Спасение всем и каждому

Джен
G
Завершён
4
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
4 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Спасение и мир каждому.

Настройки текста
      Осень в этом году оказалась очень промозглой и тёмной. Ветер то и дело задувал за шиворот, в день могло пролиться несколько дождей, а деревья почти сразу стали голыми. Неясная атмосфера ностальгии воцарилась здесь, перебиваемая лишь тяжёлым воздухом, пропитанным начавшей разгуливаться болезнью. Она вылезла из-под земли и никого щадить не станет, что стало ясно уже в первые дни. Людей хворь не разбирала на плохих, хороших, высокопоставленных и простых. Косила всех. Хуже и быть не могло.       В первую их встречу Гаруспик чувствует себя странно. Всё в этом доме, в Горнах, пропитано памятью о Нине Каиной, о которой даже Артемию довелось слышать. Наверняка жизнь её была похожа на адскую пляску из вещих снов и мучительных пробуждений. Она была не от мира сего.       Он не застал времена, когда та разгулялась, став Дикой, но, что удивительно, память о ней в этом месте была какая-то слишком спокойная. Это удивляло Артемия.       Но этим серым и безрадостным утром тот был здесь не ради того, чтобы заняться восполнением знаний о судьбе Города и его жителей. Бурах явился сюда после того, как ему пришло письмо от Виктора Каина, так что он надеялся получить хоть какую-то благосклонность, а не уйти отсюда с разбитым носом, напоровшись на засаду. – Заходите, не стойте на пороге, – поднимаясь из-за стола и окидывая молодого человека взглядом, говорит Виктор. На лице Гаруспика, который уверенным шагом пересекает комнату, застывает взгляд младшего Каина. «Глаза, как у кошки», - невольно думает Артемий, не пряча глаз, сохраняя зрительный контакт. – Вот я и явился. Надеюсь, Вы не станете читать мне морали или кинете горсть оскорблений, – обороняясь словами с самого начала, начинает Артемий. – Успокойтесь, не стану. Я буду говорить от имени семьи Каиных, и мне хотелось бы принести извинения за все доставленные Вам неудобства, – чётко отвечает Каин, скрещивая руки на груди и тяжело выдыхая. «Неудобства». Мягко сказано, но у Бураха попросту нет сил дерзить, да и не в его манере это. Паника и страх за свою жизнь вымывают любые чувства из людей, даже если не все пребывают в одном и том же состоянии. – Я принимаю Ваши извинения. Только Вы ведь не просто так сюда позвали. В чём состоит помощь, которая потребуется? – на опережение спрашивает Гаруспик, замечая, как взгляд Каина становится пронзительным, недобрым. Вздыхает, смотрит так тяжело. Точно есть какое-то сходство с кошкой в этой сдержанности и умении затаиться, при этом оказывая некоторое давление, насылая тревогу на собеседника. – Это касаемо Марии. Вы, верно, осведомлены о том, кто такие Хозяйки, и что моя дочь готовится стать одной из них? – Да, об этом я знаю. Так чего Вы хотите от меня? – Артемий поднимает бровь, вздыхая. Всё слишком затягивается.       И, переставая наконец создавать напускное недопонимание, ему объясняют наконец. Ощущение не из приятных, ведь им пользуются в угоду своим целям(даже если не великим) многие. Артемий вправе отказаться, но что-то стискивает его сердце, не давая кинуть всё на самотёк. И он, распрощавшись и дав слово, что сделает всё, что в его силах, отправляется к Марии выяснять больше деталей.

***

      Когда Город был взбудоражен приездом инквизитора, то Гаруспик не чувствовал ничего. Он привык за все эти дни к эпидемии и панике, которые лезли из всех щелей. Даже когда Бураху сказали, что его могут порешить, то он лишь покивал и отвёл взгляд, будто не заинтересовавшись этой новостью вовсе. Но его будто вытащило властной рукой из состояния почти полного безразличия, когда он заглянул после некоторых своих дел в Горны, перед тем как идти в Собор. – …Будет удачей, если Вы выйдете живым из Собора. Я даже ставлю три против семи шансов, что Вам удастся выбраться в добром здравии, – эти слова больно бьют по Артемию, заставляя свести брови к переносице и грозно взглянуть на вечно спокойного, как ему казалось, Виктора. Но у того взгляд исподлобья, губы кривятся и клонятся уголками губ вниз. Чего-то боится. Невероятно. – Приятно слышать слова поддержки хоть от Вас, – бросает Гаруспик и направляется к выходу из комнаты. – Берегите себя. Вы ещё нужны нам, – доносится ему в ответ. Голос у младшего Каина напряжённый, не как обычно. – Я всем нужен, – давая себе вою, чтобы слабо усмехнуться, говорит Артемий перед тем, как уйти совсем. Все они здесь боятся инквизитора. Почему? Кто так решил? Боятся, что некому будет их спасти. Несчастные люди.

***

      Дни идут слишком быстро, начинаясь для Артемия ещё полседьмого, а заканчиваясь далеко за полночь. Он не может прийти в себя в этой карусели событий. Всем он нужен, за него цепляются и боятся упустить, закидывают поручениями. Но положиться ему самому на деле не на кого, даже несмотря на то, что Капелла старается заботиться о нём в те часы, когда он приходит к ней весь измученный, возвращаясь словно пёс к хозяйке. Проклятый карантин.       Бакалавр стал сам не свой. Верно, его подкосила смерть Евы Ян. Той девушки, которая в первую встречу так испугалась Бураха, что схватилась за револьвер. У такого человека, как Данковский, теперь помощи не попросишь, он наверняка не примет и не поймёт той тревог, которая всколыхнулась в Артемии под слоем напускного безразличия. Клара же ведает свои сказки всем налево и направо. Она будто бы пытается всех понять, но не разобралась в себе. К ней Гаруспику подступиться ещё сложнее. Он ведь даже зачастую не может понять смысла её витиеватых фраз. Тяжело.       Тем более прибывшей инквизиторше, Аглае Лилич, тоже нужное сильное плечо, чтобы держаться перед бурей. И она избрала человеком судьбы для себя Артемия, хоть выбор о судьбе города теперь не в его руках. Всё зависит от Бакалавра, из-за чего все будто замерли над пропастью.       И день, когда Бурах всё ж устаёт окончательно, наступает. Он входит в Горны, смотрит на Виктора, который ходит около своего стола, где стоят фарфоровые чашки и чайник. В нём отлично читается напряжение – в его душе цветком распустился страх, что Лилич будет мстить семье своей сестры за былые обиды. Страх перед падением. – Будете чай, раз уж зашли? – тут же спрашивает Виктор, глядит нервно, сцепляет пальцы рук между собой. – Буду, – отзывается молодой человек, оказываясь ближе к столу, натыкаясь на пристальный взгляд до странного светлых и тёплых глаз, – с чего такое внезапное гостеприимство? – Мне не с кем поговорить перед смертью, – понизив голос, отвечает Каин, присаживаясь за стол и разливая чай. – Почему? Вопрос не нуждается в пояснении. Обоим ясно, про что это «почему». – Если в Городе произойдут перемены, нам придётся уйти. Это неизбежно, господин Данковский твёрдо намерен сохранить Многогранник, даже ценой города. Или же юное поколение заберёт всю власть в свои руки. Нам ничего не останется, как уступить и скрыться, уйти на второй план. Это, конечно, не есть плохо, но такова будет наша судьба. Вот и всё. Каин подвигает чашку с горячим и ароматным чаем к Артемию. Там есть имбирь. Какая роскошь. – Вам страшно? – снимая перчатки, спрашивает Бурах, заглядывая Виктору в глаза, ловя какие-то нотки нервозности. Ответ ему ясен, но он хочет продолжить разговор. – Я не могу назвать себя убеждённым фаталистом, но то, что нам предначертано, рано или поздно исполнится. Я не боюсь своей судьбы, не отвергаю её.       Повисает напряжённая тишина. Слышно, как за окном в ночи воет ветер. Ещё слышны крики детей, торопливые шаги взрослых. Артемий смотрит на Виктора пристально, пока они пьют чай. А после в неясном ему порыве сжимает костлявую руку Каина, из-за чего лицо у него делается то ли горестное, то ли ошарашенное. – Не ставьте на себе крест раньше времени, – выпаливает Артемий, сердце ему щемит, отголоски его простой, доброй души, неумолимо рвутся наружу. Виктор теперь уже впрямь ошарашенно глядит на него, накрывает его руку своей, не может подобрать слова. – Вы ничего не решите своими словами и поступками, Артемий, – черты лица того ожесточаются, он знает, что решение о судьбе Города лежит на плечах столичного медика, ни на ком другом. – Уж поверьте, решу, – сжав руку Каина в своей крепче на миг, а после отпустив, резко поднявшись из-за стола. Удивлённые взгляды встречаются. «Не знает, что творит.» «Не знает, о чём говорит.»       И Гаруспик покидает дом Виктора быстрее, чем когда-либо, выходя на улицу, сталкиваясь с отрезвляющим холодом и ветром. Ему хочется отстоять свою значимость, решить что-то в этом городе. Он не сдастся без боя теперь, раз его душу разворошили, словно осиное гнездо. Светлое будущее теперь кажется ему не просто пафосной фразой, а нарекает его цель. Мир каждому. Спасение тоже.       Человеческая жизнь превыше всего, перемены не должны её растаптывать так быстро, будто бы значения в ней никакого никогда и не было. Какое-то там чудо-здание над рекой не стоит стольких страданий, иначе его смело можно назвать стоящим на крови людей. Это уже слишком.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Мор (Утопия)"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты