Стирка

Гет
PG-13
Завершён
14
Пэйринг и персонажи:
Размер:
2 страницы, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
14 Нравится 3 Отзывы 2 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
У Дино много вещей в стирку. Он занятой ангел. Это понятно всем и каждому, кто хоть раз видел его в коридорах школы. С неизменной книгой в руках, а то и с целой стопкой, он чеканит шаг, словно солдат на парадном марше. Такой же сосредоточенный и суровый. Воплощение белизны небесного свода. Сегодня, всегда такой подтянутый и собранный, он отложил все дела. Ему многое нужно постирать. Сперва вымыть голову. Долго вдавливать пальцы в кожу головы, пропускать пряди в ладони, превращать всегда аккуратный пучок в беспорядочное месиво. Намылить раз, потом ещё. Потом ещё, потому что ему кажется недостаточно. Потому что он все ещё ощущает исходящий от них её запах. Он стоит под водой уже дольше, чем обычно, но раз сегодня - последний день, когда все идёт не по плану, то он постоит ещё. Потому что ему важно сделать это хорошо. Сделать и забыть уже раз и навсегда. Затем приходит черёд рубашки. Он трёт воротник, на котором так часто оставались следы вишневой помады. Конечно, их там уже нет, но он продолжает их ощущать и принимается тереть с ещё большим остервенением. Швы на плечах, черт возьми, двойной слой ткани. Они начинают расползаться от чрезмерных усилий, а он все ещё чувствует, нет, видит в этих слоях отпечатки невесомых касаний её пальцев. Нити выпадают в раковину, смываются в водосток, а он всё не может перестать сдавливать ткань в кулаках. Пуговицы на другой рубашке, ровно такой же, как предыдущая, летят в рассыпную. Лучше он пришьёт новые, потому что он ну совершенно не в силах застегивать и расстегивать их каждый проклятый день своего бессмертного существования. Вспоминая, как расстёгивала их она. Он понимает, смотря на ремень, что теперь он может служить разве что удавкой. Кислый отблеск её энергии на пряжке практически лишает его сил, насмехается, куксится и, видят все людские боги, Дино размышляет над крепостью люстры в комнате. Он оглядывает комнату, стоя на коленях, словно отстёганный ремнём в своих руках тысячу раз к ряду. Он бы и желал этого, но даже такая боль не сможет заглушить эту раздирающую, неизбывную тоску, что теснится в солнечном сплетении. Секунда, и книги со стола летят на пол, шторы срываются с петель, а простынь, эта проклятая белая простынь, ставшая свидетелем не одного его чёрного грехопадения, обращается в клочки , неровным слоем устилающие пол. Ангел мечется, запертый в клетке своего сожаления. Дино мечется в четырёх стенах, рвёт ещё не высохшие волосы, ломится от ощущения её в своих костях, в каждой ангельской клетке, которые давно отравлены ядом прямиком из преисподней. Лучше бы ему всё здесь сжечь, включая себя. Потому что он уже понимает бессмысленность попыток удалить её присутствие. Сотри он все её скетчи, поменяй весь гардероб и не прикасайся к книгам, которые они читали, у него остаётся он сам. Насквозь пропитанный и искореженный невысказанными словами, неозвученными объяснениями в любви, невыполненными обещаниями защиты и бессмертного счастья. Дино с ног до головы покрыт застарелой болью, запекшейся коркой сладкого нарушения, которое он не в силах ни исполнить, ни предать забвению. День подходит к концу, и он смело может записать его в постепенно пополняющийся список бесплодных попыток не лицемерить хотя бы себе. Целый день ложных обещаний, очередной день, когда он ненавидит собственное нутро. За смелость. За слабость. За то, что допустил мысль о том, что она ему больше не нужна. За то, что когда-то допустил мысль, что она нужна ему, как воздух. За то, что поверил в неё больше, чем в Шепфа, и за то, что позволил этому проникнуть в самое сердце. Шепфа всегда молчал, а она - всегда отвечала, оправдывается он, нанося сотый удар кнутом. Но, словно восходящий на Голгофу Иисус, он сам принял этот крест. Он сам доверчиво раскрыл руки, желая обнять, спасти своей любовью и искупить все её грехи. Она же, подойдя ближе, разом вбила гвозди в доверчиво раскрытые ладони, в которых он держал протянутый ей мир. Стигматы нестерпимо ноют по сей день. Он ведь знал уже тогда, что осиновый кол для него заточен. Ее лукавый оскал, взгляд, плетьми обжигающие ноги, оборачивающиеся вокруг его талии - не дури, это не навсегда. «Нет ничего вечного»-любимая её фраза, и это здесь-то, в бессмертном мире ангелов и демонов. Что ж, Вики, будь по твоему. Тем более, выбора у меня всё равно нет.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Клуб Романтики: Секрет небес"

© 2009-2022 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты