Безумная семейка

      В наш маленький городок пришла зима, и улицы постепенно начинает засыпать снег. Мокрую после последних дождей мостовую еще в ноябре сковало льдом... Я не из тех, кто способен жить в жарком климате, но тонкий слой снега на гладком льду — это изобретение дьявола, в которого я, к слову, не верю. Сколько же раз я попадал в эту ловушку!Поскользнуться на подобном ничего не стоит, а хвататься посреди широкой улицы часто бывает не за что... Но хуже всего то, что на льду имеют свойство скользить и автомобили. Собственно, это и стало причиной тому, что сегодня произошло. Если бы ту машину не занесло на скользкой дороге, вряд ли сегодня произошло бы что-нибудь необычное... Однако же лед, из которого Эдвард любит вырезать фигуры, дал этому наивному киборгу шанс проявить себя с новой, неожиданной для нас стороны.       Как выяснилось, робкий юноша, который часто давал всем понять, что он боится обычной жизни среди людей, в душе является настоящим героем... или же он все еще с трудом понимает саму концепцию смерти и увечий. В любом случае, сегодня он совершил нечто в равной степени отважное и глупое. Мне кажется, лишь дети способны на подобные поступки. (Эдварда едва ли можно назвать взрослым: хоть на вид я и дал бы ему около двадцати лет, мыслит он так, будто ему не больше десяти... От момента "рождения" же ему всего шесть. Он является ребенком во всех смыслах этого слова — лишь выглядит старше своих лет. И тем не менее соседи считают его подростком с некоторыми проблемами адаптации.)       На нашей улице автомобиль — нечастое зрелище: живем мы на окраине городка, который при желании можно весь обойти пешком. (У меня у самого есть старый черный форд, но я пользуюсь им с одной целью — добираться до летнего домика, что в нескольких милях от города...) Именно поэтому я не особенно следил за перемещениями Эдварда в течение дня; мне казалось, что самая большая опасность для него — потеряться на улице и не найти самостоятельно дорогу домой... Что ж, мне следовало помнить о том, что раз в год и палка стреляет. Впрочем, сегодня Эдвард сам открыл запертую дверь при помощи канцелярского ножа, и предотвратить это было невозможно... В любом случае, мне теперь следует лучше следить за ним.       Вышел Эдди для того, чтобы посмотреть на первый в своей жизни настоящий снег: проведя всю жизнь во Флориде, он ни разу не видел холодной зимы... Признаться, я даже завидую ему, ведь он запомнит свой первый по-настоящему зимний день, а у меня на это не было ни шанса. Впрочем, по большей части завидовать тут нечему: он буквально заброшен в другой, чуждый ему мир, где приходится учиться буквально всему. Сколько же страданий он пережил из-за своей наивности и безотказности! (Его, черт возьми, втянули в ограбление, просто попросив помочь, — он же не мог отказать... Собственно, это ограбление и поставило крест на его спокойной жизни в том южном городке. Я очень рад тому, что нашелся там хоть один честный человек, который помог ему, отправив сюда. Та девушка говорила, что они по большому счету не должны были, не имели права вторгаться в жизнь Эдварда, выдергивать его из его дома и приводить в чуждый ему жестокий мир... Я согласен с ней. Однако же, раз он в этом мире все же оказался, я должен помочь ему научиться жизни здесь. Я надеюсь на то, что он сможет жить спокойно: проблем в его короткой жизни и так хватало...)       Насколько я понял, внимание Эдварда привлекла бродячая собака, и он стал за ней наблюдать — я видел в окно, как он стоял на крыльце и со счастливой улыбкой и следил за кем-то взглядом... Может быть, он решился бы спуститься с крыльца и поиграть с псом, но тут на улице появился злополучный белый фургон. Сначала я вообще ничего не понял, но каким-то образом почувствовал неладное, и только поэтому вышел — как выяснилось, очень вовремя. Уже к крыльца я увидел, как Эдвард так быстро, как только может, бежит наперерез фургону; я побежал за ним, не обращая внимания на свою больную ногу... Вообще-то бегать мне нельзя, но тут речь шла о спасении жизни. Эдди решил спасти собаку от потерявшей управление машины, жертвуя при этом собой... Я в последний миг успел оттолкнуть его в сторону — он в тот момент успел мертвой хваткой вцепиться в ошейник животного, так что спас я их обоих. Автомобиль же, проскользив боком еще несколько метров, остановился...       Разумеется, водитель вышел из машины, чтобы убедиться, что мы в порядке — он и помог мне дойти до дома, ведь Эдвард был слишком потрясен, чтобы что-нибудь соображать. Он молча медленно побрел к дому, не обращая внимания на большую ссадину на лице... Мне самому, кажется, было не намного лучше. Все, что я могу вспомнить с того момента, — сильная тупая боль в простреленной еще на войне ноге. Спица в ней не лопнула, но все же этот забег стоил мне очень многого... Я помню, что очень тихо, но яростно ругал то ли лед, то ли нацистскую разрывную пулю, из-за которой я и стал таким вот полуинвалидом... Полностью очнулся я на диване в гостиной после того, как Эдди догадался принести мне нашатырный спирт. — Эдвард, тебя не задело? Кажется, ты поранился, упав на землю... — я еле выдавил из себя эту фразу, взглянув в эти виноватые карие глаза. — Машина меня не сбила... И Спарки тоже. Простите, что я вас так напугал... Я думал, что успею спасти его, но тут вы... — начал он, отводя взгляд. Меня всегда умиляло то, как Эдвард иногда проявляет чисто человеческие черты... Кажется, отводить глаза его научил Вилли: прежде он такого не делал. Интересно, понимает ли он, почему некоторые люди не смотрят в глаза, когда чувствуют вину? — Это не так страшно... Ты либо герой, либо безумец! Разве можно рисковать собой ради собаки? Она же животное, а ты человек... Ты в любом случае ценнее ее! — Я не человек, я киборг... И почему я важнее собаки? — Ты разумный, понимаешь? — Собаки тоже бывают очень умные... А это чья-то собака, ее кто-то любит... Я не хочу, чтобы люди страдали! — У тебя золотое сердце, Эдвард... Я горжусь твоей самоотверженностью, но помни, что тебя любим мы, и если с тобой что-то случится, то мы будем страдать не меньше, чем хозяева собаки. Впредь помни, что животное можно просто позвать, чтобы оно само убежало... Ты же не будешь больше жертвовать собой ради других существ, правда? — я медленно встал и положил руку ему на плечо, говоря это. — Конечно... А мы найдем хозяев Спарки? — Ну разумеется! Кажется, я знаю, чей это пес... Мы сегодня же пойдем к ним, но пока нужно привести тебя в порядок.       Когда Вилли и Крейн вернулись из школы, Эдвард рассказал им то, что я только что написал... Сам он, очевидно, не считает, что сделал что-то выдающееся, но они сошлись во мнениях: Эдди — герой, заслуживающий почета. Что ж, я не могу не согласиться с ними, однако ему следует ценить себя чуть больше и заботиться о собственной безопасности.       P. S. А также не мешало бы научить Эдварда правилам дорожного движения и безопасности в целом... Пока он не отходит далеко от дома, но, скорее всего, исследование новых мест не заставит себя долго ждать, и к этому нужно быть готовым.