раз переспрашивает брюнет, улыбаясь на тихий смех в конце другой линии. — Да, уже все хорошо. Я живу у тети Тэхи, так что не переживай. — Как я могу не переживать? - возмущается певец, в темноте теряется, — скажи честно, он снова бил тебя, да? Что натворил этот козел? Почему ты собрала вещи и ушла?! Я знал, что что-то не то, - кусает губы, в конце переходя почти на шепот. Он сжимает до хруста кулак и еле терпит, чтобы не разбить костяшки о стену, поэтому нервно дергает ногами и опирается бёдрами на соседнюю колонну. — Не используй такие слова в адрес отца, Чонгук, - строго наставляет женщина, а парень лишь закатывает глаза, — просто сейчас нам лучше пожить некоторое время отдельно... — Он бьет тебя, - не спрашивает больше, скорее заключает. — Гук~и... — Только скажи мне, и я найму самых лучших адвокатов. Пожалуйста, не молчи, говори все как есть, мам. Эти издевательства продолжались слишком долго. Я больше не хочу, чтобы ты это терпела. Джису, которая все это время занималась поиском Дженни, в конечном счёте сдаётся и решает отправиться в свою комнату, а уже оттуда позвонить подруге. Однако, не успев дойти до своего этажа, в коридоре внезапно гаснет свет и, не ожидавшая подобного Ким, включает на телефоне фонарик, продолжая путь. Быть может, это случайность или судьба, в любом случае Джи ловит краем уха знакомый голос и останавливается, задумчиво хмуря бровями. Она сразу соображает кому принадлежат восклицания и, спрятав свет от фонарика в свой наряд, девушка подходит к углу совсем близко. Теперь она слышит весь телефонный разговор и, судя по всему, тема беседы не из приятных. «Мам»? «Издевательства»? Что происходит?.. Стоп, нет, так нельзя. Джису опрокидывает затылок на стену, ругается на саму себя. Подслушивать нехорошо, а лезть в чужую жизнь - тем более. Тем не менее брюнетка продолжает стоять на месте, таким образом становясь слушателем приватного разговора. — Ладно, - отвечает госпожа, но только чтобы успокоить сына. Пауза затягивается. Чонгук таранит взглядом темноту, мечется от одной мысли к другой и, набрав кислорода в легкие, выдыхает: — Прости меня, мама. Я оставил тебя с этим подонком, бросил одну бороться с ним. Я ужасный сын. Неожиданно парень поворачивается на девяносто градусов влево и замечает слабое свечение за углом. Хмурится, осторожно делая шаги, приближается к концу коридора и в то же мгновение застывает со смешанной эмоцией на лице - он узнает аромат, исходящий от этого человека: вишневый блеск, пудра и какие-то цветы. Брюнет бесшумно усмехается своему открытию, на тираду матери произносит «да, да», но остаётся при своём мнении - он плохой сын. — Больще не смей говорить мне такие вещи, понял?! Ты самый лучший, и я тобой очень горжусь, Гук~и. Благодаря тебе я улыбаюсь, могу позволить себе лучшую жизнь, и ты ещё говоришь «я плохой сын»? Ах, дурак, - цыкает в трубку женщина, на что вокалист улыбается, представив её перекошенный рот и укоризненный взор из-под прямых бровей. — Ещё раз услышу такое - поругаю, ясно тебе?! Никакого токпокки! — Только не токпокки! - театрально тянет кореец, словно ребёнок. — Хорошо, я больше не буду так говорить, - на эту реплику Джису улыбается, умиляясь таким вот Чоном. — Пока. Я позвоню тебе завтра. Двадцатиминутный телефонный разговор успешно завершается, но хитрый Чонгук до сих пор держит мобильник и имитирует диалог, медленно подбираясь к «мышке», которая вдруг ни с того ни с сего начала проявлять интерес к его частной жизни. — А?.. Я хотел уже отключаться, - играет свою роль брюнет, делая шаги, — нет, мам. Я кля-янусь, я больше не принимаю экстази... Джису заметно напрягается, забывает вообще об отключке электричества, забывает про телефон в руке, фонарик которого все ещё включен и светит в ткань наряда. Трейни просто округляет глаза, прислушивается и поверить не может в это. Чонгук связан с наркотиками?.. — Хорошо-хорошо, мам, давай не будем начинать снова, - голос парня все ближе и ближе, — это было семь лет назад... Ну, изнасиловал я её, она сама ко мне лезла. О, черт возьми, что? Ким правда слышит сейчас это?! Джису в шоке поднимает брови ко лбу и рукой сжимает рот, чтобы не выдать себя визгом. Чонгук уже так близко, что слышит даже её учащённое дыхание и шорох, ухмыляется, важно скрестив руки на груди и оперевшись плечом о стену. — Если честно, мам, - меняет голос на игривый Чон, — есть в академии одна ученица, очень привлекательная. Смотрю на неё и думаю - вот бы с ней... пошалить. Наткнуться где-нибудь в коридоре, прижать к стене и... - тут Чонгук выскакивает изо угла, резко хватает брюнетку за плечи и блокирует проход, как и фантазировал. Джису от этого всё-таки вскрикивает, роняет на пол сотовый и испуганно глядит на смеющегося вокалиста, чьи пальцы вонзаются ножами в её тёплую плоть. — Завелась, значит, в Халлю мышка, - наклоняет голову Чон, светя в личико зажмурившейся Ким экраном телефона. — От кого от кого, но от тебя подобного не ждал. — Это не то, о чем ты подумал, - кусает губы Джи, освобождаясь от захвата. — Значит, не ты стояла здесь и подслушивала? Знаешь, - щурится студент, облизнув уголок рта, — обычно так ведут себя сталкеры. — Эй! Это вышло случайно, - и Ким осознаёт, что лжёт. Вовсе не случайно, скорее наоборот. Но а как бы ещё она хоть чуточку раскрыла личность холодного принца? Конечно, узнала она мало что, во всяком случае попытку сделать стоило. Зато теперь Джису знает, что Чонгук умеет шутить, но от этих шуток прятаться хочется, никак не смеяться. — Что ты успела подслушать, мышка-букашка? - следит кареглазый за тем, как девушка поднимает свой телефон, облегченно вздыхая - экран цел и невредим. — Мышка-букашка?.. - растерянно смотрит та, однако под напором тяжёлого взора прогибается и отвечает: — Я никому ничего не собираюсь говорить. Я не сплетница. — Хотелось бы в это верить, - хмыкает высокомерно Чонгук, — тебе же лучше, если так, - потом брюнет наклоняет телефон чуть ниже, оглядывает однокурсницу оценивающим оком и лениво тянет «ого», — сегодня ты выглядишь странно. «Странно» в понимании Гука - достаточно симпатично, а в понимании Джису - смешно; потому она устало переводит дыхание и произносит: — Поздно уже, я пойду. — Ага, чеши, только головой не ударься. Черноволосая театрально закатывает глаза и тихо цыкает, после чего оба расходятся, но не успевают отойти друг от друга на два шага, как слышат женский визг, а потом топот и голоса. Чонгук хмурится. Сразу вспоминает рассказ Тэхёна про некую Невидимку и мрачнеет ещё пуще. — Что там происходит? - заглянув за угол, замечает свечение Джису, через секунду пустившись в бег. Чонгук чертыхается. — Эй, меня подожди! *** Четверо ребят одновременно прибегают к нужному месту и, прежде чем удивиться друг другу, обращают внимание на поднимающуюся на локтях плачущую трейни. Она садится на кафель, держится за разбитое колено и, поправляя длинные волосы за плечи, смотрит на всех с недоверием и испугом. — Суджин?.. Боже мой, Суджин! Ты как?! - первая просыпается ото сна Чеён, тотчас рванув к пострадавшей, и садясь рядом. — Что случилось? Тэхён переводит чопорный