Ради тебя я стану богом

Слэш
NC-17
В процессе
247
автор
3емляника гамма
Размер:
планируется Макси, написано 565 страниц, 30 частей
Описание:
Дин пытается выполнить данное Сэму обещание и живёт с Лизой. Но обычная жизнь не складывается: он не в силах оставить попытки спасти брата, а странные сны, похожие на предвестие будущего, которые он начинает видеть неожиданно для себя, могут изменить всё.
Посвящение:
Ане. Без тебя эта работа загнулась бы где-то на прологе:)
Лесн0й демон и 3емляника. Спасибо вам за всё, что делаете для этой работы и за пинки:)
Всем читателям. Спасибо каждому, кто нашёл для себя что-то в этой работе и читает её:)
Примечание: все интерлюдии в этой работе, где фигурирует Люцифер, посвящены коту по кличке Люцифер, который послужил бесконечным источником вдохновения для них:)
Примечания автора:
Дисклеймер: вселенная Supernatural и её герои принадлежат Эрику Крипке и так далее. Ни на что не претендую, от всего отказываюсь:)

Всё банально: автору не понравилась концовка сериала и он решил её пофиксить:) Действие начинается после пятого сезона, и история обещает быть долгой. В немалой степени это история отношений, но и экшену и приключениям место найдётся.
В силу некоторых причин события развиваются иначе, но всё равно опираются на канон в отдельных моментах. Этим обусловлено и то, что быстрого развития отношений героев в сторону романтики не предвидится. Но в итоге все обязательно обретут своё счастье и друг друга:)
Метки и пэйринги могут пополняться по ходу работы, так как герои иногда ведут себя своевольно в процессе написания и случаются незапланированные пэйринги и сюжетные повороты:)
У работы появился приквел, который может считаться нулевой частью - https://ficbook.net/readfic/10427704, приквел-вбоквел - https://ficbook.net/readfic/10844781 и вбоквел - https://ficbook.net/readfic/10980969
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
247 Нравится 436 Отзывы 87 В сборник Скачать

Интерлюдия №1

Настройки текста
Персонажи: Люцифер, Сэм Винчестер, Михаил, Адам Миллиган, Руби. Пэйринг: Люцифер/Сэм Винчестер Рейтинг: не превышает указанный в работе Жанры и предупреждения: соответствуют указанным в работе Таймлайн: продолжение событий сцены с указанными героями в Часть II. Глава 2       Сэм скрипнул зубами, понимая, что из захвата демона, который сумел подкрасться сзади незамеченным, ему не вырваться. Мысленно выругав себя за проявленную беспечность, Сэм невольно вздрогнул, когда к нему быстрым шагом приблизилась демон в женском обличии. Ещё успев подумать, что события последнего времени негативно сказались на инстинктах охотника, Сэм задохнулся.       Внешне обманчиво хрупкая девушка сжала руки на его горле так, что Сэм удивился, как шейные позвонки не сломались сразу же. Перед глазами все завертелось, темнота стремительно накатила волной, и Сэм едва рассмотрел фигуру Люцифера, который схватил девушку с такой силой, что она завизжала и разжала руки. Демон, удерживающий его в захвате, злобно выругался.       Бессмысленно дёрнувшись вперёд, Сэм с усилием втянул воздух и попытался сглотнуть. Горло отозвалось сумасшедшей болью и судорожно сжалось, но перед глазами неожиданно прояснилось. С трудом сфокусировав зрение, Сэм успел заметить, как Люцифер сшиб демона на землю и сам упал вместе с ней. Безжалостный захват стал сильнее, и Сэм едва не вскрикнул.       Плечи ломило болью, спина недобро хрустнула, а воздуха всё ещё казалось мало. Машинально скользнув взглядом дальше, Сэм дёрнулся, когда заметил Руби, чьё лицо и волосы были перепачканы кровью, дерущуюся сразу с двумя демонами. Михаила и Адама, которых оттеснили в драке ещё раньше, по-прежнему не было видно. Сэм всё-таки сглотнул, не обращая внимания на боль.       Непонимание, почему демон удерживает его, но не предпринимает попытки убить, затерялось в волне страха, поднявшейся из глубин существа. Сэм тряхнул головой, отозвавшейся головокружением, пытаясь понять, откуда страх и вздрогнул. Взгляд невольно вернулся к Люциферу и демону, которые катались по земле. Навскидку преимущество было у демона.       Сэм закрыл глаза на мгновение. Мысли снова смешались в нераспутываемый клубок. Настойчивое знание, что он должен испытывать к Люциферу исключительно ненависть и память о пытках конфликтовали с только усиливающимся страхом. Сэм предпринял новую попытку вырваться, предсказуемо оказавшуюся бесполезной. Но настойчивая потребность что-то предпринять не ослабевала.        — Люц, — звонкий крик Руби заставил внимание мгновенно переключиться.       Сэм перевёл взгляд обратно на неё как раз в тот момент, когда Руби наклонилась и отправила нож, идентичный тому, которым владела Руби в их мире, катиться по земле к Люциферу. Вложенная сила была рассчитана идеально точно, что Сэм понял, когда Люцифер вытянул руку, схватил оружие и мгновенно вонзил его в бок демона. Яростный крик почти оглушил.       Моргнув, Сэм запоздало понял, что кричал демон, удерживающий его. Руби уже выпрямилась и удачным ударом ноги отшвырнула от себя очередного противника, а Люцифер сбросил с себя явно мёртвое тело. Хватка неожиданно ослабла, и Сэм не упустил момент. Удар наудачу позволил наконец-то освободиться. Схватив валяющийся в стороне клинок, Сэм молниеносно вонзил его демону в грудь.       Мерцание возвестило, что он попал в сердце, и Сэм позволил себе выдохнуть. Руби, которой Люцифер швырнул обратно нож, упокоила ещё одного демона, и неожиданно наступила тишина. Сэм неверяще осмотрелся. Заметил на приличном расстоянии в стороне Михаила и Адама, которые, по крайней мере, стояли на ногах, что внушало надежду, и, не отдавая себе до конца отчёта, шагнул к Люциферу.       Инстинкт самосохранения мгновенно сработал, предупреждая об опасности. Виски заломило болью, и Сэм замер на месте. Противоречия, проявляющие себя всё ярче с каждой минутой, грозили свести с ума. Не понимая, почему ему отчаянно хочется следовать инстинкту помочь, а не здравому смыслу, который призывал держаться от его мучителя как можно дальше, Сэм сделал ещё шаг.       Люцифер, который почему-то не спешил подниматься, остановил на нём внимательный взгляд, и Сэм невольно вздрогнул. Спина покрылась мурашками в ту же секунду, но действительно пугало то, что Сэм никак не мог убедить себя, что они от страха. Отчаянно напоминая себе, что он должен бояться Люцифера, Сэм всё-таки сделал очередной шаг, отмел мысль о сумасшествии, и протянул руку.       Инстинкты взвыли громким ором, когда мозг осознал действие, и Сэм всерьёз разозлился. Собственное странное состояние пугало и воспринималось как нельзя более неуместным в ситуации в целом. Мелькнуло понимание, что он, вероятно, был бы уже мёртв, не оттащи Люцифер демона, и Сэм нахмурился. Слишком многое в общей картине не складывалось.       Усилием воли отодвинув размышления в сторону, Сэм сосредоточился на Люцифере, который смотрел на протянутую руку странным взглядом. Сэм чуть шевельнул ладонью, побуждая принять помощь и отказываясь анализировать свои действия, и заморгал, когда перед глазами мелькнула странная картинка, в которой он также протягивал руку Люциферу, стоящему на коленях.       Злость почти переросла в ярость, толкающую разобраться с беспорядком в голове здесь и сейчас, когда Люцифер ухватился за его ладонь и с заметным трудом поднялся на ноги. Сэм судорожно сглотнул и даже не заметил сопровождающей действие боли в горле. По пальцам словно пробежал слабый разряд электрического тока. В глазах Люцифера промелькнуло удивление.        — Вы в порядке? — голос Михаила, звучащий удивительно спокойно, резко вернул в реальность.       Сэм тряхнул головой, пытаясь отогнать наваждение, но смутно осознавая, что наваждением оно как раз и не являлось. Понимания, чем являлось, не было, и Сэм оставил это для обдумывания позже. Разжал руку, но мгновенно дёрнулся в попытке удержать, когда Люцифер пошатнулся. Тот недобро сверкнул глазами, и Сэм остановился, расценив это предупреждением.        — Кто-нибудь серьёзно ранен? — новый вопрос последовал уже от Руби, и Сэм обернулся, а затем и отошёл от Люцифера на шаг.        — Ссадины и ушибы, — машинально отозвался Сэм, понимая, что интерес не является праздным любопытством. — У тебя кровь.        — Не моя, — быстро заверила Руби, провела пальцами по щеке и тяжело вздохнула, когда на них остался даже не след, а несколько алых капель. — Точнее, не вся моя. Осточертело. Вы как? — она поочередно смерила взглядом Михаила и Люцифера. — И где Адам?        — Я цел, — лаконично отозвался Михаил, мгновенно заозирался, явно ища взглядом Адама, а найдя, нахмурился. — Он был в порядке, но я не понимаю, что он делает.        — Эмм, разглядывает трупы? — с явственным недоумением предположила Руби, которая проследила взгляд Михаила.        — Адам, — окликнул Сэм и быстро зашагал вперёд. — Эй, — позвал он, подойдя достаточно близко. — Адам, ты меня слышишь?        — И остальных тоже, — с каким-то мёртвым пугающим безразличием отозвался Адам, приблизился к очередному трупу на своём пути, склонился, закрыл ему глаза и едва слышно пробормотал: — Одиннадцать.        — Так, Адам, что ты делаешь? — Сэм попытался выдержать максимально ровный тон, а боковым зрением отметил, что к ним почти подошли Михаил и Руби, а за ними будто бы нехотя шагает Люцифер. — Ты… считаешь погибших? — немного неуверенно уточнил Сэм, чувствуя себя глупо.       Но происходящее не желало находить чёткого объяснения. Мысли всё ещё путались и норовили смешаться, и Сэм едва удержался от желания сжать голову руками, что ничем помочь не могло. Состояние Адама вызывало серьёзные опасения, а когда он вскинул голову, Сэм едва не отшатнулся. В голубых глазах отражалась буря эмоций. Озарение, что Адам на грани истерики, пришло запоздало.        — Там это были ангелы, Сэм, — голос Адама прозвучал всё также безразлично и казался даже более неживым, чем в предыдущих фразах. — За то время, что я пробыл в лагере людей, на него нападали трижды. Эти твари гибли, но с ними гибли и их сосуды. Люди. Здесь это демоны. Они мертвы. И их сосуды тоже. И это уже не закончится, Сэм. Может, мы когда-нибудь вернёмся домой. Но и там будет то же самое. Люди будут погибать только потому, что какому-нибудь ангелу или демону приспичило погулять по Земле.        — Адам… — Сэм сглотнул и закрыл глаза, понимая, что крыть ему нечем. Воспоминания о том, как часто он сам или Дин срывались по схожим поводам, пронеслись длинной каруселью. — Слушай, я понимаю. Ты ведь знаешь, кто мы. Я и Дин. Я понимаю, каково тебе сейчас. И я хотел бы сказать, что станет легче, но…        — Не станет, — Люцифер перебил бесцеремонно, и Сэм мгновенно обернулся. Наткнулся на абсолютно серьёзный взгляд, который видел у Люцифера всего пару раз, и неожиданно проглотил возражения, готовые сорваться с языка. Адам вздрогнул, но посмотрел на Люцифера без страха. — Ты сечешь суть, Адам. Это не закончится. Но знаешь, то, что тебя так ужасает в действиях жутких ангелов и демонов, ерунда на фоне того, что творят сами люди. Сколько войн, где они гибнут сотнями, тысячами, миллионами, развязали демоны? Ни одной. Сколько обычных убийств ради денег, из страсти или потому, что кто-то встал не с той ноги совершили ангелы? Ни единого. Горькая и неприглядная правда, которую так не любят признавать обезьянки, мой дорогой Адам, заключается в том, что ты живёшь в несовершенном мире. Он был раем когда-то. Но вам, обезьянкам, не жилось в счастье и гармонии. Другой реальности у тебя уже не будет. И чем раньше ты это поймёшь, тем проще тебе будет жить. Вот такая фигня.        — Люцифер, — в голосе Михаила странно смешались горечь и злость, а он заколебался, казалось, не понимая, к кому шагнуть.        — Нет, всё нормально, — вмешался Адам, который как-то встряхнулся. Пожал плечами, тут же поморщился явно от боли, но говорить продолжил: — Он прав, Михаил. Не верю, что говорю это, но он прав. Жить в иллюзии дерьмово, даже если правда ещё дерьмовее.        — Это не вся правда, Адам, — твёрдо возразил Сэм и с вызовом встретил взгляд Люцифера, который гримасой изобразил преувеличенное внимание и любопытство. — Обезьянкам свойственно любить. Ради любви и из-за неё люди часто совершают глупые или опрометчивые поступки. Но она придаёт смысл. Кто-то готов сражаться за близкого человека, кто-то за себя, а кто-то — за весь мир. И на любое зло всегда найдётся добро. И на самом деле тебя определяет только твой выбор. За что ты готов драться и за что готов умереть. Ты не сможешь исправить несовершенный мир, Адам. Это так. Но это не означает, что не стоит пытаться делать его лучше.        — Я… — Адам сглотнул, и Сэм перевёл взгляд на него, прекращая своеобразную дуэль с Люцифером, от которой, казалось, успел накалиться воздух. — Как ты с этим живёшь?        — Дерьмово, — Сэм усмехнулся и слегка пожал плечами. — Я пытался от этого сбежать. Поступил в колледж. Но охота — это на всю жизнь. Что с плечом?        — А? — Адам растерянно моргнул, а потом будто прислушался к себе. — Не знаю. Болит.        — Дай гляну, — Руби, которая не отрывала от Сэма странного взгляда на протяжении всего диалога, шагнула к Адаму одновременно с Михаилом и быстро ощупала повреждённое место. — Вывих. Я никогда не умела их вправлять нормально. Сэм, можешь?..        — Я могу исцелить, — вмешался Михаил, вскинул руку, словно хотел коснуться щеки Адама, но резко остановился.        — Это мелочь, а вам лучше не тратить силу без крайней необходимости, — напомнил Адам, вымученно улыбнулся и кивнул Сэму. — Вправляй.        — Будет больно, — с сожалением предупредил Сэм и, не давая Адаму шанса задуматься и испугаться всерьёз, быстро поднял его руку так, чтобы она оказалась под прямым углом по отношению к телу, а потом решительно дёрнул на себя. Короткий болезненный крик перерос в стон, а Адам прикусил губу. Михаил оказался совсем близко к нему в долю секунды, и Сэм мысленно улыбнулся, заметив неподдельную растерянность на его лице. — Прости. Боль должна уменьшиться.        — Да, уже, — Адам кивнул и мимолётно улыбнулся. — Спасибо. Михаил, я в порядке. Это ерунда.        — Исцеление требует минимальных затрат энергии. Ты мог избежать боли, — Михаил недовольно поджал губы и как-то странно повёл руками, словно не знал, куда их деть.        — Обычно у обезьянок нет рядом ангелов, способных излечить одним прикосновением, — Адам криво усмехнулся, но взгляд его заметно потеплел, когда он повернул голову к Михаилу. Сэм только чуть прищурился, когда поймал себя на мысли, что всё меньше понимает их отношения. — Я в порядке, — повторил Адам. — Если доберёмся куда-то, где есть холодильник, приложу лёд. Это просто вывих.        — Кстати об этом, — вмешалась Руби, которая теперь выглядела заметно усталой. — Предложение всё ещё в силе. Машина даже уцелела. Тут мы сделали всё, что могли, — она с горечью скривила губы, быстрым взглядом окидывая разбросанные вокруг трупы. — Поехали домой.        — Погоди, что? — Сэм моргнул, проигнорировал странный взгляд Люцифера и сопутствующую мысль, что тот смотрит на него почти постоянно, и уверенно договорил: — Их надо похоронить. То есть хотя бы… Мы не можем бросить тела просто так.        — Говори за себя, — странным тоном отозвалась Руби и выудила из кармана ключи от машины, не обращая внимания на то, что пачкает светлую джинсовую ткань кровью. — Я не стану спать хуже от того, что оставлю их валяться тут.        — Но это… — Сэм нахмурился, не понимая резкой перемены в поведении Руби, — не по-человечески.        — Да что ты? — она не обернулась, но остановилась на полпути к машине. — Ну, тогда запиши меня в монстры. Кто-то всё ещё желает поехать в более-менее безопасное место?        — Руби, я не имел в виду… — Сэм вновь не закончил фразу и с досадой стиснул зубы на мгновение. — Ты можешь объяснить, что настолько не так в моём предложении?        — Знаешь, а могу, — Руби всё-таки повернулась, и Сэм напряжённо сглотнул, заметив светлые дорожки на её щеках, размывшие кровь. — Да. Я зарывала, Сэм. Сначала я даже искала родственников, чтобы они похоронили погибшего подобающим образом. Когда не находила, хоронила сама. Старалась делать хоть и безымянные, но отдельные могилы. А потом наткнулась на зомби, которые одну из таких разрыли. Следом гули. На звонки всё чаще никто уже не отвечал, и на этом я перестала искать родственников. Стало некого искать. А потом трупов стало столько, что даже копай я сутками и братские могилы, этого бы было маловато. Мой предел был на этом, — она вскинула руку и указала на шрам на щеке, видимый даже под слоем крови. — Семейство гулей не оценило мою попытку прервать поедание печени и сердца трупа, который я зарыла буквально за пару дней до этого. Это бесполезно, Сэм. Только не в мире, где каждый день гибнут тысячи. Только не в мире, где ты зарываешь трупы с одной улицы, а на соседней тебя поджидает ещё с десяток других в лучшем случае. Только не в мире, где даже вендиго и ругару не брезгуют мертвичинкой, если не находят себе закуску, ещё передвигающуюся на своих двоих. Считаешь меня бездушной тварью? Хочешь поступать правильно? Валяй. А я просто поеду домой и отмечу в календаре ещё один день, который пережила.        — Боже, Руби, — Сэм шагнул вперёд, не до конца понимая, что хочет сделать и чувствуя, как глаза жгут непрошенные слёзы.        — Эй, — Адам в несколько шагов преодолел расстояние, разделяющее его и Руби, и крепко её обнял. — Тише. Ты больше не будешь одна, слышишь?        — Я не могу больше, — неожиданно жалобно пробормотала Руби, уронила голову Адаму на плечо и глухо разрыдалась. — Иногда мне кажется, что у меня не осталось даже сил встать с кровати очередным утром. Я больше не понимаю, зачем вообще живу. Назло. Назло чертовым тварям и всему вот этому.        — И это тяжело, — голос Адама дрогнул, он отстранился и осторожно стёр со щек Руби слёзы, перемешавшиеся с кровью. — Мой отец был охотником. Он охотился за монстрами. Но я об этом даже не знал. Пока в один день гули, чьего отца он убил, не решили ему отомстить. Они убили мою мать на моих глазах. И пировали. Потом они убили меня.        — Чёрт, — Руби мимолётно прикусила губу, а потом криво улыбнулась. — Ладно, ты меня обошёл. Я всё ещё жива хотя бы. Но как ты тогда?..        — Это долгая история, — Адам бросил мимолётный взгляд на Михаила, который стоял с мрачным выражением лица, а затем поспешно заверил: — Я не зомби или ещё кто. Меня… воскресили.        — Ну да, ангелы, — Руби быстро стёрла остатки слёз и кивнула головой. — В вашем мире они, наверное, помогают людям.        — Хм, — Сэм в последний момент сдержал резкий комментарий, подошёл к Адаму и Руби и осторожным жестом сжал её плечо. — Прости. Я не подумал, что…        — Нет, всё нормально, — тут же перебила Руби. Шмыгнула носом и освободилась из объятий Адама. — Это ты прости, мне не стоило устраивать глупую истерику. Просто… Я не смогла помочь своей семье. Всё, что мне осталось, это верить, что я могу помочь хоть кому-то ещё. Но это непросто, когда ты проигрываешь день за днём.        — Я знаю, — Сэм невольно сжал руку чуть сильнее. — Я знаю, как больно мириться с осознанием, что ты не можешь спасти всех. И как бывает дерьмово, когда не получается спасти вообще никого или самых дорогих.        — Ну. Сегодня я вроде как пытаюсь спасти вас, — Руби чуть натянуто, но вполне искренне усмехнулась, явно пытаясь разрядить обстановку. — У меня есть холодильник, в котором точно найдётся лёд и еда. Так что, — она приглашающим жестом махнула в сторону машины, одиноко припаркованной у обочины.        — Я голоден настолько, что, кажется, осилил бы и целого гуля, — резковато для того, чтобы это было искренним в полной мере, оживился Адам, но быстро стушевался. — Чёрт. Наверное, чёрный юмор это не очень хорошая идея.        — Гуля не обещаю, — фыркнула в ответ Руби и щёлкнула брелком сигнализации. — Но если по дороге встретим вампиров или ещё кого, то можем обсудить меню обеда, — она распахнула дверцу машины со стороны водительского сидения и повернулась. — Вы так и будете стоять? Сад… Люц? — выражение лица Руби и её тон вновь изменились так стремительно, что Сэм резко развернулся.       Взгляд выхватил Люцифера, который шагнул вперёд и тут же начал заваливаться вбок. Тело реагировало быстрее мозга, и Сэм, сам не заметив как, оказался рядом достаточно быстро, чтобы успеть предотвратить падение. Михаил, на шаг от которого отставали Руби и Адам, подхватил Люцифера под локоть с другой стороны и коротко благодарно кивнул. Сэм только свёл брови.        — Что случилось? — тон Михаила был резким, но Сэм каким-то шестым чувством понял, что он лишь отражает беспокойство. — Люцифер, отвечай. Ты ранен?        — Тсс, Мишель. Ты портишь мне репутацию, — кривая улыбка получилась удивительно ехидной и настолько свойственной Люциферу, что Сэм даже не понял, как любой здравый смысл полностью отключила моментально вспыхнувшая злость. Понимание, что она строится на отчаянном страхе, Сэм отбросил в сторону. — Злодеи не…        — Заткнись, — Сэм на мгновение испугался звучания собственного голоса, но остановиться уже не мог. Проигнорировал удивлённый и настороженный взгляд Михаила, и быстро начал ощупывать Люцифера, ища возможные повреждения. — Если ты собрался умереть только потому, что гордость не позволяет попросить помощи и даже ответить на прямой вопрос, то не дождёшься, Люцифер.        — Сэмми, ты…        — Заткнись, — повторил Сэм, грубо перебив, и с трудом контролируя злость. Пальцы прошлись по правому боку ниже ребра, и Люцифер неожиданно зашипел сквозь стиснутые зубы. Сэм, не раздумывая, рванул вверх футболку Люцифера. Горло сжало спазмом, когда взгляд выхватил сквозную дыру размером с кулак. — Чёрт. А тебе не приходило в голову, что когда мы выявляли повреждения, стоило открыть рот и сказать о том, что тебя немного продырявили? — опасным тоном поинтересовался Сэм, уже не пытаясь сдержать злость.        — Сэмми, это, конечно, мило, что ты помнишь, кто я, но я предпочитаю обращение по имени, — Люцифер попытался привычно широко улыбнуться, но гримаса боли превратила улыбку в криво приклеенную ухмылку. — Разве я не говорил тебе об этом, когда сдирал с тебя кожу? Уверен, что…        — Закрой свой рот, — Сэм отчеканил каждое слово с ледяной яростью. Заставил себя сделать глубокий вдох и обернулся к Михаилу. — Ты же сможешь?..       Вопрос остался незаконченным, когда Сэм заметил, что из ладони Михаила уже струится мягкий свет, окутывающий рану, которая затягивалась на глазах. Проигнорировав странные взгляды Руби и Адама, которые благоразумно не вмешивались в ситуацию, явно предпочтя роль наблюдателей, Сэм закрыл глаза. Осознание, что для архангела рана является почти пустяковой, приходило медленно.        — Ты должен был исцелиться, — с недоумением начал Михаил, но как-то резко умолк.       Сэм не стал открывать глаза, и тут же вспомнил, как Люцифер поглотил остатки своей благодати за мгновение до побега из мира альтернативного Михаила. Ответ нашёлся сам по себе. Слишком мало, что, вероятно, замедлило процесс самоисцеления. Короткая светящаяся ленточка, похожая на большую каплю, повертелась перед внутренним зрением, и исчезла, а Сэм внезапно будто бы очнулся.       Осознание собственной реакции приходило ещё медленнее предыдущего. Он испугался за Люцифера. Испугался настолько, что потерял контроль над эмоциями. Испугался настолько, что даже не вспомнил, что обычные, пусть и серьёзные ранения, архангела не убьют. Из горла рванулся истерический смех, который Сэм едва подавил в последний миг.       Мелькнула очередная странная картинка. Серьёзный и настороженный взгляд Люцифера и их сплетённые в замок пальцы. Сэму показалось, что отчаянный крик он сдержать уже не сможет. Странные видения и собственные категорически неправильные реакции на Люцифера и его поступки, которые в свою очередь выглядели не менее странными, доводили до исступления.        — Сэм, — настойчивый голос Адама проник в сознание. Сэм машинально и совершенно равнодушно отметил, что тот зовёт его явно не в первый раз, и нехотя открыл глаза. — Ты в порядке?        — Нормально, — сухо отозвался Сэм. Напряг боковое зрение, убедился, что от жуткой раны Люцифера не осталось и следа, и направился к машине, желая избежать продолжения расспросов. — Нам далеко ехать?        — Четверть часа, — нейтрально отозвалась Руби, но Сэм спиной ощутил её обеспокоенный взгляд.       Однако вопросов больше не последовало, и Сэм вздохнул с облегчением. Устроился на переднем сидении, лишая остальных права выбора и бессмысленным взглядом уставился в пространство. Люцифер и Михаил то ли дискуссировали, то ли просто оживлённо разговаривали, но Сэм заставил себя не вслушиваться. Частичное абстрагирование от реальности дарило шаткое спокойствие.       Цепляясь за отстранённость сильнее, чем утопающий за соломинку, Сэм только констатировал события фактами для памяти. Спор Люцифера и Адама, пока они вместе с Михаилом устраивались на заднем сидении. Чуть дрожащие пальцы Руби, поворачивающие ключ в замке зажигания. Резкий старт машины с места. Пробирающий до дрожи вид улиц, которые они проезжали.       Аккуратный двухэтажный дом, возле которого Руби лихо припарковалась, всё-таки заставил Сэма немного встряхнуться. Ровный газон, подстриженный почти идеально, неожиданно показался иллюзией из другой реальности. Слишком контрастно смотрелась яркая зелёная трава на фоне сожженных и разрушенных домов, которые встречались по дороге и общей разрухи.        — В доме две ванные комнаты, — обыденно сообщила Руби, когда все покинули машину и медленно зашагали по узкой дорожке, ведущей к крыльцу. — Но если что дом, который слева, — Руби махнула рукой, и Сэм проследил направление взглядом, — пустует уже с месяц или около того. Хозяева мертвы и вряд ли обидятся, если кто-то воспользуется удобствами в их жилище.        — Но зачем? — с уловимым недоумением спросил Михаил.        — Зачем пользоваться удобствами? — усмехнулась Руби. — Я уж не знаю, как это происходит у ангелов, но единственное, чего я сейчас хочу, это смыть с себя чёртову драку, кровь и грязь.        — Поддерживаю, — с горячностью в голосе согласился Адам. — А у тебя правда есть еда?        — Да, — Руби окинула его мимолётным взглядом и тепло улыбнулась. — И я даже умею готовить. Сэм, есть предпочтения? Адам вон желал гуля.        — Вампиров по дороге мы не встретили, так что барбекю придётся отложить, — шутка далась неожиданно легко, а в груди будто развязался какой-то тугой узёл. — Я приму душ в пустующем доме, раз такая возможность есть, и могу помочь тебе на кухне.        — Отказываться не стану, — Руби благодарно кивнула, шагнула на крыльцо, отперла дверь и повернулась к Михаилу и Люциферу, которые на удивление дружно хранили молчание. — Эмм, а вы вообще едите? То есть обычную человеческую еду?        — Вероятно, такая потребность у нас теперь присутствует, — с долей сомнения отозвался Михаил, который застыл и словно прислушивался к чему-то невидимому. — Это чувство похоже на голод.        — Погоди, — Адам недоверчиво моргнул. — Ты что, хочешь сказать, что тот Михаил не кормил вас в плену? Но если вы уже тогда были лишены благодати, да ещё и полностью, и были как бы людьми, то вам требовалась еда.        — В плену? — Руби приподняла брови, но не дождавшись ответа ни от кого, только чуть пожала плечами. — Ладно, я поняла. Очередная долгая история. А вы все чертовски голодные. Адам, ванная на втором этаже, третья дверь справа. Запас полотенец есть в шкафу, а… принадлежности, которые могут пригодиться, остались от… В общем, найдутся.        — Конечно, — Адам мимолётно коснулся руки Руби то ли успокаивающим, то ли благодарным жестом и скрылся в доме первым.       Сэм проследил взглядом, как Михаил и Люцифер, выглядящие несколько дезориентированными проходят внутрь вслед за Руби, и медленно зашагал к соседнему дому, на который она указала. Прожигающий взгляд, который он узнавал интуитивно, заставил мурашки в очередной раз побежать по спине буйным табуном, но Сэм только стиснул зубы и запретил себе оборачиваться.       Дверь тихо скрипнула, открываясь от простого толчка, и Сэм без особого интереса осмотрелся. Небольшая прихожая выглядела по-своему уютной, но общая атмосфера запустения вызывала чувство дискомфорта. Сэм вздохнул и медленно пошёл по этажу, открывая все двери подряд. Ванная комната оказалась скрыта за третьей по счёту. Быстро найдя всё нужное, Сэм открыл горячую воду.       Понимание, что душ вновь стал ему необходим, обрушилось почти откровением. Сэм подставил спину тугим струям воды и медленно втянул в себя воздух. Появление Руби не оставило шансов в полной мере осознать своё полноценное возвращение в мир живых, и мозг, пользуясь случившейся паузой, активно запустил процесс. Сэм подавил желание ущипнуть себя.       Невесёлая усмешка скользнула по губам, когда осознание, что он занимает не совсем своё тело, нашло своё место. Взгляд невольно заскользил по ногам, и Сэм только слегка поморщился, не увидев нескольких привычных шрамов. Память услужливо подбросила шутки Дина о том, что он вернулся из Ада девственником в идеальном исцелённом теле, и усмешка сменилась грустной улыбкой.       Резкий запах геля для душа совпал с очередной картинкой, мелькнувшей перед глазами, и Сэм едва не запустил бутылку в стену. Пытливый ум усиленно начал искать объяснения, но ни одно не казалось достаточно правдоподобным. Прикидывая, мог ли Люцифер придумать какую-то совсем уж изощрённую пытку, Сэм потянулся за шампунем. Мысль не прижилась, и Сэм запрокинул голову.       Кожу чуть неприятно закололо от слишком горячей воды, но Сэм упрямо остался стоять не шелохнувшись. Возможность вновь полноценно чувствовать воспринималась маленьким чудом, и упускать даже мгновение, независимо от того, приятное оно или нет, не хотелось. Уже неспешно распределяя шампунь по волосам, Сэм сообразил, что здесь у него причёска, схожая с привычной для него.       Момент странно отозвался в сознании. На секунду Сэм замер, определяя свои ощущения. И испытал невольное облегчение, когда понял, что разница внезапно перестала казаться хоть сколько-то существенной. Думать о возвращении домой, где имелось его родное тело, казалось бесперспективной затеей, с учётом того, что пока не было даже фантастических перспектив найти способ это осуществить.       Медленно нарастающая тревога сбила мысли с упорядоченного хоть как-то потока, и Сэм быстро закончил с водными процедурами. Растирая волосы полотенцем, он задался вопросом, что толкало поспешить настолько сильно, и едва слышно выругался, понимая, что ярче прочего была потребность убедиться, что Люцифер в порядке. Чувствуя себя героем пьесы абсурда, Сэм бросил взгляд на вещи.       Небрежная кучка, лежащая на полу, выглядела полностью лишённой привлекательности. Секунду поразмыслив, Сэм сообразил, что должно было остаться немало вещей его местной версии. Сэм обмотал полотенце вокруг бедёр и отбросил неловкость. Со слов Руби становилось понятно, что соседей в приличном радиусе не наблюдалось, а значит, его вид вряд ли кого-то смутит.       И всё-таки Сэм поймал себя на том, что расстояние до двери дома Руби он преодолел едва ли не бегом и почти рассмеялся. Смесь звуков и запахов обрушилась на него, едва он вошёл внутрь. Ни Люцифера, ни Михаила не было видно. Сэм пересёк гостиную и заглянул в открытый дверной проём. Адам с чуть растрёпанными волосами и в рубашке явно не по размеру, окинул его весёлым взглядом.        — Мм, ты собрался ходить по дому в таком виде? — с необидной насмешкой осведомилась Руби, которая отвлеклась от резки спаржи и приподняла брови. Сэм окончательно опознал помещение кухней. — Не то чтобы я возражаю, но если нападут монстры, может получиться неловко.        — Я хотел спросить, — Сэм замялся на мгновение, — не осталось ли тут какой-нибудь одежды.        — О, — Руби моргнула, а улыбка исчезла из её глаз. — Прости, я не подумала. Второй этаж, налево, первая дверь. Там в шкафу… В общем, выбирай всё, что понравится.        — Спасибо, — кивнул Сэм, ощущая неловкость ситуации почти физически. Некоторое время смотрел на Руби, которая уже вернулась к прерванному занятию и в домашних шортах и майке, поверх которых был надет фартук весёлой расцветки, выглядела самой обычной девушкой, и чуть дрогнувшим голосом добавил: — За всё спасибо, Руби.        — Ты обещал мне помочь готовить, — мгновенный ответ сказал Сэму, что его взгляд незамеченным не остался. — Но если ты будешь это делать в таком виде, кто-то что-то обязательно неправильно поймёт.        — Дай мне пару минут, и у тебя появится сомнительный помощник, — усмехнулся Сэм. — Одетый.        — Да уж, пожалуйста, — фыркнула Руби в ответ. — У меня на сегодня лимит драк исчерпан. И я ещё не решила, как относиться к вашему дьяволу в принципе. Не хочу решать это с оружием в руках.        — Что, прости? — Сэм застыл, не поставив на ступень занесённую ногу. — Причём тут Люцифер?        — О, — Руби заметно растерялась. — Мне показалось… Вы… Знаешь, это неважно. И, кстати, спроси у него, пожалуйста, всё ли нормально. Они заняли ванные комнаты после нас с Адамом, но, по-моему, я так и не слышала шума воды за всё это время.        — Чёрт, слушай, а они вообще знают, что такое душ? — с подозрением в голосе осведомился Адам, и Сэм не сразу понял, что вопрос адресован ему. В итоге он только неопределённо пожал плечами, и Адам нахмурился. — Ладно. Я в готовке не понимаю ничего, так что узнаю, разобрался ли Михаил и немного пройдусь вокруг дома.        — Помни, что тут надо оставаться настороже каждую секунду, — напутствовала Руби и начала набирать воду в кастрюлю.       Сэм проводил взглядом Адама и двинулся вверх по лестнице. Просьбу Руби не хотелось выполнять так отчаянно, словно речь в ней шла об убийстве невинного человека. В горле почему-то резко пересохло, и Сэм с досадой сжал губы. Напоминание себе, что от него требуется просто задать вопрос, помогло не слишком. Не давая себе размышлять дальше, Сэм коротко стукнул в нужную дверь.        — Люцифер, — позвал он, выдерживая нейтральный тон. — Ты же разобрался с… — голос сорвался, когда дверь неожиданно распахнулась.        — Сэмми, — Люцифер расплылся в широкой улыбке. — Ты любезно решил потереть мне спинку? Или заглянул поболтать?        — Я… — слова разом закончились, едва Сэм скользнул по фигуре Люцифера взглядом и осознал, что тот стоит перед ним обнажённый. Судя по стекающим струйкам воды и местами несмытой пене, опасения Руби и Адама оказались беспочвенными. — Боже, — только и пробормотал Сэм и отвернулся.        — Я говорил, что меня безумно раздражает твоя привычка постоянно поминать старика? — преувеличенно серьёзно, с сопутствующей гримасой поинтересовался Люцифер, который вёл разговор так невозмутимо, словно они просто встретились на улице. Сэм сглотнул, отказываясь понимать собственные реакции в очередной раз, и с досадой осознал, что щеки медленно, но уверенно заливает краска. — Но в этот раз я тебя даже прощу, Сэм. Вредная обезьянка по имени Адам не оставила тут ни одной пушистой тряпки… Как же их называют? — Люцифер возвёл взгляд к потолку, изобразил глубокую задумчивость и повращал пальцем в воздухе. — Ну, конечно. Полотенце. А ты любезно мне его принёс.        — Что? — Сэм с недоумением моргнул, и вздрогнул, когда Люцифер неожиданно сдёрнул полотенце с него.       Невыразимая смесь эмоций взметнулась волной, и Сэм едва сдержал порыв ударить Люцифера, который довольно усмехнулся, окинул его оценивающим взглядом, а затем резко захлопнул дверь. Сэм скрипнул зубами, поймав себя на мысли, что желание избавить любой мир от присутствия дьявола скакнуло на новый уровень. Кулаки сжались сами по себе.        — Сэмми, из тебя вышла прекрасная горничная, — донеслось из-за двери.       Разрываясь между потребностью ударить хотя бы стену и неожиданным малопонятным желанием рассмеяться, Сэм усилием воли заставил себя направиться к обозначенной Руби комнате. Не проявляя достаточного рвения в оценке собственного и царящего кругом безумия, Сэм толкнул дверь самого обычного вида. Едва уловимый уху скрип заставил напрячься.       Мысленно высказав себе, что он проявляет осторожность где-то явно не там, Сэм направился к шкафу, невольно скользя взглядом по помещению. В горле появился ком, когда взгляд упал на фотографию, стоящую на прикроватной тумбочке. Руби и он сам улыбались и выглядели до неприличия счастливыми, Кастиэль чуть мечтательно смотрел вдаль, а Дин скорчил гримасу, наставив ему детские рожки.       Сэм попытался сглотнуть, но спазм помешал осуществить намерение. В голове мелькнула мысль, что если бы он не знал, как обстоят дела, то вполне принял бы фото за снимок собственной семьи. Горечь разлилась в груди. Сэм спешно отвернулся и волевым усилием отогнал понимание, что он не успевает осознавать новости и события, которые, казалось, неслись бурлящей горной рекой.       Выудив первую попавшуюся одежду, Сэм проигнорировал тот факт, что рубашка отличается от его обычных только расцветкой, а джинсы кажутся и вовсе идентичными. Быстро натянув вещи на себя, Сэм покинул спальню, которой, очевидно, и являлась комната. Из ванной доносился шум воды и что-то, подозрительно напоминающее пение, и почему-то обречённая усмешка сама наползла на губы.       Помотав головой, Сэм попытался себе напомнить, что там сейчас находится дьявол. И если он поёт, значит, это зачем-то нужно. Мысль неожиданно больно уколола, а пространство резко завертелось. Сэм ухватился за перила лестницы, на которую успел ступить, и прикрыл глаза. Пугающее головокружение проходить не пожелало. Яркая картинка встала перед внутренним зрением.        — Ставлю сотню, что вон та черепаха, — Люцифер чуть прищуривается и уверенно тычет пальцем куда-то в сторону берега, — ползает в десятки раз быстрее, чем ты машешь руками, Сэмми.        — Не вижу там никакой черепахи, — нейтрально отзывается сам Сэм, которому вдруг кажется, что он упускает что-то важное. Мысль бродит по краю сознания, но ускользает. — Если только ты знаешь, что она там есть, — медленно проговаривает Сэм скорее для себя, замирает на мгновение, осознавая всё-таки пойманную мысль, а потом с удивлением произносит: — Ты действительно любил Землю. Это воспоминание… Ты знаешь тут каждый уголок.        — Я вроде уже признал, что кое-что у папули получилось круто? — Люцифер небрежно пожимает плечом и переводит взгляд обратно на солнце. — И этот рай, который он создавал для вас, маленьких лысых обезьянок, пожалуй, одно из его самых удачных творений. Было им, пока вы не превратили его в помойку.       Воздуха вдруг стало катастрофически мало. Сэм распахнул глаза и попытался вдохнуть глубже. В груди появилась резь, голова ответила повторным приступом головокружения, хотя и значительно слабее первоначального, а Сэм едва удержался от того, чтобы выбить дверь ванной комнаты ногой, прижать Люцифера к стене и заставить ответить, имеет ли он отношение к его галлюцинациям.       Здравый смысл, твердящий, что подобные действия нерациональны и с высокой вероятностью не принесут желаемого результата, победил в короткой борьбе. Сэм снова глубоко вздохнул, с облегчением отметил, что неприятные ощущения исчезли, и медленно продолжил спуск. Короткий диалог продолжал крутиться в голове и воспринимался отвратительно реалистичным.       Даже с пониманием, что рано или поздно ему придётся обдумать все странности всерьёз, Сэм решительно абстрагировался от увиденного, выдавил более-менее правдоподобную улыбку и шагнул в кухню. Руби обернулась, не отвлекаясь от помешивания чего-то бодро кипящего в кастрюле и источающего умопомрачительный аромат, напряжённо сглотнула, но тон выдержала почти беспечный.        — Теперь ты точно готов отражать атаки монстров. Люцифер ведь не решил утопиться в душе с горя?        — Нет, — чуть раздражённо отозвался Сэм, с досадой вспоминая глупую ситуацию. Руби вскинула брови, и Сэм заговорил более спокойно и ровно. — Он проявил чудеса сообразительности и подружился со страшным зверем по имени кран. Но, возможно, изведёт Адама, который не оставил ему полотенец.        — В смысле? — Руби даже чуть отпрянула, выражая искреннее удивление, и засыпала в кастрюлю мелко покрошенные овощи. — Я точно помню, что как раз вчера отнесла в ванную наверху не менее дюжины полотенец. Если Адам тайно не решил сыграть в мумию, они не могли понадобиться ему в таком количестве.        — Дюжины?.. — растерянно переспросил Сэм, и устало ощутил новую вспышку едва улегшейся злости. — Видимо, сообразительности их отыскать Люциферу уже не хватило, — насколько мог нейтрально отозвался он, пытаясь закрыть тему и отказываясь обдумывать подлинные мотивы поведения Люцифера.        — Ну, может, — неопределённо откликнулась Руби, в глазах которой сверкнула хитринка. — Ладно, помощник, мясо на столе, — она указала на внушительный кусок вырезки деревянной ложкой, которую сжимала в руке. — Не гуль, конечно, и даже не вампир, но весьма приличная говядина. Её надо превратить в стейки. А когда справишься, там в миске рядом грибы. Порежь, как понравится.        — Жаркое? — с любопытством осведомился Сэм, неожиданно понимая, что испытывает дикий голод. — Звучит заманчиво.        — Решила, что никто не откажется и неплохо сразу приготовить и ужин, — Руби пожала плечами. — Лазанья уже печётся. Дорежу салат, и можем праздновать знакомство обедом.        — У тебя вообще есть недостатки? — улыбнулся Сэм, оценивающим взглядом примерился к куску мяса и потянулся за ножом. — Убиваешь монстров, стрижёшь газон, навещаешь могилу мужа и, судя по запаху, божественно готовишь.        — Видимо, в плену держали на голодном пайке и тебя, — рассмеялась Руби в ответ, но быстро стала серьёзной. — Сэм, слушай… Без понятия как это сказать, чтобы оно не звучало дерьмово, но как-то надо. Ты и я… Это не… Если ты думаешь…        — Боже, нет, — Сэм тряхнул головой, едва понял, что пытается донести до него Руби. — Я не думал, — поспешно заверил он. — То есть ты…        — Да, хорошо, что не думал, — тут же заполнила повисшую паузу Руби, чуть нервно сжала ложку в руке и втянула в себя воздух. — Ты и Адам… Вы из хороших парней. Уж поверь, я научилась отличать такие вещи сходу. И я рада, что могу вам помочь. Возможно, и вы помогаете мне. Но ты не мой Сэм и я просто хотела прояснить этот момент. Но вышло… Чёрт, ненавижу неловкие ситуации.        — Я тоже, — Сэм потёр подбородок. Привычный жест успокоил, и он коротко улыбнулся. — Я хотел сказать, что ты, без сомнения, очаровательна, но это другое. Если ты сама ещё хочешь хоть чего-то по-настоящему и хоть во что-то веришь, я буду рад стать тебе другом. Думаю, и Адам тоже. Но не более того.        — Да, супер, — Руби быстро кивнула, а потом рассмеялась. — Ладно, мы похожи на школьников, которые не знают, как не обидеть друг друга, не понимая, что пытаются сказать при этом одно и то же.        — Не худшая роль, что мне доставалась, — с нотами веселья откликнулся Сэм и методично начал нарезать стейки. — Не хочу портить настроение беседы, и ты не обязана отвечать, но… Кем тут был Кастиэль?        — Преподавал историю в местном колледже, — Руби не замялась с ответом ни на секунду, но в её глазах мелькнула грусть. — А ты его знаешь? То есть он существует и в твоём мире?        — Да. В моём мире он ангел, — Сэм на мгновение прикрыл глаза, понимая, что воспоминания кажутся недопустимо далёкими. — Там фото в спальне, — зачем-то пояснил он. — Я удивился и спросил просто из любопытства.        — Не оправдывайся, мне бы тоже было интересно, — Руби махнула рукой, открыла духовку и заглянула внутрь. — Он погиб в самом начале этого кошмара. И сейчас я стараюсь помнить только то, что он был очень хорошим парнем. Многие, кстати, звали его ангелом. За кроткий характер и вечное желание помочь всем вокруг.        — Ты сказала на кладбище, что всё началось, когда твоих Сэма и Дина заменили двойники, — осторожно напомнил Сэм и передал Руби лоток с нарезанными стейками. Подтянул к себе доску и взял из миски первый гриб. — Тогда было не до расспросов.        — Это был обычный день, — Руби уложила стейки на сковороду, накрыла её крышкой и распахнула холодильник. Достала две бутылки пива и протянула одну Сэму. — Не знаю никого, кто не пил бы пиво, но если ты…        — Нет, всё отлично, — Сэм отложил нож, забрал обе бутылки, открыл одну и вернул Руби, а затем открыл и вторую себе. Сделал длинный глоток и почти изумился ощущению вкуса, которое воспринималось необычно. — Но что-то пошло не так, да? — вернулся он к теме, когда Руби явно ушла в свои мысли.        — Что? — она встряхнулась и секунду смотрела с непониманием, а потом медленно кивнула. — Да. Мне позвонила соседка, сказала, что у нас взорвалась газонокосилка. Я испугалась, примчалась домой. Сэм и Дин заверили, что в порядке, но уже тогда показались мне странными. И милый парень, которого Сэм представил другом по колледжу. Им понадобилось уехать, а я включила телевизор. Все новости трубили о старом ковбойском кладбище, откуда стали разлетаться странные чёрные тени. Тогда никто ещё не знал, что это демоны.        — Кладбище в Южном Вайоминге? — с дурным предчувствием уточнил Сэм, стараясь понять, что его зацепило в рассказе. — Погоди, показались странными… Хочешь сказать, что это были какие-то другие Сэм и Дин?        — Да, но поняла я это не сразу, — Руби вздохнула, выключила духовку и перевернула стейки на сковороде. — Они вернулись как с поля боя, рассказали что-то относительно правдоподобное о драке в очереди, в которой пострадал этот Гэйд. Сэм настойчиво отправил меня беседовать по душам с Дином, но даже это я не сочла достаточно странным. А потом в дом вломились демоны. Их возглавляла Астарот, так она себя назвала. Она очень желала отомстить Дину, и решила, что перерезать горло Кастиэлю, который не вовремя вернулся домой, хороший способ это сделать. Потом она вселилась в меня, Сэм её изгнал, Дин убил. Отдал мне её нож и… Он знал о чём говорил. Соль, железо. Это был не мой Дин, не мой Сэм, тогда я поняла это чётко. Потом явились ещё демоны, одного Дин вроде назвал Аластаром. Я смутно помню. Он убил их друга, а их затянуло как в пространственную воронку.        — Это… — Сэм честно пытался подобрать слова, но они не находились. Настойчивое подозрение, что совпадений многовато, терзало всё сильнее. — Слушай, я не хочу показаться бесчувственным чурбаном, но… Они ничего не оставили после себя? Я не знаю, какие-то вещи?        — Инструкции, — Руби криво улыбнулась. — Пока я пыталась вправить мозги Дину, считая, что он из моего мира, Сэм успел написать краткий список монстров и немало чего о демонах. Только благодаря этим подсказкам я до сих пор и жива.        — А я могу взглянуть на эти записи? — чуть неуверенно осведомился Сэм. Опустил глаза на доску и тут же добавил: — Я не имею в виду немедленно.        — Ноутбук в гостиной, можешь взять, — сразу же предложила Руби. — Я сама порежу.        — Спасибо, — с чувством отозвался Сэм. Быстро прошёл в соседнее помещение, подхватил компьютер, лежащий на столике, и вернулся на кухню. Устроился за столом и нахмурился, нажав кнопку запуска. — Что было после того, как они ушли?        — Было что-то вроде взрыва, — Руби пожала плечами, ловко шинкуя грибы. — Соседи, видимо, решили, что газонокосилки умеют взрываться повторно. Демоны исчезли, кроме тех двух, что пытались убить меня. Но Дин же оставил мне нож этой Астарот, сказал, что им можно убить этих тварей. Повезло мне или сказалось состояние шока, но я справилась. А дальше все полетело к чертям собачьим. Мой Дин потерял голову, когда понял, что Кас мёртв. Постоянно лез на рожон, не желал ничего слушать. Сэм старался его тормозить, но надо знать Дина.        — Прекрасно понимаю, — мрачно отозвался Сэм, быстро просматривая файл, который нашёл прямо на рабочем столе. Сглотнул, дойдя до речевого оборота, который часто использовал сам, и сжал кулак. — Знаешь, это прозвучит дико, но я бы сказал, что это писал я. И… — Сэм моргнул, зацепившись взглядом за одну из строчек, и неверяще прошептал: — Не может быть. Он пишет, что временно лишён души. Это…        — После твоего откровения на кладбище, мне тоже показалось это странным, — согласилась Руби и выключила газ под сковородой. — Ты сказал, что твоя душа временно находилась отдельно от тела. Запись после этого перестала выглядеть фигурой речи.        — Боже, — пробормотал Сэм, читая о Семи смертных грехах, столкновение с которыми лаконично было описано как в их мире, так и в этом. — Но как они могли здесь оказаться? И зачем?        — Я не знаю, Сэм, — Руби развела руками и высыпала измельчённые грибы в жаровню. — Но в тот день закончилось спокойное существование моего мира. Монстры появились не сразу, но поначалу и демонов хватало. Правительства растерялись, столкнувшись с неизвестной угрозой. Экстрасенсы спешно заткнулись. И быстро выяснилось, что отпор этим тварям дать некому.        — Вся эта история начинает выглядеть всё более странной, — Сэм откинулся на спинку стула, на котором сидел, и отпил пива из своей бутылки. — Мы здесь оказались, похоже, тоже не случайно.        — Кто бы вам в этом не помог, добра он вам явно не желал, — констатировала Руби, сняла пробу со странной на вид смеси, продолжающей кипеть в кастрюле, и устало повела плечом. — Здесь ад, Сэм. В буквальном смысле.        — Это я уже понял, — Сэм кивнул, отвечая разом на обе фразы, и потёр лоб, который прорезала складка. — А как ты оказалась на кладбище? Проезжала мимо? — в вопросе прозвучала отчётливая ирония, и Сэм с досадой поморщился. Какие бы догадки не возникали в его голове, Руби не имела никакого отношения к истории с пророком. — Прости. Но ты появилась удивительно вовремя.        — После всех историй с гулями и зомби, я нашла заклинание. Вроде оповещения, — Руби залпом допила пиво, выбросила бутылку в мусорное ведро и помешала грибы. — Меньшее, что я могла сделать для своей мёртвой семьи, это позаботиться, чтобы их тела не стали кормом для монстров.        — То есть ведьмы тут тоже существуют? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс Сэм, быстро анализируя информацию.        — Не знаю, я не сталкивалась, — Руби качнула головой. — Но эта Астарот обучала ведьм. Они продавали ей душу, она давала им знания. Я немало почерпнула из её памяти, потом поискала книги. На войне все средства хороши. Я подумала, что кто-то всё же добрался до могилы. Сэму и Дину многие из демонов хотели отомстить и часто говорили, что встречались с ними в другом мире. Но когда приехала, я обнаружила там вас.        — И это странно, — задумчиво отозвался Сэм, устало понимая, что картина вновь не складывается. — Я про демонов. Астарот в моём мире мы уничтожили с Дином и нашей Руби. Аластара я убил лично. И хотя у них, вероятно, могут быть двойники, но само то, что у вас вдруг распахнулись Врата Ада, не кажется естественным явлением. И если демоны утверждали, что встречались с нами в другом мире, то…        — Кто-то явно решил разнообразить скучное течение жизни в этой милой песочнице, — ехидный комментарий прозвучал неожиданно, и Сэм мгновенно перевёл взгляд на дверной проём.        — Люцифер, — констатировал он очевидный факт, сам не понимая, зачем. — И давно ты там стоишь?        — Пару минут, — ответила Руби, когда Люцифер только загадочно поиграл плечами. — Я думала, ты его заметил.       Сэм только отрицательно качнул головой и помрачнел. Безжалостно отодвинутые в глубину сознания мысли мгновенно напомнили о себе, едва в поле зрения появился их главный фигурант, и в затылке занялась боль. Сосредоточиться на какой-то конкретной теме стало в разы сложнее, и Сэм закрыл ноутбук, признавая, что построение гипотез имеет смысл отложить.        — Вы не видели Адама? — Михаил остановился рядом с Люцифером и привлек всеобщее внимание вопросом.        — Он хотел убедиться, что ты поладил с душем и прогуляться вокруг дома, — отозвалась Руби, а в её взгляде мелькнула настороженность. — Но для небольшой прогулки его слишком долго нет.        — Чёрт, — выругался Сэм, быстро поднялся на ноги и направился к окну. Понимание, что разговор с Руби занял приличное количество времени, и дом можно было обойти уже сотню-другую раз, разбудило тревогу. А от одного взгляда за стекло перехватило дыхание. — Проклятье. Там вампиры, — бросил Сэм, схватил со стола нож и побежал к задней двери.       Едва не снёс её с петель и затормозил, оказавшись на крыльце. Цепкий взгляд быстро зафиксировал девять противников. Двое удерживали Адама, явно не давая ему даже дёрнуться, третий ходил перед ними туда-сюда и, похоже, периодически наносил Адаму словно бы ленивые удары. Сэм скрипнул зубами и сжал нож в руке крепче, жалея об ангельском клинке, оставленном в вещах.        — Нет, не подходите, — крикнул Адам, и Сэм, двинувшийся вперёд, растерялся и сбился с шага. — Им и нужны вы, — ещё успел добавить Адам, прежде чем один из вампиров впился укусом в его горло.        — Вокруг дома защита примерно ярда на три, они не могут пройти, — быстро пояснила Руби, которая выбежала из кухни. — Они рассредоточились по местности. Это усложнит нам нападение. Но у меня есть план. Если…        — Адам, — крик Михаила прозвучал так, что перекрыл абсолютно любые звуки в округе.       Вампиры замерли и уставились на тень крыльев, которые взметнулись за спиной Михаила. Сэм вздрогнул, мгновенно вспоминая, на что способны архангелы в ярости. Здравый смысл, продолжающий оценивать происходящее, услужливо подсказал, что, похоже, в подлинной ярости он Михаила ещё не видел. Яркий голубой свет, исходящий из его глаз сейчас, казалось, мог испепелить.        — Или к чёрту план, — Руби приоткрыла рот, когда Михаил отшвырнул вампира, который пил кровь Адама легче, чем пушинку. Двое вампиров, проявив неожиданную сообразительность, обманным манёвром заставили Михаила на миг потерять концентрацию, что позволило им сбить его с ног. — Дерьмо, — сквозь зубы выругалась Руби и побежала по ступеням.       Сэму понадобилась секунда, чтобы осознать, что он недопустимо задумался, и последовать за ней. Вампиры дружно оскалились, как только он приблизился. Сэм сжал губы, боковым зрением отметил, что Адам упал на землю и не шевелится, а Руби атаковали сразу трое противников, и вскинул руку с ножом. Ещё четверо вампиров, появившиеся неожиданно, уставились куда-то за его спину.        — Ты, — прорычал один из них, и Сэм машинально обернулся. Пропущенный болезненный удар резко привёл его в чувство, и Сэм осознал, что мог бы и догадаться, что единственный, кто мог появиться со стороны дома, это Люцифер. — Ты убил нашего брата на кладбище, тварь. И заплатишь за это жизнью.        — Ай-ай-ай, — Люцифер наигранно скорбно покачал головой и не изменил ехидному тону. Сэм, пытаясь отбиться от двух вампиров одновременно, ощутил уже какую-то безнадёжную злость. — Разве мама с папой не научили тебя, что обзываться нехорошо?       Вампир не стал продолжать диалог и ринулся в атаку. Сэм краем глаза ещё отметил недобрую усмешку Люцифера, а потом ощутил резкую боль. Сбросить вампира, присосавшегося к его плечу, которое тот ловко прокусил, удалось только с третьей попытки. Уже занеся нож для удара, Сэм не сразу понял, почему земля вдруг начала приближаться с угрожающей скоростью.       Жестокий удар ногой в живот подсказал, что его сбили с ног. Голова, которой он чувствительно ударился при падении, вспыхнула болью, и Сэм едва подавил желание обхватить её руками, вместо этого успев блокировать очередной удар. Схватив вампира за ногу, которой тот замахнулся, Сэм резко дёрнул его на себя. Доля секунды растерянности противника оказалась для него роковой.       Позиция для удара оказалась максимально неудачной, но нож не подвёл, заточенный настолько остро, что голова слетела с плеч вампира с первой попытки. Морщась от боли, которая ощущалась теперь во всём теле, Сэм быстро поднялся на ноги. Вздрогнул, когда заметил Люцифера, с гримасой злости на лице. Его шея была в крови, и Сэм мимолётно подумал, что местные вампиры не тормозят.       Он ещё успел выхватить взглядом Михаила, который яростно сражался с трёмя вампирами, не дающими ему приблизиться к Адаму, прежде чем его руки заломили за спину и сжали мёртвой хваткой. Сэм попытался нанести удар сначала головой, а после ногой, но удерживающий его вампир блокировал обе попытки и кивнул своему товарищу. Нож вырвали из руки, и Сэм стиснул зубы.        — За своего брата мы уничтожим всю вашу компанию, — злобно выплюнул вампир, которого Сэм не видел или не рассмотрел ранее. — Ты сдохнешь сейчас.       Сэм дёрнулся, понимая, что брошенная угроза не являлась пустой. Вампир замахнулся ножом, явно метя ему в грудь. Время неожиданно будто застыло, а потом двинулось в нереально медленном темпе. Мелькнула паническая мысль, что восприятие происходящего словно бы в режиме замедленной съёмки, это плохой знак, и Сэм обречённо закрыл глаза, понимая, что до конца осталось меньше мгновения.       Но удара так и не последовало, а странный звук побудил вернуться в реальность. Сэм мотнул головой, открыл глаза и с недоумением уставился на чужой, но такой знакомый затылок, в который почти уткнулся носом из-за невозможности выпрямиться в свой полный рост. Хватка незначительно ослабла, и Сэм рванулся вправо со всей силой, которая оставалась.       Манёвр оказался удачным, а беглый взгляд со стороны на мгновение заставил Сэма подумать, что у него новая галлюцинация. Мелькнула слабая мысль, что он просто не осознал момент своей гибели, но быстро улетучилась, отвергнутая сознанием, как абсурдная. Сэм неверяще уставился на Люцифера, грудь которого насквозь пронзило длинное лезвие ножа.        — Ой, — с должным чувством констатировал Люцифер и демонстративно опустил взгляд на торчащую рукоять ножа. Вампир попятился от него, едва не споткнулся, а потом застыл, будто удерживаемый невидимой силой. — Полегчало? — теперь с притворной заботой поинтересовался Люцифер, неприятно улыбнулся, когда во взгляде вампира отразилась паника, и услужливо подсказал: — Лучше бы тебе ответить «да». Потому что теперь моя очередь.       Молниеносным движением выдернув нож из своей груди, Люцифер резко замахнулся и точным ударом лишил вампира головы. Сэм, всё ещё не до конца веря в происходящее, разом осознал несколько вещей. Он отвык от охоты слишком сильно, что означало потерю не навыков, но сноровки. Вампир, который удерживал его, незаметно испарился. А Люцифер, казалось, даже не ощущал ранения.       Отбросив все лишние размышления, Сэм резко подобрался, заметив трёх вампиров, которые недобро скалясь, бежали к ним. Люцифер сверкнул глазами, но двинуться с места не успел. Налетевший сбоку вихрем вампир опрокинул его на землю. Сэм, не раздумывая, бросился в их сторону, но очередной противник, прыгнувший на него сзади, опрокинул его на землю.       Едва успев минимально сгруппироваться, Сэм всё равно застонал, растянувшись плашмя и ощущая чужой вес сверху. Рёбра отозвались острой болью на попытку вдохнуть воздух, которого катастрофически не хватало. Руку, изогнувшуюся под неестественным углом, пронзила ещё более острая боль, и Сэму показалось, что он и сам готов зарычать не хуже любой твари.       Злобный крик вампира, навалившегося на него сверху, неожиданно ударил по барабанным перепонкам, а в следующую секунду тяжесть исчезла. Сэм, избегая резких движений, вывернул шею насколько мог. Адам, бледный до прозрачности, но с отчаянной решимостью в глазах, затягивал руками проволоку, которая обвивала шею вампира, беспомощно размахивающего руками.       Воспоминание об убийстве Гордона тут же выплыло из глубин памяти, и Сэм напряжённо сглотнул. Вампир выпучил глаза, когда Адам сжал челюсти так сильно, что кожа на его лице натянулась, и дёрнул концы проволоки, смотрящие в разные стороны, с большей силой. Брызнула кровь, а в следующий миг голова отлетела в сторону, подпрыгнула и слабо прокатилась пару футов словно по инерции.        — Эй, ребятки, — звонкий голос Руби, сейчас звучащий опасно, раздался относительно близко, и Сэм не без труда перекатился на бок, что позволяло смотреть в другую сторону, ещё заметив, что Адам застыл, мрачно глядя на обезглавленное им же тело. Секунда потребовалась, чтобы понять, что Руби обращается к двум вампирам, нависающим над Люцифером, рядом с которым на земле валялась очередная голова. — Один мой друг весьма хотел полакомиться барбекю из вампиров. Знаете, что это означает для вас?        — Что ты несёшь? — один из вампиров повернул голову и смерил Руби презрительным взглядом. Хмыкнул, когда его взгляд остановился на её заляпанном кровью переднике и самоуверенно добавил: — Подожди своей очереди, киса. Как только я разделаюсь с убийцей нашего брата, — он демонстративно сжал пальцы на горле Люцифера сильнее, — я займусь тобой.        — О, с этим проблема, котик, — Руби недобро улыбнулась, быстро вывела руку, в которой был зажат нож с окровавленным лезвием из-за спины, наклонилась и подхватила свободной рукой почти такой же нож, валяющийся на земле. — Я собираюсь заняться тобой прямо сейчас.       Вампир начал стремительно выпрямляться, похоже, запоздало сообразив, что он недооценил угрозу, но это его не спасло. Точный удар с мощного замаха снёс ему голову. Сэм сообразил, что Руби била с обеих рук одновременно только когда понял, что и голова второго вампира летит в сторону. Чужая рука сжала плечо. Сэм дёрнулся и резко повернул голову, но наткнувшись на взгляд Адама, выдохнул.       Понимание, что противники вряд ли закончились, толкнуло попытаться подняться, но рёбра отозвались такой вспышкой боли, что Сэм едва сдержал крик и замер без движения. Мозг констатировал, что они, вероятно, сломаны. Заметив беспокойство в глазах Адама, Сэм ответил извиняющим взглядом и вымученной улыбкой. Руби тем временем, отбросила один из ножей и шагнула к Люциферу.        — Люц, ты выбрал хреновое время для отдыха, — с напускной беззаботностью проинформировала она и протянула руку. — Встать сможешь?        — Я Люцифер, — возражение прозвучало удивительно спокойно, с угадываемыми нотами привычного ехидства, и Сэм выдохнул с облегчением.       Пронаблюдал взглядом, как Люцифер тяжело становится на ноги, ухватившись за руку Руби, и нахмурился, когда внутри мимолётно вспыхнула обида. Упрямство проснулось следом, и Сэм, стиснув зубы, предпринял новую попытку подняться. Адам тут же ухватил его за предплечье, помогая. Грудная клетка вспыхнула огнём, но на ногах Сэм удержался и благодарно кивнул Адаму.        — Люц мне нравится больше, — беспечно отозвалась Руби, чуть пожала плечами и прищурилась. — Ты в порядке? Не забыл упомянуть про какую-нибудь лишнюю дыру в твоём теле?        — Беспокоишься о дьяволе, серьёзно? — Люцифер вскинул голову. — Тебе не рассказывали в…        — Беспокоюсь о парне по имени Люц, — оборвала Руби на порядок более резким тоном, качнула головой и быстро осмотрелась. — А где Михаил?        — Он шёл за мной… — начал Адам, заозирался и сжал руки в кулаки. — Проклятье. Кто-нибудь заметил, сколько было этих тварей?        — Чёртова дюжина, — мгновенно отозвалась Руби. — Девять нас поджидали, а ещё четверо подтянулись позже. Я видела, как Михаил убил троих.        — Ещё одного я, одного Адам, двоих Люцифер, — быстро добавил Сэм, стараясь не обращать внимания на усилившуюся боль. — Ты?..        — Троих, — мрачно ответила Руби, поморщилась и с силой прижала руку к боку, частично закрывая пятно крови на майке. — Ещё одного проткнула насквозь, но вряд ли он страдает по этому поводу. Значит, у нас недочёт трёх тварей и Михаила.        — Они не могли уйти далеко, — Сэм удивился, когда в его голосе отразилась уверенность, которой он не ощущал ни на йоту. — Если мы разделимся и прове… — резкая боль, пронзившая, как показалось Сэму, всё тело, помешала закончить фразу и заставила невольно пошатнуться.       Прохладные пальцы неожиданно прижались к чуть выступающему шейному позвонку, и Сэм машинально отметил, что вновь не заметил, как Люцифер оказался рядом. Тёплая волна прошила тело насквозь, даря исцеление, и Сэм не сдержал облегчённого вздоха. Люцифер, избегая его взгляда, быстро отошёл к Руби и слишком демонстративным жестом обнял её за талию.        — Предпочту поискать моего дорогого братца в компании симпатичной обезьянки, — жизнерадостно возвестил Люцифер, но фразе настолько не хватило обычного апломба, что Сэм нахмурился. Поймал удивлённый взгляд Руби, в котором промелькнула благодарность, и внезапно сообразил, что рука Люцифера лежит точно на её ране. — Хотя ставлю сотню, что Мишель справится с трёмя клыкастиками одной левой.        — Рад, что ты обо мне настолько высокого мнения, Люцифер, — голос Михаила раздался неожиданно, звучал устало, но и с теплотой, появляющейся в нём редко. — Все в порядке?        — У тебя кровь, — Адам быстро подошёл к Михаилу, сориентировавшись раньше остальных. Сэм невольно усмехнулся, наблюдая, как дотошно тот осматривает рваную рану на виске Михаила. — Это может быть опасно.        — Пустяк, — Михаил провёл рукой, устраняя повреждение, а затем сжал плечо Адама и обвёл всех пытливым взглядом. — Люцифер, надеюсь, ты не умалчиваешь о какой-нибудь незначительной прорехе в твоём сосуде?       Руби издала странный звук, помотала головой, а потом рассмеялась в голос. На мгновение Сэм позабыл обо всём, наблюдая, как на лице Люцифера проступает забавная обида, которая не выглядела наигранной. Руби рассмеялась звонче прежнего, когда Люцифер показал Михаилу язык и демонстративно сложил руки на груди, предварительно шагнув в сторону.        — И ты ещё называл ребёнком меня? — вопрос Адама, в котором отразилось неподдельное возмущение, явно был адресован Михаилу, который только усмехнулся в ответ.       Сэм и сам не понял, как с губ сорвался нервный смех. Напряжение, которое только нагнеталось долгие часы, неожиданно отпустило. Случившаяся драка прокрутилась в голове кинолентой, запущенной в ускоренной перемотке, и Сэм чуть судорожно втянул воздух ноздрями, в полной мере осознавая, что Люцифер спас его от верной смерти второй раз за день.       Мысль, что тот лишь проявляет таким образом заботу о своём сосуде, была с презрением отвергнута тугим клубком эмоций, который подпитывался смутными видениями, похожими на галлюцинации и преследовавшими его с момента воскрешения, и множеством мелочей, которым всё сложнее было находить объяснение. Сэм подавил усталый вздох и попытался уже привычно отодвинуть лишние мысли.       Пара секунд понадобилась на понимание, что в этот раз намерение осуществить намного сложнее. Наблюдения продолжали вертеться в голове, тесня друг друга. Его собственный страх за Люцифера и противоречащее здравому смыслу желание помочь. Странные картинки и сцены, похожие на настоящие воспоминания о событиях, которых, казалось, никогда не было и быть не могло.        — Сэм? — настойчивый голос Руби заставил стряхнуть лёгкое оцепенение. Сэм моргнул и ещё успел заметить, как она щёлкает пальцами перед его глазами. — Отомри. Ты в порядке?        — Да, — с силой проведя рукой по лицу, Сэм заставил себя улыбнуться. — Но в следующий раз я пожелаю барбекю из свиней.       Руби фыркнула, Адам коротко рассмеялся, и Сэм мысленно выдохнул с облегчением. Быстро осмотрелся, что позволило сосредоточиться на реальности окончательно, и усилием воли заставил себя не поворачивать голову в сторону Люцифера. Обдумал рассеянную мысль, что трупы стоит собрать и сжечь, если они не хотят натыкаться на них постоянно, и вздохнул.        — Тут надо прибраться, — Руби явно размышляла в том же направлении. — Но это не настолько срочно, чтобы игнорировать обед, который почти готов, — резонно добавила она и первой зашагала к дому.       Сэм проводил её взглядом, заметил, как оживился Адам, который двинулся следом, потянув за собой и Михаила, и нехотя повернул голову. Люцифер стоял в прежней позе с чуть скучающим видом и, похоже, всё это время не отрываясь, смотрел на него. Сэм свёл брови и не выдержал, когда Люцифер неожиданно развёл руками и явно собрался двинуться за остальными.        — Люцифер, — окликнул Сэм после секундного сомнения, и упрямо вздёрнул подбородок, когда тот обернулся. — Нам надо поговорить.        — Перспектива отведать яств обезьянок кажется мне более заманчивой, Сэмми.        — И всё же, — не сдался Сэм, сжал губы, не понимая с чего начать, а потом мысленно махнул рукой и выдал первое, что мелькнуло в голове: — Я не знаю, откуда в клетке взялся этот сосуд, но ты в нём явно вполне обжился. Зачем тебе так рьяно спасать меня?        — Что? Эта шкурка? — Люцифер скорчил гримасу, не изменил своему обычному тону, но что-то в его взгляде всё равно выдало напряжение. — Брось, Сэм. Это повседневный костюмчик. Для выходов в свет я предпочитаю парадное одеяние.        — Сейчас тебе выходить определённо некуда, — Сэм невольно сделал шаг вперёд.        — Я инвестирую в будущее, — словно бы предложил вариант ответа Люцифер.        — Ты не можешь не понимать, что не получишь моего согласия, — Сэм, всё больше убеждаясь, что упускает что-то очевидное, сделал ещё шаг.        — Ты забываешь, Сэмми, что я коварен и умею убеждать, — Люцифер расплылся в улыбке.        — Это уже не сработало, Люцифер.        — Но ты сказал мне «да».        — Не благодаря твоему дару убеждения.        — Это незначительные мелочи, Сэмми.        — Михаил воспользовался мёртвым телом. Значит, ты можешь сделать также.        — Фу, Сэмми, как ты мог подумать обо мне такое? К тому же ты такой приятный собеседник, зачем мне лишать себя удовольствия общения со своим истинным сосудом?        — На берегу ведь действительно была черепаха? — Сэм затаил дыхание, но не изменил тону беседы ни на йоту.        — Искала место для кладки, — явно машинально отозвался Люцифер, и сразу же осёкся.        — У меня нет галлюцинаций, — медленно констатировал Сэм, ощущая, как злость занимается пламенем, которое охватывает каждую клеточку тела. — Я не схожу с ума. Я просто вспоминаю отрывки событий, которые почему-то не помню полностью. Что ты сделал, Люцифер?        — Представления не имею, о чём ты болтаешь, Сэмми, — изобразить безразличие на этот раз вышло у Люцифера из рук вон плохо. — Но наша беседа…        — Я задал тебе вопрос, — перебил Сэм. Смутное понимание, что только усиливающаяся злость практически полностью отключила и контроль, и здравый смысл, быстро ускользнуло и перестало иметь значение. — Что ты со мной сделал, Люцифер? И зачем? Очередная пытка? Развлечение?        — Я когда-нибудь говорил, что ты весь такой сексуальный, когда злишься, Сэмми? — Люцифер сопроводил свою фразу активной жестикуляцией рук и поиграл бровями. — За этим забавно наблюдать. Прошу, Сэм, не останавливайся.        — Если я должен был смутиться, то мимо, Люцифер, — Сэм шагнул ещё ближе, оставляя между ними условное расстояние. — Итак, что взбрело в твою голову на этот раз? Новая забава?        — Что мешает мне оставить тебя придумывать ответ самому, а, Сэмми? — Люцифер возвёл глаза к небу, задумчиво покрутил пальцем в воздухе и с подчёркнутой жизнерадостностью резюмировал: — Точно. Ничего. Так что, Сэм, можешь продолжать истязать свой крошечный мозг обезьянки, а я займусь чем-нибудь поинтереснее.        — Ты никуда не пойдёшь, Люцифер, пока не ответишь, — в голосе прорвались угрожающие ноты, но Сэм даже не попытался смягчить тон. — Что за игру ты затеял с моей памятью?        — О, ты такой грозный, Сэм. Кажется, у меня дрожат коленки, — с притворным ужасом отпрянул Люцифер, а потом недобро сверкнул глазами. Сэму почудился красноватый отлив. — И что ты сделаешь? Нападёшь на своего спасителя? Ты не опустишься так низко, Сэмми. Но если вдруг решишь попробовать, то мы оба знаем, что даже сейчас я сильнее.        — Я… — начал Сэм, но заставил себя остановиться и попытался совладать со злостью. Интуитивное понимание, что он выбрал в корне неверную тактику ведения разговора, толкало обуздать эмоции. — Мы не враги, Люцифер. Больше нет, — фразы вырвались сами по себе, и Сэм замер на миг, пытаясь понять, почему они кажутся единственно верными и отражающими действительность. Инстинкт самосохранения активно воспротивился, когда дальнейшие слова, рвущиеся быть сказанными, мелькнули в голове. Сэм стиснул зубы, подавляя желание защищаться настолько, насколько получилось. — Пожалуйста. Я не знаю, что ты затеял, но постоянно что-то вспоминаю. Это пугает и причиняет неудобства. Я знаю, что должен тебя ненавидеть, но ненависть — последнее, что я чувствую. Если ты думаешь, Люцифер, что жить с таким бардаком в голове здорово, то ты ошибаешься.        — Надеюсь, вспоминаешь ты что-то неприличное? — с притворной озабоченностью осведомился Люцифер в ответ, и Сэм внезапно почувствовал такую горечь разочарования, что его затошнило.        — Неприличнее некуда, — пробормотал он, выдавил кривую улыбку и отступил на несколько шагов назад. — Забудь, Люцифер.       Глаза жгли непрошеные слёзы, и Сэм, уже не пытаясь понять, почему ему больно настолько от вполне предсказуемого поведения Люцифера, стиснул зубы, пытаясь не дать им пролиться. Здравый смысл подсказывал, что самое разумное, что он может сейчас сделать, это вернуться в дом и вести себя как ни в чём ни бывало. И держаться от Люцифера как можно дальше.        — Ты всегда такой торопыга, Сэмми, — сильная рука сжала его плечо, а в следующий момент Сэм осознал себя в состоянии невесомости.       Забытое ощущение полёта с ангелом Сэм опознал не сразу. Тошнота накатила, едва его ноги коснулись твёрдой поверхности. Сэм склонился, упираясь для удобства ладонями в колени, и выпрямился только когда приступ пошёл на спад. С недоумением осмотрелся и опознал гостиную соседнего пустующего дома, через которую проходил, когда искал ванную.        — И зачем было тратить силу, чтобы преодолеть расстояние в несколько ярдов? — без особого интереса осведомился Сэм, понимая, что равнодушие, рождённое желанием организма защититься от боли, быстро поглощает любые другие эмоции.        — Ты не понимаешь тонкостей, Сэмми, — Люцифер пространно взмахнул рукой. — Птица летает первостепенно потому, что у неё есть крылья. И только во вторую очередь потому, что она прикладывает усилие, используя их.        — Я учту, — безразлично кивнул Сэм, хотя информация и показалась интересной для обдумывания. — Но ты, видимо, перепутал дома. Яства, которые ты хотел попробовать, по соседству.       Люцифер чуть прищурился, а в его глазах промелькнуло раздражение. Сэм поймал себя на том, что отметил это просто как факт, не вызывающий ни страха, ни вообще какой-либо ответной реакции. Что-то, подавленное сейчас очень глубоко, ещё пыталось протестовать против усиливающейся бесчувственности, но Сэм холодно его проигнорировал.       И всё же, когда Люцифер подошёл к нему вплотную, Сэм вздрогнул. Но уже в следующую секунду вскинул голову и упрямо посмотрел Люциферу в глаза. Прохладные пальцы коснулись его лба так неожиданно, что Сэм даже не успел отшатнуться. В голову хлынул поток цветных кадров и эмоций, сметающий всё на своём пути. Сэм коротко застонал от резкой мимолётной боли.        — Расслабься, Сэм, — неожиданно серьёзный голос Люцифера донёсся словно бы откуда-то издалека. Сэм не хотел слушать, но совет неожиданно показался здравым. — Ты сделаешь хуже только себе, если будешь противиться.       Сэм задохнулся, когда сцены начали находить своё осознание. Безразличие слетело как ненужная шелуха, а ярость нарастала стремительно, по мере того, как Сэм заново переживал забытое. Гроб. Воспоминания, скрытые в нём. Разговор Михаила и Люцифера. Эверест. Полёт. Динозавры. Марс. Протянутая рука и робкая надежда. Прощение и физическое исцеление Люцифера. Эдем. Воскрешение.        — Ты заставил меня забыть, — Сэм отдавал себе отчёт, что у него сейчас взгляд безумца. — Всё то, что… Да как тебе в голову вообще пришло? — он сорвался на крик и сжал кулаки до боли в пальцах. Люцифер странно молчал, и только в его глазах неуловимо мелькала непонятная опаска. — Упростить мне жизнь… — пробормотал Сэм, пересматривая последнее восстановленное воспоминание. — Ты решил упростить мне жизнь, — повторил он и стиснул зубы. — В какой вселенной, Люцифер? Что толкнуло тебя к выводу, что отсутствие куска памяти упростит мне жизнь?        — Я всего лишь забрал у тебя иллюзию, Сэмми, — Люцифер развёл руками, но его всегдашняя усмешка быстро дрогнула. — Другой на твоём месте был бы благодарен.        — Иллюзию? — тупо переспросил Сэм. С силой втянул в себя воздух, пытаясь хоть как-то усмирить ярость, толкающую начать бить Люцифера и уже не остановиться, и недобрым тоном уточнил: — И что именно ты считаешь иллюзией?        — Ты определённо успел позабыть, кто я, — взгляд Люцифера мгновенно стал серьёзным, а он неприятно улыбнулся. — Я чистое зло, Сэм. Жестокость не мой девиз, это моя суть. Я отравляю всё, до чего могу дотянуться, и наслаждаюсь этим. Потрошу тушки обезьянок или распыляю их на атомы, если мне захотелось развлечься. Искушаю их жалкие душонки, и превращаю их в бледные тени самого себя или уничтожаю. И мне это нравится, Сэм. Я в любой момент могу свернуть тебе шею, едва шевельнув пальцем. Содрать с тебя шкурку, заставить тебя гореть в вечном огне или свести тебя с ума.        — Я в курсе, Люцифер, — Сэм стиснул зубы на мгновение, заткнул здравый смысл, который настаивал, что всё именно так, как озвучил Люцифер, и единственное, что стоит предпринять, это немедленный побег, и мимолётно порадовался, что хотя бы злость немного улеглась. — И знаешь что? Давай не будем с этим медлить. Да, — Сэм кивнул словно бы самому себе. — Я беззащитен, Люцифер. Вперёд. Могу даже пообещать, что не стану пытаться сопротивляться в силу скромных возможностей обезьянки. Начинай.        — Ну, нет, Сэмми, сегодня у меня неподходящее настроение…        — Так создай его, — оборвал Сэм, проигнорировал почти затравленное выражение, которое мимолётно отразилось в глазах Люцифера, и безжалостно продолжил: — Ты же дьявол. Ты получаешь удовольствие, причиняя боль. Или это бахвальство и пустые слова, Люцифер? Однажды ты уже отказался от моего предложения побыть твоей игрушкой. Видимо, тоже был не в настроении. Что же, я его повторю. Я перед тобой. Вперёд.        — Ты… — в голосе Люцифера отразилась какая-то бессильная злость, он вскинул руку, явно намереваясь сжать горло Сэма, но только согнул пальцы, которые выглядели так, как если бы их свело судорогой.        — Я, — согласился Сэм, схватил Люцифера за полы рубашки, резко дёрнул на себя и жестко поцеловал.       Реальность разлетелась вдребезги. Ощущения, испытанные ранее в голове Люцифера, отступали, сметённые фейерверком эмоций, который взорвался внутри в реальности. Смазано мелькнуло осознание, что Люцифер жадно ответил на поцелуй, но не попытался перехватить инициативу, и Сэм на миг потерялся во вспышке нежности, которая словно компенсацией полыхнула слишком ярко.       Внутри что-то рушилось настолько быстро, что Сэму казалось, что он видит наяву кресты, которые ставятся на прошлых убеждениях. Едва ли не единственная отчётливая мысль билась в голове подобно испуганной своим появлением на свет бабочке, которая тем не менее становилась сильнее с каждой прожитой секундой. Он хотел целовать Люцифера. Дьявола. Чудовище.       Бескомпромиссное признание самому себе повлекло за собой частичное принятие простой и одновременно безумно сложной истины и породило диковатую мысль, что он хотел бы этого, даже если бы Люцифер вселился в обезьяну. Сосуд мужского пола неожиданно показался несущественной мелочью в сравнении, и Сэм спешно отогнал размышления, кажущиеся не совсем здоровыми.       Нехотя отстранившись, Сэм глубоко вдохнул и тут же втянул Люцифера в новый поцелуй, лишая тем самым возможности произнести хоть слово. Бушующий ураган противоречий внутри успокоился недостаточно, и Сэм подозревал, что на ещё одну попытку проявить понимание к Люциферу его просто не хватит. Мысли путались всё сильнее, словно желая показать свою неуместность.       Сэм прикрыл глаза и сдался на растерзание чувствам, которые одновременно пугали и поглощали. Запоздалое осознание, что его руки гуляют по спине Люцифера, оглаживая и порываясь проникнуть под одежду, а тело бьёт заметная дрожь, отозвалось вспышкой возбуждения такой силы, что у Сэма промелькнула мысль, что пытки Люциферу применять не понадобится. Они сгорят и без них.       Инстинкты медленно и нехотя отступали, позволяя окончательно выйти на первый план желанию, древнему как мир. Сэм попытался сказать себе, что им необходима передышка, но не нашёл в себе достаточно силы воли, чтобы прервать поцелуй. Озарением промелькнула идея, что он боится двинуться дальше, и это отрезвило вернее, чем остатки здравого смысла мгновением ранее.       Быстрый анализ привёл к выводу, что страх зайти даже незначительно дальше определяется множеством факторов, не последним из которых является понимание, что возврата после уже не будет. Сэм только мысленно усмехнулся с нотами истерики и честно признался себе, что его уже нет. Возможность отступить существовала ещё несколько минут назад, но не теперь. Его выбор сделан.       Разорвав поцелуй, Сэм неверяще отметил, что пространство размывается перед взглядом и вращается, как причудливая карусель с неправильными картинками, и едва не рассмеялся, понимая, что раньше считал такие вещи книжным преувеличением. Но отсутствующая реальность продолжала напоминать о себе лишь остаточным туманом, где ярко выделялось только одно лицо.       Сэм сглотнул, читая в потемневших глазах Люцифера желание не меньшее, чем его собственное и схожие же опасения. Мозг, словно проснувшись на долю секунды, услужливо подсказал, что он выдаёт желаемое за действительное, и у Сэма всё-таки вырвался смешок. Мысль о безумии показалась заслуживающей внимания как никогда ранее, но должного беспокойства не пробудила.       Чувствуя себя неуверенным и неуклюжим подростком, Сэм сглотнул и осторожно потянул рубашку Люцифера, небрежно надетую поверх футболки, пытаясь её снять. Мысленно готовясь к любой реакции, Сэм всё-таки не ожидал, что Люцифер застынет подобно изваянию. Задачу эту не упрощало, и на мгновение Сэму захотелось просто исчезнуть и никогда не вспоминать о своей попытке чего-то.       Но врожденное упрямство не просто не позволило прекратить начатое действие, но и потребовало обозначить его названием. Сэм зажмурился, и с досадой признал, что сам не понимает, что делает и как далеко готов зайти в совершенно новых для него обстоятельствах. Но потребность чувствовать Люцифера и найти хоть какое-то удовлетворение полыхающему желанию не желала исчезать.       Рубашка наконец-то сдалась отчаянному напору и неловким движениям, и Сэм с преувеличенным облегчением отбросил её куда-то в сторону. Нервно облизал губы и понял, что решимость стремительно тает. Желание покрыть шею Люцифера поцелуями, терзающее уже несколько минут, внезапно показалось абсурдным. Сэм прикусил губу, чувствуя подступающее отчаяние.       Неуверенное прикосновение к щеке заставило моментально встряхнуться. Сэм сглотнул, накрыл пальцы Люцифера, которые гладили его скулу, своей ладонью, и всё вдруг вновь показалось простым. Они подались друг другу навстречу одновременно, тем самым определяя новый поцелуй единственным общим желанием в моменте, и Сэму снова захотелось рассмеяться.       Шальная мысль возникла одновременно с табуном мурашек, уже привычно промчавшимся по спине, и Сэм запретил себе размышлять о последствиях, сосредоточившись на её реализации. Прикусив нижнюю губу Люцифера, на что тот ответил слабым стоном, Сэм медленно, но настойчиво начал теснить его к выходу из гостиной. Некоторое время Люцифер поддавался, никак не реагируя, но потом резко отстранился.        — И что это ты задумал, Сэмми? — мягкая насмешка, сменившая привычное ехидство, и охрипший голос что-то переключили внутри.       Сэм внезапно осознал, что перешагнуть через любые страхи — это легко. Если знаешь, к кому шагаешь. Изменчивое будущее разом перестало иметь значение от понимания, что оно определяется настоящим. Желание наконец-то преодолело невидимый барьер и вырвалось на волю птицей, мгновенно расправившей крылья. К щекам прилил жар, когда живое воображение подкинуло пару фантазий.        — Потереть тебе спинку, — в тон отозвался Сэм с небольшим опозданием, усмехнулся, когда глаза Люцифера сверкнули не угрозой, но чем-то похожим на недоверие, и осознанно более провокационным тоном добавил: — Ты, кажется, что-то такое предлагал, когда решил полюбоваться мной без одежды.        — Мне просто была нужна эта пушистая тряпка, — Люцифер чуть прищурился, но сам возобновил движение, отступая на шаг назад.        — Полотенец там имелось достаточно, — безжалостно отрезал пути к дальнейшему отступлению Сэм и продолжил теснить Люцифера по неширокому коридору к нужной двери. — Но сейчас они, поверь, тебе не понадобятся.        — Сэм, — Люцифер неожиданно упёрся рукой в его грудь и остановился. — Ты сам не понимаешь, что делаешь.        — Не понимаю, — выдохнул Сэм, проглотил комментарий о том, что до недавнего времени ему приходилось соблазнять девушек, а не упрямых дьяволов, и дрогнувшим голосом добавил: — Но будь я проклят, как говорит один мой хороший друг, если могу остановиться.       Фраза подействовала на Люцифера странным образом. Сэм вздрогнул, когда глаза того полыхнули не буквальным огнём, и задохнулся, когда жадные отрывистые поцелуи беспорядочно обрушились на его лицо и шею. Люцифер практически потащил его за собой, не прекращая своих действий. Расстояние до двери, ведущей в ванную, они преодолели за несколько секунд.       Мозг, отключившись полностью, ещё успел подбросить резонную мысль, что Люциферу не откуда было знать, где расположена ванная в этом доме, и Сэм мысленно застонал от мелькнувшей догадки, что тот мог за ним наблюдать. Предположение к удивлению Сэма вызвало не предсказуемые раздражение и стыд, а новую вспышку возбуждения, а потом всё растворилось в бушующем океане эмоций.       Одежда показалась не просто лишней, а худшим врагом. Сэм помог Люциферу стянуть с себя рубашку и дёрнул его футболку с такой силой, что раздался треск рвущейся ткани. Тихий, абсолютно обычный смех, прозвучавший где-то в районе его уха, сорвал последние тормоза. Не имея ни малейшего представления, что будет дальше, Сэм дрожащими пальцами расстегнул джинсы Люцифера.       Его собственные будто испарились вместе с футболкой и бельём, и Сэм только понадеялся, что так глупо расходовать силу Люцифер бы не стал. Дверцу он нащупал вслепую. Хаотичные и местами неумелые прикосновения прохладных пальцев доводили до исступления. Губы Люцифера, периодически чувствительно прихватывающие кожу в районе шеи и плеч, будто касались напрямую нервов.       Сэму начало казаться, что он тонет в вездесущем пламени, которое вырвалось изнутри и заполнило собой всё имеющееся пространство. Как они оказались в душевой кабине Сэм не запомнил. Горячие струи воды ударили по плечам мощным напором, когда смутно осознанным движением Сэм всё-таки на ощупь нашёл кран и дёрнул его вверх. Напряжение, звенящее во всём теле, отчаянно искало выход.       Издав очередной стон, Сэм вцепился в волосы на затылке Люцифера и дёрнул, побуждая того поднять голову. Поцелуй, который казался необходимее кислорода, получился голодным и настойчивым. Кабина стремительно заполнялась паром. Желание достигло нового предела, и Сэму показалось, что ещё чуть-чуть и его просто разорвёт на кусочки. Кровь кипела. Жар дразнил и пронзал насквозь.       Сэм позволил свободной руке скользнуть вниз и обхватил ей сразу оба члена, подрагивающие от возбуждения. Прикосновение принесло почти болезненные ощущения. Сэм застонал и с опозданием осознал, что его стон слился с задушенным вскриком Люцифера. Несколько лихорадочных, быстрых и сильных движений руки вытолкнули в реальность, состоящую из сплошных разноцветных кругов.       Восприятие словно раздвоилось. Сэм ощущал своё тело невесомым, парящим в какой-то иной несуществующей плоскости, где разноцветные круги активно вращались, завораживая движением, и в то же время чувствовал вес Люцифера, который навалился на него, и конвульсивную дрожь, частично передающуюся и его телу. Эхо стонов ещё слабо звучало в голове.       Сэм рассмеялся, не отдавая себе отчёта мысленно или в голос, когда в голове появилась первая робкая мысль. За такой оргазм было действительно не жаль продать душу дьяволу. Восприятие медленно и нехотя выравнивалось, и Сэм моргнул, а потом потянулся и закрыл воду, понимая, что пыль от валяния на земле и чужую кровь они смыть явно успели. Люцифер издал странный звук и выпрямился.        — Ты такая глупая обезьянка, Сэм, — в голосе Люцифера прозвучала странная горечь, а он вскинул руку. Сэм едва удержался от желания потереться щекой о пальцы, которые медленно прошлись от скулы к губам и очертили их контур. — Действительно не понимаешь, на что себя обрекаешь. Зачем?        — Вполне понимаю, Люц, — собраться с мыслями оказалось непростой, но не непосильной задачей. Сэм полуприкрыл глаза. — Чем больше я буду понимать тебя, тем сильнее ты будешь стараться доказать, что чудовище, и я ошибаюсь. А я буду продолжать с тобой сражаться. Но не против тебя, а за тебя.        — Я Люцифер, — хмурая поправка оказалась единственным откликом, и могло показаться, что Люцифер проигнорировал услышанное, но выражение его лица расположило Сэма предположить, что тот обдумывает его ответ, который явно не ожидал получить. — И никак иначе, Сэмми.        — А я Сэм, — усмехнулся Сэм, отгоняя не самые приятные воспоминания о том, как пытался поправить Люцифера постоянно во время пыток в самом их начале. — И никак иначе, Люц.        — Меня начинают забавлять наши словесные дуэли, Сэмми, — Люцифер, который пару секунд изучал его чуть недоверчивым взглядом, словно вдруг усомнился, Сэм ли перед ним вообще, в итоге расплылся в широкой улыбке. — Привносит приятное разнообразие в общение.        — Да, должен согласиться, Люц, в этом есть своеобразная прелесть, — умышленно серьёзно согласился Сэм, смеясь глазами.        — Стремление к невозможному похвально, но не тогда, когда итог предрешён, — переход к настоящей серьёзности оказался слишком резким, Люцифер отступил на шаг, и Сэм моргнул. Желание шутить испарилось. — Тебе не изменить дьявола.        — Сложности по моей части, — тон получился слишком напряжённым, и Сэм сглотнул. Досчитал до пяти про себя, и решительно продолжил: — Люцифер, я…        — Глупая обезьянка, — перебил Люцифер с усмешкой, заканчивая фразу на шутливый лад, а в следующий миг поцеловал так, что Сэм забыл, что собирался сказать. С заметной неохотой отстранился, быстро вышел из душевой кабины и уже абсолютно привычным тоном бросил: — Пора обедать, Сэмми.        — Обедать? — машинально переспросил Сэм, пытаясь унять дрожь, заново охватившую тело, провёл рукой по лицу и едва слышно пробормотал самому себе: — Боже. Мне нужна инструкция, что делать, если твоей зависимостью становится не амфетамин, а дьявол.        — Наслаждаться, Сэмми, — тут же отреагировал Люцифер возмутительно жизнерадостным тоном и кинул ему футболку, едва Сэм вышел в ванную. — Благоухает свежестью и безупречной чистотой. Ну и кто лучший дьявол в мире?        — Ты единственный дьявол в мире, — с усталой улыбкой напомнил Сэм, подхватил полотенце, вытерся, попутно окинул беглым взглядом собственные вещи, которые выглядели новее, чем когда он их надевал, следом осмотрел Люцифера, который уже был полностью одет, и нахмурился. — Серьёзно? Одежда, которой легко найдётся замена, важнее, чем возможность защитить себя от очередного монстра?        — Ты всё-таки зануда, Сэмми, — Люцифер закатил глаза и всем своим видом продемонстрировал усталость и скуку. — Вечно обращаешь внимание на ненужные мелочи. И по-прежнему ведёшь себя отвратительно неблагодарно…        — Неужели? — хмыкнул Сэм в ответ, временно отступая от темы.       Нежелание портить оставшиеся несколько минут наедине оттеснило необходимость обсуждения ситуации, сложившейся с силой архангелов. Тягучий поцелуй показался настолько естественным, что на неуловимое мгновение Сэм неподдельно испугался. Люцифер затягивал, как безжалостный смерч, и потенциально возможное спасение превращалось в иллюзию, рассыпающуюся на глазах.       С трудом заставив себя отступить на шаг то ли минуты, то ли часы спустя, Сэм тряхнул головой, напомнил себе, что он взрослый человек, а не переполненный гормонами подросток и начал спешно одеваться. Взгляд Люцифера обжигал и абсолютно не добавлял спокойствия. Сэм запутался в футболке, едва не упал, застряв ногой в штанине джинс, и в итоге почти обессилено рассмеялся.        — Думаю, Сэм, — теперь голос Люцифера звучал серьёзно до пафосности, — нам стоит чаще посещать душ. У тел обезьянок столько мест, которые можно… потереть.       Сэм поймал откровенно насмешливый взгляд, с досадой понял, что щеки мгновенно вспыхнули, выругался на себя и нервно схватил рубашку. Люцифер быстро шагнул к нему, а в следующий момент они оказались прямо у кухонного стола. Сэм машинально отметил, что в этот раз полёт не имел почему-то вообще никаких негативных последствий, и уже осознанно огляделся.        — Люц, чёрт тебя… — Руби с влажными волосами, в другой одежде и с противнем в руках едва не врезалась в Люцифера, появившегося прямо на её пути, явно попыталась возмутиться, но умолкла, качнула головой, а потом беспомощно поинтересовалась, ни к кому конкретно не обращаясь: — Ну и как послать чёрта к чёрту?        — Поверь, я задаюсь этим вопросом с тех пор, как с ним познакомился, — со смехом отозвался Адам, мгновенно отвлекаясь от беседы с Михаилом. Сэм поймал его чуть обеспокоенный взгляд и тут же кивнул с лёгкой улыбкой, показывая, что всё в порядке. — Не то чтобы я успел придумать толковый ответ.        — Внесу это в список приоритетных задач, — хмыкнула в ответ Руби, обошла Люцифера и опустила противень на край стола. — Вы вовремя. Сэм, достанешь тарелки? Вон там, — Руби махнула рукой, указывая на навесной шкаф над раковиной.        — Конечно, — Сэм мимолётно тепло улыбнулся, боковым зрением проследил, как Люцифер подходит к Михаилу и Адаму, сидящим за дальним концом стола и неожиданно поймал себя на мысли, что картина в целом выглядит удивительно мирной.        — Мишель, завязывай скалить зубы этой смелой обезьянке, которая с убийственным безрассудством вечно на меня огрызается, и поболтай со мной.        — Я не… — возмущённо начал возражать Адам, но поперхнулся и закашлялся.        — Это свойственно всем Винчестерам, — флегматично отозвался Михаил, обыденным жестом хлопнул Адама по спине и повернул голову. — Чего ты хочешь, Люцифер? — с уловимым любопытством и без капли раздражения поинтересовался он.        — Фи, Мишель, разве так отвечают любимому брату? Я решил укрепить наши неразрывные семейные узы, нашёл лишнюю минутку, а ты…       Сэм покачал головой, быстро достал стопку тарелок и перестал вслушиваться в разговор, которому Люцифер уже задал чуть балаганный характер. Водрузив посуду на стол, Сэм придержал противень, помогая Руби достать из него лазанью, и отнёс его в раковину, едва она выложила её на плоское блюдо. Руби подошла следом, опустила лопатку туда же и бросила на него хитрый взгляд.        — Рада, что вы прояснили ваши отношения, — нейтральным тоном, за которым легко угадывалось лукавство, заметила она словно невзначай.        — Что? — Сэм дёрнулся, свёл брови, а потом чуть развёл руками, сдаваясь. — Ладно. Это особая женская интуиция? Или колдовские штучки?        — Жаль тебя разочаровывать, но нет, — Руби рассмеялась, склонилась к нему и негромко добавила с убийственной серьёзностью: — У тебя засос на шее. И не один.        — Чёрт, — Сэм прикрыл глаза рукой и обречённо рассмеялся.        — Да-да, Сэмми. Ты меня звал? — жизнерадостно осведомился Люцифер, тут же оказавшись рядом. — Я, конечно, не могу проигнорировать свою любимую обезьянку, но я устал тебе повторять, что предпочитаю обращение по…        — Рассаживайтесь, — со смехом помешала ему закончить фразу Руби, которая успела разрезать лазанью и достать из холодильника салат и пиво.       Сэм шагнул к стулу и так и не смог согнать с лица глупую улыбку. На дворе их ждали трупы, на соседней улице вполне могли поджидать демоны или очередная группа монстров, но на кухне воцарилась настолько лёгкая атмосфера, что хотелось позволить себе забыться хотя бы ненадолго. Сэм, не раздумывая, открыл пиво всем по очереди, поднял свою бутылку и кашлянул, привлекая внимание.        — Может, нам и достались места в первом ряду апокалипсиса, но мы пережили очередной день и свободны, — отгоняя сомнения, Сэм позволил мыслям быть озвученными. — И в этом мире нам повезло встретить лучшего гида, — он качнул бутылкой в сторону Руби, которая напряжённо сглотнула, но снова улыбнулась, хотя и куда сдержаннее прежнего. — И что бы ни случилось с нами завтра, я просто хотел сказать, что рад тому, где и с кем я нахожусь сегодня.        — Спасибо, — едва слышно шепнула Руби и первой ударила своей бутылкой о его.       Адам, который пересел, как и Михаил, и теперь занимал стул напротив, только кивнул с явным одобрением и присоединился к ним. Но неподдельное удивление и что-то подозрительно похожее на чистую радость, Сэм почувствовал, когда услышал звон ещё двух бутылок. Сделав протяжённый глоток, Сэм потянулся за ножом и вилкой.       Переложил внушительный кусок лазаньи на свою тарелку и осмотрелся. Усмехнулся, когда наткнулся взглядом на Люцифера, рассматривающего свой кусок лазаньи с таким подозрением, что, казалось, в следующую секунду он начнёт её обнюхивать. Покачал головой, переведя взгляд на Михаила, который жевал с не менее подозрительным выражением лица, и сжал в руке вилку.       Отпил ещё пива, встретился глазами с посмеивающимся Адамом, а следом и с явно пытающейся сохранить серьёзность Руби, и глубоко вздохнул, позволяя расслабленности завладеть собой полностью. Мысль, что последний раз так спокойно он чувствовал себя рядом с Дином, чуть напугала, но Сэм упрямо не позволил ей испортить настроение. У него был миг настоящего. И в нём ему было хорошо.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты