Когда я закрою глаза (версия 2.0)

Слэш
NC-17
Завершён
44
автор
Размер:
249 страниц, 29 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
44 Нравится 8 Отзывы 34 В сборник Скачать

Даня

Настройки текста
Сегодня я хотел плотно заняться переводом, чтобы разгрузить завтрашний вечер, тогда завтра можно было бы позволить Вадиму остаться на ночь. Правда, не уверен, что это хорошая идея. Он и так вот уже неделю каждый вечер торчит у меня. Мы занимаемся сексом, ужинаем и ложимся спать. Я не против такого времяпрепровождения, но секс каждый день утомляет. Текст, который я планировал сегодня закончить, не был сложным, делать его срочно тоже не требовалось. Это просто предлог, чтобы отдохнуть от Вадима. Отдохнуть, сказал я, но, сколько ни пытался сосредоточиться на тексте, думать мог только о Вадике. Даже не смешно, право слово. Я всмотрелся в темноту за окном, но не увидел ничего, кроме редких снежинок, которые ветер подносил к самому стеклу. Мне было одиноко, холодно и скучно. Позвонить Вадиму, что ли? Все равно работа не клеится. Мысли прервал сигнал полученного сообщения. «А мы тут в общаге бухаем!» — писал Антоша. К сообщению прилагалась фотография пивных банок. «Не переусердствуй», — ответил я. «И пыхаем!» — пришло следующее сообщение. Его иллюстрировал снимок тлеющего джойнта. Если мама Аля узнает, Антоше не жить, но говорить ему об этом сейчас нет смысла. «А Вадик не пыхает», — продолжал мой братец. На этот раз он прислал фотографию Вадима. Я впервые видел его вот так, чужими глазами. Как ему удается всегда выглядеть так по-взрослому, держаться с таким достоинством? С другой стороны, завидовать смысла нет, ведь сейчас он вроде как мой. Что ни говори, а осознавать это очень приятно, несмотря на все сомнения. И тут я насторожился. На фото рядом с Вадимом была девочка. Худенькая, с мягкими чертами лица. Ну, подумаешь, девочка. Мало ли девочек в студенческом общежитии. Но Антоша решил подлить масла в огонь. На следующей фотографии эта девочка держала Вадима за локоть своими тоненькими ручками и что-то говорила ему на ухо. Я присмотрелся. Ба, да это никакая не девочка! Просто миниатюрный женоподобный мальчик. Но легче мне не стало. Девочка, клеящаяся к моему парню, может вызывать раздражение. А мальчик — это уже попахивает неприятностями. Соперничать с девочкой глупо, а вот проиграть другому парню… Ой-ей, как я загнался-то! Всего лишь из-за одной фотографии, даже стыдно. «Представляешь, они к нему липнут, как мухи к меду. Или мухи липнут не к меду?». Ах ты, юный фотограф! Ты это специально? Я же знаю, что специально! Еще одна фотография. Теперь Вадима, который курит с невозмутимым лицом, облапил со спины какой-то подозрительный товарищ с дредами и в одних трусах. Да что у них там происходит, черт возьми? «Да-а-а-аня, мне страшно! Это какое-то гнездо разврата!» — написал Антоша еще через несколько минут. На фото Вадим стаскивал толстовку через голову, демонстрируя свой прекрасный подтянутый живот. А на втором плане сверкали хищными улыбками дредастый и еще один незнакомый мне, но тоже очень подозрительный тип. «Сколько вас там?» — спросил я. «Мно-о-о-ого. Это реально становится опасным. Я тут один по девочкам». Мне было страшно открывать фотографию. И не зря. На ней уже знакомый мне женственный парнишка, голый по пояс, припал щекой к обнаженной Вадимкиной груди. «Корпус Б, комната 908», — написал Антон. Последнее фото чуть не заставило меня выронить сигарету. Роман Андреевич, и ты туда же! Красавец Рома, тот самый невозмутимый и непрошибаемый Рома помогал мальчику-девочке стаскивать с Вадима джинсы. Вадим, судя по всему, не спешил сопротивляться. Так, спокойно. Это всего лишь фотографии. Антоша мог просто поймать удачный кадр. Он умеет. Но какого черта они там все голые? Так, братец, сейчас ты мне все расскажешь. Но оказалось, что Антон уже оффлайн. Я набрал его номер, но автоответчик сообщил, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Я уже почти позвонил Вадиму, но одернул сам себя. Что я ему скажу? «Милый, чем ты занимаешься»? А если он ответит, что играет в карты на раздевание? Да я же его придушу сразу. Дистанционно. Если быть честным, то все, что он может сказать мне по телефону, вызовет недоверие, как минимум. Лучше не звонить. Я отложил телефон и прошелся от стола до холодильника, потом обратно. Мой парень отжигает с какими-то мутными личностями, а я тут мучаюсь в неведении. Жалкое зрелище. Нужно мыслить рационально. Самое разумное — забить и пойти спать. Но я прекрасно понимаю, что забить не смогу и буду изводить себя всякими вредными мыслями. Итак, у меня есть Антоша, который может бухать как сапожник, но с травы его уносит моментом. Скорее всего, он уже своего имени не помнит, не то что нашу переписку. Скажу, что Антоша меня пригласил, а дальше пусть он выкручивается. Уже почти десять вечера, общага закрывается в одиннадцать. Я залез в кухонный шкафчик и выудил оттуда коробку конфет, которую мне вручила родительница одного из учеников. Хотел приберечь на всякий случай. Видимо, случай как раз настал. Теперь одеться, бросить конфеты в рюкзак — и можно идти. Главное, чтобы на вахте не оказалась какая-нибудь новая бабулька, а то придется изображать Спайдермена, карабкаясь по балконам. — Данечка, ты ли это? — услышал я, едва за моей спиной захлопнулась входная дверь общежития. — Я, Галина Семеновна. Здравствуйте. Будучи студентом, я частенько зависал в общаге, так что успел познакомиться со всеми, кто здесь работал. Милая интеллигентная пенсионерка Галина Семеновна ко всем студентам относилась доброжелательно. Однажды я по пьяни читал ей Маяковского. Не помню, сколько я перед этим принял, но, видимо, Маяковский чудесным образом нейтрализовал алкогольные пары. С тех пор старушка любила меня почти как родного. — Я вот слышала, что ты решил навсегда в Поднебесной остаться. — Подумывал. Но обстоятельства изменились. Галина Семеновна посмотрела на меня грустно. — Прими мои соболезнования. — Спасибо. Люди не знают, как вести себя со мной, когда вспоминают про Еву. А я не знаю, как реагировать на их поведение. — Ты в гости к кому-то? — спохватилась она. — Да, студент на день рождения пригласил. — Кто? — Галина Семеновна открыла большую потрепанную тетрадь, в которой велся учет посещений. За пять лет ничего не изменилось. — Вадим Беляев из восемьсот восьмой. — А, Вадимка? — старушка вскинула голову. — Знаете его? — Конечно. Главный похититель девичьих сердец здесь, — улыбнулась она. «И не только девичьих», — подумал я. — Хороший мальчик, — продолжала Галина Семеновна. — Только день рождения-то у него был уже. — Был, — кивнул я, хотя даже не представлял, когда у Вадима день рождения. — Я пропустил. Вот, наверстываю. — Ну, давай свой паспорт. Но до одиннадцати выйти нужно, помнишь? — Насчет этого… Понимаете, у меня тут друзья. Мы давно не виделись. Боюсь не успеть. — Что ж ты пораньше не пришел? — она заговорщически улыбнулась, уже поняв, к чему я клоню. — Да вот, не успел, — развел я руками. — Может, я завтра с утра тихонечко выйду? — Ладно, что с тобой поделаешь, — покачала головой старушка. — Только по этажам не бродите. — Спасибо, дорогая Галина Семеновна! — я бы обнял эту милую женщину, если бы нас не разделяло стекло. — Будем вести себя тихо-тихо. — Конечно, — засмеялась она. — А это вам к чаю. — Я вытащил из рюкзака коробку конфет и положил на стойку вахты. — Спасибо, Данечка. Иди, пока тебя сменщица моя не заметила. — Бегу-бегу! Помнится, с лифтом здесь частенько бывали проблемы. Если бы мне пришлось пешком подниматься на девятый этаж, это стало бы последним, что я сделал в жизни. К счастью, лифт работал. В этом корпусе вообще ничего не изменилось. Даже наклейка с голой девицей на стене лифта никуда не делась, только выцвела немного. Девятый этаж. Выйдя из лифта я глубоко вдохнул и приготовился к общению с обкуренными младшекурсниками. Главное — не терять наглого выражения лица. Я постоял в коридоре, вспоминая порядок нумерации комнат. На этаже было чисто, но косметический ремонт явно не делался уже очень давно. Это общежитие секционного типа, двери из коридора ведут в секции, каждая из которых объединяет четыре комнаты. Подойдя к нужной секции, я услышал крики: — Откройте, изверги! Тут холодно и страшно! Я заглянул в секцию. У двери с номером 908 приплясывал совершенно голый парень с дредами, собранными в хвост на макушке. — Если я простужусь и помру, это будет на вашей совести! — стенал он. Костлявый, со следами от угрей на плечах, с плоской задницей — страшен, как моя жизнь. Я вежливо откашлялся. Парень съежился, будто его окатили холодной водой, обернулся и, прикрываясь ладошкой, спросил: — Вы к кому? — Видимо, к вам. — Минуточку, — он снова повернулся к двери и заорал: — Эй, кого вы там вызвали, пока меня не было? Он, конечно, прикольный, но я блондина хотел! Дверь открылась. — Это я, я вызвал! — засмеялся Антоша. — Заходите оба, пока весь этаж не переполошили. Персонаж с дредами пулей влетел в комнату. — Прикольный, значит? — приподнял я бровь, проходя мимо Антоши. Едва дверь открылась, я почувствовал характерный, но довольно слабый запах. Либо юные травокуры успели проветрить комнату, либо то, что они курили, было щедро разбавлено табаком. — Это комплимент, — улыбнулся Антоша. Вопреки ожиданиям, братишка был трезв, как стеклышко. — Твое вон там. «Мое» сидело на кровати, элегантно закинув ногу на ногу. Он тоже не выглядел укуренным, но был раздет до трусов. Увидев меня, Вадим встал и, кажется, хотел обнять, но передумал. Застеснялся, наверное. А стесняться здесь было кого, один Рома со своей убийственно-серьезной физиономией чего стоил. — Здравствуйте, Даниил Львович, — Рома протянул руку. — Вот уж не ожидал встретить вас в этом вертепе. — Могу то же сказать о вас, Роман Андреевич, — я ответил на рукопожатие. Рома был голым по пояс. Ах, как я и думал, кубики пресса и полное отсутствие волос на груди. Совсем как мне нравится. Я быстро окинул взглядом собравшуюся здесь компанию. Так, вот и миниатюрный мальчик, который лип к Вадиму на фотографиях. Сидит на полу, прислонившись спиной к батарее, и дремлет. Вживую он довольно мил. И тоже в одном нижнем белье. Сидящий рядом с ним смуглый черноволосый красавчик, как и Роман, раздетый по пояс, сверлил меня взглядом. Не думаю, что мы встречались, но я на всякий случай улыбнулся и кивнул ему. Уж очень пристальный был взгляд. — Негодяи, хоть трусы отдайте! — проскулил дредастый. — Под подушкой посмотри, — посоветовал Антоша. Кстати, он был самым одетым из присутствующих: джемпер поверх рубашки, джинсы и даже носки в полосочку. Дредастый шагнул к кровати, на которой спал кто-то закутанный в покрывало. Осторожно, чтобы не разбудить спящего, он выудил из-под подушки розово-голубую тряпочку. — Не желаете? — услышал я за спиной. Лохматый персонаж в футболке, но без брюк, широко улыбался и протягивал мне джойнт. — Не желает, — ожил наконец Вадим. Он взял меня за рукав и потянул к себе, подальше от лохматого. — Чем вы тут вообще занимаетесь? — спросил я. — В карты играем, — ответил Антоша. — На раздевание. Да он точно издевается! Но тут мне на глаза попались карты, небрежно брошенные на табуретку в центре комнаты. — Да, на раздевание, — вздохнул Вадим. — Антоха еще ни разу не проиграл. — А я продул вчистую! — с непонятной мне радостью воскликнул парень с дредами. Та розово-голубая тряпочка оказалась его трусами. Какая прелесть, розовые сердечки на голубом фоне. — Так, друзья мои! — Антоша хлопнул в ладоши, привлекая общее внимание. — Это мой братишка, зовут Даня, прошу любить и жаловать, но руками не трогать, а то Вадик обидится. — Прикуси язык, — процедил Вадим. Не думаю, что кто-то кроме Антона и меня его услышал. — Ладно, трогать не будем, — энергично закивал дредастый. Его тут же повело, и он плюхнулся на кровать рядом с человеком, который все еще продолжал спать. Надеюсь, это действительно был просто сон. — По крайней мере, постараемся, — подвигал бровями тот, кто предлагал мне курнуть. — Хм… — Мальчик, похожий на девочку, зашевелился и произнес страдальческим голосом, драматично вскинув руки к голове: — Так вот кто похитил сердце моего друга. Что ж, мне остается только смириться. — Витюша! — простонал Вадим, качая головой. Потом повернулся ко мне и тихо сказал: — Прости, он сам догадался. У него было такое виноватое лицо, что я даже растерялся. За что он извиняется? Так, стоп. Неужели Вадим заботился о моем моральном облике среди студентов? Я-то сначала решил, что он о своей репутации беспокоится. Вот я идиот. Надо было сразу все прояснить, тогда бы Вадик не дергался так целую неделю. — Ладно, ребятки. — Я снял пальто и бросил его на стул. — Пивом угостите? Я усадил Вадима на кровать, сел рядом и по-хозяйски взял его за коленку. Антоша говорил, что тут все по мальчикам, так что заявить права лишним не будет. Вадима мое поведение удивило, но вскоре он расслабился. — Если хочешь, мы можем уйти, — шепнул он и поцеловал меня в плечо. — Зачем? Я уже на вахте договорился, что выйду утром. На самом деле я преследовал определенную цель. Я видел Вадима среди других студентов. Видел его в обществе Антоши. Я знал, как он будет себя вести, когда мы останемся наедине. Теперь мне хотелось понаблюдать за ним в компании приятелей. Возможно, я увижу те его стороны, которые он предпочел бы от меня скрыть. Это обещает быть интересным. Дредастый с одобрительной улыбкой протянул мне пиво. Юный араб, которого я никак не мог вспомнить, почему-то выдохнул с облегчением. Могу предположить, что он ревновал к Вадиму свою пассию, а теперь, узнав, что у Вадика есть я, успокоился. Роман выглядел все так же холодно, но, когда я попросил у него зажигалку, почему-то покраснел.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования