We will be together

POV Алекс Я заперт. Я снова здесь. Четыре былых стены, белый пол, потолок. Металлическая дверь. И пусть ко мне приходит милая девушка медсестра, вместо непонятного человека в радиоактивном костюме, от этого не легче. Снова этот звук. Пик-пик-пик... так и хочется разбить к чертям эти приборы. А ещё, вырвать все провода, что в меня понатыкали. Даже дышать приходится через ингалятор. Хреново... Все вокруг белое, это бесит. Но, что бы ни видеть этого, надо спать. А сны, увы, ничуть не лучше. Возможно даже хуже. Я снова вижу белые стены, только не в больничной палате, а в каком-то экспериментальном подполье. Я как крыса. Все стремятся испытать на мне свои препараты... НУ, ПОЧЕМУ Я?! Что им на месте не сидится? Что я им сделал? Зачем они так, это же бесчеловечно... В душе зародилась неподдельная обида. - Добрый день, - открыв дверь, произнесла Таня. Девушка лично вела моё «дело». Она приносила мне лекарства, микстуры и отмеряла дни. Да, именно так я и жил. Как говорится, «от звонка до звонка». Таня приходила два раза в сутки. Утром, часов в десять, и вечером в шесть. - Я принесла поесть, или снова не голоден? Я молчал. Ну, сколько можно? Детский сад... зачем всё это? Делает вид, что заботится, но ведь на самом деле ей просто нужны результаты экспертиз. - Долго в молчанку играть будем? - Мне интересней слушать, - тихо ответил я. Таня удивилась и, присев на край кровати, осторожно поинтересовалась: - Что же ты хочешь услышать? - Препарат, что ты разрабатываешь. Для чего он? - Что?.. откуда ты... - Догадался, - фыркнул я. - Не ври! Кто тебе сказал? Я смерил разозлённую девушку холодным, равнодушным взглядом. - Не хочешь, не говори, - проговорил я. - Можешь молчать. - Откуда. Ты. Знаешь? - повторила она. Я продолжил молчать, погрузившись в воспоминания. Я заперт. Три белых стены с редкими разводами крови, грязный пол, потолок. Четвёртая стена полностью зарешечена толстыми стальными прутьями. Животный страх съедает изнутри. Они приходят несколько раз в день, вкалывают что-то и уходят. Я привык. Что делать не знаю, но долго я не протяну. Тяжёлая дверь протяжно скрипнула. Я лежал на грязном полу, не в силах подняться после очередной дозы. Да, помимо препаратов они накачивают меня наркотой. Сволочи... Я здесь не один. Помнится, в самом начале нас было много. Но каждый день умирает человек по пять. Как я жив до сих пор, загадка. Я здесь давно, не помню, правда, точно... но явно больше года. Профессор приходит иногда и лично проводит осмотр. Он говорит, что я особенный, но я... - Лё-ёша-аа!.. Мой взгляд сфокусировался. Чёрные ботинки, брюки. Приоткрыв губы, я попытался выдавить из себя хоть звук, но получился неясный хрип. - Лёша, Лёша, неужели твой титанический иммунитет начал давать сбои? В ответ профессор снова получил неясный хрип. - Ну-ну... давай-ка мы с тобой присядем... Профессор с горем пополам усадил меня, прислонив спиной к стене. Голова безвольно упала на грудь, дышать стало трудно. - Лёша, что же ты делаешь? Та-ак... Профессор поднял мою голову и облокотил её о стену в вертикальном положении. Достав из кармана пару шприцов и одну большую колбу, он не переставал что-то говорить. - Знаешь, Лёша, ты крепкий парень. Мне будет искренне жаль, если ты не доживёшь до конца моих экспериментов! Кхм, Лёшенька, открой ротик, - профессор набрал жидкости из колбы и, положив шприц мне под язык, ввёл микстуру. - Молодец! Так, пара укольчиков, и будешь как новенький. - Профессор? - прохрипел я. - Да, мой мальчик? - Что вы делаете? Зачем? - Понимаешь, Лёшенька, я учёный, но не такой, как современные, так сказать «законные», - ответил тот. - Я пытаюсь сделать то, над чем бьются все медицинские умы человечества! Но, если «законные» не могут проверить, действенны ли их препараты, я могу. И не только я! Нас не много, но у всех есть кое-что общее. - Что же это? - Наука, мой мальчик... щас немного попечет, - проговорил профессор. - Все мы ради науки готовы на всё. Человечество, как не прискорбно, встало в развитии. Мы дети прогресса и идём в ногу с поколением будущего... - Нет... вы промышляете рабство, а это не будущее, а прошлое. Значит, вы не несёте прогресса... - Помолчи. Во-первых, ты в этом не разбираешься, а во-вторых, не трать нужные тебе сейчас силы! Ребята избили тебя слишком сильно... что ты натворил на этот раз? - Я... не дал с первого раза вколоть мне наркотик... мне неприятно... - Так-так, любопытно, а теперь подробней, пожалуйста, - проговорил профессор. - Что именно ты ощущаешь? - Горячо... все тело горит... и кровь... из носа, рта... все вены страшно набухают... - Лёша, что ж у тебя всё не как у людей? - В смысле? - Да, были такие симптомы у одного пациента... жаль его, после второй дозы умер, - грустно проговорил профессор. - Только и успел рассказать, что экстаз после наркотиков не проходит... - И что же вы? - Я быстро его в операционную, начал переливание делать, но... - Но? - Увы, его организм не выдержал, - ответил профессор, убирая все колбы и использованные шприцы. - Сердце отказало, не успели мы и двух литров перелить. Знаешь, одновременно откачивать и переливать кровь очень сложно... ты уж прости, мы тебе пару месяцев это делаем, но реакции от организма я всё не дождусь. Ты вот чего, посиди тут, а мы тебя через пару часиков переведём... - Куда? - В ту палату, где твой предшественник содержался, - произнес тот, поднимаясь, и глядя на меня сверху вниз. - Опасно тебя без присмотра теперь оставлять. Кровь от смешения наркотика с препаратом начинает, как по понятней-то... загустевать, что ли? В общем, нагревается! Её охлаждать нужно, иначе вены с сосудами полопаются от напряжения, вот тогда худо будет... но, ничего! У тебя организм сильный, он всё выдержит! - Профессор? - проговорил я, когда мужчина уже приблизился к двери. - Что, Лёш? - Вы не ответили на мой вопрос, - произнес я, с трудом фокусируя взгляд на его силуэте. - Что вы изобретаете? - О! У этого препарата миллионы названий, но будем скромны и просто назовём это Жизнью! - Что?.. вы изобретаете эликсир жизни?.. - Что ты! Слишком много пафоса! Я же всего лишь хочу дать шанс Жить тем, у кого этот шанс по каким-либо причинам отсутствует... - Ты меня вообще слушаешь?! - Я буду слушать тебя, когда ты будешь говорить по делу. - Почему ты такой? Как оказался там, в переулке? Почему на тебя не действует анестезия? - Что? Престала отрицать, что проводила на мне свои опыты? - Не опыты это были, - поморщилась она. - Прости, Тань, но ничего у тебя не выйдет... у меня нарушена работа организма, неполадки с иммунитетом, - проговорил я, задумчиво глядя на экран, где высвечивалась линия, показывающая измерение моего пульса. - Я не знаю, что у меня с организмом не так, но... - Не важно, - холодно произнесла девушка. - Петя вот-вот склеит ласты... похоже, решающий эксперимент нам придётся проводить на тебе. Я слабо рассмеялся, поморщившись от жжения в груди. - Буду с нетерпением ждать, - проговорил я, когда Таня приблизилась к двери. - До скорого, - бросила она, и скрылась из виду. Я устало вздохнул и закрыл глаза. Таня всегда вводила мне снотворного вместе с лекарствами. После той, самой первой встречи в камере заключения, девушка побаивалась меня. Она думала, что такие припадки у меня не редкость, на самом деле я просто был под наркотиком. Последняя стадия самая длинная. Но она закончилась. Я быстро приспособился без новых доз, мой организм по неведомым причинам отторгал любую наркоту. Сон потихоньку брал своё. Неясные образы опять складывались в картинки из событий недельной давности. ...камера. Дверь скрипит и двое крепких парней берут меня под руки, вынося из камеры, волоча по полу. - Слышь, а ты в курсе, как этот придурок на обычный морфин реагирует? - посмеиваясь, произносит один. - Нет, первый раз его вижу, - отвечает ему второй. - Смотри! В вену проникает игла, привычное чувство. Но вот в кровь попадает наркотик. Меня словно током прошибает (Танькины препараты начинают действовать и организм подбрасывает мне в сон картинки с такими же ощущениями), дыхание учащается. Жуткий адреналин, кровь кипит. Эти недоразвитые смеются, но они ещё не знают, что натворили. Я одним резким движением вырываю руки и даю в нос одному, в челюсть другому. Бегу. Слышу крик профессора. Он ещё пытается остановить меня, образумить, говорит, что без срочной операции мне не выжить. Но я ничего ему не ответил, продолжая бежать. До сих пор смутно помню, как оказался на улице, но и там я продолжил бежать. Прохожие смотрели на меня, силясь скрыть шоковое состояние. Конечно, не каждый день перед вами пробегает мужик в грязной белой рубашке, с множеством следов от крови, драных штанах и главное, БОСИКОМ! Было холодно. Что бы не привлекать излишнее внимание, я продолжил передвижение во дворах. Адреналин закончился, кровь продолжала кипеть. Как хреново мне было... - Отпусти!.. Парень пристаёт к девушке... непорядок. Бутылка. Удар. Шприц. Перед глазами снова всё плывёт. Последнее, что отпечатывается в памяти, растерянное лицо рыжеволосой девушки, смотрящей на меня полными удивления глазами. А глаза у неё красивые, хотя... Никогда меня в этом смысле девушки не привлекали. Все они заносчивые, эгоистичные, хотя всегда прикидываются святой невинностью... идиотизм! Темнота потихоньку накрыла меня, увлекая в спокойный сон без сновидений.