Ugly Heart

Слэш
Перевод
R
В процессе
44
переводчик
Amelinaxd бета
Автор оригинала: Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/13545030
Размер:
47 страниц, 4 части
Описание:
Юнги старается выжить. Просто пытается делать свою работу, чтобы заработать деньги для своей семьи. А Тэхен получал от жизни все на блюдечке с золотой каемочкой.

Но стоило фортуне отвернуться - что же останется у Тэхена?

"Плевать кто ты, как много у тебя денег или насколько ты смазлив - внутри ты урод. Жалкая душонка с красивым фасадом. Ничего больше."

Да, это Тэхен. Может ли он измениться?
Может, ему просто нужен толчок в верном направлении от того, кто заставит сердце трепетать.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
44 Нравится 2 Отзывы 17 В сборник Скачать

Часть 4

Настройки текста
      Глава 4              Тэхен ничего не знал о друге, к которому его вел Юнги. Ну, это, конечно, не совсем правда. Мин называл его «хен», так что, наверное, этот парень был старше. Примерно его роста и звали, кажется, Сокджин. Более того, этот мистический Сокджин-хен был владельцем того кафе, где работал Юнги.              Тэхен не чувствовал себя в порядке, пока они проходили по улицам района. Зеленые деревья украшали улицы, а жилые комплексы выглядели приятнее и не были так разрушены, как тот дом, в котором жил старший с его семьей. Они остановились напротив красивого трехэтажного здания и Юнги позвонил в дверь.              — Заходите, — из динамика послышался голос, что заставило Тэхена немного расслабиться. Он звучал вполне дружелюбно. Прямо противоположно тому, как выглядел сейчас Юнги. Его взгляд почти заставил Кима дрожать, но под строгостью Тэ мог заметить нервозность и неуверенность, которую тот старательно скрывал. Это странно. Сначала ему казалось, что Юнги мог разобраться с чем угодно на раз-два, словно самый холодный засранец. Но после старший привел его в свой дом — дважды — и мнение Тэхена совершенно изменилось. Он предполагал, что Юнги такой человек, который сильно закрывался от внешнего мира, что он был тем, кто хотел казаться сильным и уверенным, когда было очень сложно, но на самом деле ему трудно было выражать самые простые чувства.              Как будто вокруг старшего были высокие стены. И как только Тэхену кажется, что он уловил настоящую сущность Юнги, как тот моментально закрывался, ускользая и забирая иллюзию за собой. Были такие моменты, когда Мин выглядел слабым, когда он ослаблял защиту. А случалось это очень редко. Легкая, едва уловимая улыбка, обращенная к его семье, и смех громче, чем Тэхен мог себе представить, а еще излучаемое тепло, что вообще было невозможно при холодности, которой себя окружал Юнги. Это немного грустно. То, как Мин делал все, что в его силах, чтобы семья жила легкой и веселой жизнью — особенно братья и сестренка, пока игнорировал самого себя.              — Веди себя прилично, — прошипел Юнги, но в его тоне не было злобы или раздражения. Больше было похоже на мольбу. Тэхен молча кивнул, следуя за ним по лестнице. Коридоры чистые и светлые, окна огромные и пропускают солнце внутрь. Стеллажи рядом с каждой дверью выглядели уютненько. Обувь поставлена аккуратно или в легком беспорядке детские кроссовочки рядом с родительскими ботинками.              Они остановились напротив двери с цветочным венком над входом. На полу даже лежал коврик для ног с надписью«Добро пожаловать». Юнги легко постучал один раз, когда в ту же секунду дверь практически распахнулась, что Тэхен успел лишь сделать шаг назад. Сердце ухнуло в пятки, забившись слишком сильно, и он вдруг снова стал нервным — даже напуганным. Может это была реально плохая идея?              — Привет, Юнги и друг Юнги, — сказал Сокджин, скользя взглядом по Тэхену. Мужчина выглядел хорошо, у него были широченные плечи и милая улыбка. А еще выше Юнги. И, кажется, на пару сантиметров даже выше самого Тэхена.              — Его зовут Тэхен, — представил его Юнги и младший будет вечно благодарен ему за это все, потому что сейчас чувствовал себя так, словно язык проглотил. Он ощущал себя еще более напуган другим парнем и это было странно. Встретить друга Юнги. Может, этот парень осудит его? Может, он не захочет иметь с ним ничего общего, как только поймет кто такой Тэхен? Это определенно была дурная идея. Киму захотелось уйти. Прямо сейчас.              Сокджин с нетерпением смотрел на него, и только тогда Тэхен заметил протянутую руку. Лицо младшего тут же покраснело от смущения, когда он поспешил протянуть свою в ответ. — Приятно познакомиться, — промямлил он, опуская глаза в пол и… вау, у Сокджина такие миленькие мега-розовые носочки. Старший засмеялся, пожимая руку Тэхену, и, честно говоря, он не выглядел пугающим, но Ким не мог избавиться от этого чувства, которое расширялось у него в груди. Вообще у него не было проблем в общении с незнакомцами, но это все было в той, другой жизни, до того, как он потерял все.              — Меня зовут Сокджин и должен сказать… ты выглядишь как-то знакомо, — проговорил мужчина, прищурившись. Он до сих пор не отпустил руку Тэхена.              — А, да, я… — он пытался придумать что сказать, кусая нижнюю губу. Это то, чего Ким боялся. Сокджин узнает его и возненавидит. И тогда скажет Юнги проваливать вместе с Тэхеном. Он…              — О! Ты актер, да? — воскликнул старший и сердце Тэхена остановилось. Выражение лица Сокджина быстро изменилось. К удивлению, в нем не было отвращения или чего-то подобного. Наоборот, ему стало неловко и на губах появилась сочувственная улыбка. — Я знал это. Ты тот самый.              — Ну, — Юнги прочистил горло, отвлекая внимание от Тэхена, который чувствовал, что вот-вот расплачется. — Ему негде остановиться в данный момент, так что он живет со мной. На самом деле, я надеялся, что ты можешь одолжить ему что-нибудь из старой одежды? Просто то, что ты больше не носишь. Я бы пошел сначала к Намджуну, но ты живешь ближе.              — Одежду? — переспросил Сокджин смущенно, наконец отпуская руку младшего.              — Да. Ну, знаешь, Тэхену нужно немного, а мы не можем позволить себе ее купить. Я подумал, что у меня есть друзья с огромными шкафами, которые наверняка помогут нуждающемуся человеку, подкинув парочку брюк и толстовку. — Юнги неловко засмеялся, почесывая за ухом, а в глазах можно было заметить игривый блеск.              — А вещи Юнги мне не подходят, — Тэхен выдал это, даже не подумав, а после в шоке почти шлепнул себя по рту. Он кинул быстрый взгляд на лица обоих парней, и попытался понять сделал ли что-то не так.              — Что я говорил о манерах? — спросил Мин, но при этом улыбнулся.              — Не цепляйся к мальчику, Юнги, — засмеялся Сокджин, затянув Тэхена внутрь, обняв младшего за плечи. Юнги последовал за ними, качая головой. — Ты мне уже нравишься. Идем. Мы что-нибудь подберем для тебя. Надеюсь, ты любишь розовый.              ***       Тэхен вернулся домой с одеждой и уже надел на себя понравившуюся розовую толстовку, рукава которой даже почти закрывали кончики пальцев, доходя длиной где-то до середины бедра. Еще одно дополнение к его виду — удобные штанцы, которые подарил ему Намджун. Несмотря на то, что на правом колене виднелась маленькая дырка, Тэхен был более чем благодарен.              Намджун уже был чуть больше похож на друга Юнги, чем Сокджин. Он жил в маленькой квартирке, в которой по стенам были расставлены книги и какая-то техника (которой Тэхен даже не понимал как пользоваться). Но парень был довольно милый. А еще ни один из друзей Юнги не вел себя как-то странно по отношению к Тэхену, даже когда понимали кем или точнее чем он был. Они были приветливы и довольно дружелюбны. Что-то, чего Тэхену не хватало. Это странно, ведь все, с кем он познакомился после встречи Юнги, кардинально отличались от его прежних знакомых. Ни один из них не был таким же дружелюбным, самоотверженным, как друзья и знакомые Мина.              Но это не то, о чем сейчас Тэхен беспокоился. Проблема, с которой он столкнулся, находилась в подвале дома Юнги и с каждой секундой обрастала еще большей тайной.              Ким проследовал за старшим вниз по лестнице, взяв корзину, полную белья, включая свою грязную одежду. В подвальном помещении были две стиральные машинки, а через комнату протянуты веревки, где сушили белье. Стиралки выглядели старыми, но смутно напоминали те, что были у Тэхена в прежней квартире. Только вот он понятия не имел, что с этим делать. Юнги не вмешивался, позволяя парню разобраться в этом самостоятельно. И он сказал бы, что это была плохая идея, если бы кто-нибудь спросил. Но вряд ли кто-то задал бы такой вопрос.              По крайней мере, Тэхен имел представление куда пихать одежду и как закрывать крышку. Но на этом все. Ким гипнотизировал кнопки настройки, пытался разгадать символы, но ни черта не понимал. Стиральный порошок надо было куда-то засыпать тоже, да?              — Как, мать вашу, эта чертяга работает? — просипел он, видя кучу настроек перед собой. Парень легко повернул самую большую кнопку, чтобы указать на одну из настроек. Дисплей слева показал какое-то время, но у Тэхена не было ни единой мысли для чего.              Юнги качнул головой, приседая рядом с ним. — Ну, типа, понятно, что эта машинка довольно старая и у нее есть свои причуды, но ты похоже в душе не… понимаешь как это работает в концепции, да? — похоже, он ждал большего. Извините за разочарование.              — Не хочу показаться слишком богатым или что-то вроде того, но я никогда в жизни не загружал даже посудомойку, — вздохнул Тэхен, легко, но игриво улыбнувшись. — Я даже понятия не имею где стиралка в моей квартире. Я имею ввиду, что обычно это делали за меня. Моя грязная одежда исчезала, а затем снова появлялась в шкафу совершенно чистая.              — Ты невозможен, — хихикнул Юнги, прежде чем толкнуть его слегка в сторону. Он начал показывать на разные кнопки, а Тэхен пытался запомнить что делать. — Смотри внимательнее, второй раз не повторяю. Поворачиваешь сюда, вот так… нажимаешь эту кнопку. Порошок должен быть тут, а после закрываешь дверцу и нажимаешь «старт».              Тэхен осторожно пытался сделать все в точности так, как сказал Юнги. Он взял порошок, положил в машинку, повернул кнопку, как только что показал Мин, а затем нажал на кнопку, которую даже не понимал для чего надо нажимать. Ким быстро посмотрел на старшего, убеждаясь, что сделал все, прежде чем нажать «старт».              — Она не работает.              — Это потому, что дверь плохо закрыта, — пожал плечами Юнги, кивнув на машинку.              — Да куда еще больше? — Тэхен был уверен, что закрыл правильно. Типа было только два варианта. И дверь точно не раскрыта.              — Ты просто… тебе нужно быть нежнее и… — Юнги мягко оттолкнул Тэхена в сторону, тут же с размаху ударяя дверцу. Это было точно не «нежно». Машина гудела несколько секунд, а затем запустилась.              — Нежненько. Я понял, — Тэхен улыбнулся в ответ на то, как самодовольно хмыкнул старший. В его груди что-то затрепетало, но он решил проигнорировать это ощущение, чтобы на секунду дольше смотреть на Юнги.              ***       — Итак, нам нужно найти тебе работу. Мы не можем содержать халявщика, — сказал Юнги, когда они уселись снова за стол.              — Безусловно. — Тэхен знал это. Он полностью осознавал тот факт, что не мог ждать от Юнги, что тот позволил бы ему жить, ничего не давая взамен. И старший четко дал понять это еще прошлой ночью. Хотя это все еще заставляло его нервничать. Кроме того, снимаясь в дорамах, ему не приходилось работать где-то еще. У него не было даже никакого опыта в прохождении собеседований или подобной херни. Да Тэхен понятия не имел, что такое «работа». Кем он мог вообще работать? У него не было никакого образования и опыт где-то на уровне ниже плинтуса — кто вообще захочет нанять такого никчемного работника вроде него? Особенно после того, как узнают в нем «того самого».              Несмотря на то, что эта проблема не настолько уж велика. По крайней мере, не настолько, насколько Ким себе это мог представить. Первые недели — недели после того, как его выкинули, все статьи о нем были отвратительными. Но весь этот хайп сошел на нет. А он не выглядел так же, как прежде. Тэхен понимал, что похудел, отрастил волосы и больше не светлого оттенка. Стиль в одежде изменился и люди перестали оглядываться на него. Теперь он был обычным парнем, который просто шел мимо. Больше не кто-то особенный. Но все же бывали случаи, когда кто-то пытался его сфотографировать или начинал шептаться с друзьями, когда он проходил мимо них. Он надеялся, что когда-нибудь сможет вздохнуть спокойно.              Тэхен должен сказать, что эти последние недели на улице были не самыми лучшими в его жизни, но парень ощутил себя освобожденным. Не быть постоянно в центре внимания никогда не казалось ему чем-то… успокаивающим.              — Я могу… Есть девчонка в кафе Сокджина, которая хотела бы уйти с работы и сфокусироваться на учебе, — прервал размышления Юнги, снова почесывая за правым ухом. Тэхен заметил, что старший частенько это делал, когда нервничал. В основном это случалось из-за него. — Мы можем попросить взять тебя и совместить наши смены. Тогда я смогу помочь тебе освоиться и показать как все должно работать.              Тэхену даже не нужно было раздумывать об этом. — Мне нравится идея, — воскликнул он, мговенно опуская взгляд, смутившись. Было бы гораздо легче, если бы рядом был Юнги, который мог направлять его до тех пор, пока он самостоятельно не сможет справляться со своими новыми обязанностями. Тревога медленно начала скатываться с его плеч.              — Ладно. Я поговорю с Сокджином и тогда посмотрим, — проговорил Юнги, а в уголках его губ появилась легкая улыбка. Тэхен решил, что это довольно очаровательно и не смог ничего с собой поделать, как вернуть ее в ответ, только улыбнувшись шире. И более... прямоугольнее.              ***       Юнги считал себя чертовым гением, когда предложил Тэхену работать вместе, но после открыл для себя обратную сторону этого действа. Теперь Ким постоянно, без исключений ежеминутно, был где-то поблизости. В этом не было ничего плохого. Он привык к младшему за последнюю неделю, которую им довелось провести вместе, но, кажется, Тэхен ощущал себя комфортнее.              А привыкший ко всему Тэхен — это громкий Тэхен. Он напоминал Юнги Дже. Казалось, что парень тоже не мог сидеть неподвижно, а еще ему требовалось внимание окружающих. Улыбка и смех были настолько заразительными, что Юнги не мог с собой ничего поделать и тоже улыбался в ответ.              Опять же, в этом не было ничего ужасного, но Юнги действительно чувствовал себя на грани. Прошло довольно много времени с тех пор, как Мин выходил из себя. Это было связано с отсутствием некоторых личностей — и это было странно, потому что они появлялись довольно часто. В любом случае, теперь, когда он буквально застрял с Тэхеном, даже засыпая и просыпаясь рядом, и у него просто не оставалось времени на одиночество. Юнги это немного беспокоило.              Он просто привык хотя бы ночи проводить наедине с собой, чтобы успокоиться и отойти от дневных событий, собраться с мыслями и постараться держаться подальше от разговоров и шума. Но сейчас рядом постоянно находилось чужое тепло. Дыхание другого человека оказалось ему таким необходимым в тишине, как и постоянные касания. Даже если он ощущал его в сантиметре от себя. Иногда все же нужно было хоть какое-то личное пространство. Сегодня Юнги вдруг поймал себя на том, что тяжело дышал, а в уголках глаз собрались слезы разочарования, когда он пытался удержаться, чтобы не допустить падение последней стены внутренней защиты.              Старший наблюдал со стороны за тем, как Тэхен, оперевшись на прилавок и наклонив голову в сторону, улыбался двум краснеющим покупательницам, что стояли перед ним. Как только они ушли, продолжая краснеть и хихикать, Мин подошел к самодовольно ухмыляющемуся парню.              — Знаешь, — сказал он. — Ты не должен флиртовать с каждым покупателем. Просто будь вежлив и постарайся отпустить их побыстрее.              — Но ведь никто не жаловался, — улыбнулся Тэхен и Юнги усилием воли постарался не улыбнуться в ответ. Проблема была в том, что он прекрасно понимал этих девчонок. Когда Тэхен хотел, то заставлял краснеть лишь одним взглядом и ухмылкой. Смешно, но Юнги пытался игнорировать это.              — Пока что.              — Просто тебе завидно. Ведь они любят меня больше, чем тебя, — Ким показал старшему язык и тот решил, что ему стоило обидеться или хотя бы разозлиться, но… нет? В словах Тэхена не было злого умысла. Никакой насмешки или попытки причинить боль. Просто шутка. Всего лишь шутка, ничего больше. Каким-то образом Юнги засмеялся, отмахнувшись от него.              Тэхен засмеялся следом. И это первый раз, когда Мин услышал громкий настоящий смех Кима. Каким-то образом у Юнги затрепетало что-то внутри.              Жизнь с Тэхеном не доставляла ему никаких неудобств. И ни один из членов семьи не пожаловался на «прибавление». Прошло две недели с тех пор, как Тэхен стал частью этой семьи. И иногда Юнги подозревал, что младший нравится Дже гораздо больше, чем он сам.              — Эй, оставь немного для Юнги, — его выдернула из мыслей (и залипания на то, как Тэхен активно общался с Чолем) тетя. Юнги никогда бы не подумал, что его застенчивый и не слишком общительный двоюродный брат так быстро откроется незнакомому человеку. Но он правда полюбил Тэхена с первого же дня. Очень трудно было заставить Чоля поддерживать разговор, но, кажется, Тэхен был в этом экспертом. — Он еще не доел свою первую порцию, — тетя слегка поругала Дже, которая потянулась за последним куском на столе.              — Все в порядке, — быстро перебил Мин еще до того, как она начала дуться. — Я уже поел в кафе, можешь забрать, — лучезарное личико младшей сестры немного затмило ощущение голода.              Другие быстро отвлеклись на что-то постороннее, но Мин чувствовал пристальный взгляд Тэхена на него и его пустую тарелку. Он знал, что Тэхен знал. В конце концов, они почти все время проводили вместе, и Ким помнил, что Юнги точно не ел в кафе. Но не обратил на это внимания.              Ни тогда, когда они сидели за столом, ни потом, когда они играли с детьми, ни даже перед сном. Но когда Юнги зашел в комнату после душа, то обнаружил, как Тэхен глубоко дышал, глаза были закрыты, а грудь медленно вздымалась вверх-вниз. Ничего нового. Тэхен мог уснуть буквально по команде. Но теперь посреди комнаты находилось пирожное.              Пирожное, которое принадлежало Киму. Он знал это, потому что помнил, как Сокджин подарил ему его сегодня.              — Просто поешь, — прошептал Тэхен и Юнги почти подпрыгнул от шока. Кажется, младший еще не спал. Он захотел поспорить с Кимом, но желудок предательски громко заурчал и ему не хватило силы противостоять этому акту невиданной щедрости.              Ни один из них не стал разговаривать о произошедшем на следующий день.              — Ладно, ребятки, — Сокджин подошел к ним, чтобы все собрались вокруг него у стойки. — Я посчитал чаевые. Кто хочет свою долю?              Обычный вечер перед закрытием кафе. Сокджин, Тэхен, Юнги и тихий мальчик-студент, который редко разговаривал. Разделение чаевых между сотрудниками всегда было обязанностью Сокджина. Тихий мальчик поднял руку, получил треть денег из банки и утешительное похлопывание по плечу. После чего он пробормотал, что до завтра нужно закончить с какой-то бумажной работой. Он попрощался, как всегда, безмолвным кивком.              — Итак, никто из парней утренней смены не захотел забрать ничего себе, так что оставляю это вам, — улыбнулся Джин, положив деньги на прилавок, до того как кинул ключ Юнги. Сегодня четверг. И все знали, что босс хотел быть дома вовремя, чтобы успеть к началу любимого кулинарного шоу, поэтому Юнги отвечал за закрытие. Это было очень удобно, ведь он как раз начинал утреннюю смену завтра и ему было проще открываться.              — Мне они не нужны, — сказал Тэхен, кусая нижнюю губу.              — Тэ, — Юнги знал, что его голос звучал предупреждающе. Но по-доброму. Парень знал, что Тэхен заметил как большая часть чаевых доставалась Юнги, потому вроде как все понимали как ему нужны деньги. Мин перестал спорить с ними после первых двух недель работы тут. Но то, что Тэхен поступал так же, заставляло его чувствовать себя неловко. — Ты можешь взять свою половину. Большая часть этих денег здесь благодаря твоим усилиям. Как ты сможешь экономить и стать независимым, если отдаешь мне все? — Но…              — Никаких «но», — резко прервал его Мин. — Ты берешь свою половину, чтобы отложить. Не смей использовать их для покупки чего-либо мне или моей семье. Они твои. Ты уже заплатил деньги за аренду и еду, но тебе нужно оставить еще что-либо для себя. Это очень важно. Особенно если у тебя нет особенно много средств.              — Ты никогда не оставляешь что-то для себя, — возразил Тэхен возмущенно, но у него было о ком беспокоиться. Для него отказ от многих вещей был обусловлен необходимостью обеспечивать семью, чем оставлять что-то для себя. Он не мог позволить себе такое, но вот Тэхен мог.              — Потому что у меня есть семья, которую я должен кормить, — пояснил Юнги. — А ты человек, который хочет стать независимым, так что позаботься о себе. Лучше понять это сейчас.              Взгляд Юнги снова оказывается на часах уже раз десятый за последние пять минут. Уже полдень. Его и Тэхена выходной день. Уже полдень, а Тэхен ни разу не поднял свою задницу с матрасса. Ни разу. Юнги чувствовал себя достаточно великодушным, потому что позволил Тэхену выспаться, ведь он работал усердно всю прошлую неделю, но на него это было непохоже.              Очень необычно для младшего, потому что тот просидеть неподвижно не мог и трех секунд, просыпаясь даже раньше, чем Юнги. Чертов жаворонок. Потому было довольно странно и необычно, что он до сих пор не вышел из комнаты. И, честно говоря, Юнги начал беспокоиться. Может, Тэхен внезапно заболел?              Он провел еще несколько минут в раздумьях, стоило ли идти проверять Кима или нет. Юнги чувствовал, как на него смотрят члены семьи, и это было понятно. Картина маслом по майонезу: он, сидящий за столом и раскладывающий одежду, но вместо этого на самом деле беспрестанно пялился на дверь в свою комнату. В конце концов, Мин не смог это больше терпеть, так что встал.              Парень тихо постучался в дверь, прежде чем войти. — Эй, Тэхен, — он по началу не увидел Тэхена, поскольку был занят тем, что старался удержать в руках корзину с бельем, закрывая при этом дверь за собой. — Знаю, что это твой выходной, но уже полдень и… Тэхен?              Он перестал говорить, когда смог распознать в комке на матрасе младшего. Темнота в комнате совершенно не помогала ему. Тэхен лежал, свернувшись в одеяло, смотря куда-то прямо перед собой. Мин знал, что он, должно быть, слышал его, но парень совершенно не реагировал на это. Он даже не моргнул. И если бы одеяло не вздымалось от дыхания, Юнги бы побоялся, что младший умер.              — Тэхен? — Мин пытался привлечь внимание Тэ, но тот все равно не двинулся ни на миллиметр. — Тэхен, все в порядке?              Парень не ответил, но во всяком случае подал признаки жизни. Это, конечно, не то, что могло бы успокоить Юнги. Скорее заставило чувствовать себя еще хуже. Тэхен медленно повернул голову, чтобы посмотреть на Юнги. Печаль и бесконечное отчаяние в чужом взгляде выбило воздух из груди Юнги. Юнги бросил корзину на пол, тут же кинувшись к Тэхену. Осторожно встав на колени рядом с ним, когда слеза скатилась по щеке младшего, оставляя влажный след на одеяле.              — Я не… мне нехорошо, — голос Кима хрипел и звучал так слабо, так… подавленно. Он не звучал так отчаянно даже когда Юнги забрал его с улицы. Первое, что пришло в голову Мину: у Тэхена где-то болит. Младший навредил себе и ему нужна помощь.              — Ты должен сказать мне что случилось, — попросил Юнги мягким голосом, осторожно поправляя выбившиеся пряди волос за ухо Тэ. Младший тихонько разревелся, пытаясь спрятаться от Мина.              — Я не очень хорошо себя чувствую, правда. Я не помню когда чувствовал себя хорошо в последний раз. Когда был счастлив. Просто… я…– по щекам беспрестанно потекли слезы. Юнги в замешательстве смотрел на него. Ему хотелось помочь Киму. Сердце болело от одного взгляда на разбитого парня перед ним. Слезы Тэхена — то зрелище, которое он почти забыл.              В его груди что-то сжалось, когда он неуклюже уткнулся лбом о чужой, пытаясь успокоить, но это лишь усугубило ситуацию. Тэхен всхлипнул, чувствуя, как задыхается в рыданиях, он пытался как-то взять контроль над собой, но подушка быстро намокала от слез.              — Тэхен. — Юнги чувствовал себя таким беспомощным. Он чувствовал себя неправильно, смотря как младший плакал. Это не один из его членов семьи. Это Тэхен, мальчик, на лице которого всегда была нелепая улыбка с тех пор, как привык к своей новой реальности. Он не знал, как Тэ может с этим справиться. Мин чувствовал себя совершенно беспомощным и это его расстраивало. Ему просто нужно было знать, что происходит. Тэхен лишь должен был сказать. Иначе Юнги не сможет помочь ему.              — Эй, — тихо позвал он, стараясь не расстраивать младшего еще больше. — Что происходит?              Тому потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться и сделать нормальный вдох. Рыдания почти прекратились, но слезы до сих пор катились с уголков карих глаз. Юнги продолжал гладить чужие волосы, даже когда Тэхен заговорил. Ласка, кажется, успокаивала его, потому что тот стал прижиматься к руке. Словно кот.              — У меня не… — он громко кашлянул, пока пытался сфокусироваться на Юнги. — У меня нет. Больше нет таблеток.              — Каких таблеток? — Юнги внезапно словил чувство, словно это ни к чему хорошему не приведет. И оно расползлось по всему телу, сковывая.              — Антидепрессанты, — голос Тэхена низкий и скрипучий от плача. Мин почти не слышал чужое бормотание.              — У тебя депрессия? — он мгновенно захотел ударить себя по роже. Потому что… серьезно? Юнги всегда знал, что становится гораздо еще более неловким, когда сталкивался с чужими слезами, но… боже. Он реально спросил у Тэхена про депрессию, когда младший сказал ему, что обычно принимал антидепрессанты? Как можно быть таким тупым? Бывал ли вообще такой уровень бесчувственности и глупости? Тэхен не выглядел обиженным.              — Очевидно, — хмыкнул он, стирая слезы. — Ну, типа это не должно быть удивительным.              Юнги видел, как смятение промелькнуло на чужом лице. Он хотел сказать ему, что все нормально и с ним можно поговорить. Старший хотел выслушать, он хотел знать то, что Тэхен скрывал от окружающих. Парень хотел знать, почему младший оказался во всем этом, почему он делал совершенно нелогичные вещи. Юнги хотел понять. Понять, чтобы быть способным помочь Тэхену. Но вопрос в том, хотел ли Тэхен вообще помощи? Его помощи?              Взгляд Юнги переместился на руку младшего, которой он хватался за одеяло. Так сильно, что костяшки пальцев побелели. До того, как парень понял что делает, он уже протянул руку, чтобы аккуратно разжать пальцы на ткани и взять в свою руку. Тэхен выглядел удивленным, но сжал в пальцах чужую ладонь в ответ с тихой благодарностью. Похоже, что это снова толкнуло его за грань.              — Я вырос в доме без любви и переполненном требованиями. Я не смог справиться с тем, что возложили на мои плечи, — Тэхен всхлипнул и Юнги начал рисовать большим пальцем руки на тыльной стороне ладони Кима. — Тэхен, твои оценки должны быть лучше. Тэхен, не смейся так громко. Тэхен, следи за своим поведением. Тэхен, прекрати плакать. Настоящие мужчины не плачут. Тэхен, прекрати быть таким разочарованием. Тэхен, иди и заставь нас гордиться собой. Не смей снова облажаться. Тэхен, почему ты не можешь быть, как другие успешные люди твоего возраста? Тэхен, почему ты не можешь ничего сделать правильно? — его голос дрожал, когда он пересказывал эти вещи. Сердце Юнги сжималось, когда Ким передавал слова, которые ему пришлось услышать от родителей. Он даже представить себе не мог, что его собственные родители или дядя с тетей когда-нибудь могли сказать подобное. Нет ничего удивительного в том, что Тэхен не привык к тому, как здесь все было устроено, когда был вынужден расти в подобных условиях.              — Я просто… просто хотел, чтобы родители в один день смогли мной гордиться. Затем я начал жить по своим правилам, думая, что заслужил немного свободы для себя, но этого у меня не было. Думал, что как только я смогу дебютировать, как актер, все наладится. Но чуда не случилось, — парень вздохнул, закрывая глаза и скривившись, словно ему было физически больно вспоминать эти времена. — У меня был свой путь, но они не переставали давить на меня. Их голоса никогда не замолкали в голове. А я лишь хотел выбраться из клетки, в которой они держали меня всю жизнь. Я стал бухать, колоться, шляться по вечеринкам и трахаться с кем попало. Ты назовешь это бунтарством. Я занимался этим. Разрушал себя, но, когда делал это все, чувствовал себя лучше. Реальнее. Я чувствовал себя реальнее, когда был пьяным или под кайфом, — он снова начал плакать во время своего монолога, а Юнги молча стирал ему слезы свободной рукой. Тэхен как будто не ощущал чужих касаний на раскрасневшихся щеках. — Я пытался забыться и потеряться, честно говоря, — младший вздрогнул, снова сжимая руку Мина. — Я потерял себя в ту секунду, когда попытался угодить своим родителям. Я бесчувственный робот. Неудачник. Разочарование. И теперь у меня даже нет родителей. Для них я мертв.              — Тэхен… — Юнги не знал что сказать. Вся эта информация поражала его, но он точно знал, что хотел убрать эту боль. Просто понятия не имел, как может это сделать.              — Прости, — Тэхен отпустил Юнги, чтобы вытереть лицо обеими руками и спрятаться за ними. — Ты, наверное, даже не хотел это слышать. Я просто… просто… — Хватит, прекрати, перестань так делать, — быстро прервал его Юнги, отрывая руки от опухшего лица, чтобы заставить его смотреть в свои глаза. — Я хотел услышать. И хочу помочь. Тэхен, ты не чужой в этом доме. Ты не бродяга, которого мы подобрали и решили оставить. Ты часть этого дома. Ты часть моей семьи.              Тэхен пристально смотрел на парня и Юнги надеялся, что не переступил черту или вроде того. Но младший вновь заплакал. Слезы снова стали стекать по и без того мокрым щекам. Красные опухшие глаза были закрыты, руки дрожали, сжимаясь крепко на руках Юнги. Словно не хотел больше отпускать. Пусть Ким выглядел сейчас не слишком красивым, сердце старшего пропустила удар. И ему стало страшно принимать причину. Юнги отмахнулся от этой мысли, пряча глубоко в душе, пока пытался улыбнуться Тэхену.              — Сходи в душ. И потом мы снова ляжем, ладно? — он мягко попросил его. Юнги позволил себе искреннюю улыбку, стоило младшему кивнуть и даже умудриться подняться. Мин дал парню переодеться и моментально упал на матрас, стоило Тэхену покинуть комнату.              Это определенно все проясняло. Все эти вещи, которые казались странными в поведении Тэхена и эти переключения между его личностями. В одно мгновение он милый и благодарный, а в другую секунду уже превращался в дрянного богача. Теперь все вставало на свои места.              Юнги стало плохо из-за того, как он вел себя с ним в самом начале. Нет, серьезно. Ему стало плохо от этого. Он вел себя, как последний засранец, считая, что Тэхен ничем не отличался от тех несносных и заносчивых богачей, что думали о себе, как о королях этого мира. Ладно. Он мог оправдать свое поведение в их первую встречу. Тэхен был пьян — надо было принять это во внимание, прежде чем предполагать, что такое поведение для него нормально — и опрокидывание кофе на чужую голову было слишком агрессивной реакцией со стороны Юнги. Как бы ему не нравилось делать подобное, но винить можно было только его собственный характер. Парень пожалел в ту же секунду, как остыл, но ничего не мог с этим поделать. Вместо извинений, стоило встретить Кима в следующий раз, Юнги заставил замолчать голос, говоривший ему о сожалении.              Он принял Тэхена за человека, который думал только о деньгах, которому никогда не приходилось работать, который никогда ни в чем не нуждался, потому что ему подавали все в лучшем виде. Это объясняло смущение, которое появлялось на лице младшего, и то, как он себя вел, когда отчаянно умолял Юнги дать ему крышу над головой хотя бы на ночь. Юнги просто предположил, что младший действовал так странно, потому что ему никогда не приходилось просить о помощи и особенно не такого, как Юнги, но это не объясняло поведения в квартире.              Он был застенчивым и отрешенным от семьи. Мин не понимал. Он никогда не понимал, почему Тэхен выглядел так, словно находился в фильме. Старший предполагал, что это из-за того, что Ким не привык жить в таких условиях. Но это было из-за того, какая была здесь семейная обстановка. Словно у него такого никогда не было. По крайней мере, теперь это имело смысл.              Смущенный и безвольный, потому что его учили никогда не показывать свои слабости другим людям. Его учили смотреть на всех, кто подобен Юнги, свысока, потому что те ничего не стоили. Он не понимал как все происходило в семье, потому что собственная не была настолько заботливой и любящей. Младший не привык получать подобные ощущения просто так. Тэхен не привык к доброте. Дело было не в том, что он мог получить все что угодно, потому что был богат, а в том, что его смущали подобные вещи, как близкое общение между членами семьи, которое нравилось каждому.              Тэхен боялся знакомиться с соседями, а еще больше боялся встретиться с друзьями Юнги. Неудивительно, что он такой. Друзья Кима не были заинтересованы в нем, они были заинтересованы в его статусе. И никто из них не был готов связать себя с ним после того, как Тэхен потерял все, что у него было раньше и действительно нуждался в помощи. Должно быть, для него было ужасно узнать, что на самом деле рядом никого не было. Он был совершенно один в этом мире. Мир, который Тэхен всегда видел сквозь деньги, теперь вдруг встретил его холодом и предательской реальностью.              Должно быть странно видеть людей, которым, по его мнению, было не из-за чего улыбаться, смеющимися так, словно им принадлежал целый мир. И за последние три недели Тэхен тоже проникся этим. Смеялся и улыбался вместе с ними столько, что у Юнги даже мысли не возникало, что у Тэхена могла быть такая тяжесть на сердце.              Неудивительно, что Тэхен вел себя так. Он сам это сказал: в его голове всегда звучали голоса родителей. Иногда они одерживали верх. Тогда парень говорил не то и вел себя не так, как хотел на самом деле. Как и на следующий день, после того, как Юнги позволил ему остаться. Должно быть сработал какой-то защитный механизм. Повел себя грубо и жестко, унижая достоинство людей, который не были похожи на него. Так, как его учили действовать, чтобы получить признание от родителей. Тэхен скрывал то, каким он был на самом деле. Скрывая свою печаль и боль — все свои слабости ото всех, даже от самого себя.              Юнги хотел освободить его. Возможно, у него получится наконец помочь преодолеть то, что сдерживало младшего, потому что Ким на самом деле такой милый и уникальный человек, который заслуживал счастья и свободы, как любой другой в этом мире. Он словно птица, которая большую часть прожила в клетке. Клетка, в которой его обучали быть другим, а теперь Тэхен понятия не имел, что делать дальше. Он тот, кому нужна помощь выбраться из заточения, даже если дверца уже была открыта. Его нужно научить летать, поскольку никто этого не делал. Юнги хотел научить его, даже если при этом придется толкнуть его к пропасти, потому что лишь это могло помочь. Тэхену нужен кто-то, кто заставит его быть тем, кем он хотел быть.              Юнги все еще лежал на матрасе, когда дверь снова открылась и Тэхен на цыпочках осторожно пробирался в комнату. Его волосы были мокрыми и взъерошенными, длинные пряди скрывали едва опухшие глаза. Но он выглядел лучше. Парень не осмелился встретиться взглядом со старшим, когда устраивался рядом с ним. Без лишних сомнений Юнги обнял Кима. Парень застыл. Но быстро расслабился в чужих объятиях и через несколько минут дыхание стало ровным.              Юнги хотел увидеть его полет.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты