звёздочка под глазом.

Слэш
PG-13
Закончен
33
Размер:
Драббл, 5 страниц, 1 часть
Описание:
он любил космос ещё с детства.

все эти звёзды-созвездия-скопления, планеты, метеориты, астероиды, кометы, галактики.
Посвящение:
моей любимой, да.
Примечания автора:
предупреждение: в данной работе слишком космоса.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
33 Нравится 4 Отзывы 7 В сборник Скачать

IC 2118

Настройки текста

***

он любил космос ещё с детства.

      все эти звёзды-созвездия-скопления, планеты, метеориты, астероиды, кометы, галактики так и манили, они буквально говорили ещё маленькому тоору: «мы — неизведанное, прекрасное и ты часть нас». и, даже находясь в мириадах километрах от звёздных тел, ойкава искренне верил, что он часть этого млечного пути. он — такая же звёздочка, только на земле, и светит, может, не так ярко.       и он верил, верил искренне, всем своим маленьким, х р у п к и м, детским сердечком, в то, что он не просто мальчик, и что найдется та самая звёздочка, что соединится с ним в одно созвездие.

***

      в какой то момент шрамы на коленях он стал называть кометами. особенно те, что оставались от царапин, они белые и рассекают кожу, правда как кометы.       вполне небольшая комната, гирлянды, домик из стульев и пледов. в нем на одеяле и подушках лежат ойкава и ивайзуми, светит ночник, они слушают музыку, у каждого по наушнику, а на плеере небрежно наклеена наклейка с пришельцем из детского журнала, в котором был выпуск про космос. это просто одна из их ночёвок. тоору задумчиво смотрит в плед — потолок в их маленьком «шалаше», а потом дёргает ивайзуми за рукав пижамы.       —ива-чан, —протянул тоору и посмотрел на рядом лежащего мальчика, а на его кивок продолжил, —как ты думаешь, какая я звезда? —ойкава снова мечтательно посмотрел на псевдо потолок, а хаджиме закатил глаза, —ну, что ты думаешь?       —я думаю, тебе надо повзрослеть, —мальчик лег спиной к ойкаве, из-за спины послышалось разочарованное «ууу», выждав минутное молчание, ивайзуми добавил, —сириус…       послышался восхищённый вздох и тоору, взяв друга за плечи, развернул к себе. глаза сияли и в них виделись восхищение и неверие одновременно, на щеках был румянец. хаджиме смущённо посмотрел на ойкаву. из наушников, которые выпали из их ушей из-за резкого движения ойкавы, слышалось пение элвиса пресли, а ночник который они затащили во внутрь «шалаша» плавно поменял цвет с зелёного на синий.       —ты правда-правда так думаешь? —эмоционально выдал тоору, а потом уже более сдержанно и смущённо добавил, —что я — сириус.?       ответ—кивок.

***

      в блокноте красивыми буквами выведено «столкновение галактик», на часах уже давно за полночь, а после тренировке силы оставались только на то, что бы сделать уроки и пару записей в блокноте, и вот, такими же красивыми буквами, он пишет под заголовком:

галактики имеют огромные размеры, по сравнению с которыми расстояния между ними совсем не велики.поэтому не удивительно, что они сталкиваются с друг другом, особенно в галактических скоплениях, где их много и плотность больше, чем где бы то ни было. и чаще всего они выходят из этих столкновений несколько повреждёнными. иногда галактики могут даже объединяться при условии, что их траектории и скорости очень близки. астрономы уже обнаружили во вселенной галактики, имеющие не одно, а два сверкающих ядра. это означает, что произошло слияние двух отдельных галактик, которые имели однажды несчастье встретиться. чаще всего галактики выходят из столкновения деформированными. если встречаются их куполы, имеющие большую плотность звёзд, то может даже произойти захват и столкновение между звёздами. и эти звёзды обмениваются своим местоположением: рождённые в одной галактике, они заканчивают свою жизнь в другой.

      на стене, рядом с постером одной из волейбольных команд, висит карта звёздного неба, а рядом с капеллой на канцелярскую кнопку прикреплена его детская фотка с хаджиме, вроде он тогда ночевал у него. помимо настольной лампы, комнату освещает тот же ночник, который до сих пор светит синим и зелёным.уже клонит в сон, и правда, надо ложится спать, что тоору и делает, предварительно почистив зубы и умыв лицо.

***

      сугавара ворвался в жизнь тоору случайно, вообще не понятно, как это произошло, ведь никто не помнит. ладно, никто кроме ивайзуми у которого в телефоне до сих пор есть фотка того, как коуши и тоору валяются в луже, и ойкава извиняется.       этого нет в памяти, все начинается после того, как ойкава сквозь кровь и пот выпрашивает номер этого странного третьегодки, из старшей карасуна, у своего, как говорил тоору, милого кохая.       ладно, шучу.       у кагеямы он просил номер.       и эта странная история началась с «привет, прости еще раз.» тоору, такой мастер начать диалог, а в ответном сообщение было «ой, не переживай, кстати привет»

***

      в один момент сугавара позвал ойкаву в планетарий, зная, что тот любит, любит-любит космос. ойкава согласился без сомнений, это был хороший шанс узнать друг друга получше и, возможно, блеснуть своими знаниями насчет космоса. тоору сейчас стоял возле небольшой книжной лавочки, где ждал коуши. мимо проезжали машины, а ветер трепал его волосы. на плечо легла тёплая рука и ойкава, обернувшись, увидел улыбку коуши, и машинально улыбнулся в ответ.       —ну что, мы пойдём? —сугавара протянул ойкаве жестяную баночку колы и буклет из планетария, в который они собирались пойти.они шли и разговаривали, пили колу, допили они её как раз к тому времени, как подошли к планетарию, банки в мусорный бак, а они сами заходят в здание.       и вот, коуши и тоору уже сидят, а местах и сеанс начинается, они наблюдают за происходящим, и, кажется, сугавара начал понимать, почему ойкава так любит звёзды. они увлечённо наблюдали за происходящем на экране, честно говоря, иногда поглядывая друг на друга. тоору пытался понять насколько коуши нравится то, что на экране, а сугавара, в свою очередь, просто иногда смотрел на ойкаву, наблюдая, как парень радуется.

галактики

входят ли звёзды в скопления или сияют в одиночестве, как наше солнце, все они принадлежат какой либо галактике. это гигантская концентрация звёзд, газа и пыли, которые держаться вместе благодаря гравитации. в нашей галактике, млечный путь, находится более 200 миллиардов звёзд, а её диаметр — 100 000 световых лет. у неё есть две галактики-спутника, обращающиеся по орбите вокруг неё и имеющие красивое имя — мегеллановы облака.

      после, они собрались ещё погулять, возможно, зайти в кафе или прогуляться в парке, а, может, сделать всё вместе. сугавара предложил прогуляться в парке, а идея пойти в кафе принадлежала ойкаве. они медленно шли по тропинке и разговаривали: о своих командах, делясь смешными историями, о космосе — том, что они увидели в планетарии, о увлечениях, спрашивали у друг друга что-либо. в общем, тем для раговора было много. .       —ну, —протянул сугавара, проверяя время в телефоне, ойкава вопросительно на него посмотрел, —куда мы после кафе? —он взглянул на тоору, последний повел плечами в жесте «не знаю», коуши продолжил, —может в кино?       —ну давай, — ойкава кивнул.       —фильм выбираю я.

***

      коуши стал этой звёздочкой, которую так долго искал тоору, и для него самого, родинка под левым глазом у сугавары, как бы иронично не звучало, казалась такой же звёздочкой.       можно было кушать тосты с маслом по утрам, запивая это чаем, поперечно болтая с коуши по видео-связи. и никого не смущало, что у такого п л е й — б о я как ойкава, футболка с милыми звёздочками и летающей тарелкой, а суга лишь умиленно хихикал, пока тоору смущённо отводил взгляд в сторону. можно было болтать о том, что нравилось ойкаве, возможно, больше, чем волейбл — о звёздах. болтать, не беря в голову то, что тебя могут не понять.       и как будто всё, что происходит вокруг, стало теорией большого взрыва. как будто ойкава, до встречи с ним, был той самой точкой, отсчитывая года до момента осознования себя. как будто после встречи с сугаварой, того неловкого падения в лужу, произошёл этот чертов мир по-новому. всё обновилось, стало живым по-другому.       в животе порхают не бабочки, а летают кометы, рассекая звездное пространство. и это заставляет ойкаву чувствовать себя по-своему особенным, пока есть чувство того, что ты — звезда, ты — скопление, ты — галактика, ты — вселенная, ты — теория большого взрыва, ты то, что было до большого взрыва — точка.

***

сахарная туманность

      они потеряли момент, когда их руки соединились во время очередного сеанса в планетарии, регулярные походы туда стали их первой традицией. это было, наверное, месяц назад, никто не помнит. на огромном экране, как пыль от старого одеяла, которое встряхнули во время уборки, плавали звёзды. на экране показывалось соединение галактик, ойкава рассказывал ему об этом, он всегда рассказывает коуши о том, что его зацепит, после сеанса или когда они будут сидеть у одного или другого дома. сейчас на экране снова возникло тело, насчет которого коуши постоянно забывал спросить ойкаву. оно напоминало коуши сахарную вату. он дернул ладонь тоору на себя и приблизился к его уху.       —ты расскажешь мне об этом вечером? —шепот обжог ухо ойкавы и заставил лёгким мурашкам пробежаться по спине, он кивает, и сугавара со спокойной душой, все ещё крепко держа руку тоору, вернулся в прежнее положение, продолжая просмотр.       они снова в комнате у ойкавы, это как та ночёвка с ивайзуми из детства: все тот же старый плеер, только с уже потёртой наклейкой, тот же элвис пресли, все тот же ночник, который светит так же синим и зелёным. только нет домика из стульев и пледа — просто одеяла и подушки раскиданные на полу, а рядом с ойкавой лежит не ивайзуми, сугавара.       —ну так что, ты расскажешь, — коуши повернулся на бок, лицом к тоору, тот щелкнул пальцами а-ля точно и начал.       —ну слушай, во вселенной существует огромное количество различных облаков. одни из них более холодные, другие более горячие. некоторые почти прозрачные. другие, наоборот, почти чёрные.все они состоят из газа и пыли и называются туманностями. смотри, — ойкава взял тот блокнот с записями о космосе и, открыв на нужной страничке, указал на одну из фото, — это — туманность «голова ведьмы» она отражательная и связана с вот этой звездой, её название ригель.эта звезда сверх-голубой гигант и свет у нее, что не удивительно голубой, свет отражается от туманности, состоящей из мелкой пыли. поэтому сама туманность голубая.       сугавара слушал ойкаву, он наблюдал за тем, как увлечённо парень всё это рассказывает. в такие моменты тоору, по мнению самого суги, очень милый, его глаза сияют, а эту дрожь — дрожь волнения и возбуждения от того, что ты делишься чем-то сокровенным, и личным, делает ойкаву таким счастливым. и тут сугавара поймал себя на своей первой, звёздной мысли о том, что они две галактики, слившиеся в одну, и он явно не хочет ничего менять. коуши положил свою ладонь на руку тоору, парень повернулся и вопроситеьно посмотрел на сугавару.       —тоору, я…

***

      с галактиками на запястьях и звёздочкой под левым глазом, коуши дарит свой первый поцелуй тоору, и зовёт его галактикой.       ойкава будет ещё долго сравнивать сугавару с млечным путём, перебирая пепельные волосы, пока они лежат на траве и любуются звёздами.       и в этот момент ойкава как никогда уверен в том, что коуши — его звезда, созвездие, скопление, галактика, вселенная и теория чертового большого взрыва.       коуши — та самая звёздочка, которая соединиться с ним в одно созвездие.

***

он любил космос ещё с детства.

все эти звёзды-созвездия-скопления, планеты, метеориты, астероиды, кометы, галактики так и манили.

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты