Новогоднее чудо

Слэш
PG-13
Закончен
11
автор
Размер:
Мини, 15 страниц, 1 часть
Описание:
Чонгуку было настолько одиноко, что на новый год он слепил довольно необычного снеговика.
Посвящение:
Всем людям, которые зайдут сюда. С новым годом вас, хе-хе, а вернее, хо-хо!
Примечания автора:
Честно, думаю, что это одна из самых моих плохих работ, ххх. Простите за такой фанфик. Хоть он мне и нравится, полагаю, что другим он будет неинтересен.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
11 Нравится 4 Отзывы 4 В сборник Скачать
Настройки текста
      Белые пушистые снежинки, похожие на большие хлопья, мягко и медленно падают на уже и так покрытую толстым слоем снега холодную замёрзшую землю. Издалека слышатся задорные, весёлые новогодние песни, а на улице, кажется, сладко и приятно пахнет спелыми мандаринами и запеченной курочкой, только что вытащенной из духовки. Дует легкий тёплый ветерок, но Чонгук, одетый совсем неподходяще для такой погоды, морщится, сильнее закутываясь в свой вязаный коричневый шарф и ускоряя шаг, чтобы поскорее оказаться дома.       Ну… как, это, дома? В маленькой съёмной однушке, где давно пора провести колоссальный ремонт. А ещё бы следовало попросить вредных соседей, оставляющих свой мусор в и так не очень чистом подъезде, свои отходы там не кидать. Чонгук бы действительно что-нибудь придумал, будь он немного увереннее в себе и богаче. Например, нашёл бы хорошую квартиру, находящуюся в центре города, или же так сильно запугал старших в доме, что те даже бы боялись на него смотреть, не то, что говорить. Однако он просто Чонгук, двадцатилетний студент, приехавший из Пусана в Сеул теперь уже непонятно зачем.       Чонгук надеялся, что приехав в огромный шумный город, который так и манил своими яркими красками и быстрым темпом жизни, как раз подходящим ему, он сможет сразу же найти себе неплохую работу и обзавестись множеством интересных знакомств. Но из-за загруженного графика его престижного университета, Чон стал лишь бедным студентом с головной болью, не проходящей, наверное, уже месяца три так точно.       Вот именно поэтому Чонгук, не имея лишних денег на новую тёплую куртку, быстро шагает в своём старом пальто, которому уже больше двух лет, думая о том, какой же он одинокий и брошенный.       Родители в другом городе звонят не так часто, как бы он хотел. Они тоже заняты, и не могут выделить Гуку очень много времени, которое Чон желает. Друзья имеют своё личное пространство и время, поэтому Чонгук их тревожить совершенно не хочет. Намджун, Юнги и Сокджин поехали встречать новый год к своим семьям. А Чимин и Хосок — в своей просторной уютной квартирке. Но Чон всё прекрасно понимает, так что напрягать и докучать не хочет.       А на дворе уже 30 декабря. Вроде бы праздничное настроение должно было быть, а вот и нет. Гук только написал последний экзамен в зимней сессии, и ему хочется рыдать от его сдачи на высший балл, а не радоваться приближению нового года, который, по сути, ничего в жизни Чона не изменит, кроме грязи в тетрадях, потому что он постоянно будет ставить цифру двадцать вместо двадцать один и из-за этого сильно ударять себя по лбу.       Знакомый многоэтажный серый дом, состоящий из множества маленьких квартир, похожих на обычные картонные коробки, появляется в поле зрения. И, возможно, Чонгуку это место не нравится, однако там тепло и сухо, поэтому он слегка улыбается, подбегая к двери и дрожащей окоченевшей от жуткого мороза рукой нажимает на цифры, составляя правильный код для входа в подъезд. Чон быстро открывает железную дверь в квартиру, сразу же бросая тяжелый портфель на холодную плитку в прихожей и тяжело вздыхая. Как же он устал.       Чонгук, переодевшись в удобную домашнюю одежду, ходит с полузакрытыми глазами, ужинает обычным рамёном, сваренным за пять минут, умывается, зевая. Брюнет ползёт в свою не очень мягкую кровать, чувствуя, как засыпает, пока не слышит со стороны собственного телефона тихое жужжание, оповещающее Гука о новом сообщение. Парень берёт мобильник в свои руки, немного жмурясь от яркого света, издающегося от экрана телефона, и пытаясь рассмотреть написанное. Чонгук нажимает на кнопку контактов и видит новое сообщение от Хосока с кучей разнообразных смайликов, в котором хён просит младшего зайти утром к ним с Чимином домой, чтобы обменяться подарками и отпраздновать немножечко раньше.       Чон тихо мычит. Если честно, ему не особо хочется встречаться в семейный праздник с хёнами, которые, как раз, самая настоящая семья. Чонгук понимает, что им его жалко, поэтому они и пригласили его утром. Поговорят часика два, Гук уйдёт, а встречу нового года проведут одни. Брюнет их не осуждает, сам бы поступил так. Он резко отбрасывает телефон и, предварительно поставив будильник, переворачивается на другой бок, сразу же засыпая и громко сопя.

***

      Если бы Чонгуку дали задание описать атмосферу, которая витает в доме старших, тремя прилагательными, он бы, не на секунду не задумавшись, ответил «весёлая», «уютная» и «спокойная». Хотя, он бы мог применить слово «желанная». Точно можно сказать только одно — эта атмосфера действительно ему нравится. Ведь милый, спокойный Чимин и активный, вечно порывающийся что-то сделать Хосок создают идеальную обстановку для совместно проживания. Гук иногда чувствует себя их маленьким ребёнком, которого они очень любят и лелеют.       Вот именно поэтому Чонгук сейчас ярко и широко улыбается, беря большой кусок пиццы и слушая разговор двух возлюбленных, которые иногда посмеиваются. — Ну, что… — тянет Чимин, смотря на Хосока и чуть наклоняя голову к Гуку. — Ах, да! — вскакивает старший Чон, подходя к шкафу и доставая оттуда небольшой розовый конверт с красивым милым нежно-голубым бантиком. — Время подарков!       Глаза Чонгука начинают сиять, и он сам поднимается с теплого мягкого коричневого кресла, выходя из большой гостиной, берёт свой чёрный просторный рюкзак, находящийся в тёмной прихожей, и возвращается на место, доставая из громадного портфеля две маленькие жёлтые коробочки, с разными наклейками: с розовыми сердечками для Чимина и с синими яркими звёздочками для Хосока. Они все обмениваются подарками, и Чон потирает руками, ожидая разрешения старших.       Чимин кивает, и Гук самый первый раскрывает свой подарок, а вернее, конвертик, в котором лежат несколько тысяч вон. — Хён! — от удивления вскрикивает брюнет, бегая взглядом по всей комнате от внезапной радости.       Хосок потирает свою шею, мило улыбаясь, и его щёчки становятся немного больше, из-за чего он кажется похожим на милую белку, только что спрятавшей в свой рот несколько твёрдых орешков. — Мы знаем, что у тебя небольшие проблемы с деньгами, поэтому подумали, что это самый подходящий подарок. — Он лучший, хён! — ещё счастливее произносит Гук, вынимая важные бумажки из красивенького конвертика, собираясь их посчитать. — Можно мне… — Да, конечно! — мягко кивает ему Чимин, наблюдая за довольно смешной картиной.       Чонгук, как самый настоящий сумасшедший, рассматривает каждую из бумажек, блаженно улыбаясь и закрывая глаза, тихо мыча. Он счастлив, действительно счастлив. Именно поэтому старшие с облегчением выдыхают. Все опасения насчёт подарка не сбылись. — Тридцать тысяч?! — кричит Чон, прыгая на кресле, которое от подобного движения взрослого парня шестидесяти килограмм, громко скрипит. Брюнет, слегка краснея и испытывая небольшой стыд от своего необдуманного поступка, садится обратно. — Это слишком много, ребята… — Нам для тебя ничего не жалко, — подходит к нему Хосок и крепко обнимает. — Мы просто хотим как можно чаще видеть твои сияющие глаза. — Теперь я чувствую себя неловко, — продолжает Гук, — Мои подарки не так уж и хороши. — Ничего не хочу слышать! — закрывает себе уши Чимин, быстро мотая своей головой в разные стороны. — Пока ты считал, мы уже успели всё посмотреть. Серебряная цепочка с голубым камнем мне очень понравилась. — Как и мне браслет! — поддерживает своего возлюбленного старший Чон, отпуская Чонгука и направляясь к Паку, чтобы опустить свои руки ему на плече. — Ты так хорошо знаешь нас, так всё продумываешь. Сколько ты думал над подарком? — Немного, — бубнит Гук. — Не скромничай, — говорит ему Чимин, — Я видел, как ты рассматривал буклеты разных торговых центров, где полным полно всякой ненужной рекламы. Мы тебе очень благодарны, Чонгук. — Да, Гуки, — берёт Хосок за руку Пака, — Мы очень надеемся, что и в следующем году мы все будем так близки. — С новым годом, хёны, — грустно произносит Чонгук, понимая, что пришла пора уходить.       Он встаёт со своего места, подходя к счастливой паре и обнимая их обоих за талию. Чонгук усмехается. Действительно, они будто настоящая семья. — С новым годом, Чонгуки, — произносят хёны. — Заходи к нам чаще!       Выйдя из дома старших с довольным выражением лица из-за еды, которую Чимин дал младшему с собой, Чонгук спокойно идёт домой, слегка улыбаясь. Всё же встреча с близкими друзьями дала Чону немного жизненных сил, и брюнет мечтательно посмотрел на коробку с едой, думая, что всё не так уж и плохо. Возможно, он действительно будет встречать новый год один, однако точно проведет его весело или красиво, а может, всё вместе.       Подходя к многоэтажному зданию, Чонгук встречает знакомых детей, которые являются его соседями. Он кивает им и осторожно машет, когда девочки и мальчики, замечая его, с радостными криками бегут к нему, крепко обнимая. — Чонгук-хён! — восторженно пищит один мальчик, улыбаясь. — Привет, Джинхо, — ерошит его волосы Чон, из-за чего младший довольно щурит глазки. — Что делаете? — Лепим снеговика! — с большой энергией отвечает мальчик, тяща Чонгука на площадку, где еще несколько детей пытаются поднять огромный снежный ком, который был немного заледеневшим из-за воды, что пролили на него, чтобы он стал ещё крепче. — И нам нужна твоя помощь!       Чонгук, не долго думая, соглашается, всё равно дома его никто не ждёт, да и делать там особо нечего, лишь положить продукты, подготовленные Чимином и Хосоком, что займёт от силы минут пять. Он подбегает к детям, спрашивая о том, что именно надо делать. Они восторженно кричат, перебивают друг друга, но не ссорятся, искренне радуясь компании других людей. Чонгук тоже счастлив видеть беззаботные лица малышей, а потому охотно им помогает, поднимая на руки и садя на плечи, играя и забавляясь вместе с ними.       С детками время проходит очень быстро, и к шести часам все начинают разбегаться, аргументируя это тем, что скоро начнется праздник, и они должны находиться с семьёй на самом важном празднике в году. Чонгук понимает, потому что после долгой прогулки с друзьями сам бежал домой, помогал подготовить праздничный стол и пил вкусный апельсиновый сок, когда стрелки стояли на двенадцати. Он прекрасно осознаёт, что именно сейчас ощущают детки, и как они сильно предвкушают наступление нового года, а потому прощается с ними, поздравляя с новогодним торжеством.       Все ребята быстро расходятся, и Гук остаётся один с громадным снеговиком под два метра, на которого одели вязаный красный шарф и пластмассовое, немного поломанное ведро, имеющее бардовый цвет. Видя кривую улыбку снежного человека, сделанную из тоненькой веточки, упавшей с дерева, Чонгук грустно ухмыляется. А ему даже в квартирку свою не хочется возвращаться. Он решает прогуляться в небольшом парке, где много толстенных многовековых деревьев, где почти нет людей и где тихо и спокойно.       Блестящие снежинки начинают падать с серого, тёмного неба, дует тёплый ветерок, ёлочные игрушки, висящие на ветках деревьев, слегка покачиваются и стучатся друг о друга. Это Чонгука успокаивает, и он, медленно шагая по протоптанной другими людьми тропинке, поворачивает голову вправо, замечая, как несколько молодых деревьев растут кругом. Такая картина заинтересовывает и даже завораживает, а потому Чон, отходит от дорожки, пролезая через маленькую щель, находящуюся между коричневых стволов дубов. В этом круге действительно мало места, однако выглядит полянка уютно и довольно необычно. Будто это портал в другой мир, неизведанный людьми, волшебный. Глаза Гука загораются, и он начинает кружить около деревьев, тихо хихикая. Уходить отсюда никуда не хочется, как бы секретное место, известное лишь одному, Чонгуку. Руки так и чешутся что-нибудь слепить, и, наверное, не просто что-то, а снеговика. Непростого. Скорее, фигуру человека.       Мысль безумная, но брюнету нравится. Он начинает с основы: создаёт три комка из липкого снега и, напевая известную новогоднюю мелодию, присоединяет их вместе. Основа выходит одного роста с ним, и Чон даже рад. Вот тебе и друг, который будет понимать его с полуслова и никуда не уйдёт, пока не наступит тёплая весна. Далее он отрывает несколько веточек с деревьев, придавая комкам очертания. Начинает студент с ног, решая, что его творение будет богатым парнем, который будет ходить в красивых чёрных ботинках на невысоком каблуке. Конечно, снег Чонгуку в данный момент не раскрасить, однако фантазия парню поможет. Далее он создаёт снеговику слегка свободные бежевые штанишки в клетку, что будут постоянно мараться весной и осенью, время постоянной слякоти и грязи. Перейдя к туловищу, Чон задумывает сделать белую, немного помятую рубашку, сверху на которую будет одета тёплая тёмно-синяя жилетка. Потрудившись над одеждой и силуэтом будущего парня, Чонгук тяжело вздыхает. Осталось самое сложное — голова. Он решает сделать парню непослушные длинные, до кончиков ушей, кудрявые волосы, которые будто будут развиваться на ветру.       Чон думает сделать своему необычному снеговику прямой нос, представляя, как на самом его кончике будет видна миленькая, почти незаметная родинка, и хихикая от своих же мыслей. Он аккуратно обводит контур глаз, делая веки немного разными, находя в этом некое очарование и несхожесть с другими скульптурами. Губы Чонгук делает слегка пухлыми, думая, что это очень подходит. Сделав последний штрих, брюнет отходит от своего творения, чтобы оценить работу. И ему ужасно нравится. Парень, который у него получился, просто невероятно красивый. Гук думает, что встретив бы такого молодого человека в реальной жизни, например, в кафе или на совместной лекции в университете, обязательно бы загляделся, а может быть и влюбился. Однако точно бы не остался равнодушным.       Гук присаживается на холодную землю, покрытую снегом, чувствуя жуткую усталость. Ведь правда, он с самого утра на ногах и до сих пор не отдыхал. А дома даже нет никого, чтобы встретить, отогреть, покормить и уложить спать брюнета. Грустно. Чонгук глубоко дышит и облокачивается на дерево, стоящее рядом, прикрывая глаза и слыша радостные крики многих людей, шумные хлопушки. А в тёмном небе видны красочные салюты, в которых преобладают красные и желтые цвета. Действительно, яркий праздник. — Так… Новый год уже наступил? — зачем-то вслух спрашивает Чонгук, наклоняя голову к левому плечу. — Пора загадывать желание… — он молчит секунд пять, обдумывая следующие слова, а затем продолжает. — Я хочу человека, который меня поймёт и будет любить так сильно, как только может. Возможно, это немного эгоистично, но… это действительно то, что я хочу. Тем более я и сам буду любить этого человека не меньше!       Оправдывается он, дуя покрасневшие от холода щёки. — Я был бы рад любому! — продолжает Чонгук. — Ну, хорошо бы было, если он был похож на этого снеговика. Всё же он очень красивый. — Спасибо! — отвечает ему кто-то басистым, однако очень приятным голосом. — Да не за что, — на автомате отвечает Чонгук, слабо кивая и до сих пор не открывая свои глаза. Пока до него не доходит. Он же буквально несколько секунд назад был один, да и посторонних людей рядом не было. Чонгук даже в парке никого не видел.       Становится немного (не немного) страшно, и Чон не решается открыть глаза. Но чужое присутствие ощущается очень даже не слабо, да и дыхание, принадлежащее не Гуку, слышится довольно отчётливо. — Ты чего застыл? — спрашивает Чонгука незнакомец, видя, как тот жмурится от дикого страха и боязни. — Ты испугался? Я же тебя не съем, всё хорошо! Ну, могу укусить, если ты так и будешь стоять на одном месте. — Не надо кусать! — слишком громко для улицы произносит парень, подскакивая с земли и при этом вставая в защитную позу, скрещивая руки на высоте своей головы, до сих пор жмурясь и слыша при этом успокаивающий смех. — Да хватит бояться! Я не страшный! Сам же назвал меня красивым, — с притворной обидой произносит незнакомец, подходя ближе и беря в свои холодные руки неприкрытое тонкой перчаткой запястье Гука.       Чон, дрожа и чувствуя прикосновение руки, будто окоченевшей и побывавшей как минимум неделю в сырой земле, на которую упало множество снега, к своей коже, от шока распахивает глаза, фокусируя взгляд на размытом силуэте, что стоит близко-близко. Взгляд незнакомца точно на брюнета направлен, он ощущает это на подсознательном уровне. Глазами часто моргает, приведя их в норму. Перед ним парень. Очень красивый. А ещё жутко похожий на ту фигуру, которую Чонгук построил несколько минут назад. Даже родинка на кончике носа имеется. Брюнет бы посмеялся над таким странным совпадением, если бы не одно «но». Чон переводит свой испуганный взгляд с рядом стоящего парня, пытаясь найти снеговика. Однако сзади только полянка и маленький сугробик, на котором, как раз, Чонгук и делал свою работу. — Что за… — едва слышно шепчет он, глотая слюну, чуть не давясь ей. — Меня Тэхён зовут, — без всякого стеснения и испуга произносит незнакомец, будто нет ничего такого в том, что секунду назад здесь стоял снеговик в точности похожий на него. — Я только что сам придумал. Красивое же имя. Можешь называть меня Тэ-Тэ.       А у Гука что-то в голове не укладывается. Тело дрожит, мозг кипит, язык заплетается. Чон ненавидит это состояние, всегда после него восстанавливается долго, но кто же виноват. Никто? Да нет, как раз таки этот самый Тэхён или же Тэ-Тэ, Чонгуку, честно, все равно, его до безумия пугает данная ситуация., лучше бы остался в своей жалкой квартирке. Он вообще не любит всё, что не понимает. А тут еще что-то связанное с мистикой. Голова действительно кружится и болит. — Ты чего застыл? — внезапно спрашивает Тэ, подпрыгивая к Чону.       А последний от неожиданности снова падает на землю, чуть не стукаясь головой о дерево. Однако Тэхён успевает поймать его и поставить на ноги, отряхивая от мелких снежинок. — Что происходит? — вымученно спрашивает Гук, хныча вполголоса.       Он совершенно не так представлял свое празднование нового года. Сидеть одиноко в маленькой грязной съемной квартирке и вздыхать из-за накрывшей скуки и одиночества. — да. Веселиться вместе с близкими друзьями, которые по счастливой случайности остались в городе, крича и дёргая руками от переизбытка положительных эмоций — тоже. Но он никак не представлял себя в снегу на холодной улице в старом парке вместе с каким-то сумасшедшим, которого зовут, как сам этот безумец говорит, Тэхён. — Ничего не происходит, — отвечает ему кудрявый брюнет, пожимая плечами и поджимая бордового цвета губы, вообще не осознавая, что Чон говорит о нём. — Только если снег идёт. Да и вообще, уже поздно, пойдём домой!       Требует он и тянет Чонгука за руку под вскрики и невнятные звуки последнего. — Куда «домой»? Ты вообще кто?! — не выдерживает Чон, вырываясь и тяжело дыша, пока Тэхён закатывает глаза, что-то бормоча себе под нос. — Ты просил друга? — спрашивает кудрявый, выгибая одну бровь. Чонгук слабо кивает. — Просил. Ты хотел не быть одиноким? — опять согласие. — Хотел. Вот я здесь! Чего ты тут сидишь и дрожишь?       Голова снова закипает, и Чон хватается за неё. Почему-то именно сейчас холод ощущается по-новому, так же сильно, как и вчера, когда он шёл домой с важного экзамена. Чонгук замечает, как его руки трясутся. Ах, брюнет совершенно не понимает, что ему делать. — Пошли домой, — ласково произносит Тэ, одной рукой касаясь мягких густых волос студента, слегка поглаживая. — Ты очень устал, тебе пора отдохнуть.       И, может, эти нежные слова и действия и нужно было услышать Чонгуку. Потому что он сразу же слабо кивает, прикрывая глаза и переплетая свои пальцы с пальцами, видимо, бывшего снеговика. Они выходят из парка, и Чон, будто околдованный (возможно, так и есть), улыбается, наслаждаясь моментом. Почему-то сейчас таинственный и внезапно появившийся незнакомец его не пугает, как несколько минут тому назад. Сейчас брюнет ощущает себя так, как будто он находится с близким другом, которого давно не видел.

***

      Просыпается Гук от жуткого холода, веющего от открытого окна и сильной дрожи всего тела. Зубы стучат, а руки, как и вчера, трясутся. Он медленно открывает веки, зевая. Новый год не очень-то и задался.       Чон привстаёт на локти, слишком долго зевая и потягиваясь всем телом, когда слышит какой-то грохот, доносящийся из его кухни. Конечно, он бы рад здесь всё разбить и выбросить, эта съемная квартирка всё-таки его раздражала до побеления пальцев. Однако Чонгук был против того, чтобы это делал кто-то другой. Да и вообще, кто сейчас находится в его кухне?       Чонгук выбирает между двух вариантов: пойти проверить кухню и, если что, ударить вора или же другого типа преступника, не побоясь опасности и риска, или же остаться в комнате, надеясь, что всё пронесёт, и его никто не тронет. Бушующий под страхом мозг категорично отрицает возможность второго плана, так и крича подсознательным голосом Гука: «Ты справишься! Ты же мужественный человек!». Чонгук вздыхает, но на кухню идёт, надевая на свои руки милые белые тапочки с мягким пушком, которые были подарены Юнги на день рождения. С этими тапочками удар будет сильнее, Гук уверен.       Он на цыпочках подходит к кухне, аккуратно выглядывая из мелкой щели между стеной и дверью, пытаясь рассмотреть потенциального преступника и словить его, сразу же обратясь в полицию. Однако Гук даже не успевает открыть дверь и показать себя, как он слышит с другой стороны: — Ты уже проснулся? — задаёт вопрос знакомый голос, в котором Гук узнаёт вчерашнего сумасшедшего. Как он вообще впустил его к себе домой? — Я как раз тебе кофе налил! Немного обжёгся, испугался, ну, а потому всё выронил из рук. Ты же не будешь ругаться? — открывает Тэхён дверь с миловидной улыбкой на лице, пока сзади него на довольно дорогом паркете для средненькой квартирке творится настоящий хаус: молоко разлито по всему полу, заставляя намокать сладкие печеньки и растворяться мелким размолотым кофейным зёрнышкам. — Что ты забыл на моей кухне? — первое, что пришло в голову, спрашивает сонный парень, пока другой снова закатывает глаза, как вчера. — Живу я тут! — шуткой отвечает парень. — Сам же меня домой привёл, а теперь спрашиваешь. В любом случае, я ничего не крал. Да и вообще, какого ты меня спрашиваешь?! — Сейчас я прошу тебя уйти. — говорит Чонгук, одной рукой показывая на дверь, слыша возмущённый вздох. — Я никуда не уйду, Чон-и, — слух от этого ласкового прозвища режет, давно его так никто не называл. Однако приятно, даже очень. — Ты сам захотел не быть одиноким, а, значит, пока ты не перестанешь себя чувствовать таким, я буду с тобой. Потерпи меня немного, м? Мне всё равно некуда идти.       И, возможно, всё это милые глазки Тэхёна, его красивая улыбка и приятные слова «буду с тобой» Чонгука подкупают. Он так давно не чувствовал себя кому-то нужным, тем, о ком постоянно заботятся. А тут этот странный снеговик даже кофе ему приготовил, хоть всю его и не такую уж чистую кухню заляпал зёрнами и молоком. Чон сдаётся. Почему бы и не попробовать? Сама судьба ему даёт такой подарок, грех отказываться. — Ладно, — кивает Гук, жестом показывая знак примерия, садясь за стол, принимая из рук Тэхёна грязную кружку с кофе, пробуя его на вкус, сразу же морщась и прокашливаясь. Но воспитание и уважение к другим не даёт ему выразить своё недовольство. — Ура! — подпрыгивает Тэ, подскальзываясь из-за пролитого молока, но не теряя равновесия. Удивительный (не)человек. — Значит, сегодня мы идём на каток, завтра в зоопарк, затем в кафе, находящееся на дальной улице, а на следующей неделе поедем в Пусан, посмотрим на море!       Все слова были сказаны всего за несколько секунд, и Чон выпучил глаза, пытаясь понять суть. — Какой каток? — спрашивает он, допивая невкусный кофе, выдыхая. — У тебя слишком много вопросов, — улыбается ему Тэ, беря в свои руки его мягкие и чуть румяные щёчки, поглаживая.       Прохладные и нежные руки Тэхёна успокаивают, и Чон, не скрывая, наслаждается, тянется ближе, чуть ли не мурлычет, и прикрывает глаза. Так приятно. — Умница, — щёлкает по милому носику «снеговик», откровенно умиляясь таким невинным желаниям двадцатилетнего парня. — А теперь на каток.

***

      Этот надоедливый снеговик добился своего, заговаривая зубы Чонгуку и при этом мило и невинно улыбаясь, будто ничего и не задумывал. И вот именно теперь они стоят на на середине огромного поля, залитого водой, которая превратилась в твёрдый бесцветный лёд. Тэхён, крутясь вокруг Гука на своих белых коньках, забавно смеётся, смотря на то, как Чон, дрожа, пытается удержаться на ногах и сохранить равновесие, чтобы не упасть. И надо же ему было согласиться сходить именно сюда? — Ты не умеешь кататься? — спрашивает Тэхён, подъезжая ближе и подавая брюнету свою руку, чтобы у того была хоть какая-то опора.       Чон за эту руку как за спасательный круг хватается, и крепко держит, замечая, что Тэ без перчаток и что ему совсем не холодно. — Умею, — бурчит Чонгук, шмыгая носом. Он уже достаточно замёрз, — Просто забыл.       Тэхён громко смеётся, привлекая внимание других людей. — Значит, не умеешь, — хитро щурится он и всего за одну секунду оказывается позади парня, беря его за талию, из-за чего последний, не понятно по каким причинам, краснеет. — Сейчас научим! — кричит Тэ, и начинает толкать Гука вперёд, придерживая его спину и направляя в нужную сторону, чтобы ни с кем не столкнуться.       Через какое-то время Тэхён набирает скорость, и Чонгуку становится страшно. Чон просит остановиться, и другой парень сразу же выполняет просьбу, спрашивая о самочувствии брюнета. Эта забота Гуку нравится, даже очень. Он слегка улыбается, мотая головой, говоря, что всё в порядке и что волноваться совсем не стоит. Тэхён хмурит брови и начинает проверять парня на наличие маленьких ран. Ох, какое же удовольствие сейчас он приносит студенту. О Чонгуке давно никто так сильно не заботился. Никто не искал у него болячек, никто не трогал своими руками его румяные щёчки, пища при этом о невинной милоте парня.       Чонгук соврёт, если скажет, что Тэхён ему не нравится, просто всё это так запутанно и странно. Ну, серьёзно, как обычный снеговик смог стать простым человеком, пусть и с пониженной температурой тела. Наверное, Тэ действительно будет отличным другом, который поможет Чонгуку пережить все проблемы, что появятся в недалёком будущем, и все трудности, что будут выбивать Чона из колеи. — Точно всё хорошо? — спрашивает Тэ, подавая свою руку Чонгуку. — Да, — коротко отвечает Гук, принимая помощь. — Отлично, — улыбается Тэхён, — Тогда пойдём в кафе? Я вижу, ты устал. А там кофе крепкий выпьешь, булочку вкусную съешь и будешь счастлив. Как тебе идея? — Хорошая, — одобряет Чонгук.       Они заходят в маленький ресторанчик, находящийся недалеко от катка, выбирая столик у окна (вернее, Тэхён просит, чтобы они сели около открытого окна). К ним сразу же подбегает молодой официант с чёрной ручкой и белым блокнотом в руках, спрашивая о том, что они будут заказывать. Чонгук выбирает горячее какао, прося добавить в него много-много песочного сахара, и тёплое мясо вместе с рамёном. Тэхён же заказывает холодный шоколадный коктейль и клубничное мороженое со сладким сиропом, говоря, что оно должно быть очень холодным. Растерянный официант убегает на кухню, оставляя такого же растерянного Гука вместе с невозмутимым Тэхёном, который после ухода молодого человека начинает рассматривать белые салфетки, делая из них необычные, но очень красивые снежинки. — Разве тебе не хочется согреться после стольких часов нахождения на улице? — задаёт вполне логичный вопрос Чонгук, выгибая одну бровь, при этом смотря на Тэ, который отвлекается от своего занятия.       Он смотрит на Гука пристально, что смущает студента, и он, отворачивается, краснея. Всё же Тэхён невероятно красив, а его внимательный взгляд не на шутку завораживает. — Не люблю горячее, — скомканно отвечает Тэхён, будто оправдываясь, поджимая губы. — О, посмотри, тут такое красивое оформление к новому году! — переводит он тему разговора, тыча указательным пальцем на ёлочные игрушки, висящие на искусственной ёлке. — Ого, буду знать, — не придаёт большого значения сказанному Чонгук, отвлекаясь на только что принесённую официантом еду, сразу же беря палочки, облизываясь.       Тэхён на него радостно смотрит. Парень ему этот очень нравится. Так сильно, что зацеловать хочется, однако он сдерживается, просто наслаждаясь его классной компанией. Чонгук и правда восхитительный. Добрый, милый и весёлый, но и загнанный в угол из-за жизненных проблем. Его хочется беречь и помогать. Хоть Тэ знает его всего день, да, но чувствует, что станет близким ему человеком.

***

      Так проходит две недели, на которых оба парня развлекаются так, как только могут. Конечно, инициатива всегда принадлежала Тэхёну, но Чонгук активно соглашался, счастливо улыбаясь. Тэхён нисколько не давал ему скучать, постоянно поднимая с мягкой постели, готовил ему сладкий кофе, да и просто находился рядом. Так каникулы после трудной сессии и должны проходить. — Сегодня устраиваем день отдыха! — громко произносит Тэхён, прыгая на кровать к Чонгуку, что сладко спит на левом боку.       Гук от неожиданности вскрикивает, открывая глаза, но понимает, что это Тэ, закрывая веки обратно, тяжело вздыхая. — Раз сегодня мы никуда не идём, то я мог бы поспать ещё, — тихо и мило ворчит Чонгук, дуя губки, — Зачем ты меня разбудил? — К тебе Юнги-хён обещал сегодня зайти, — пожимает плечами Тэ, слегка приобнимая Чонгука за спину.       Чонгук вскакивает с уютной и удобной кровати.       Тэхён валится на холодный пол. — Что? — шокированно спрашивает Чонгук, подбегая к старому шкафу, открывая скрипящую дверцу, которую давно следует смазать маслом и покрастить. — Когда он это написал? Я ничего такого не помню… — Вчера, — пожимает плечами Тэ, вставая с грязного пола, делая заметку о том, что его надо хорошенько пропылисосить и промыть от всякой грязи. — Я ответил, что теперь ты снимаешь квартиру не один, так что всё порядке. — Ничего не в порядке! — вымученно тянет Чонгук, хватаясь за голову. — Он любит идеальный порядок! А ты посмотри на эту чёртову квартиру!       Тэхён оглядывается по сторонам, убегая в уборную, доставая оттуда половую тряпку, фиолетовое небольшое ведёрко, веник из шуршащей соломы и моющее средство, которое было куплено давным давно мамой Чонгука, что постоянно напоминала своему сыну о важности чистоты и блеска квартиры. — Сейчас всё исправим! — улыбается Тэ, подавая Гуку длинную швабру.       Уборка проходит довольно весело, они кидают друг в друга только что убранный мусор, слушают песни Stray kids и Panic! At The Disko, подпевая на некоторых словах. Когда приходит время мытья полов, они чуть ли не устраивают фигурное катание, танцуя по скользкому полу вальс, смеясь и улыбаясь, пока не слышат звонок во входную дверь. — Весело проводите время, да? — шутливо произносит Юнги на пороге, видя двух взрослых тяжело дышащих парней с взъерошенными волосами, с приклеенными листочками на ногах и с красными лицами. — Очень, — коротко отвечает Тэхён, а затем добавляет. — Меня зовут Ким Тэхён, снимаю тут квартиру вместе с Чонгуком. Много слышал о Вас, хён. — Уже хён? — ухмыляется Юнги. — А ты мне нравишься. Думаю, мы с тобой подружимся. — Конечно! Если на клавишных играть научите!       С Юнги проводит время тоже весело, однако Чонгук не может успокоиться, видя, как старший объясняет основы игры Тэхёну. Чон делает вид, что ему всё равно, однако сам постоянно на Тэ поглядывает, хмуря брови, когда тот ближе к Юнги подходит, заинтересованно слушая музыкальную теорию от старшего. — Хватит злиться, Чон-и, — подходит у нему Тэхён, поглаживая по напряжённым плечам, — Никуда от тебя не сбегу, если ты, конечно, не будешь в этом нуждаться. Присоединяйся к нам и спой, твой голос самый красивый на планете.       И снова Чонгук краснеет до такого красного оттенка, что даже спелая клубника покажется очень бледной на фоне смущённого Гука, из-за этого странного парня, который появился в непростой жизни студента так внезапно. Он встаёт с кресла и идёт ближе к Юнги, садясь на пол, внимательно смотря за руками хёна, пытаясь запомнить всё, что тот скажет. Чонгук чувствует лёгкое касание к своему запастью и успокаивается, будто так всё и должно быть: Юнги — наставник и учитель, сам Чонгук — лучший ученик и товарищ Мина, и Тэхён — их незаменимый талисман, а ещё самый близкий человек Гука, поддерживающий и понимающий.

***

      Проходит первый месяц невероятно холодной зимы, Чонгук после долгих каникул снова начинает ходить на свою нелюбимую учёбу, возвращаясь домой уставшим и подавленным, сразу же забираясь на кровать и поворачиваясь к стенке, пока Тэхён делает горячее сладкое какао, пытаясь не касаться его. Он достаёт несколько жевательных конфет, которые так сильно любит Чон, и кладёт их на синее блюдце, заходя в спальную комнату, припевая успокаивающую мелодию, из-за чего Чон начинает засыпать, пока не чувствует, как его начинают гладить по голове, проводя рукой по чёрным гладким волосам. — Ты хорошо потрудился, — хлопает по спине Чонгука Тэхён, присаживаясь рядом, поднося к лицу, выражающее отчаяние и невероятную тоску вместе с усталостью, кружку с ароматным напитком, которую сразу же хватает Гук, начиная жадно пить. — Не пей так быстро, никто не отнимет.       Чонгук кивает, опираясь на один локоть и ставя кружку на стол, принимаясь поедать конфетки, при этом смешно чавкая, из-за чего Тэхён не может сдержать своей улыбки. — Такой хорошенький… — шепчет он, крепко обнимая Чона, прикрывая глаза и получая удовольствия от близости. — Тэ… — начинает Чонгук, смущаясь короткого имени парня. Он называет его так очень редко. Это сокращение очень красивое, именно так должны звать Тэхёна самые важные ему люди. — Ты всегда мне так помогаешь, заботишься, поддерживаешь… Ты появился так внезапно, и я, правда, удивился тогда, даже немного испугался. — Не стесняйся, Чон-и, говори, как есть, ты не немного испугался, — хохочет Тэхён, ероша волосы младшего. — Чего ты так боялся вообще? Я само очарование, тем более никогда не сделаю тебе больно. — Вся это ситуация была такой странной, — отвечает Чонгук. — Конечно, новогоднее чудо, все дела, но кто бы мог подумать, что такое действительно возможно.       Тэхён улыбается, ещё сильнее прижимаясь к Чону, чувствуя себя самым счастливым человеком в мире. — Знаешь, Чони, — серьёзно начинает он, прикрывая глаза, — Я не понимаю, что произошло, но как только я осознал себя и ощутил холодок улицы, сразу же почувствовал сильную внутреннюю боль. Она не принадлежала мне. Я огляделся, вокруг были только дубы и парнишка, сидевший на замёрзшей земле, что-то шепча. Ты был таким маленьким, миленьким, я знал, что ты чувствуешь себя очень одиноким. И тогда я понял, что хочу защищать тебя, хочу оберегать от всех проблем, пока ты в этом нуждаешься. Чон-и, ты подарил мне жизнь, и я хочу отплатить тебе всем тем, чем ты наградил меня. — Чему? — искренне удивляется Чонгук, поворачиваясь к Тэхёну лицом и выпучивая глаза. — Способностью любить всё, что есть. Ты — настоящая драгоценность этого мира. Прошу, оставайся таким всегда, — отвечает ему Тэ. — Я полюбил этот мир и тебя, поэтому хочу передать эту способность и тебе. — Ты уже передал, — шепчет ему Гук, накрывая своими руками щёки Тэхёна и касаясь своими губами его.       Чонгук чувствует лёгкий холодок от Тэ, чувствует, как сам дрожит от счастья и нежности. Внутри расцветают миллионы цветов, на которое, похоже, ярко светит солнце, потому что по-другому объяснить приятное тепло, разливающееся по телу Чонгука с головы до самых пяток, невозможно. Тэхён сам находится в эйфории, перекладывая свои руки со спины на шею парня, стараясь быть как можно нежнее.       Они тяжело дышат, отстраняясь друг от друга, соприкасаясь лбами и улыбаясь. Вместе они смогут всё.

***

— Чем ближе весна, тем грустнее Тэхён, — замечает Юнги, собирая бумажки, на которых красиво выведены ноты для простенькой мелодии на синтезаторе. — Он любит холод, — пожимает плечами Чонгук, переписываясь со своими одногруппниками в общем чате.       В последнее время жизнь Чонгука налаживается: родители стали чаще звонить, хёны чаще приходят в гости и угощают Гука всякими вкусностями. Завёл новые знакомства в своём институте, да и учёба начала даваться лучше. Всё не так уж и плохо. — 28 февраля уже, — замечает Мин, глядя на календарь, купленный по просьбе Тэхёна. — Последний день зимы. Надеюсь, весна будет добрее, чем её сестра, а то я уже раздражаюсь, смотря на термометр, висящий у меня на работе. Ну, нет, серьёзно, мне уже эти минус десять бесят так сильно, что я даже не жалею денег на такси.       Чонгук смеётся, вставая с удобного стула, провожая Юнги и закрывая за ним дверь, сразу же после этого направляясь в свою комнату. Он сидит в чате десять минут.       Пятнадцать.       Тридцать.       Но Тэхёна с кружкой горячего какао и большой горкой, состоящей из шоколадных конфет, нет. Это уже стало так привычно, что у Гука невольно дёргается рука. Ему кажется, что что-то не так. Он начинает прислушиваться, совершенно не замечая своим слухом никаких звуков. На Тэхёна совсем не похоже, он очень громкий, да и постоянно себе песни напевает под нос.       Чонгук встаёт с кровати, и быстрым шагом направляется на свою маленькую кухню, надеясь застать там уснувшего Тэхёна, облокотившегося на подоконник, на котором находились его любимые фотографии, распечатанные им же. Однако никакого Тэхёна на кухне нет, как и в уборной. Чон ищет везде: лезет под кровать, смотрит в узких шкафах, в которые уж точно человек не влезет и разглядывает почти всю квартиру до самых маленьких пылинок, но даже не чувствует присутствия Тэ. Чонгук решает выйти на улицу, продолжая свои поиски там.       Природа готовится к приближению весны, а потому чувствуется тепло и свежий воздух, приятный Чону. Он пробегает по периметру дома, забегает в другие подъезды и ищет на разных участках. Чонгука озаряет, и он спешит в тот самый парк, где решил слепить необычного снеговика, который потом каким-то образом превратился в невероятного Тэхёна.       Находит он его в их тайном месте, сидящим на мокрой от недавнего дождя земле, держащего в руках его любимую кружку с изображением милого щенка породы шпиц, в которую налито горячее какао. Взгляд у Тэхёна грустный, он периодически вздыхает, решительно смотря на стеклянную чашку и делает один глоток, сразу же начиная громко кашлять и давиться. — Тэ! — подбегает к нему Чонгук, проверяя состояние, — Ты что тут делаешь? — Ухожу, — печально произносит он, не поднимая голову к Чону, смотря куда-то в сторону, прикусывая нижнюю губу, будто провинившись в чём-то. — Куда, Тэ? — не понимает Чонгук, беря из рук парня напиток, разливая его на землю, чтобы Тэхён не смог его больше выпить. — Зачем ты продолжаешь пробовать его, если тебе не нравится?       Тэхён некоторое время молчит, всё же поднимая свой взгляд, смотря прямо на Чонгука. Выглядит Тэ грустно-грустно и хватается за пальто брюнета, застёгивая его. Даже сейчас, когда ему ужасно плохо, он находит в себе силы заботиться о Чоне. — Потому что зимняя сказка закончилась, Чон-и, — тихо произносит Тэхён. — Всё заканчивается. И сейчас ты уже не нуждаешься в моей любви и заботе, у тебя наконец-то стало всё налаживаться! И я очень этому рад, ты не подумай! Я тебе не нужен, Чон-и, поэтому ухожу. — Да что ты такое говоришь? — закипает Чон, — Тэ, всё начало налаживаться благодаря тебе! Без тебя всего этого не будет. Почему ты вообще решаешь за меня? — крепко обнимая. — Тэ… — В любом случае, уже ничего не изменить, я выпил немного какао, но этого должно хватить для того, чтобы я расстаял. — Тэ-Тэ! — отчаянно кричит Чонгук, — Сколько времени у нас ещё есть?       Тэхён громко смеётся, хоть и с трудом, но искренне. Ситуация кажется забавной и немного глупой. Правда, кто в двадцать первом веке говорит «Сколько времени у нас ещё есть»? Однако видя решимость и серьёзность в Чонгуке, он сразу же перестаёт хохотать. — Около пяти минут, — отвечает Тэ, слабо улыбаясь. — Будь счастлив.       Чонгук кивает, присаживаясь рядом и прижимаясь ближе, укладывая голову на плечо, начиная лить слёзы. Он старается быть как можно тише, чтобы не расстраивать Тэхёна ещё больше, однако тот всё слышит и приподнимает голову Чона своей рукой, пальцем вытирая прозрачные слезинки, говоря, что всё будет хорошо. Проходит пять минут.       Десять.       Пятнадцать. — Уверен, что ты растаешь? — Честно? — округляет глаза Тэхён. — Не очень. Я не понимаю, что происходит. Я чувствую себя… лучше.       Чонгук хватается за его, должно быть, жутко холодные руки. Однако те тёплые, но такие же нежные, что были до этого. — Температура твоего тела.... — удивляется Чон, подпрыгивая на месте. — Она такая же, как и у меня!       Тэ кашляет, но не от того, что ему тяжело или плохо, он просто подавился собственной слюной. Чонгук же прыгает и бегает от невероятной радости. Выглядят они очень комично, но счастливо. — Боже… — тянет Тэхён. — Ты же понимаешь, что теперь мне нужно сделать все документы, устроиться на работу и жить так, как живёт обычный человек. Столько хлопот, прости… — Ерунда, — целует его в тёплую румяную щёку Чонгук. — Главное, чтобы ты всегда был рядом.
Примечания:
Получилась недодрама какая-то, ха-ха. Надеюсь, вам хоть немного понравилось. Я долго думала, какой конец сделать: хороший или плохой. И, как вы поняли, решила показать вам настоящее новогоднее чудо. Возможно, это глупо и предсказуемо, но иногда нам полезно верить в сказки. С новым годом всех вас♡
И да, не критикуйте, пожалуйста, эту работу, я очень волнуюсь, что она никому не понравится.
Буду рада, если вы поможете мне с ошибками с помощью публичной беты!
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты