Пурпурный, рубиновое, багряные

Слэш
NC-17
Закончен
249
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 8 страниц, 1 часть
Описание:
Закат, вино, даже волосы — Альберу готов поспорить, что в его жизни слишком много красного цвета. Но стоит признать, что он не против.
Примечания автора:
Мне захотелось Кэйла в позе наездника и я сотворила это: что-то очень страшное, кинковое и извращенное. Читайте на свой страх и риск, и да простит меня Господь за этот фанфик
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
249 Нравится 6 Отзывы 42 В сборник Скачать
Настройки текста
Альберу откупоривает еще одну бутылочку вина, если он не разучился считать — уже пятую за вечер. Рубиновое вещество льется в бокал, играет багровыми цветами на фоне персикового заката; небо впоследствии красится в более контрастный оттенок, почти жуткий — кровавый, и лишь золотистый шар освещает землю, на которую медленно опускались сумерки. Все в комнате, которая окнами была расположена к горизонту, было закрашено в приятный багровый; лишь золото мерцало, выбиваясь из композиции. Кронпринц что-то говорит, отпивает алкоголь, стараясь не морщиться из-за терпкого сладкого вкуса, чувствует, как немеет язык, а внизу живота горит спирт; и сейчас это казалось почти приятным, ведь блондин за сегодня выпил столько, сколько за жизнь в рот не брал. Если бы он был обычным человеком, уже лежал бы без сознания от такого количества, и лишь регенерация темного эльфа оставляла его в кондиции; конечно, уже через полчаса и этот эффект развеется, как будто его не было, однако пока приятная усталость от вина оставалась, было бы расточительством пренебрегать этим состоянием. Мысли не лезли в голову — наоборот, было пусто, как будто это был белоснежный лист, который еще не видел краски; и для всегда занятого и усталого обыденностью Кроссмана такой короткий миг был необходим для того, чтобы расслабиться. Откинувшись на спинку белоснежного дивана, отделанного золотом, Альберу разглядывал потолок, наслаждаясь кратковременным отдыхом от дел; длинные красноватые полосы тянулись белоснежными стенами, падали на паркет, из-за чего комната повисала в какой-то томной атмосфере. Почти душной, ведь в воздухе кружил запах выдержанного алкоголя, бумаг и чернил, перемешанный с ароматом цветущих роз, что заносил ветерок; оживленные разговоры замирали в тишине, пока та не исчезала во время разговоров, образуя замкнутый круг. Покой почти убаюкивал. Альберу переводит взгляд на Кэйла, который разлегся на соседнем диване, и щурит аквамариновые глаза, пытаясь сфокусировать взгляд; граф почти спит, вяло смотрит на бокал вина, держа стеклянную ножку на собственной груди, чтобы не пролить содержимое. Следит увлеченно за тем, как светится при багровых лучах солнца бордовый алкоголь — переливается приятными цветами. От этой картины в груди будущего короля замирает что-то теплое, приятно душит, от чего тот не сдерживает необычно легкой улыбки: — Хочешь спать, Кэйл? Теплый тон голоса прерывает задумчивое рассматривание главнокомандующего от оттенков красного, и тот возвращает ленивый взгляд карих глаз, легко щурясь от яркого ореола, который окружал кронпринца из-за солнца; наблюдает из-под опущенных ресниц, как будто анализируя слова, задумчиво склоняя голову на другую сторону подушки, готовясь кивать. Вдруг во взгляде что-то меняется — глаза цвета ореха вспыхивают как-то хищно, как будто что-то припомнив, подымаются бурные молнии, а сам дворянин замирает, пока на уста лезет подозрительно довольная улыбка. От такой стремительной перемены Кроссман настораживается, чувствуя что-то неладное, однако делает вид, что не заметил, опуская бокал с алкоголем на стол с усталым выдохом. — Все? Ваше Высочество, у вас очень слабая выдержка. — Это скорее у тебя нездоровый иммунитет к вину. В ответ Хенитьюз пьяно хихикает, пряча улыбку за бокалом, и за один глоток допивает остатки рубинового вещества; меняет позу, уже садясь на диван, и замирает, ведь в глазах вдруг темнеет, а количество выпитого напоминает о себе легкой болью в голове. Аристократ недолго сидит, чувствуя на себе тяжелый взгляд, и почти слышит ироничное “я же говорил”, поэтому не дает кронпринцу ничего сказать — поднимается на ноги, и быстро перебирается на диван к собеседнику, плюхаясь на подушки. Тянется к бутылке, и выливает остатки содержимого в бокал, почти неловко пряча взгляд от осуждающей тишины, глядя на цветущий сад. Альберу лишь молится о том, чтобы завтра все королевство не гремело о том, что несчастный Мастер Серебряного Щита умирает от неизвестной болезни; но замечает нечто интересное — на первый взгляд, граф вяло пил вино, но карие глаза каждый раз возвращались на него, словно чего-то выжидая. — Желаете ещё? Принц едва не кривится от вопроса, понимая, что слава удивительного пьяницы привязалась к графу не зря; щурится, думая об ироничном ответе, но вдруг замирает в понимании того, что разговор идет не об алкоголе. Тихо хмыкает, глотая слова, и заинтересованно мигает аквамариновыми глазами, пока на губы так и лезет нетерпеливая улыбка; граф как будто издевается — делает вид, что не увидел этой реакции, намеренно так томно глотает опостылевшее вино, и вдруг встречается взглядами с темным эльфом. Аквамариновые глаза смотрят недовольно, почти обиженно, что-то черное горит на дне прекрасных ненастоящих зрачков, и от этого взгляда у Кэйла по коже бегут мурашки. Главнокомандующий как будто извиняется, опуская ореховые глаза, тянется до колена Кроссмана, и пальцем медленно проводит вверх по бедру, намекая на то, чтобы тот изменил позу ног; Альберу быстро понимает, что от него хотят, садится ровно, хватая дворянина за плечо, нетерпеливо прикасаясь большим пальцем к обнаженной коже, что не была скрыта за тканью рубашки. Хенитьюз чуть не смеется от такого давления, однако легко поднимается со своего места, комфортно садясь на теплые колени кронпринца; выпрямляется в спине, испытывая извращенное удовольствие оттого, что лицо темного эльфа было ниже его. Охватывает бедрами Кроссмана за таз, пока белоснежные руки блондина останавливаются на его талии, и щурится удовлетворенно, играясь пальцами со светлыми, ненастоящими локонами на голове напротив. Опираясь лбом о грудь напротив, кронпринц вдыхает запах любовника — от Кэйла пахнет сбродившим виноградом, мылом и еще чем-то сладким, возможно даже печеньем, которое оставили дети возле его одежды. А еще дворянин тёплый, мягкий и позволяет прикасаться всюду, и темный эльф не может противиться такому искушению: проводит указательными и средними фалангами вниз по позвоночнику, начиная с шеи, чувствуя под пальцами округлые косточки. Тянется вслед за пальцами легкая ткань рубашки, выставляя багровым лучам белоснежную кожу; а солнце целует, обдает теплом обнаженную спину, отчего Хенитьюз выгибается, словно веточка, ютится ближе, целуя куда-то в голову, как будто давая разрешение на что-то большее. Однако Кроссман не спешит, как будто дразнится в ответ, горячими ладонями скользит до лопаток и обратно, останавливаясь у талии — легко, эфемерно, едва ощутимо подушечками пальцев выводит какие-то узоры, от чего у графа идут мурашки от желания. Поэтому главнокомандующий опускает голову ниже, касается губами ушной раковины, легко кусая, от чего блондин под ним замирает почти испуганно, как будто не ожидая такой подставы; а аристократ не собирается останавливаться, мокро, смазано напрочь целует в шею, обжигает молочную кожу горячим дыханием, лукаво хихикает, когда принц сам подставляет часть тела. Альберу вздрагивает, когда тонкие пальцы кареглазого останавливаются у него на подбородке, поднимают вверх, и темный эльф послушно задирает голову; и теряется между карих глаз, в которых сегодня цветет что-то до ужаса похотливое — греховное настолько, возбуждение доходит чуть ли не до кончиков пальцев, болезненно тянет внизу живота, выпирая, наконец, горкой в штанах. Кэйл замирает, чувствуя, как что-то давит в ягодицы, недолго озадаченно смотрит вниз, пока на губах вдруг не появляется чрезвычайно довольная улыбка, чуть ли не идут искры из ореховых зрачков. Кажется, только что он понял кое-что очень интересное. Несчастный будущий король задыхается от возмущения, чувствует, как сильно вмиг краснеют щеки, чуть ли не пекут из-за смущения, а граф только добавляет масла в огонь, выглядя очень восторженным из-за новых открытых горизонтов. Щурится, хватая темного эльфа за ладони, переплетает пальцы и наклоняется низко над лицом напротив — багровые пряди спадают каскадом, скрывая любовников от последних лучей солнца. Касается молочных уст пальцами, и шепчет прямо в губы: — Хотите целоваться, Ваше Высочество? Альберу душно настолько, что он, кажется, сейчас умрет от недостатка кислорода. Он честно не знает, что же его возбуждает больше — тепло бедер Кэйла, его горячее дыхание или эта наглая доминантность; возможно даже этот до ужаса похотливый взгляд ореховых глаз, лукавая улыбка и страстные прикосновения фаланг, приправленные алкоголем, что еще не выветрился. Кривится, уже представляя, каковы на вкус будут уста графа, что фактически в одиночку выпил несколько бутылок вина. — От тебя несет выпивкой. — От вас тоже. И это Хенитьюз воспринимает за приглашение, целует медленно, томно до ужаса, пока прикосновения не становятся пикантнее, не присоединяются к этой битве еще и языки; принц щурится от вкуса алкоголя, что топит сознание и рот, но как приятно касается аристократ, как льнет вперед, от чего дыхание смешивается в одно, как болезненно заводится сердце от таких мокрых, пылких поцелуев. Главнокомандующий медленно, не разрывая контакта, расстегивает пуговицы, и вяло проводит горячими пальцами по крепким грудям; кожа будущего короля разгорается, нестерпимо горит лишь от одного прикосновения, и ему так сильно хочется чего-то большего, а не этих нежных, почти скучных движений, что он идет на хитрость — осторожно касается ремня на штанах любовника, надеясь, что тот не заметит. Манёвр не удается, и это кронпринц чувствует во всех красках, когда его почти болезненно кусают за губу прямо в поцелуе, мгновенно разрывая контакт, а перед глазами появляется наглое, однако недовольное выражение лица Кэйла. — Солнце, дорогая луна королевства Роан, — шепчет обиженно, наклоняя лицо над шеей Кроссмана, припадает к светлой коже, и оставляет цвести на ней кармазиновый засос, — я сегодня веду. Темного эльфа пробирает до мурашек от тона этого голоса, и он, делая вид, что сильно уступает, безвольно падает на спинку дивана, как будто давая право делать с собой все, что ласковый господин захочет. Кэйл тихо смеется с такого драматизма, и осторожно, чрезвычайно контрастно с грубым укусом, водит длинными пальцами по шее, целует прямо в кадык, спускается ниже — к ямке между ключиц, обдает горячим дыханием кожу, оставляя после себя легкие прикосновения уст. Принц заметно расслабляется, плавится под теплыми губами и горячими пальцами, даже удовлетворенно поднимает голову вверх от приятных ласк; прикосновения медленно становятся быстрее, интенсивнее, даже немного грубыми, и Альберу тяжело вдыхает, когда главнокомандующий увлекается слишком сильно, оставляя метки на белоснежной коже. Видимо, пытается компенсировать то, что они быстро заживут количеством — удовлетворенно проводит ладонями по быстро вздымающейся молочной груди, на которой цветут красноватые засосы. А как же горят — боже, как горят — карие глаза от этих действий, блондину настолько нравится этот восхищенный взгляд, что он серьезно задумывается о том, почему же не давал сделать это с собой раньше. Граф ютится вперед, упоительно целует в губы, параллельно расстегивая пуговицы на собственной рубашке, и хватает Альберу за руки, поднимая вверх, словно давая разрешение. Последний не собирается пренебрегать этим шансом — водит по обнаженной талии, взбираясь выше, пока Хенитьюз сжимает за плечи, прижимая любовника ближе за золотистый загривок. В конце концов отдаляется от жаждущих уст, поняв, что сидеть на эрегированном члене — специфическое хобби; поэтому начинает ездить по коленям бедрами, тереться о возбужденный орган ягодицами, заставляя Кроссмана сначала обильно покраснеть, а потом хрипло дышать в шею, когда темный эльф изнурённо опустится на плечо от таких прикосновений. Внезапно аристократ удаляется, садясь чуть в сторону, и легко цокает ремнем на брюках, заставляя несчастного — почти уставшего от этого эксперимента — темного эльфа испуганно замереть от недоброго предчувствия. Главнокомандующий без лишних церемоний достает твердый от возбуждения член из штанов, проводит по длине пальцами, наблюдает карими глазами за тем, как прячет взгляд Альберу, дыша тяжело, и поднимает уголки губ в довольной улыбке — начинает ритмично водить вверх и вниз, целуя на местах засосов. Кронпринц дрожит под руками Хенитьюза, выгибается на диване, ловит онемелыми ладонями багровые пряди, будто пытаясь успокоиться, оттянуть момент окончания; граф дрочит еще быстрее, как будто издеваясь с бесполезных попыток, отрывается от груди, захватывая молочные уста в душный поцелуй. Настораживается, когда блондин вдруг замирает, однако все прекрасно понимает, когда по руке начинает стекать что-то теплое; смеется прямо в губы, отрываясь, и осматривает пальцы. На белоснежных фалангах блестит что-то бесцветное, с легким оттенком белого, сияя красноватым на лучах. — Вы так быстро, Ваше Величество, — удивленно говорит, все еще почти не веря, ведь стимуляция была слишком короткой, а будущего короля не назовешь скорострелом; щурится, бросая подозрительный взгляд ореховых зрачков, и замирает, глядя на возмущенного Альберу, наконец понимая, что же натворил. — Кэйл, если такое произойдет еще хоть раз, — вдыхает сквозь зубы, пытаясь сделать что-то с румянцем, что ползет белоснежным лицом — и не понятно, через стыд, удовольствие, или через алкоголь. — Простите, простите, — лукаво смеясь, отвечает, касаясь пальцем головки все еще возбужденного органа, — но ведь вам понравилось, разве нет? Темному эльфу впервые при жизни нечего сказать, поэтому приходится лишь молчаливо согласиться. — Не злитесь, — снова мягко начинает успокаивающим голосом, как будто зная, что от него блондин действительно расслабляется, — сейчас я всецело отблагодарю вас за вашу покорность. Кэйл нависает над коленями Кроссмана, опираясь ногами о диван; опускает взгляд на собственные брюки, и быстро распускает ремень, снимая вместе со штанами и трусами. Будущий король замирает, наблюдая за членом между ног графа — тот уже встал и медленно стекал смазкой, и от понимания того, что не он один бешено распалился от необычного распределения ролей дышать становится еще сложнее. А еще это означало то, что у главнокомандующего, черт побери, встает на его подчинение. Пока что виновник этого фетиша не знал, радоваться этой информации или плакать. Дворянин достает из переднего карманчика рубашки маленькую бутылочку, выливая содержимое себе на пальцы — вещество блестит рубиновым на кармазиновых лучах, переливается на молочной коже, однако голову принца сейчас занимает лишь мысль о том, откуда, черт побери, у его любовника лубрикант в таком месте, и сколько действий наперед просчитал стратег перед ним. Щурится, понимая, что не для того использует свой гениальный мозг аристократ, и что этот секс Хенитьюз планировал с самого начала. Скользят тонкие пальцы между ягодицами, и кареглазый робко вставляет палец; постепенно совсем, одной рукой опираясь на крепкое плечо рядом, затаив дыхание. Скоро присоединяется еще один — и Кэйл вздрагивает, двигаясь внутри медленно, стараясь растянуть себя как можно лучше и быстрее. Бедра дрожат от неприятной позы, которая для не готового для физических упражнений графа оказывается слишком утомительной, и спокойное лицо сковывают насупленные брови вместе; принц реагирует почти мгновенно, подхватывает ладонями любовника за талию, помогая стоять, параллельно не отрывая голубых глаз от интимного действа. Альберу восторженно выдыхает, следя за пурпурным румянцем, что плавно стекает молочными щеками, спускаясь до плеч, за мягкими черными ресницами, что дрожат на сцепленных глазах, за вытянутой грудной клеткой, легко выпирающей из-за позиции. Солнце пробивается сквозь эфемерную фигуру, образует мягкий кармазиновый ореол вокруг белоснежной кожи, дает ощущение чего-то совершенно нереального, созданного из последних лучей, как будто виденье перед сном. Темному эльфу прямо сейчас хочется забыть об условии их игры, перевернуть эту сладострастную иллюзию и втиснуть в диван. Терпит. Хенитьюз удовлетворенно выдыхает, когда пальцы скользят свободно, лукаво щурится, замечая беспокойный взгляд аквамариновых зрачков, и решает еще немного подразнить темного эльфа — ускоряет движение собственных фаланг, от чего похотливое хлюпанье разлетается по комнате; подстрекает собственный актерский талант, и тишину уже прорезают тихие полустоны, и, не давая кронпринцу понять ситуацию, лезет целоваться. Мокро, томно, все еще с привкусом красного вина, совсем опьяняюще, чтобы забыться, раствориться в мягких молочных губах, горячем языке и онемевших теплых пальцах на талии. Альберу чувствует, как снова возбуждается, разгорается от искусных провокаций любовника, который научился чрезвычайно эффективному флирту, целуется почти оголодало, перебирая губы своими, нетерпеливо скользит руками ниже по талии, останавливаясь возле ягодиц. Замирает, когда ощущает долгое, совсем ленивое прикосновение тонких пальцев на собственном члене. Поцелуй прерывается, и Кроссман разгорячённо вглядывается в лицо графа — щеки покрылись ярким пурпуром, ореховые глаза мерцают почти исступлённо, как будто кроме безумного желания там совсем ничего не осталось, а на красных от беспокойных прикосновений устах цветет хитрая улыбка. Боже мой, темный эльф понимает, что снова попал в ловушку, и от понимания этого факта сносит голову еще больше, кровь приливает не только к щекам, воздух почти плавится от жары. — Хотите мне вставить, Ваше Высочество? — шепчет восхищенно, тяжело дыша, прямо в ухо — целует в висок смазано, облизывая солоноватые от пота уста, внимательно следя за реакцией. — Блять, Кэйл, — с трудом произносит несчастный потомок трона, почти рычит, настойчиво хватая горячими ладонями округлые ягодицы, ловя неожиданный возглас из зацелованных уст. Аристократ воспринимает это как согласие. — Ложитесь на диван, будьте добры. Не то чтобы темному эльфу давали какой-то выбор — он меняет позу одним наглым жестом дворянина, который тянет за руку непривычно сильно, из-за чего блондин оказывается спиной на кожаной ткани. Хмурится несколько секунд, вглядываясь в крутящийся потолок — видимо, алкоголь от активных движений начал расходиться еще быстрее, делая все каким-то нехарактерно медленным, ленивым до ужаса. Однако это состояние быстро проходит, когда Альберу вдруг чувствует, что Кэйл тоже меняет позу, садясь на низ живота, и охватывает его коленями за грудную клетку; дворянин над ним ужасно горячий, касается своей теплой белоснежной кожей его живота, как будто проверяя, не тяжелый ли он. Быстро сбрасывает легкую белоснежную рубашку с плеч, чувствуя, как невыносимо горит тело от желания, щурит карие глаза, заправляя багряный локон, что липнет к телу, за ухо. Кроссман никак не может понять, что собирается сделать его любовник, пока горячие ладони не опираются на его пресс, а сам граф привстает, перехватывая твердый член принца большим и указательным пальцами. Граф ловит на себе ошеломленный, однако очень ожидающий взгляд, и растягивает губы в лукавой улыбке, мгновенно насаживаясь на стоячий орган. Этот жест выбивает воздух из легких у обоих любовников — у Альбера от неожиданного приятного тепла, у Кэйла от ощущения того, что он сейчас задохнется от наполненности. Конечно, он ожидал, что от такой позы член зайдет намного глубже, чем всегда, но дворянин мог поклясться, что еще немного и его разорвет на две части. Осторожно пытается подняться вверх, опираясь руками об крепкую грудь, и внезапно замирает, когда орган самопроизвольно касается простаты — удовольствие медленно расползается внизу живота, пробирает до мурашек, исходя тихим стоном на устах. Хенитьюз, кажется, начинает понимать принцип — скользит на члене, пытаясь подобрать темп, пока будущий король все еще прибывает в прострации. Чертов Боже, его оседлал главнокомандующий Северного войска. И эта информация возбуждала, заставляла тело нестерпимо гореть, напрочь выключала мозг и мышление, оставляя лишь одно конкретное желание. Еще и Кэйл выглядел так очаровательно — выгнулся в спине, пока молочную кожу целовали пурпурные лучи, пот блестел на груди, кофейные ореолы приподнялись, а красные из-за поцелуев губы быстро раскрывались, чтобы вдохнуть в себя воздух. Дворянин вдруг останавливается, удивленно смотрит вниз, понимая, что агрегат в нем стал больше, и бросает подозрительный взгляд на Кроссмана, пока последний почти неловко отводит голубые глаза прочь. Граф скачет нарочно медленно, чувствуя, как все внутри переворачивается от того, насколько глубоко достигает член кронпринца, стонет прерывисто в такт движений — смотрит на Альберу затуманенными карими глазами, пока тот тяжело дышит от такой стимуляции, ловя взгляд, в котором был призыв к действию. Поэтому осторожно касается низа талии горячими ладонями, насаживая аристократа вниз, в ритм его толчков, ловя громкий довольный полукрик-полустон, от которого пробирает до мурашек. Будущий король удивленно поднимает глаза, встречаясь с растерянным взглядом напротив, прямо возбужденная пелена сходит, а темный эльф ради эксперимента повторяет действие, замечая, как начинает дрожать от приятного ощущения молодое тело. Начинает вбиваться в аристократа над ним бедрами, помогая себе руками, наслаждаясь тем, как изо всех сил пытается сдержать голос Кэйл, кусая зубами красноватые уста, как выгибается, словно пытаясь избежать движений и вернуть инициативу. В конце неожиданно наклоняет корпус тела, замирая над светлым лицом, целует осторожно, совсем нежно и почти целомудренно, замечая, как кронпринц эфемерно ведет пальцами по спине, останавливаясь, наконец, в шее. Легко тянет вниз, и касается молочной кожи губами, легко прикусывая и мгновенно зацеловывая — цветет кармазиновый след, отчего блондин удовлетворенно облизывает собственные уста. Главнокомандующий быстро выпрямляется, морщась недовольно из-за того, что его невербальную просьбу проигнорировали; кажется, то, что он чуточку подразнил дорогого любовника дало свое негативное последствие, ведь перехваченное первенство никак не желали отдавать. Тогда Хенитьюз использует тактику, что оставил на конец — выгибает спину и сжимает собственным руками пальцы темного принца, находившиеся у него на талии; меняет позу ног, подгибая колени, и пробует двигать бедрами и ягодицами одновременно, динамично скача вверх-вниз, от чего у будущего короля почти мгновенно спирает дыхание. Не желая отставать, темный эльф пытается успеть за быстрым ритмом, хватает ртом воздух, втыкаясь членом в графа, чувствуя невыносимый жар, охватывающий тело с ног до головы — томное ощущение внизу живота сменилось острым возбуждением, и Альберу чувствует, что вот-вот кончит. Дворянин на нем уж слишком быстро понимает, что к чему, ускоряясь, и тяжело выдыхает, когда чувствует, как что-то горячее разливается внутри — кронпринц шумно выдыхает, замирая, и наслаждается ярким ощущением, что прошлось по телу, оставляя приятную усталость. Главнокомандующий наклоняется, и блондин сразу замечает, что на молочных губах довольная, хитрая улыбка, которая возбуждала настолько же, насколько и раздражала. Разжимает зацелованные уста, осторожно заправляя багровый локон за ухо, и лукаво шепчет: — Два один, Ваше Высочество. Терпение Альбера в конце концов лопает — он мгновенно поднимается, опрокидывая сидевшего на нем аристократа на диван; повисает, расставляя руки у багровой головы, и смотрит в ореховые насмешливые глаза, ловя в них искринки нетерпеливого ожидания. Кронпринц наклоняется, прикасается к шее, осторожно целует, кусая и сося, от чего молочная кожа окрашивается в красный цвет, а Кэйл хватает ногами любовника за спину, прижимая ближе. Чувствует горячее дыхание напротив, как вдруг будущий король снимает магию иллюзии; исчезает белоснежный образ идеального Кроссмана, оставляя только темного эльфа. Очень возбужденного и оскорбленного темного эльфа. — Я оттрахаю тебя до обморока за эти насмешки, — как будто и шутит, однако черные глаза с золотым отблеском блестят как-то угрожающе, почти страшно. Довольная улыбка все еще держится на молочных губах Кэйла, который, безусловно, верит, однако не дает об этом знать. — Попробуйте. После того вечера граф Хенитьюз весь день жаловался на боль в пояснице, бедрах и ягодицах, однако так и не прекратил дразнить кронпринца в постели.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты