Marble

Слэш
PG-13
Завершён
18
автор
Размер:
3 страницы, 1 часть
Описание:
>Вокруг него — бесконечные нити удушающих мыслей. Он только режет руки в попытке порвать их и дует на кровоточащие ладони.
Примечания автора:
Драббл, потому что я вышла из подходящего настроения, а портить этот кусок не хотелось (как и возвращаться к тому настроению).
Уже пообещала в следующий раз написать по ним флафф, так что...

✨ Priscilla Ann — Fine On The Outside
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
18 Нравится 2 Отзывы 0 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
      Бокуто, сколько себя помнит, находит проблемы. Придумывает проблемы. Одаривает ими не только себя, но и окружающих. Он парень нежадный, делиться любит и умеет. Пусть и против своего желания, пусть и против желания «одариваемых».       Вечер начинается хорошо. Акааши роняет еле слышное «С возвращением», когда Бокуто приходит с тренировки уставшим и голодным, и снова закапывается в распечатки. На кухне — ещё тёплая еда, в комнате — любимый человек, которого строго-настрого нельзя отвлекать от учёбы. Подработка в издательстве и сессия — важно. Разговоры и прогулки подождут.       Разговоры ждут всегда, если подумать. А на выпускном Бокуто пообещал себе больше думать, чтобы не расстраивать Акааши. Иногда получается, иногда — нет. Чаще всего промахи случаются, когда они видятся с Куроо. У Бокуто от веселья крышу сносит, он забывается, засматриваясь на эмоции бро, расслабляется, потому что наконец с минного поля ступает на чистый луг.       Котаро очень сильно любит Кейджи. Он говорит ему об этом так часто, как ему позволяется говорить. Потому что «Бокуто-сан, завтра важное занятие, не могли бы вы не отвлекать?». Потому что «Бокуто-сан, я завтра не смогу прийти на ваш матч — дела в издательстве». «Бокуто-сан», — отодвигается, смотрит в учебник.       Акааши всегда рядом. Акааши приходит домой раньше него, готовит или разогревает купленное в комбини. Напоминает о важных датах, в выходные просит убраться и постирать вещи. Не забывает покупать Бокуто гель для волос, когда сам Котаро проходит мимо нужного отдела. Заботится как может, в рамках чётко отведённых перерывов.       Но Акааши будто и нет.       Вот он сидит за столом. Вьющиеся тёмные волосы, очень-очень мягкие, пахнут яблоками с корицей. От того, что Кейджи тянется за книгой, клетчатый плед сползает с острого плеча, но оказывается раздражённо поправлен раньше, чем успевает упасть. Руки Акааши наверняка немного прохладные. Бокуто знает каждый шрамик на них, и если Бокуто целует маленькую родинку между указательным и средним пальцами, то Кейджи фыркает в ответ на ласку, потому что щекотно. И, по его словам, сказанным ещё в старшей школе, «до покалываний глупого счастья приятно».       И подойти бы к нему. Обнять, подуть за немного заострённое ухо, поцеловать в макушку. Дождаться хоть какой-нибудь реакции, кроме усталого вздоха и очередного «Бокуто-сан…».       Бокуто достаёт телефон. Кидает кучу ржущих эмоджи Конохе, приславшему очередной мем по ДжоДжо, проверяет твиттер, лайкает ленту в инстаграме. Бездумно заходит в настройки, водит пальцем вверх-вниз, но не может решиться и зайти в «Обои», чтобы поставить стандартные. Глупо ведь менять что-то из-за такой ерунды.       Опять ведь напридумал себе всякого. Эгоист.       Котаро ест то, что приготовил Акааши, но вкус не чувствует. Моет посуду, протирает раковину, поправляет за собой стул. Закрывает все шкафчики. Ещё раз поправляет стул. Заносит кофе в мысленный список покупок: лучше утром сам купит, чем Кейджи, лишённый уже привычной подпидки кофеином, упадёт где-нибудь по дороге.       Бокуто должен быть счастлив, но почему-то очень устал.       Вокруг него — бесконечные нити удушающих мыслей. Он только режет руки в попытке порвать их и дует на кровоточащие ладони. Человек, в чьих руках ножницы, недоступен. Хотелось бы верить, что лишь в данный момент.       Даже в душе Бокуто старается не шуметь: шикает на громкую воду, цокает, когда из-за его неосторожного движения пара бутыльков падает на кафель.       — Я спать, — выйдя из ванной, тихо говорит он.       Но слова громыхают в отвыкшей от них квартире.       — Спокойной ночи, Кейджи, — говорит ещё тише.       — Добрых, — отвечает Акааши и зарывается пальцами в свои разлохмаченные волосы.       На него не смотрит.       Привычно уже, за прошедшие месяцы, но всё равно — нити натягиваются, раззадоренные безнаказанностью.       Бокуто вертится на своей половине кровати, смотрит на рассеянный свет фонаря, проникший в лазейку между тяжёлыми шторами, и пытается дышать. Не думать о том, что он засыпает и просыпается один: Акааши спит всего по три часа, и это ненормально, и Бокуто пытался с ним поговорить, приплести умные словечки из арсенала Куроо, но наткнулся только на непонимание. «Всё нормально».       Но всё покрывается трещинами.       Акааши ведь и раньше закрывался. Был себе на уме, выверял каждый свой шаг, молчал. Отпускал себя, когда играл в волейбол. Или когда они держались за руки, обнимались, касались друг друга. Но никогда ещё не исчезал, как случайно подслушанная мелодия волн.       Бокуто утыкается носом в чужую подушку: яблоко, корица, что-то древесное, чему постоянно забывает название. Под одеялом жарко, но вылезать не хочется, снаружи — свет из комнаты, в которой сидит бесконечно любимый человек. Бокуто не закрывает дверь и часто не может уснуть, пока Акааши не щёлкнет выключателем, оставляя включённой только настольную лампу. Как будто новый короткий ритуал, (не)разделённый на двоих.       Отчего-то чёрная плесень страхов, медленно отравляющая его, показывается именно сейчас. В вечер, который начался как будто хорошо.       Глаза сами слипаются, и ему бы зевнуть, перевернуться на свою сторону, но:       — Интересно, — говорит Бокуто в пустоту, — ты заметишь, если я умру?       Тёмно-красным росчерком по прямой спине.
Примечания:
Мы потеряли переписку с Куроо, совиные носки Акааши и ромашковый чай 😔
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты