автор
Размер:
7 страниц, 1 часть
Описание:
Дэдпул - о боже - предельно искренне влюблен в Человека-Паука, он на самом деле мил вместе с ним и пытается стать лучше. Вместо того, чтобы ебать его, он ебет похожих на него - он лишь полагает, не зная его в лицо - парней, не особо заботясь об их согласии. Однажды таким парнем становится Питер Паркер.
Примечания автора:
Питеру 18.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
302 Нравится 14 Отзывы 54 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Одиночество было недолгим - Пит даже не успел заскучать, когда рядом приземлился привычно взявшийся из ниоткуда Дэдпул, протягивающий ему обертку Тако Белл. Когда Пит уже потянулся к ней, желая сцапать, он, ребенок во взрослом теле, поднял все еще спрятанное в бумаге тако. Если бы его маска была наполовину снята, он бы точно показал язык, но сейчас это приходилось додумывать. Паркер, зная, что его мимики не видно под костюмом, недовольно скрестил руки на груди, изображая недовольство. - Отдай, - предложил он. - Ну-у, Спайди-бой, разве ты заслужил это потрясное тако? Я так не думаю, - заметил он, вытягивая гласные, - в конце концов, солнце еще высоко, - Пит привычно даже не пытается обратить его внимание на то, что уже закат, - а ты уже сидишь тут вместо того, чтобы помогать людям, - он все же отогнул маску до носа той рукой, которой держал свою порцию, обнажив темные впалые рубцы, и незамедлительно впился зубами в еду, отъедая даром не четверть, - м-м, неплохо, - прокомментировал он, - не чимичанги, конечно, но тогда ты достаточно долго возмущался на их остроту, чтобы я запомнил. Так вот, - он вернулся к вопросу так, словно и не отвлекался, - разве ты не герой и все такое? Пока ты тут, кто-нибудь наверняка где-нибудь делает плохие вещи. - Пока я тут, плохие дела не делаешь ты, - замечает Пит с насмешкой. Дэдпул даже замирает на мгновение, обдумывая эту мысль. - Логично, - признал он наконец серьезно, - оки-доки, ты победил в этом раунде, - заявил он, опуская руку, в которой держал тако Пита... Совершая резкий замах и отправляя его прямо с крыши. Питер едва ловит его паутиной, притягивая к себе, и смотрит на Дэдпула так открыто-неодобрительно, что тот хихикает: - да ладно тебе, Спайди. - Не кидайся моей едой, - упрямо заявил он, наконец вскрывая злосчастную обертку. - Хэй, эта горячая цыпа решила изменить мне с тобой! - явно по его мнению резонно замечает Уэйд, - шлюхи заслуживают смерти, в конце концов. А у меня все еще есть моя Лора, - он потерся щекой об оставшуюся половину тако, - и у нас все потрясно. - Эта горячая девчонка изначально не предназначалась тебе, ты просто слишком упрям, чтобы принять это, - парировал он, прожевывая первый кусок. На вкус он более чем хорош - несмотря на шутки Дэдпула, связанные с горячестью, он все же не подсунул ему какой-нибудь супер-острый тако три перца из трех. По крайней мере, брать еду из его рук не было опасно, - то, что ты держал ее взаперти, не делало ее твоей. Ты просто грязный извращенец. - Да как я мог бы! - Уэйд шокировано прикрывает себе рот уже опустевшими руками. Обертка молниеносно куда-то исчезла между кадрами. Вместе с этим, перед тем, как продолжить шутливую перепалку, он замирает, вслушиваясь во что-то. В Нью-Йорке в это мгновение царит совершенно удивительная тишина. Мгновением позже он все же добавляет, - ага, желтый уверен, что я мог бы на это пойти. Белый сомневается, но, кажется, он считает, что я точно настолько ублюдок, но не уверен, зачем бы мне это понадобилось. - Неужели таблички знают тебя хуже, чем я? - ухмыляясь, уточнил Пит, ощутимо пихая Дэдпула в бок, на что тот отозвался почти комичным ойканьем, - ты же наемник, а не психопат. Что тебе какая ерунда, если ее нельзя покрошить в салат? Он знал: Дэдпул старается исправиться. Решает вопросы силой, но не убийствами. Переходит на другие профили. Внутри что-то теплело от самой мысли, что он делает это ради него. Может, ему удастся когда-нибудь превратить его в героя? Затащить в мстителей? "Спайди, Логан тебе не простит, если ты притащишь ему его главную фанючку" - замечает его внутреннее "я" почему-то голосом Пула. Он пожимает плечами - ему приходилось делать вещи и похуже. В конце концов, Джеймс по-отцовски очень любит детей, а едва перешагнувший порог восемнадцати лет Питер для него почти карапуз. - Да они, негодники, - Уэйд ведет плечом, - вечно так. Нет бы комплименты отвешивать, - он вновь замолкает, морщась и вслушиваясь во что-то внутри своей головы, - нет, желтый, ты не делаешь мне комплимента, предлагая пугать плохих парней своим лицом. Да, то, что пугать плохих людей это хорошо, ничего не меняет. Для Уэйда там, наверняка, целая баталия, но со стороны Пита есть только мужик в красном трико, по-детски болтающий ногами и говорящий сам с собой. Он слушает его россказни, пока доедает уже начавший остывать тако, и только потом встревает: - Кажется, они переоценивают стремность тебя без маски, - сообщает он невозмутимо. В конце концов, не шизе Дэдпула же ему удивляться, - даже если говорить о ребятах с лицами решеткой, ты на десятку баллов проигрываешь старине Фредди. По сравнению с ним ты даже очень симпатичный. На шестерочку. - Я тут уже хотел обидеться, что ты считаешь меня недостаточно страшным... Но ты сказал, что считаешь меня симпатичным, - он приложил ладони к щекам, изображая умиление, - потрясающе. Никогда бы не подумал, что ты находишь меня симпатичным. Спасибо, Спайди-бу-у. Еще никто после случившегося не говорил, что я симпатичный. Пит хотел его осечь, простебать, еще что... Но последняя фраза задела его. Она казалась слишком искренней здесь и сейчас. И от этого в груди что-то неприятно тянуло. - Да ну, чего скис? - удивился Уэйд, до непонятного чутко прочухав изменение его настроения, - чего, много дел, что ли, закосплею твоего Крюгера. Вон, Хэллоуин скоро. Я буду стариной Фредди, а ты - Человеком-Пауком. Лады? - Уговорил, - хмыкнул Питер, больше символически пожимая его ладонь, затянутую в перчатку. Перчатки Дэдпул снимал, кажется, еще реже, чем маску - мол, незачем. А Пит помнил обезображенные пальцы с вырванными с мясом ногтями и просто старался не говорить об этом, - отличный день, чтобы меня называли косплеером в пару раз чаще. Может, попозируем какой-нибудь паре красавиц и пригласим их на кофе. - Ты? Девочек? На кофе? - ужаснулся он, - но ты же сам едва вышел из периода пиздючества? Сколько тебе, девятнадцать? Двадцать? Но я, конечно, очень рад, что мой падаван уже так вырос, - он вытер невидимую слезу, - я, правда, кадрить девчонок начал намного раньше... Но ты же хороший парень, Спайди-бой? Не обидишь леди? Вот и хорошо, - не дождавшись реакции, констатировал он. - Ты даже не дал мне ответить, - хмыкнул Питер, закатывая глаза. - Да что мне тебя ждать! Все равно же знаю, что ответишь. Ты же хороший парень. И уж не знаю, в какой лотерее я победил, чтобы иметь возможность дружить с тобой. Ты ведь наверняка и на личико очень хорош, да? - Не думаю, что могу оценить собственное лицо на симпатичность, - резонно заметил Питер, краем глаза видя, как Дэдпул повернулся к нему, подтянул ноги наверх, уложил локти на колени, а голову - на ладони, - ну, чего? - уточнил он. - ну, Спайди-бой, ты знаешь... - Нет, Пул. - Что всегда можешь... - гнул свое он. - Нет, никогда. - Узнать мое мнение! - радостно закончил Дэдпул, улыбаясь. - Мы это уже обсуждали. Нет, Пул! Я не покажу тебе лица. Не подначивай меня. - Хх, ты так жесток к маленькому Пулли, - Уэйд смахнул выдуманную слезу с щеки, - а ведь даже называешь его своим другом. - Нам не обязательно знать друг друга в лицо, чтобы дружить, ты ведь знаешь, - Питер хихикнул, определенно находя подобную причину для беспокойства крайне глупой. С другой стороны, именно он здесь был в плюсе. - Ты просто стесняешься, что твои подростковые прыщи еще не сошли, - намеренно серьезно заявил Дэдпул, - или у тебя вместо них остались, ну, знаешь, дырочки, и ты не хочешь, чтобы я знал. И зря! - он почти пропел это, - ведь если у тебя рожа решетом, то понять тебя сможет только другая рожа решетом. - Нормально у меня все с лицом, - откосил Питер, все же смущаясь. Местами с Дэдпулом было... Сложно. Ему стоило привыкнуть. - Оки-доки, - резво сполз с темы Дэдпул, не меняясь в голове. Он вновь спрятал нижнюю часть лица и теперь почти спокойно пялился на заходящее солнце. - Красиво? - уточнил Пит, кивая в сторону заката. - Странный какой-то полдень, - ответил Дэдпул, пожимая плечами, - темновато. Но цвет забавный. Как густая кровь. - Все у тебя кровь, - фыркнул Питер, - хоть бы с вином сравнил! - Вино тоже кровь, - полюбовно затянул Уэйд; ухмылку было видно даже через маску, - только очень-очень густая. Люблю вино. - Да что ты заладил, - проворчал он, - лучше бы по пиву взяли. - А идем, возьмем? - предложил Дэдпул легкомысленно, и Питер, подумав, кивнул: - Идем.

***

Вернувшись домой, утомленный Питер едва вспоминает о том, чтобы переодеться, а потом падает в кровать, зарываясь в одеяло и пытаясь вырубиться мгновенно. Приглушенный свет единственной лампы навевал спокойствие: с недавних пор ему было сложно спать в темноте. Питер почти засыпает, когда не сколько слышит, сколько чувствует чужое присутствие. Он подрывается, мигом вставая, и замирает, молча наблюдая за тем, как Дэдпул перелезает через его оконную раму. "Уэйд", - хочет сказать Питер, но он в гражданском, без глупой маски, и слова застревают в глотке. Дэдпул скользит вперед, и до того, как он успел сказать хоть что-то, пистолет утыкается ему в лоб. Все, что вертелось на языке, в мгновение исчезло, а в глотке стало невероятно сухо. Пульс всполошившейся пташкой медленно отстукивал где-то между ребер. Он же... Супергерой. Он должен быть сильным. Он не должен бояться. Он должен быть сильным даже тогда, когда лучший друг держит у твоей головы пистолет. Предохранитель щелкнул хрустом сухих веток, оповещая о снятии. Дуло все еще смотрело ему прямо промеж глаз, и он не успеет увернуться, и, боже, Уэйд... Питера сковал парализующий страх, перемкнувший что-то внутри. Внятные мысли пропали, и осталось только страшнострашнострашнострашнострашно- - Я отпущу тебя, - хрипло говорит Уэйд без грани юмора в голосе, - если ты будешь послушной деткой. Не делай глупостей, и пуля из моего пистолета не вышибет твои мозги. Отличная сделка. Питер не шевелится. Внутри него что-то подохло и активно сгнивало. Остался лишь концентрат боли где-то по центру. Послушным. Он... Будет... Послушным. Все тело казалось ватным и таким бесполезным. Ничего больше не имело значения. Уэйд немного наклонился, смотря ему прямо в глаза - зрачки заполонили все черным. Явно увидев в них что-то нужное, он кивнул сам себе и отстранился, не убирая пистолета. - Хорошо, - сказал Дэдпул. И расстегнул ширинку, высвобождая член. Неторопливая, замедленная съемка. И головка. Прямо перед ним. Уэйд легонько проехался по щекам, словно бы намеренно игнорируя приоткрытый, как при кайфе, рот. - Соси, - спокойно сообщил он, ставя перед фактом. Безбрежное море, полное умиротворения. Смерть шептала ему где-то на периферии. Питер знал: она ждет его. Она так неумолимо близко - на расстоянии нажатия Уэйдом спускового крючка. Он открывает рот, позволяя члену толкнуться внутрь. Уэйд не пытается церемониться - второй рукой хватает его за ежик волос и притягивает вперед, насаживая до темноты в глазах. Ритм его сердца, колотящийся в висках, словно пытается взорвать его изнутри, когда он неловко проводит по длине языком, игнорируя рвотный рефлекс. Уэйд смеется: - Неумелый совсем, да? Во студенты повелись. Ты подходишь. Он размеренно трахает его в горло, совершая фрикции взад-вперед, пока у Пита не остается в голове только пустота. Он все еще чувствует металл пистолета на своем лбу, и это значит - жив. Ему кажется, что он уже умер. Уэйд вновь загоняет член в глотку и замирает, заставляя его давиться и задыхаться, удерживая на грани бессознательного долгие мгновения, пока не дает сделать вдох. После чего он намеренно медленно достает его оттуда, наблюдая, как ото рта тянутся слюни. - Поворачивайся, - буднично сообщает он, и Питер битые мгновения не может сложить звуки в слова. Медленно, едва-едва осознавая себя в этой реальности, он поворачивается к Дэдпулу спиной. Теперь пистолет был прямо на его затылке. Боже. Уэйд по-свойски оттягивает его штаны, обнажая задницу, и жмет ему на лопатки, вынуждая выгнуться. Лепит из него, как из пластилина. - И жопа что надо, - замечает с читаемой усмешкой, - да я выбил джек-пот. Уэйд запихивает ему в задницу сразу два пальца в перчатке, и это прошивает такой адовой болью, что он едва удерживает себя в сознании. Где-то там, внизу, что-то елозит, выворачивая ему внутренности, и это - напоминание, что он еще жив. Жить - бояться. Жить - страдать. Жить... Внутрь протискивается третий палец, и Питера трясет. Больбольбольбольболь- Уэйд растягивает жестко и насухую, но в мгновение, когда пальцы исчезают, Питер замирает, оглушенный ужасом и пониманием. Нетнетнетнетне- Член входит в одно слитное движение, и он ощущает себя пришпиленной к подушке для булавок бабочкой... И, черт, ему так больно, словно еще мгновение, и он умрет, но миг за мигом проходит, а он все еще здесь- Питер плачет, и реальность настолько нереальная, и он хочет вновь отстраниться, но не может, и ужас захлестывает его с головой... - Знаешь, почему я это делаю? - шепчет Дэдпул ему на ухо, словно в этом на самом деле есть что-то интимное,- потому что таким психам, как я, нельзя влюбляться. А я влюбился. Мгновение замирает. Питер перестает дышать. Дэдпул продолжает двигаться, скользя по крови, раз за разом засаживая так глубоко, как может. - Может быть, когда-нибудь я смогу позвать его на свидание, с цветами и конфетами, - продолжает бормотать Уэйд, - а пока я просто ебу так похожих на него смазливых мальчиков. Он ускоряется, и Питер хрипит, и слезы льются уже безостановочно, но главная боль - в голове, там, где осознание, там, где ужас. Уэйд бормочет "Спайди", кончая внутрь, безвозвратно пачкая его, и Питер не может заставить себя пошевелиться, пока он встает и застегивает ширинку. - Может, еще увидимся, - шутливо бросает Уэйд ему напоследок, исчезая в окне, и он только сейчас осознает, что к голове больше не приставлено дуло пистолета. Он... Жив. Адреналин волной опадает, оставляя его совершенно опустошенным, и Питер сломанной куклой валится на пол. Это все происходит не со мной, - думает он, смотря на идеально выштукатуренную стену. Наверное, я мертв - думает он, не в силах оправиться от оцепенения, охватившего его тело. Я такой чертовски грязный теперь, - понимает он, - не достойный хотя бы чьего-то внимания, отвратительный и мерзкий. Питер беззвучно плачет, ощущая, как мир вокруг него рушится.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Дэдпул"

Ещё по фэндому "Человек-паук: Возвращение домой, Вдали от дома, Нет пути домой"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты