Принцесса мерцающих вод

Гет
G
В процессе
2
автор
Размер:
планируется Мини, написано 3 страницы, 1 часть
Описание:
Однажды ничем непримечательный парень Гвидо, направляется из своей родной деревушки в город N, где ему предстоит обучаться богословию. Однако, цепь различных странных обстоятельств вынуждает его вступить на совсем иной путь...
Примечания автора:
Работа пишется на марафон петов в беседу НМ (о да, не удивляйтесь, петы тут тоже будут, и не последнее место им будет отведено).
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
2 Нравится 0 Отзывы 1 В сборник Скачать

Глава первая

Настройки текста
— Но кто эта девушка? Элиза восторженно смотрела на брата, позабыв о своем рукоделии, которое нечаянно выпустила из рук. Старая мать Гвидо только недоверчиво покачала головой. Чуть ли не фантастический рассказ сына она приняла за фантазии, опьяненного чувством, влюбленного, награждающего свою возлюбленную воображаемыми достоинствами, которыми не может обладать обыкновенная девушка. — О, она не назвала своего имени, — смущенно пробормотал Гвидо, рассеянно выжимая свою шляпу, струи с которой обильно пролились на сложенные стопкой на стуле вещи. Элиза, почувствовав, что до грани материнского терпения осталось совсем не много, поспешила вскочить со своего креслица и поспешно унести сырое белье, чтобы вновь развесить его на чердаке. За окном белая нить молнии вновь раскроила небо по полам, ударил гром, и тучи, словно бы остервенясь, принялись неистово обрушивать на землю огромные потоки воды. Но дома было сухо, часы из года в год тихо отщелкивали минуту за минутой, час за часом, мягко поблескивали медные статуэтки на каменной полке, а в камине потрескивал огонь, вылизывая поленья, и матери тяжело было понять то, что целую неделю ее сын незнамо где отсутствовал, а вернулся пешком, без лошади, весь мокрый, в грязной, изодранной местами, одежде, да еще чуть ли не в припадке излагающий совершенно невозможные события. Гвидо, всегда будучи послушным тихим ребенком, а со временем скромным благопорядочным юношей, не мог просто так по пути в город свернуть в лес, только потому что какие-то чумазые цыгане предложили ему участвовать в наиглупейшей авантюре — ловле царевны Рейн. — Ты понимаешь, что ты натворил? Ты пропустил неделю учебы, потерял коня и порвал платье, поддавшись уговорам цыган, этих мелких злобных попрошаек, кочующих в своих огромных вшивых телегах? Гвидо потупился, не зная, что сказать. Ровно неделю назад, едва солнечный круг прикоснулся к шпилю далекой городской ратуши, юноша спрыгнул с коня, который вдруг внезапно охромел, не пройдя и четверти пути. Пока юноша пытался вытащить крючком из копыта превредный камешек, который имел гладкую часть снаружи, а острой впился в бороздку и причинял коню сильную боль, кто-то подошел сзади и тихонько тронул его за плечо. Гвидо обернулся не сразу — он был слишком увлечен работой, требующей некоторой кропотливости и желал покончить с ней как можно скорее. Едва юноше удалось извлечь камешек и бросить его на землю, его вновь потрогали за плечо. Когда он поставил ногу коня на землю и обернулся, то увидел молодую красивую смуглую цыганку. Она загадочно улыбалась и не убирала красивой тонкой руки с дутым золотым браслетом с плеча Гвидо. — Какой красивый парень, — пропела цыганка, наклоняя голову то вправо, то влево, словно хотела насладиться красотой юноши с разных ракурсов. Гвидо, однако, памятуя наставления матушки насчет хитрости и коварства смуглых проходимцев, отошел от цыганки и принялся поправлять подпругу. — Хочешь, я расскажу удивительные вещи, которые произойдут с тобой в ближайшее время и изменят твою судьбу? — продолжала медленно и протяжно цыганка, не оставляя попыток вновь положить руку на плечо Гвидо, который нервно крутился с подпругой, не давая женщине прикоснуться к нему. Мельком юноша увидел замаячившую на дороге высокую повозку и тащившую ее лохматую цыганскую лошадь. Однако в повозке, как ему показалось, сидели не цыгане, а люди, смахивающие и внешностью и покроем одежды на местных жителей. — Некогда мне, некогда, — раздраженно пробормотал он, влезая в седло, но цыганка живо подскочила к конской морде и схватилась за уздечку, видя, что молодой человек ужасно смущен и не собирается ее ударить. — Постой, красавчик, если ты так же храбр, как и прекрасен, и отважишься пройти такие испытания, которые и не каждому герою сказаний под силу, обожди пару мгновений — все самое интересное только начинается. Гвидо, однако, не переставал пытаться отвязаться от назойливой цыганки, густо краснея. Он никогда не считал свою внешность чем-то примечательным, из ряда вон выходящим явлением. Мать еще в детстве ему сказала: «Гвидо, ты не совсем красив от рождения, весь в отца пошел, но если ты будешь добрым мальчиком, то твоя душевная красота затмит все твои физические недостатки.» И она была права. У Гвидо были тонкие белокурые вьющиеся волосы, но они были слишком жидки, и спустя несколько лет его мощную голову непременно бы увенчала лысина. Его лоб был крупен и низок, надбровные валики были так же массивны, брови так тонки, что подошли бы какой-нибудь изящной хрупкой девушке, скорее прибывающей на грани экстаза и обморока, но не пышущему здоровьем и крепко стоящему на ногах юноше. Щеки были немного пухлы, а губы вырисовывались тонкой алой ниточкой. Единственными, по-настоящему привлекательными были его лучистые голубые глаза: спокойные, добрые и чистые, как нежное апрельское небо. В конце концов, уже заслышав фырканий чужой лошади и сильно испугавшись возможности влипнуть в неприятную для его репутации, а возможно, и кошелька, ситуацию, Гвидо робко и слабо замахнулся на цыганку кнутом. Все же, если бы к нему пристал цыганен, он живее бы привел нахала в чувство, а перед ним была женщина, причем изящная женщина, грация и красота которой давали сто очков вперед любой здешней девушке, даже самой миловидной. Так можно сравнивать прекрасный экзотический цветок в оранжереи светской дамы, источающий умопомрачительный аромат, и простой невзрачный василек, взращённый в горшочке у простоватой и скромной труженицы. Цыганка же, играя, схватила кнутовище и сжала его так нежно и чувственно, что на ее ладони осталась глубокая вмятина. Эта царица нищеты играла юным мальчиком, как кошка играет с мышкой, не помышляя ее съесть. Огромные темно-карие глаза, как у робкой оленихи, только проходимца могли завести в заблуждение своей напускной кротостью, на самом же деле, где-то в их глубине, за бесчисленными ширмами притаился сам дьявол, всемогущий, хитрый, никогда не показывающийся на глаза живым, но все подмечающий, все знающий о них. Из неловкого положения Гвидо вывел конь. Благородное старое животное, похоже само было не в восторге от прикосновений цепких, по-обезьянему, рук на узде и морде, а может быть, зачувствовало что-то недоброе, и конь, сердито фыркнув и заложив уши, резко рванул с места. Цыганка еще бежала вслед за конем, который из рыси уже перешел на галоп, что-то кричала, то умоляя вернуться, то потрясая сжатыми над головой кулаками и призывая могущественных своих духов в свидетели, что сделала все, что могла, чтобы образумить этого глупого мальчишку и уберечь его от многих бесплодных скитаний. Но вскоре дорога сделала резкий поворот и, бегущая вслед за Гвидо женщина, исчезла за мощными зарослями кустарников и толстыми стволами могучих столетних деревьев. Проскакав галопом еще с милю, конь постепенно перешел на шаг, сердито прядая ушами и тяжело дыша. Все же, он был уже в годах и ему были не по силам подобные нагрузки. Едва добредя до покосившего дорожного указателя, конь встал, роняя с губ на хвойную подстилку пену. Гвидо спрыгнул на мягко пружинящий ковер из хвоинок и добродушено потрепал старого товарища по холке. — А ты молодчина, Герцог, не спасовал, выручил меня, — юноша обнял коня за шею, уткнувшись в теплую, немного колючую шерсть. А лес молчал. Птицы словно бы сгинули куда подальше, маленькие зверьки, вроде белок и мышек, попрятались по дуплам и норкам, молчали и насекомые. Вековые сосны слева от дороги и юный еловый подлесок справа, застыли, словно бы ждали чего-то, утих ветер. Только одна табличка на указателе скрипела, раскачиваясь из стороны в сторону, словно бы на под порывами слабого ветерка. Юноша недоуменно взглянул на нее. Далее дорога ветвилась, дробясь на четыре узких ниточки, разбегающиеся в стороны. Одна из них, принявшаяся уже зарастать травкой, живо сбегала в овражек, потом петляла в нем и вела куда-то в глубь леса. И именно та табличка, которая указывала на эту тропинку, вела себя, мягко говоря, странно. Гвидо моргнул раз, два. Да нет, вот он большой столб, выкрашенный крупными полосами белой краски, вот и щербатая табличка, а что на нее написано… Да и разобрать трудно. Гвидо не раз ездил этим путем в город по делам, но всегда заворачивал на самую крайнюю левую тропу, по которой ездил не только он один, но и его односельчане и люди из соседних городишек и поселений. На другие же дороги он и внимания не обращал. Пока конь прилег отдохнуть, Гвидо этот постоянный скрежет уж начал раздражать. Табличка уже не едва-едва моталась то взад, то вперед, а металась, будто ее кто-то пытался выломать, наполняя округу отвратительным звуком. Парень подошел и бесстрашно (а сердце-то ёкает!) взял и схватил табличку. Деревяшка, словно обезумев, пыталась вырваться из пальцев парня, но тот держал крепко, мысленно перебирая все известные ему молитвы и нашептывания, отводящие порчу и наговор. Но, вдруг, табличка резко успокоилась, а потом и вовсе отвалилась. В его пальцах она тотчас рассыпалась в труху, подул ветер, и как будто и не было ни тропинки, ни таблички…
Примечания:
Бечено, увы, по диагонали, поэтому автор будет рад заметкам в пб :)
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты