Когда Армагеддон не случился

Слэш
PG-13
Завершён
48
автор
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Однажды вечером в Лондоне ангел без Рая и демон без Ада справляли первое Рождество в мире, в котором Армагеддон так и не случился.
Примечания автора:
Написано в рамках новогоднего конкурса в группе "BoF | мир фанфиков" - https://vk.com/best_of_fanfiction.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
48 Нравится 9 Отзывы 7 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
       Под Рождество святого ангельского света становилось так невыносимо много, что выходить на улицу не хотелось совсем. Ангелы выползали из всех щелей, и для демонов это было весьма болезненно.        Кроули в эти дни обычно нездоровилось, и он предпочитал отсиживаться дома с бутылками алкоголя, — если, конечно, у Вельзевул не находилось для него задания из разряда «Так срочно, что нельзя подождать» — и особенно не отсвечивать. Ему, признаться, нравилось слушать, как дети пели свои рождественские песни из каждого уголка, но делать это он предпочитал издалека, попивая какое-нибудь старинное вино — вроде припасённого ещё в восемнадцатом веке Château Gruaud-Larose образца тысяча семьсот двадцать пятого года — и наслаждаясь свободой и вседозволенностью.        Если бы в прошлом веке — да даже не в прошлом, а хотя бы двенадцать лет назад! — сказали, что однажды он решит отпраздновать Рождество, Кроули бы расхохотался и покрутил пальцем у виска: чтобы демон — и праздновать Рождество! Как вообще можно было придумать такое?        Но в атмосфере этого декабря было что-то особенное. Что-то… непостижимое, сказал бы Кроули, ведь это был первый декабрь их с Азирафелем новой жизни. Армагеддон не случился. Их с Азирафелем казнь не состоялась. Книжный магазинчик не сгорел дотла (хотя Кроули плакал посреди огня, но это было давно и неправда). Бентли не взорвался. Всё это казалось настолько безумным, что Кроули никогда бы не поверил, если бы эти не-события напрямую не коснулись его лично.        И вот сегодня Кроули терялся среди мерцающих огней и праздничных ёлок, среди заснеженных улочек и суетящихся людей. Голова готова была взорваться от жуткой боли, в горле першило, нос заложило и глаза ужасно слезились: их то и дело приходилось тереть.        До Рождества оставались ровно сутки, а он всё ещё не знал, что ему подарить Азирафелю на их первое Рождество после Армагеддона, которого никогда не было.        Лондон переливался тысячей ярких огней. Кроули заметил огромного ангела из гирлянд, закреплённого на фонарном столбе на Оксфорд-Стрит. Он выглядел грациозно и поблёскивал золотым и белым, а его крылья были раскинуты в стороны. Кроули взмахнул рукой, и рядом, почти не заметно, гирлянды сложились в хорошенького демонёнка с маленькими крылышками и вспыхнули чёрно-красным.        — Так гораздо лучше, — сказал себе Кроули. — По крайней мере один демон в этом году тоже будет справлять Рождество.        Он откинулся на спинке сидения и обречённо простонал.        Кроули принялся загибать пальцы, думая, что Азирафель любил. Первым в голову пришли старые книги, но их сразу же пришлось позабыть: за шесть тысяч лет Азирафель собрал их столько, что Кроули едва ли мог найти что-то, чего у него ещё не было. Бежевые плащи и клетчатые галстуки — точно нет. Кроули они бесят, да и к тому же, у Азирафеля их полный шкаф. Кроули хочет увидеть блеск в глазах своего ангела, а не просто снисходительную улыбку.        Ангелы обычно ненавидели таких, как он, а Азирафель не испугался и не попытался его убить, когда они столкнулись в Эдемском саду, хотя должен был. Вместо этого укрыл его крылом от дождя и принялся с ним мило беседовать. Шесть тысяч лет судьба непременно сталкивала их лбами, сплетала крыльями, и Азирафель, при всей мягкости своего характера, иногда всё же бывал харизматичным засранцем и имел кучу пороков, которые ангелу не должны быть присущи.        Вдруг в голове тут же отчётливо вспыхнула картинка того дня, когда они с Азирафелем в начале семнадцатого века столкнулись в «Глобусе» и были вынуждены смотреть скучнейшую постановку «Гамлета». Кроули, признаться, плохо помнил, в чём состояла суть того спектакля, — там точно был призрак отца и злобный дядя, мечтавший прикончить племянника, — но зато лицо Азирафеля, излучавшее настолько яркий и искренний свет, отпечаталось в его голове навсегда. Кроули всячески пытался сделать вид, что ему нравилось, хотя на самом деле жалел о потраченном времени. Хотя…        Пока Азирафель был с ним рядом, он не жалел ни о чём.        За их спинами стояли начальства, а ангелы мало чем отличались от демонов, когда им приходилось наказывать предателей. Не то чтобы Кроули чурался не подчиняться приказам и поступать по-своему, но мысль, что ублюдок Гавриил мог что-то сделать с его ангелом, если бы узнал, что тот братается с демоном, неприятно обжигала изнутри.        Тогда они были просто ангелом и демоном. Потомственными врагами, как любил говорить Азирафель, и совсем ни капли друг другу нравились и сталкивались по чистой случайности, просто выполняя свою работу.        Сейчас у них был целый мир и вечность в нём.        Кроули завёл Бентли и отправился за подарком.

***

       Азирафель влетел в квартиру растрёпанный и сияющий. Его круглое лицо раскраснелось, глаза искрились, а губы растянулись в лучезарнейшей улыбке из всех, которые Кроули когда-либо видел. Азирафель прижимал к груди коробку, из которой свисала мишура и провод гирлянд.        Нет…        — У меня есть прекрасная идея, мой дорогой! — радостно воскликнул он. Кроули сразу же понял, что здесь точно был подвох, сел на диване, сжал переносицу и недовольно зашипел.        Когда у Азирафеля появлялись «прекрасные идеи», в двух из трёх случаев это было что-то из рода «я покажу тебе свои самые глупые и предсказуемые фокусы, а ты делай вид, что тебе очень нравится», — как, например, это было на дне рождения Уорлока. Сейчас Кроули очень сомневался, что это был третий и Азирафель просто собирался позвать его в ресторан.        — Мы будем украшать твою квартиру к Рождеству! — засмеялся Азирафель, и Кроули подскочил на месте и раздражённо вздохнул.        — Ангел, нгх, не хочу тебя расстраивать, конечно, но… Я демон. — И для убедительности он высунул язык, продемонстрировал клыки, ткнул рукой с чёрным лаком на ногтях в крошечную чешуйку на шее — на всякий случай. Но улыбка, полная радости, не сходила с лица Азирафеля.        — Я знаю, мой дорогой, — кивнул он в ответ.        — Я не праздную Рождество. Это ваш праздник. — Кроули пожал плечами.        — Может, теперь, когда мы ушли в отставку. — Азирафель неловко замялся. — Ну… в общем… Мы отпразднуем Рождество вместе?        Азирафель просеменил к дивану, всё ещё гордо прижимая к груди коробку, и высыпал из неё всё содержимое: огромную кучу гирлянд, мишуры и ёлочных игрушек. Кроули взял одну и покрутил в руке, усмехнувшись себе под нос. Это был симпатичный стеклянный шарик чёрного цвета, на котором красовалась маленькая забавная змейка. Её большие жёлтые глаза совсем не казались озлобленными и угрожающими — наоборот, придавали ей капельку мягкости и доброты.        — Ой, этот я купил специально для тебя, — сказал Азирафель, смутившись. — Милый, правда?        — Явно милее меня в змеином обличии, — усмехнулся он. Азирафель покачал головой. — Я злой и страшный змей!        — Вовсе нет, мой дорогой! Мне кажется, этот малыш очень похож на тебя. Кстати! Себе я тоже один купил. Смотри-ка! Я думал, мы повесим их рядом друг с другом… — Он быстро пробежался глазами по ёлочным шарикам и взял светло-голубой, на котором красовался крошечный пухлый ангелок с золотыми волосами и нимбом над головой. Он сидел на пушистом бледно-сиреневом облачке, сложив ручки в молитвенном жесте и прикрыв глаза, а его расправленные крылышки слегка отливали золотистым. Он был удивительно похож на Азирафеля, и Кроули это умилило.        — Ладно, ангел. Как скажешь. Будет тебе Рождество, — вздохнул он обречённо. — Только никаких церквей, хорошо? Ваша святая земля жжётся!        — Я и не собирался тащить тебя в церковь, Кроули. То, что я ангел, совсем не значит, что я идиот. — Азирафель тут же сменился в лице и насупился. Кроули улыбнулся и осторожно взял его за подбородок одной рукой. Азирафель замер, широко распахнув глаза, и взглянул на него с нежностью и трепетом. — Я хотел справить его дома. К тому же, я знаю, что тебе не очень хорошо становится под Рождество на улице, поэтому…        — Иди сюда, глупенький ангел. — Кроули не дал ему договорить, провёл рукой по щеке и мягко поцеловал.

***

       — Твоя квартира теперь выглядит гораздо живее, мой дорогой, — довольно проговорил Азирафель, влюблёнными глазами глядя на роскошную ёлку, которую они поставили в самом центре. Она была тёмно-зелёной и словно бы переливалась тысячей огней. Пушистые ветви украшали разноцветные шарики, а на макушку Азирафель водрузил огромную и остроконечную Вифлиемскую звезду. Кроули, правда, наставивал на пентаграмме, но получил в ответ осуждающий и сердитый взгляд.        Азирафель всегда терял над своими крыльями контроль, когда был по-настоящему счастлив, и они вот-вот готовы были распахнуться у него за спиной. А большего Кроули и не надо: пусть во что угодно его дом превратит, если благодаря этому он будет так ярко светиться.        — Не могу не согласиться, ангел, — усмехнулся он. Ёлка действительно казалась очень красивой и радовала глаз: Кроули и не думал, что украшать её будет так увлекательно. Войдя во вкус, он утащил одну длинную гирлянду себе и аккуратно повесил её на свои комнатные растения, и они словно бы благодарно махнули своими листьями. «Что ж, — подумал Кроули, — может, стоит поменьше на них орать?».        Всё же это гораздо приятнее, когда тебя любят, а не боятся.        В чёрном конверте с роскошным алым бантом — Кроули с гордостью назвал бы эту упаковку дьявольски красивой — лежали два билета на «Гамлета» в Глобусе. Он был чертовски доволен своей работой. Молоденькая девчонка, стоявшая на кассе, взглянула на него полными сожаления глазами, когда он, замёрзший, в одном тоненьком пиджаке и кожаных брюках, подлетел к ней и попросил два билета. Она сказала, что всё распродано, и этот ответ его совсем не устроил, поэтому проблему он решил решить по-своему, как и подобает демону. Взглянув на его лицо, вмиг обернувшееся острозубой змеиной мордой, она взвизгнула и схватилась за сердце, а потом вспомнила, что у неё, к счастью, оставались ещё два билета, забронированных на чужое имя. Кроули мало волновало, что на спектакль не попадёт некий мистер… Джонсон? Харрисон? Кроли имел слишком плохую память на человеческие имена. Он мило улыбнулся и удалился, будучи на сто процентов уверенным, что Азирафелю подарок понравится. Правда, ему он никогда не признается, как он эти билеты получил.        Стол уже был накрыт, и на нём стояла тарелка с ангельским бисквитом — Кроули не слишком любил человеческую еду, в отличие от Азирафеля — и два бокала вина. Кроули достал самую старую бутылку из своих запасов: он берёг её на особенный случай.        — Мы не повесили шарики, дорогой мой! — спохватился Азирафель, подбежал к коробке, достал из неё игрушки и гордо вручил один из них Кроули.        «Ему больше шести тысяч лет, а ведёт себя, как ребёнок!» — подумал Кроули, хотя и сам почувствовал какое-то неописуемое, неизвестное прежде тепло в районе груди. Всё же он любил своё физическое тело: оно, в отличие от их бессмертных оболочек, позволяло ощутить весь калейдоскоп эмоций.        Шарики с ангелочком и змейком легонько брякнули, соприкоснувшись. Кроули даже показалось, что змейка хитро подмигнула ему, и он сделал то же самое в ответ, хотя он крайне редко мигал.        Когда пришло время открывать подарки, Азирафель настоял, чтобы Кроули сделал это первым. Он взял пёструю коробочку в серебристых звёздочках и принялся безжалостно срывать обёрточную бумагу. Когда он, наконец, открыл коробку, Кроули ахнул и прижал руку ко рту: там лежала пластинка A Night of the Opera. Белым маркером на обложке было подписано: «Фредди Меркьюри». Кроули почувствовал, как глаза у него заслезились. Он взглянул на Азирафеля, а тот улыбался во весь рот.        — Это был, кажется, семьдесят пятый год. Не помню, по какой причине мы с тобой тогда не пересеклись в Лондоне, но… в общем, я смог пробраться за кулисы и взять автограф. Вот… Я… совсем забыл про неё, если честно, вспомнил только пару дней назад, перебирая книги, и подумал… Подумал, что тебе, мой дорогой, она нужнее, чем мне.        — Ангел, — выдохнул Кроули. — А ты умеешь удивить. Теперь открывай мой…        — «Гамлет?» — Азирафель недоверчиво вскинул бровь. — В прошлый раз тебе явно…        — В этот раз мне точно понравится, — усмехнулся Кроули. — Если, конечно, ты позволишь поцеловать тебя в какой-нибудь особенно скучный момент…        — С Рождеством, мой милый хитрый демон.        — С Рождеством, ангел. Я люблю тебя.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Благие знамения (Добрые предзнаменования)"

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты