Пауза там, но не там

Xiao Zhan, Wang Yibo (кроссовер)
Слэш
NC-17
Закончен
362
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 8 страниц, 1 часть
Метки:
Описание:
О чем можно думать, когда собираешь лего?
Примечания автора:
Написано по заказу @Azazelia5
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
362 Нравится 10 Отзывы 58 В сборник Скачать
Настройки текста
Расклад был таков: Ван Ибо сидел там, у себя дома, а Сяо Чжань был там, но не там, а в другом там, на большом плазменном экране. Секунды тогда ритмично отбивали стук в башке, и все шло своим чередом, но Ван Ибо, случайно прожавший паузу, застыл во времени и пространстве, как мушка в янтаре, и пристально смотрел. Несколько благословенных часов, отведенных на отдых, медленно, почти что на глазах, трансформировались в несколько премерзеньких часочков, которые Ван Ибо потратит на музыку, медитативное собирание лего и, быть может, на мысли, если медитативное собирание лего не поможет. Сяо Чжань трогал чужое лицо, пусто подумал тогда Ван Ибо. Что бы это ни значило. То есть, разумеется, было понятно, что это значило, это как минимум было видно, а чужое лицо ответно тянулось к прикосновениям Сяо Чжаня в кадре. И все это выглядело красиво и искренне. Но вот Ван Ибо не любил сниматься в сценах с поцелуями, даже с учётом постановки все это казалось излишне личным. Да, актерское мастерство требовало закрыть в истоме глаза, изобразить пронизывающий сердце трепет и поцеловать так, чтобы единодушный мечтательный вздох зрителей и зрительниц прошелестел над всем Китаем. Да. Но нет. Уже сейчас, а не тогда Ван Ибо молчал и не знал, как выразить мысль. Начать можно было по-разному, мол, я недавно собирал лего и думал о том, как ты целуешься. А о чем думаешь ты, когда собираешь лего? Или: я недавно читал книгу, потому что лего не помогло, и продолжал думать о том, как ты целуешься. Но всё-таки, кажется, такое начало было бы странным, часть с лего оставалась бы непонятной, пришлось бы ещё разъяснять. Кошмар. Сяо Чжань наблюдал за душевными метаниями Ван Ибо с растерянным выражением лица. А тот наконец заговорил: — Как думаешь, — начал он и поднял на Сяо Чжаня взгляд, полный мыслей, от которых не смогло спасти ни лего, ни чтение, ни горячий душ, ни крепкий здоровый сон. — Как думаешь… будет странным и дальше это всё делать, учитывая твои премьеры? Между ними был большой крепкий стол, сделанный из какого-то темного дерева, и он отлично подходил на роль символичного недопонимания. Сяо Чжань сощурился. — Что? — Твои премьеры, — повторил Ван Ибо. — Ты думаешь, они не помешают? Стол, неуместный и уродливый, кажется даже чуть-чуть увеличился в размерах и начал давить на грудь. — Чему помешают? — Нашему контракту. Сяо Чжань приоткрыл рот, чтобы что-то ответить, и закрыл. Ван Ибо смотрел на него немигающим взглядом, влажными пальцами сжимая штаны на коленях. — Я не понимаю, — признался Сяо Чжань, и Ван Ибо в ответ грустно улыбнулся. И правда, как-то да, получалась какая-то ерунда. — Я тоже, — тоже признался он. А потом ещё раз признался, не надеясь, что от этого станет понятнее, но все же: — Ты целовался. Сяо Чжань вскинул брови и распластался грудью по столу, точно стремясь приблизиться. Голос сочился сарказмом: — Правда? Ван Ибо закатил глаза. Большая фешенебельная кухня утопала в обжигающей голову духоте, а дорожка из честности и странных теорий вела в неизведанные места. Ван Ибо понял — надо говорить как было. Мысль вдруг резко показалась логичной: они создавали образ скрывающейся парочки, так? А тут поцелуи. И чужое лицо. Зачем трогать чужое лицо, когда ты с кем-то встречаешься? Почему пиарщикам и продюсерам не пришла в голову идея пустить слушок, якобы Сяо Чжань отказывался от этих сцен? — У нас этот контракт, а если ты целуешься на экране, то кто нам поверит? Какой смысл был переться в этот модный дорогой отель посреди съемок, чтобы сделать по сэлфи с разных ракурсов? Но чтобы что-то одно из обстановки попало в кадр. Писать замысловатые посты в вейбо с отсроченной отправкой… Вот это вот все. Ван Ибо было паршиво и одиноко: он подписал контракт, потому что люди любили деньги, хотя и он, и Сяо Чжань и соло справлялись замечательно, но денег много не бывает, верно? И смысл на самом деле был огромным: он исчислялся длинным рядом нулей и звенел монетка о монетку, радуя продюсеров. За собственное безразличие тогда, три года назад, хотелось дать себе по ебальнику. Удивленный взгляд Сяо Чжаня наполнялся пониманием. — Погоди. Ван Ибо мучительно покраснел и с досадой посмотрел в потолок. Ладно, прозвучало не так хорошо, как это звучало в голове. — Я перефразирую, — сказал Ван Ибо, разозлившись на самого себя. Он умел говорить — опыт ведущего давал знать о себе, он умел держать себя в руках — порой дурацкий опыт ведущего все ещё давал о себе знать, он умел улыбаться даже в самых нелепых ситуациях — хотя почти никогда не делал этого. Ван Ибо посмотрел на Сяо Чжаня — взгляд того плавно стек ниже, на распахнутый ворот свободной рубашки — и снова уставился в потолок. — Дай мне время. — Времени не то чтобы много. У нас полчаса на съёмку. Даже меньше. Минут двадцать. — Двадцать семь, — поправил его Ван Ибо. С той стороны, которую он так пристально разглядывал, под самым потолком висели громоздкие часы. — Двадцать семь, — согласился Сяо Чжань, а через минуту спросил: — Ну? — Я все ещё думаю. — Ван Ибо, ты капризный ужасный ребенок, задерживаешь нас обоих. — Подождёшь, — сказал он и вдруг улыбнулся довольно. — Не я один подписал контракт. Сяо Чжань снова замолчал. Но ненадолго. — У тебя шея красная. На это Ван Ибо никак не отреагировал. Сначала. Сяо Чжань прочистил горло и членораздельно произнес: — Бо-ди. А вот это плохо. Нужно было как-то отозваться на это. Нужно было что-то сказать, такое острое, потому что уже казалось, что весь ощетинился. — Так не смотри на мою шею, Чжань-ГЭ. «Чжань-ГЭ» цокнул языком. — А куда мне ещё смотреть? Свое маленькое лицо ты от меня отвернул. Колени пришлось срочно отпустить, а руки положить на стол, нервно сцепив их. Сяо Чжань хмыкнул. — Ладно. Буду смотреть на руки. — Смотри на себя, — буркнул Ван Ибо. — Хорошая идея, ведь Бо-ди на меня не смотрит. — Я и не должен. — Ты обязан, — Сяо Чжань невесело усмехнулся. — Разве ты забыл? Ты души во мне не чаешь, обожаешь меня, маленький верный Ван Ибо. Ван Ибо шумно сглотнул. — Я хорошо помню свои роли. Постановки, прикосновения к чужим неприятным людям. Они красиво улыбались, задорно смеялись, и вместе изображали любовь, позорно багровели от смущения и поправляли штаны от случайных прикосновений. — Хорошо, — серьезным тоном ответил Сяо Чжань. — И ты хорошо помнишь, что эти роли не настоящие? — Отлично помню. Разговор подходил к логичному при таких условиях вопросу, и Сяо Чжань, озвучивая его, вдруг повторил за Ван Ибо взгляд на часы — хотя до этого смотрел прямо и как будто… агрессивно. — Так каким образом, скажи мне, Бо-ди, придуманные отношения могут мешать реальным? — Придуманным. — Только для нас, — Сяо Чжань снова смотрел на него, и Ван Ибо отвечал тяжёлым взглядом. Сяо Чжань опять стушевался, встал из-за стола и подошёл к плотной темной шторе — одно движение, и нелепую нескладную в своей дороговизне кухню можно было бы превратить в царство мрака. Сяо Чжань встал перед шторой и достал телефон. — Даже если так, — сказал Сяо Чжань. — Нам не помешают мои премьеры. Скорее, наоборот. Фанаты, наверное, надумают себе какие-нибудь сцены ревности в твоём исполнении. Глупо, правда? — Глупо, — ответ прозвучал эхом, а Сяо Чжань, выбрав для себя приемлемый ракурс, улыбнулся, красиво и ярко, как дурацкое солнце. Ван Ибо сидел в пол-оборота и смотрел. — Сфотаешься напротив тюли? Она чуть-чуть попала в кадр. Ван Ибо кивнул, тут же помотал головой и молча встал, пока телефон Сяо Чжаня ритмично щёлкал. — У меня есть идея. — Какая? — Мы сделаем твои фото ещё лучше, Чжань-гэ. Сяо Чжань хохотнул и заблокировал экран: — Звучит как угроза. Но нам запретили совместные селфи. Запретили. Ван Ибо хорошо помнил, что в определенный момент они якобы пошли по разным дорогам — но они и правда пошли. И за совместные сэлфи агентства сожрали бы их с дерьмом, не подавившись. — А ты не фотографируй. Все просто, верно? На экране Сяо Чжань целовался красиво, нежно, за такие поцелуи можно было вознестись на небеса и стать богом прикосновений к лицу, но на деле все могло оказаться совершенно иным. Ван Ибо верил, что любые отношения всегда мешали другим любым отношениям, но доказать этого не смог, выстрадав только неясную тираду: «Ты целовался. Какого хуя?». А раз не смог, то стоило действовать альтернативными методами. Только как это можно было охарактеризовать? Перебить? Перекрыть? Сяо Чжань ахнул и уставился удивлённо на Ван Ибо в лучших традициях романтических сериалов. Ответа никакого не было, и Ван Ибо не мог понять, была ли эта нежность только экранной. Он целовал сначала осторожно, и его страшило и нервировало безразличие. Он моргнул и отстранился на мгновение: — Что… — Так не сработает, — рассудил он вслух. — Надо сильнее. Сяо Чжань ответил: — Неужели. Ван Ибо, на самом деле, не собирался ничего делать, он просто ляпнул это, расстроившись до глубины души, он разочаровался и понял, что тирада изначально была просто тирадой, а Сяо Чжань был прав. А ещё Сяо Чжань был сильным. То, с какой силой Ван Ибо въебали спиной в стену, не поддавалось никаким описаниям, Ван Ибо ахнул, а потом выдохнул — ещё тише: «Что?..», и с готовностью ответил на поцелуй. Они оказались прямо под часами, и Сяо Чжань вжался в Ван Ибо, вцепился в него пальцами, губами, укусил и сам простонал, так ужасно притягательно, что держать глаза открытыми больше не получалось. Нежности не было, благоговейного трепета — тоже, но было столько агрессии и похоти, что Ван Ибо чуть не сварился на месте, не переставая взахлеб отвечать. В голове звенела одуряющая пустота, и этот звон словно проходил по всему телу, отдаваясь вибрацией в ослабевших коленях. И в губах. Сяо Чжань, странно дернувшись, вдруг замер, и Ван Ибо снова поцеловал его, но уже мягче — буквально пара секунд, чтобы понять, что — да! Да! Была, ее было много, она укутывала и совсем сбивала с толку. Откуда? — Ты приревновал, — сказал Сяо Чжань, Ван Ибо не открывал глаз и дышал шумно через нос. — Правда? Указательным пальцем Сяо Чжань тыкнул Ван Ибо в грудь. — Ты не имеешь права на сарказм, — заявил он. — После того потока бреда, после… — Сяо Чжань покачал головой, тоже взволнованный, и его тонкие влажные губы двигались, приоткрывались и снова смыкались, гипнотизируя, — ты с такой уверенностью рассказывал мне какую-то хуйню. Ван Ибо нервно откашлялся. — Я делал доброе дело и проверял, насколько Чжань-гэ легковерный. Но легковерный Чжань-гэ и в этот раз не попался на хитрую уловку. Он раздражённо цыкнул и снова поцеловал, обхватив лицо Ван Ибо двумя руками, и почти сразу же отступил. Тот последовал — рефлекторно, и с неописуемым спокойствием поправил Сяо Чжаню лацкан пиджака, смахнул невидимую пыль и вернулся за стол. Ебаный номер, уродливая кухня и возбуждённый Сяо Чжань оказались на сегодня в главном меню. Ван Ибо казалось, что это все происходило не с ним, что все это было странным сном, и быть может, он просто уснул тогда за просмотром, так и оставив момент с поцелуем на паузе. Позади него тихо щелкала камера. — Бо-ди, — прозвучал позади голос Сяо Чжаня, все конечности Ван Ибо от мягкого тона налились тяжестью. — Бо-ди, у нас не очень много времени. — Не надо меня так называть. Щелчки снова прекратились, а ответ Сяо Чжаня прозвучал на удивление осторожно и словно бы… растерянно. — Ладно. Ужасное молчание настигло их и вцепилось в шеи, в рты, в мысли. Ван Ибо, казалось, не дышал, не думал. Он одновременно знал и не знал, что делать. — Ван Ибо, — Сяо Чжань сделал шаг от окна вперёд. Ещё два шага и он упрется животом и бедрами в спинку стула на котором сидел не-Бо-ди. — Я подумал. Что был бы не против, если бы ты называл меня Чжань-гэ. Стул скрипнул ножками по полу, штора мягко прошелестела — главное было не сорвать гардину. Сяо Чжань ничего не сказал, только глянул удивлённо и под горящим взглядом Ван Ибо сам расстегнул ширинку. Пальцы точно одеревенели, неловкие, чуть влажные. Остатки терпения выкипали, и Ван Ибо готов был уже сорвать дурацкую пуговицу на брюках Сяо Чжаня. — Ван Ибо, — позвал неуверенно тот. — Ты же… ты же не? Тот хмыкнул и лбом прижался к животу Сяо Чжаня. — М-м-м? — Я хочу называть тебя «Бо-ди». — М-м. — Хах… спасибо, что позволил. Это чувство сложно было назвать умиротворением. Ковровое покрытие неприятно кололо колени даже через ткань, чужая рука на затылке сжимала и тянула волосы слишком сильно. Да и вообще умиротворение — это то, что никак не ассоциируется с размеренным сосанием чьего-то члена. Но Ван Ибо, решивший и сделавший, мог с уверенностью сказать, что ему было спокойно, несмотря на пламя в душе и неуемную жажду. Он хотел, чтобы Сяо Чжань вздыхал громче, чтобы он стонал, чтобы кричал и двигался более свободно, он так всего это хотел, но менеджеры, которые оставили их тут «на полчаса, не больше», могли в любой момент прийти и сказать: «Надо закругляться». Надо было быстрее — помочь себе, натрогать Сяо Чжаня языком, губами, чтобы их выдуманным отношениями не мешало ничего. Ван Ибо по крайней мере на это надеялся. Он задрожал, отстранился на мгновение, чтобы горячо ахнуть и, поддавшись давлению на затылок, снова принял в рот крепкий влажный член, содрогаясь и глотая под мерное «Тик-тик-тик» и под судорожное «Пожалуйста, да, так, пожалуйста, аххххх, умоляю». Время тут застыло, и Ван Ибо весь сладостно онемел и застыл. Сяо Чжань цеплялся за опасно натянувшуюся штору и дышал, дышал, вздыхал. Было странно. Но… приятно. Было как-то… неловко. Ван Ибо, не моргая, смотрел на тонкие пальцы, все такие же неловкие, на то, как они заправляли влажную обмякающую плоть в трусы, застегивали ширинку и маленькую тугую пуговицу. — Фото, — сказал Сяо Чжань. Ван Ибо кивнул и поднялся на шатких ногах. По пути на съёмки надо будет пролить себе что-нибудь на брюки, подумалось ему. На пах и на бедра. А до этого — попросить менеджера взять ему что-нибудь попить. У него всегда на такой случай была с собой сменная одежда. — У тюли? — уточнил он и вытащил из кармана телефон. Сяо Чжань кивнул, но с места не сдвинулся. — Бо-ди? — Да. Что там с ракурсами? Улыбка? Губы выглядели ужасно. Волосы пришлось пригладить. Вроде неплохо, да? Смотрится? И Сяо Чжань смотрит, да? Все ещё смотрит. Ван Ибо бросил на него быстрый горячечный взгляд. Щелк. Щелк. — Я тут пару дней, — сказал Сяо Чжань и сцепил руки за спиной. — Интервью. Пара. А потом съёмки, но недолго. Своего рода… выходные? — А где ты живёшь? Щелк. Сяо Чжань фыркнул и в голосе его слышалась улыбка, Ван Ибо радовался ей, как последний идиот, и с трудом не смотрел — надо было как можно скорее закончить. — В этом номере. Ван Ибо в ответ заулыбался. И в итоге фотографии для очередного подогрева фанбазы вышли, к несчастью, неудачными. Скорее всего, придется переснимать.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Xiao Zhan"

Ещё по фэндому "Wang Yibo"

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты