Мой мускулистый мужчина родом из России

      Вадим, учитывая все выпитое им прежде, быстро начал вырубаться. Заметив это Андрей тут же поднял панику, поскольку, если эта гора мускул заснёт окончательно, его и в десятером не унести. Даже сейчас его на себе тащило сразу трое: Андрей, повалив друга себе на спину и взяв на себя основной вес, и Чанёль с Сехуном. Они подхватили громилу под руки и немного снизили нагрузку одного из своих защитников. Бэкхён и Сухо, словно две курицы-наседки шли и кудахтали что-то себе под нос. Старший открывал двери носильщикам, младший шёл позади с протянутыми к могучей спине руками, словно его друзья несли какой-то очень дорогой и хрупкий предмет старины, и он боялся, что они его уронят. Однако близко айдол не осмелился подходить, прекрасно понимая, что, если его уронят, он скорее всего экстренно спустится на первый этаж, при этом проделав спуск для своих соседей снизу. — Давайте его сюда. Только аккуратно, — скомандовал Андрей, стараясь снизить скорость и силу падения космического тела, в которое превратился его пьяный друг. — Пусть спит, — махнул он рукой и направился на выход. Остальные пошли за ним и только Бэкхён стоял на месте. — Ты идёшь? — спросил у него Кай. — Если устал, можешь лечь рядом с Вадимом. Он когда пьяный лежит, как бревно, так что не бойся, не задавит, — предложил ему Андрей без задней мысли. — Я просто думаю, его надо немного раздеть. Тут душно, да и тело болеть будет… — неуверенно заявил айдол, продолжая стоять на месте. — Ну да. Учитывая то, что у него вся одежда немного тесновата после того, как он начал опять по тренажеркам бегать, — согласился Андрей. — Сам справиться? А то эти идиоты там похоже опять по пьяни что-то учудили, — заметил хозяин квартиры, услышав грохот с кухни. Кто-то что-то разбил и теперь громко пытался это убрать, чтобы Андрей не заметил. — Ты иди. Я сниму, что получиться и лягу спать, — устало заверил его Бэкхён, посмотрев на великана в кровати, который, не смотря на свои габариты, занимал довольно мало места, и рядом с ним могло поместиться ещё трое человек минимум. Хотя, это была больше заслуга большой кровати, которой обзавёлся телохранитель, как только они с другом переехали в квартиру побольше. Разъезжаться смысла они не видели, поскольку уже привыкли жить вдвоём, а парой обзавестись никто из них не торопился, по причинам, которые довольно-таки схожи.       Андрей молча кивнул и пошёл устраивать разборки на кухне. Не дай бог эта орава добралась до сервиса его матушки, он им руки переломает, громко при этом считая каждую хрустнувшую кость. Бэкхён проводил его взглядом, потом посмотрел вновь на Вадима, который, похоже, уже уснул, устало вздохнул и начал его раздевать.       Первыми в сторону полетели носки. Бэкхён поразился тому, насколько у телохранителя огромная ступня. Прежде он не обращал на это особого внимания, ведь его нога вполне пропорциональна его телу, но в сравнении с ладонью айдола нога была просто нереально огромной. Она была, как две руки Бэкхёна.       Потом дело дошло до штанов. Тут ручки то и начали трястись от волнения. Хоть айдол и представлял все немного по другому, а именно с активным участием обоих, но все же воображение начало играть в свои недетские игры. Пару раз юноша задумывался о том, какого размера Он, учитывая габариты Вадима. А теперь, когда у него появилась возможность все увидеть своими глазами, мозг пошёл в отказ, не позволяя телу делать то, что так страстно желало сердце. Мысли о том, что он может разочароваться или испугаться увиденного, тут же захватили его. Но он пришёл в себя, когда тот, над чьей ширинкой замерли его руки немного пошевелился, укладывать поудобнее, он отбросил все сомнения и начал попытки стянуть с телохранителя штаны.       Этот процесс оказался и в самом деле довольно затруднительным, учитывая тот факт, что ноги Вадима стали явно больше в объёме, и места в таких брюках им уже не хватало. Снимая их, Бэкхён принял для себя решение, что как только Вадим проспится, он поведет его по магазинам, тем самым убивая сразу двух зайцев: отвлекая телохранителя от депрессии и горя и покупая ему шмотки по размеру. Справившись с этим он перешёл к рубашке. Еще на кухне айдол заметил, что та едва по шву не расходится, когда Вадим сутулится. Удобства ради Бэкхён оседлал телохранителя и принялся расстегивать рубашку. Он чувствовал неловкость в такой позе, учитывая то, что Вадим был без штанов. Бэкхён лишь надеялся, что тот спит достаточно крепко, чтобы не чувствовать тяжести чужого тела. — Что ты делаешь? — резко спросил сонным голосом телохранитель, сильно напугав айдола. Тот от неожиданности отпрянул назад и начал падать с кровати, не удержав равновесие, но крепкая рука схватила его за талию и протянула к владельцу, из-за чего юноша оказался лежа на пьяном мужчине, который не так давно до него домогался. — Тебе надо раздеться. Вещи тебе малы, потом тело болеть будет, — неловко оправдал свои действия Бэкхён, пытаясь приподнять или сползти с пьяного тела, но крепкие руки лишь сильнее прижали его к уже полуголому Вадиму.       Неожиданный поцелуй прервал все вялые попытки айдола вырваться на свободу. Вадим протянул одной рукой Бэкхёна за затылок к себе, медленно выцеловывая его губы. От такого юноша забыл как дышать. Он просто замер, не в состоянии мыслить, не зная, как себя вести в такой момент. Прямо как тогда в их общаге или во время съемок. Он грезил об этом каждый день с момента их знакомства, но каждый раз, получив шанс, он впадал в ступор и не мог ничего предпринять. — Ты чего? — оторвавшись от него тихо спросил телохранитель. — Всё хорошо? Тебе не нравится? — Нет, все нормально, — сбивчиво ответил ему Бэкхён, стараясь привести в порядок свое сердцебиение. — Просто очень неожиданно, — лицо айдола покраснело от смущения, когда он сам потянулся за поцелуем. Вадим лежал, не шевелясь, позволяя юноше сверху проявить инициативу. В плане поцелуев у айдола прежде был опыт, но сейчас он чувствовал себя так, словно это у него впервые. Возможно, потому что он прежде не целовал мужчин. То раз с общаге не мог считаться, ведь он стоял столбом и никак не отвечал. Они оба были слишком пьяны, чтобы это было похоже на настоящий поцелуй. Впрочем, и сейчас Вадим не отличается трезвостью.       Бэкхёну нравилось целовать Вадима. Он делал это медленно и неуверенно, словно впервые, а тот отвечал так же, словно наслаждаясь нежностью, которую испытываешь лишь в первые поцелуи, когда ощущения непривычные и ты словно изучаешь через них своего партнёра. Одна из рук айдола перешла на щетинистую щеку телохранителя, потом на шею, чтобы направлять его, как прежде тот делал с ним, а руки Вадима уже перешли на спину и талию Бэкхёна, медленно поглаживая его через футболку, иногда задевая оголённую кожу там, где ткань задиралась. От этого у них обоих мурашки разбегались по телу, но прекращать или двигаться дальше они не хотели. Им нравился этап, на котором они остановились. Лишь через пару часов они смогли оторваться друг от друга, когда на кухне вновь послышался шум и громкие голоса, говорящие о том, что компания уже начинает понемногу расходиться. Однако даже угроза того, что их увидят и все поймут не заставила их перестать обниматься и дурачиться, после чего они только под утро уснули, так и не узнав истинную причину грохота на кухне.

***

— Бэкхён там что, уснул? — не мог успокоиться пьяный Чанёль, которому все еще казалась нереально странной парочка Вадим-Бэкхён. — Возможно, — равнодушно пожал плечами Андрей, добивая последнюю бутылку алкоголя. — Оставь ты его в покое, — попросил рэпера лидер. — Хватит бегать за ним, как ревнивый муж.       Но Чанёль не послушал его. Он встал и пошёл проверить, где его сосед по комнате зависает. Он подошёл к комнате, дверь в которую так и осталась приоткрытой после ухода хозяина квартиры, и увидел картину, от которой моментально протрезвел. Он, конечно, морально готовился уже больше года к тому, что когда-нибудь увидит, как эти двое целуются и нежатся в объятиях друг друга, но это не спасло его психику. Он быстро вернулся к своим собутыльникам и быстро сообщил новость. — У них там это, процесс начинается, — он попытался жестами изобразить то, что имел в виду. Поняв его Дио от неожиданной новости свалился со стула, когда попытался с него встать. — Бля, фу! Нет! — громко запротестовал Сехун, чья ещё детская психика не была готова к той сцене, что представило его богатое воображение. — Тихо ты, — закрыл рукой ему рот Кай. — А то они поймут, что мы в курсе. Тебе бы было приятно, если бы ты узнал, что за тобой подглядывают? — Так ладно. Пока не стало слишком громко предлагаю всем отправиться спать, — сделал выводы Андрей. — Да я после такого не усну, — выдал младший участник, поежившись от услышанного. — Тебе колыбельную спеть? — предложил Чанёль, закинув руку ему на плечо. — Фу, уйди от меня. Даже трогать меня не смейте, — отпрянул от друга Сехун, из-за чего все тихо загоготали. В итоге спать легли все либо в комнате Андрея, либо в гостиной на огромном диване. И лишь Сехун, в котором проснулась недотрога, развалился на полу, предварительно всех предупредив, чтобы его не трогали, если не хотят в морду получить.