и немного любопытный взгляд на Чонгука и стоящую рядом Ким Джису, которая тоже, придя в себя, приближается к трейни и разглядывает рану на ноге. Капельки крови стекают по ноге вниз, на что Ким шипит и смотрит по углам, стараясь найти какой-нибудь платок, но дело это глупое и неудачное. Ви взором показывает на Джису, мол, какого черта, а Чон в ответ отмахивается, не выказывая желания сейчас говорить об этом, к тому же есть дела поважнее... — Я не знаю... не знаю, - вытирая слёзы с глаз, шмыгает носом Суджин, — меня кто-то толкнул в спину! — Что?! - одновременно восклицают Розэ и Ким, взглянув друг на друга тревожно. Просто Джи совершенно не просвещена в дела Невидимки, она вообще не подозревает о его существовании, зато остальные трое присутствующих хорошо понимают чьих рук это очередное темное дело. — Ты не знаешь, кто это был? - засунув руки в карманы, спрашивает Тэхён глубоким голосом. Чо хлопает глазками, опрокидывает голову назад и демонстрирует всем ещё и разбитую губу, из-за чего однокурсницы ахают. — Как я могла кого-то видеть? Свет вырубили, я чуть лоб не расшибла... — Суджин, - мягко тянет Чеён, поглаживая спину девушки, — расскажи по порядку. Что произошло? Наступает тишина, длящаяся всего две секунды. Чонгук от нетерпения цокает и уже жалеет, что поддался любопытству и застрял здесь. — Я искала одного человека, а потом внезапно выключился свет. Чтобы не упасть, я остановилась, хотела включить фонарик, но в это мгновение меня кто-то со всей силой толкнул. От страха я закричала, хотела обернуться, узнать что это было, но этот человек схватил меня за волосы, а сам пнул мой телефон, чтобы я не заметила его лица. Через секунду он будто в воздухе растворился! Бежал так быстро, что я и заметить не успела... Внимательно выслушав пересказ произошедшего, Пак медленно кивает и обращает взор из-под бровей на задумчивого Тэхёна. Видимо, почувствовав на себе чужие глаза, Ви налаживает зрительный контакт с блондинкой и без слов что-то пытается сказать. Чонгук устало выдыхает, проводит руками по лицу и ругается. А Джису же сидит в нескрываемом шоке, мотая головой. Девушка опускает брови к переносице и грызёт нижнюю губу, надеясь логически изъяснить случившееся сперва себе, потом уже всем остальным. — Это ужас! Кому понадобилось вытворять такое? - испуганно спрашивает непонятно кого Ким. Чон хмыкает на реплику. — Что здесь происходит?! - доносится мужской голос за спиной Розэ и Ви. — Никому не двигаться! - перехватывает коллегу второй, женский голос. Брюнет от потока света щурится и прячет лицо ладонью, а остальные вопросительно уставляются на подходящих людей. — Что вы тут... - приближается серьёзный Сокджин к ребятам, однако заметив сидящую на кафеле фигурку, вмиг меняется в эмоции и ахает, — Суджин?! Господи, что с тобой случилось?! Мужчина не обращает внимание на девочек, помогает заплаканной встать и осматривает её лицо и вообще весь вид, хмурясь только больше. Следователь Ли подозрительным оком сканирует четверых, делает пометки в голове, после чего концентрируется на ещё одной, судя по всему, жертве. — Это вы сделали?! - с лютым холодом раздаётся голос психолога, на что парни одновременно фыркают и скалятся. Испуганная Джису и опешившая Пак отходят к стене, мнут пальцы рук и от волнения словно теряют дар речи. — Вы реально думаете, что мы на такое способны?! - оскорбляется голубоволосый, косо поглядев на коллегу Сокджина за его спиной. — Да и зачем нам? - пожимает плечами Чонгук. — Это вы нам потрудитесь объяснить, - едко подталкивает Айю. — Это не мы! - берет себя в руки Рози. Суджин, опираясь на мужчину, осторожно кивает и поднимает глаза на взволнованного Джина: — Это правда не они, - откашливается, — меня кто-то толкнул. Больше доктор Ким слушать ничего не хочет, все и без того понятно. Видя, что ученица хромает, Сокджин берет её на руки и ведёт в медпункт, а уже оттуда собирается отнести в её комнату, где думает обо всем, не давя на психику, расспросить. Свет в академии вскоре включается. Когда в коридоре остаются четверо студентов, Джи Ын складывает руки на груди и требует от тех отчета: что они тут делали, почему они покинули праздник и подобное. Выслушав, следователь поджимает губы и велит всем отправляться по комнатам, после чего быстрым размашистым шагом идёт в направлении, куда пошёл Сокджин. — Воу, вы что тут делаете? - Чимин растерянно оглядывает лица напротив и получает лишь вздохи да ахи. Странная ночка подходит к концу... *** Во рту вяжет. Раскалывается голова. Конечности тяжелеют будто с каждым вздохом и попыткой подняться. Лиса, жмурясь, раскрывает лениво веки и смотрит в потолок. Она не помнит, что вчера было, но судя по смерчу мыслей в черепной коробке, вечер был насыщенным. Оттолкнувшись, блондинка с растрёпанными волосами садится на кровати и, скривившись от резкой боли в спине и затылке, хватается за висок и старательно массирует его, мысленно спрашивая «что за черт?». Первое, что замечают опухшие глаза - незнакомая обстановка, незнакомые комоды, стулья, кровати. Здесь все незнакомо. Она вопросительно оглядывает кровать, где все перевёрнуто и ловит взором разбросанные вещи на полу, после чего опускает подбородок вниз и сглатывает. Она без белья. Обнаженная в чужой кровати. Что вчера случилось вообще?! Сколько сейчас времени?! Паника накатывает с головой, однако Манобан старается дышать всей грудью и молит внутреннее «я» успокоиться. Надо собрать картинку вчерашнего: вот она собачится с Чимином, потом прогуливается по пустым коридорам, затем возвращается на вечеринку и садится за барную стойку... К ней присоединяется парень, имени которого не помнит, и они выпивают. О, нет... Неужели это она у него в комнате? Они переспали?! Не может быть. Лиса протяженно мычит в свои ладони от ущербности положения, разглаживает растрепанные волосы и тянется за бюстгальтером и стрингами. Снова кутается одеялом, собираясь дотянуться до платья, однако шум со стороны её отвлекает. В комнату входит высокий парень, одетый лишь в спортивные шорты. Брюнет усмехается неважному виду блондинки, держит в руке стакан и пластину таблеток, встаёт прямо перед растерянной тайкой. — Я бы сказал «доброе утро», только это будет ложью, - глядя на круги под глазами и пухлое лицо, усмехается брюнет, протягивая «подарки», — на, вода и аспирин. Лалиса колеблется секунду и все же принимает стакан с лекарством. Холодная жидкость, стекающая по пищеводу, оживляет Манобан, она пьёт все до последней капли и с шумом кладёт пустой сосуд на комод. — Что я здесь делаю? - сканирует без эмоциональными глазами Лиса, добавляя немедленно: — И почему я проснулась голой? — Ну, ты же взрослая девочка. Подумай немного. — Не может быть, - перебивает того тайка, не моргая. Сехун смеётся, запрокинув голову вбок и, облокотившись бёдрами о стену, смотрит на готовую рвать и метать блондинку. — Почему нет? Ты вчера здорово напилась, лезла ко мне целоваться, предлагала нам уехать тусоваться дальше в Итэвон. Самое ужасное, что Манобан всего этого не помнит: в голове чёрная дыра. Но парень говорит так спокойно и уверенно, словно мантру читает и белокурая потихоньку сдаёт позиции, готова поверить каждому его слову. Тем не менее Лиса себя знает: она бы никогда, сколько бы не выпила, не легла под кого-либо. Никогда. Натянув свойственную лишь ей хитрую ухмылку, девушка принимает уверенную позу и чавкает: — Как тебя зовут? Сехун даже не удивлён её вопросу. — О Сехун, но этой ночью ты называла меня папочкой. — Так вот, О Сехун, - не обратив внимание на последние слова ученика, деловито начинает та, — почему ты мне врешь? — Я не вру, - пожимает плечами кореец. Тайка долго сверлит того проникновенным взглядом, а потом, ничего не говоря, принимается одеваться. О следит за этим с интересом, растягивая губы в усмешку, затем откашливается и скрещивает кисти на подкаченной груди, привлекая внимание девушки. — А почему, собственно, ты мне не веришь? — Потому что: а) я Лалиса Манобан, я не сплю с кем попало, б) я не шлюха, в) у меня есть парень, и только он в силах удовлетворить мои сексуальные потребности... Дальше тайка не продолжает, её прерывает громкий смех и хлопки в ладони. Сехун смеётся от силы минуту, после всего примеряет серьёзный сосредоточенный вид. И, Лиса убеждена, лучше бы этого не делал, поскольку таким он кажется устрашающим и не внушающим доверия. — Чон Чонгук, конечно, - кривит ртом ядовито О, — брось его. — Ты прикалываешься? - теперь очередь Манобан хохотать во всю. — Очень смешная шутка. — Значит, отказываешься? Это твой окончательный ответ? Трейни застёгивает змейку платья сбоку и переводит внимание на ожидающего ответа корейца. С ним явно что-то не так. — Это какая-то интеллектуальная игра? Я же сказала, что ты это только во сне увидишь. А теперь чао-какао, - Лиса хватается за дверную ручку, уже думает повернуть, однако приглушённые женские стоны откуда-то со спины зачеркивают все планы. Тайка прислушивается, и с каждой секундой бледнеет, чувствуя как дрожат ноги и все вокруг плывет, потому что стоны эти принадлежат ей. Этого быть не может... Она круто разворачивается за спину, идёт прямо к злорадствующему Сехуну, который держит в руке планшет. Лиса хватается за гаджет, смотрит видео и не моргает. Это даже не видео, это порно какое-то. Обнаженная Лиса лежит на спине, её руки расставлены в стороны и видно, что их кто-то сильно держит. Значит, их было трое... Снимающий эту грязь Сехун умещается между ногами главной звезды фильма, делая резкие толчки и даже снимая на камеру весь процесс. Парень в ходе видео комментирует происходящее, обзывает Лалису сучкой и входит в неё грубо, обещает вытрахать из неё Чон Чонгука. На глазах блондинки наворачиваются слёзы. Она ощущает огонь по всему телу, её руки дрожат, ком в горле и всепоглощающая паника сжирают живьём, словно черви. Не может этого быть... Не может, не может! Она судорожно начинает вспоминать их знакомство. Виски. Точно. Он что-то ей подсыпал. Это все было подстроено... Одним взмахом студентка разбивает планшет о стену и глубоко дышит. Брюнет усмехается. — Ничего, у меня есть ещё много копий, - плотоядно скалится. — Сукин сын, ты мне что-то в алкоголь добавил! Я тебя убью, - бросается на того, царапает горло, но оказывается за мгновение на полу, ибо О её с легкостью отталкивает. — Не что-то, а волшебный порошочек, который позволил мне трахнуть будущую всемирную звезду. Знаешь, ты такая узкая, как будто у твоего петуха парня член тоньше шариковой ручки. У Лалисы от осознания правды слёзы льют как из ведра. Она никогда не перед кем не плачет, однако этому подонку удалось сломать её. — Это изнасилование... Даже на видео отчётливо это видно. Я уничтожу тебя, ты, ублюдок, изнасиловал меня, - чем чаще повторяет это слово трейни, тем сильнее у неё кружится голова. В ушах звенит, рвотный позыв обещает показаться, а разные картинки в её голове не дают покоя, только масло в огонь добавляют. Если кто-то узнает, ей конец... всему конец! — Возможно, - соглашается нехотя Сехун, открыв дверцу шкафа и достав мятую футболку, — но, когда до общественности дойдёт порно с твоим участием, всем будет на это похуй. Тебя возненавидят, а твоя карьера скатится в Тартарары. — Ублюдок... - всхлипывает, поджимает ноги к груди и во второй раз в жизни не знает, что ей делать. Сехун приводит себя в порядок, причёсывается и обращается к своей жертве: — Если не хочешь стать темой обсуждения на ближайшие три месяца, делай то, что я тебе говорю. Бросай Чонгука, вы ужасная пара. Совсем не смотритесь вместе, чего не скажешь о нас. Да, крошка? - парень садится на корточки и включает свой телефон, воспроизводит то видео, и слух тайки снова режут собственные стоны. — Вот, гляди как мой дружок идеально входит в тебя. Жмурится, повторяет, что это все неправда, продолжает обещать отомстить, тем не менее О Сехун смеётся на громкие заявления и встаёт во весь рост. — Ладно, хватит реветь. Приведи себя в порядок и переоденься. Ты же не хочешь пропустить обед? После ухода мерзавца, Манобан остаётся наедине со своими бурлящими чувствами и колючими мыслями. Больше не сдерживает себя, падает на спину и, прикрыв горящими ладонями лицо, навзрыд плачет. К сожалению, это не кошмарный сон, все взаправду - её накачали, изнасиловали и теперь пытаются шантажировать. Кто бы мог подумать: та, что вечно издевалась над другими, испытала на себе горечь издевательств. Волосы прилипают к влажному лицу, грудь сотрясается и хочется вырвать сердце. Она думала, что больше никогда не испытает подобного, но жизнь оказалась сукой. Легонько коснувшись своего плеча, Лалиса словно отправляется в прошлое: тёмный кабинет, она, прижатая к спинке дивана, и противная грубая мужская рука, вдавливающая в мебель за плечо. Шестнадцатилетняя Лиса бесшумно плачет, а мужчина продолжает шептать отвратительные слова, плавно двигаясь, хозяйничая в бёдрах школьницы. До Лалисы Манобан домогались. Это был её репетитор по французскому. Сперва он лишь касался её, прожигал взглядом длинные ноги, делал комплименты, но все это девочка оставляла без внимания. Однако одним днём крупный в размерах мужчина сделал то, что сделал. Лиса, несмотря на угрозы, обо всем рассказала родителям, репетитора в стране больше никто не видел. А сама травмированная домогательствами и изнасилованием Манобан, посещала психолога и даже сексолога, стараясь выбросить из головы весь тот кошмар, который ей пришлось пережить наяву. И вроде все прошло, она жила своей обычной жизнью, однако стоило кому-то коснуться её плеча, как Земля уходила из-под ног. Все повторилось. Пусть Лисе уже не шестнадцать, она ощущает себя той напуганной травмированной девочкой. — Что же мне теперь делать? Что же делать? - воет блондинка, увы ответа на вопрос найти пока не может. Похоже, наступает закат непобедимой Лалисы Манобан.
Примечания:
Надеюсь, вам понравилась глава. И ещё, хотела давно сказать. Каждому пейрингу я уделяю определённое количество глав - в одной расписываю Вироуз и, например, Лисмин, в другой - остальных, и так поочередно, понимаете? Не нужно писать «можно побольше Чонсу» и тд. У меня на каждого все рассчитано :)
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты