Noir béret

Слэш
R
В процессе
12
автор
Размер:
планируется Миди, написано 7 страниц, 1 часть
Описание:
...
Посвящение:
Эта работа посвящается пэйрингу Третий Рейх/Третья Французская Республика, которого, я пока что на Книге Фанфиков не встречала.
Примечания автора:
В этом фанфике действия происходят в одной из моих Вселенных, коих очень много. Она не основывается на стереотипах, канонах, на точных исторических событиях. Название фанфика читается, как "Нуар берет", переводится с французского, как "Чёрный берет".

Немного о строении мира стран, которое я использую в большенстве Вселенных, в том числе и в этой.

Все страны в мирное время живут на острове в Атлантическом океане, но могут в любой момент поехать на материк. На острове, вопреки всем законам физики и географии, климат самый благоприятный для жителей, присутствуют и различные леса, и пустыни, и горы. На острове, помимо стран, живут люди разных национальностей, всё насиление состоит из приезжих. В самом центре острова расположено главное здание стран, в котором, собственно, страны работают и проводят совещания. На первом этаже здания расположены: стойка секретаря, гардероб, столовая и множество лифтов. Второй этаж отведён для архивов и библиотеки. На самом последнем и высоком этаже расположены кабинеты разных организаций, они регулируют работу стран. Этажом ниже находятся залы конференций, в том числе и самый главный зал собраний. На нескольких этажах ниже находятся кабинеты стран, делятся по частям света и континентам. Расположены в таком порядке сверху вниз: Европа, Азия, С. Америка, Ю. Америка и Австралия (т.к. там мало стран для отдельного этажа), Африка.

Страны во время войн находятся в своих странах, на материках.

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
12 Нравится 7 Отзывы 2 В сборник Скачать

Первая глава

Настройки текста
Примечания:
Надеюсь, что вам понравится эта работа.

Конец ноября 1942 года

POV Third French Republic

      Сколько времени уже прошло с момента начала этого ужаса? Десять, может двадцать лет? Нет, всего три года. Дни проходят очень медленно, мучительно, каждая минута, отдавая дрожью в руках, кажется часом… Идёт война, жуткая, жестокая, кровопролитная война, в ходе которой погибает колоссальное множество людей, не только солдат, но и мирных, ни в чём не повинных жителей. Моё государство находится в оккупации третий год, по моей вине, я не смог ничего предпринять… Страны, чьи территории были оккупированы Нацистской Германией, были захвачены в плен, впоследствии их отвозили в Берлин, что же с ними происходило дальше — неизвестно, мне удалось избежать этой участи. После, большую часть времени я находился в Великобритании, в Лондоне, нередко посещал Французскую Экваториальную Африку для сформирования войск. Отправлял группы французских лётчиков в СССР для совместной борьбы против нацизма. В июне этого года, то бишь, относительно недавно, был принят совместный коммюнике, в котором указывалось, что, «достигнута полная договорённость в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 г.». Однако, вместо создания второго фронта в Европе англо-американские войска высадились в Северной Африке и провели Северо-Африканскую десантную операцию. Открытие второго фронта было перенесено на 1943 год.       Третий Рейх… Очень интересная и неоднозначная личность… В тридцать третьем году никто и подумать не мог, что эта страна внезапно окажется кровожадным монстром, который прятался под разными масками и ждал своего часа; монстра, который уничтожит всё и каждого на своём пути для достижения своей цели… Странно, что после всего им содеянного, мои старые чувства к нему всё ещё не угасли… Неосознанно, но я начинаю скучать по нему… В последнее время в голове часто начали проноситься разные приятные отрывки воспоминаний из прошлого, связанные с этой страной. В такие моменты на лице появляется лёгкая улыбка, я забываю обо всём, витаю в облаках… Когда же прихожу в себя, стараюсь прогнать подобные мысли, включая здравый разум. Нацистская Германия — тиран, погубивший много человеческих жизней, тиран, который вонзил тебе нож в спину и мучает твой народ; тиран, который, возможно, всего лишь использовал тебя для своих коварных целей, нагло врав тебе в лицо… После, я не могу поверить, что все те, казалось бы искренние слова были ложью, не могу поверить, что это тот самый Рейх, которого я знал и так любил…       Помню нашу первую встречу с ним, будто, это было вчера…       Впервые мы увиделись, как ни странно, на работе. В начале этого дня настроение у меня было не из лучших, помнится, необходимо было разобраться с большими стопками бумаг до начала очередного собрания стран, на котором глава конференций — Соединённое Королевство, должен представить потомка Германской Империи. Очень уж я не любил, когда в коллективе появлялась новая страна, она ведёт себя непредсказуемо для остальных, никогда не знаешь, что от неё можно ожидать, не знаешь, как эта страна повлияет на обстановку в мире и в политике. Отвлёкся от работы я только после звонка, сообщающем о перерыве, после которого начнётся собрание. Во время перерыва я посетил столовую, поговорил с некоторыми коллегами, но не суть. Так вот, иду я по коридору к нужной комнате, с толстой приоткрытой папкой документов в руках, ни на что не обращаю внимания, пересчитываю листы, как вдруг, сталкиваюсь с какой-то страной. Папка вылетает из рук, с шумом падает на пол, не все, но достаточное количество бумаг разлетелось. Я сам чуть не упал, но меня придержали. Вернувшись в исходное положение, я уж было хотел начать ругаться, как перевёл взгляд с пола на страну, с которой столкнулся… Все слова в один момент смешались в кашу. Загорели щёки, чего раньше не случалось. Даже не могу представить, как глупо я выглядел в тот момент. Я смотрел в его чистые серые глаза и не мог отвести взгляда… После нескольких секунд молчания, страна напротив начала извиняться, и мы вместе принялись собирать разбросанные бумаги. После, он представился, как Третий Рейх или же Нацистская Германия. Скоро должно было начаться собрание, поэтому нам пришлось пройти в зал и занять свои места. Так получилось, что мы сидели напротив друг друга. Нужно было сосредоточится на работе, но тогда, я просто не мог, все мысли были заняты новой страной. Как бы абсурдно это не звучало, но это была любовь с первого взгляда. Конечно, я, осознав это, волновался. Он же не женщина, а мужчина. Как к нему подойти? Вдруг это окажется не взаимно? Вдруг кто-нибудь об этом узнает? В наше время это запрещено. Стран конечно не казнят, но если об этом станет известно, честь страны будет опозорена, унижена, пойдут слухи и насмешки, а это одно из самых страшных событий для стран, которое могло случится. Помимо этих, ещё много других вопросов вертелось тогда в мыслях. К слову, мы сближались плавно и довольно быстро, мои страхи были пустыми.       Рейх… Много приятных воспоминаний связано с ним… Мы часто проводили время вдвоём на одной поляне, усыпанной летом цветами, рядом с которой находится берёзовая роща. По этой поляне течёт небольшой ручей. Пх, вспомнилось, как мы там дурачились, играя в салки; как один раз во время игры, он спрятался, а потом резко выпрыгнул из укрытия и мы оба упали в воду. Эх… Снова вспомнились его нежные объятия, прикосновения… У меня не осталось ни одной вещи, которая принадлежала Рейху, за то сохранился альбом с нашими фотографиями, но, я редко его открываю, ибо, при каждом просмотре наворачиваются слёзы… Пора бы уже забыть о Германии, перестать думать о нём по ночам, идёт война… Каждый день приходится осознавать всю безысходность ситуации. Я продолжаю любить того, кого по сути должен ненавидеть, продолжаю скучать и ждать встречи…

END POV Third French Republic

***

POV Dritte Reich

      Вечер. За окном летят крупные хлопья снега. Я сижу за столом в своём кабинете и не знаю, куда себя деть. День выдался довольно тихим и спокойным, никаких происшествий не случилось. Вся работа выполнена. Не знаю, чем себя занять, от того в голову и лезут всякие неприятные мысли. Пришёл бы, что ли, какой-нибудь солдат, доложил о невыполнении приказа или сообщил бы о каких-нибудь неполадках, я бы хоть на него отвлёкся, покричал. Хм… Я встал из-за стола и направился к шкафу. Медленно открыв дверцу, я достал дорогую моему сердцу вещь. Закрыв шкаф, я переместился на небольшой чёрный диванчик, стоявший напротив. Очень бережно и аккуратно я крутил в руках и осматривал эту вещь — чёрный берет, вспоминая её владельца. Эх… Франция, Франция… У него было два одинаковых берета, которыми он очень дорожил, и один из них он отдал мне, по моей просьбе, незадолго до того, как политическая обстановка в Европе начала накаляться. Он почти не расставался с этим беретом, когда их было два — носил по очереди. Я в то время уже знал, что война будет, поэтому очень хотел, чтобы у меня сохранилась какая-нибудь вещь дорогой мне страны.       Время будто застыло, я перестал обращать внимание на посторонние шумы, звуки, доносящиеся из-за двери. Всё смотрю и смотрю на берет, вспоминая, как мы с Францией вместе проводили время, вспоминая его чистые небесно-голубые глаза, искреннюю счастливую улыбку… Его настоящая улыбка всегда украшала мой день, даже самый хмурый. Франция, как никто другой умеет поддерживать близких, родных ему людей и стран, он может правильно подобрать слова поддержки, а его объятия в холодные дни согревают лучше, чем любой камин или обогреватель…       Невольно вспомнился один из зимних вечеров. На улице стоял мороз, искрился снег. Мы шли по парку после тяжёлого рабочего дня. На улице не было ни души. Я шёл чуть впереди, мы о чём-то разговаривали, и вдруг, неожиданно, Франция кинул в меня крупных размеров снежок. Мне это, конечно, не очень понравилось, я сразу же нахмурился и решил ответить тем же. В итоге, весь путь до дома мы перебрасывались снежками, было весело, но, мы жутко замёрзли. В тот день, Франция мне позволил, нет, даже не позволил, а приказал, поставил перед фактом, что я останусь у него на ночь. И вот, мы сидим рядом, напротив искрящегося огня в камине, в обнимку, почти с головой укутавшись в плед, пьём горячий шоколад… Стояла уютная, домашняя, тёплая атмосфера, каждый миг которой хотелось растянуть подольше. Мы сидели молча, но я всё же разрушил тишину своими причитаниями о том, что мы можем заболеть, на что Франция только махнул рукой. От приятных воспоминаний, на лице появилась лёгкая улыбка, которая в тот час же исчезла с лица. Франция, Франция… Где же он сейчас? О чём думает? Насколько сильно меня ненавидит? Эх, я помню нашу последнюю встречу с ним, будто это было вчера… Вспоминая этот день, на глазах невольно наворачиваются слёзы. Обычно я не позволяю себе показывать свои эмоции при окружающих, держусь гордо, но, это явно не тот случай, к тому же, я в кабинете совершенно один и наврятли кто-то зайдёт. Так вот, в тот день у нас обоих был выходной, мы решили провести весь день вместе. Я предполагал, что, возможно, мы видимся в последний раз, и хотел как можно сильнее растянуть эти сладостные моменты. Мы успели побывать и в кафе, и в кинотеатре, и на природе, на, так называемом, пикнике, просто повеселились от души. Мы не замечали времени, тогда казалось, что день шёл долго, но, сейчас же, кажется, что всё произошло быстро, мимолётно. Больше всего мне запомнился поздний вечер. Мы лежали на мягкой травке, недалеко от моего дома, и смотрели на звёдное небо. Было так хорошо, спокойно, но в голову лезли всякие плохие мысли, тогда, я легонько потряс его за плечо, чтобы обратить на себя внимание, когда же он повернулся в мою сторону, ничего не произнеся, мы слились в долгом, сладком поцелуе, после перебрались в дом. Половину той ночи я не спал, всё думал, волновался, размышлял, а также, любовался личиком Франции, который уже досматривал десятый сон. На утро, так не хотелось уходить, но, пришлось. Чувствовал я себя в тот момент плохо, да и сейчас не лучше. Думаю, что слова здесь излишни.       С того момента прошло достаточное количество времени. Всё изменилось. Могу представить, как я опустился в его глазах, думаю, он считает меня монстром, причём, вполне заслуженно. Французские территории были оккупированы ещё в 1940 году. Я искренне не хотел завоёвывать Францию, всячески пытался этому помешать, но, выступление германских войск на запад случилось фактически без моего ведома, это были действия людей, правительства. Я практически не мог повлиять на это решение, к тому же, многие не понимали моего желания приостановить процесс оккупации, начали что-то подозревать.       Францию, в отличие от других стран-хуманизаций в плен взять не удалось. А, если бы он находился здесь? Я бы не смел смотреть ему в глаза. С другой стороны, я бы мог попробовать хотя бы извиниться, объясниться, хоть и понимаю, что прощенья мне нет. И всё-таки, хорошо, что ему удалось сбежать, этот вариант из всего двух возможных кажется наиболее лучшим.        На ватных ногах я подошёл к шкафу, положил берет на место. Плотно закрыв дверцы, я направился из рабочего кабинета в свою комнату, отдыхать.

END POV Dritte Reich

***

Авиационный корпус, СССР

      — Товарищ Советский Союз, вы к нам надолго?       — Дня на три, пять. Я бы хотел лично убедиться в отлаженной работе вашего Авиационного корпуса. Что, группа французских лётчиков, предоставленная нам, находится здесь?       — Так точно. Выходят на боевые вылеты на ровне с нашими. Переговариваемся с помощью недавно нанятого переводчика. Вместе с французскими лётчиками здесь находится Третья Французская Республика, который, уже несколько дней подряд принимает личное участие в вылетах.       — Как личное участие?! Где он сейчас? Я бы хотел его увидеть лично.       — Он только что вернулся с задания, идёмте. Союз проследовал за ним. Выйдя из здания на свежий воздух, мужчины прошли буквально несколько шагов и увидели Французскую Республику, который, в то время стоял в форме у своего самолёта и о чём-то разговаривал с главным механиком.       — Вы можете быть свободны. Благодарю за службу. — обратился СССР к подчинённому.       — Служу Советскому Союзу! — проговорил мужчина и удалился. Союз же, поспешил подойти к Франции, который уже закончил разговор с механиком.       — Здравия желаю, товарищ Франция!       — Здравствуйте, Союз Советских Социалистических Республик! Моё имя — Третья Французская Республика, попрошу запомнить. Не ожидал вас здесь увидеть, у вас есть много других очень важных дел, думал, вы всё время находитесь в Москве.       — Как видите, нет. Какая разница: Франция или Французская Республика? Бросьте свой официоз, хотя бы сейчас. Мне тут доложили, что вы самолично принимаете участие в боевых вылетах…       — Да, это действительно так. Ну и что? СССР, взял Францию под руку, отвел в сторонку и продолжил, сбавив громкость:       — Поберёг бы ты себя. Ты же всё-таки страна. Француз резко одёрнул руку и ответил, с каждым предложением повышая тон:       — О чём вы говорите, Союз? Идёт война! Моё государство находится в оккупации! И я, по-вашему, должен смотреть на это и сидеть, сложа руки?!       — Тихо! Нет, не сидеть, сложа руки, но и не лезть на рожон! Ты пойми, ты нужен здесь. Кто будет формировать войска, командовать? Занимайся своим делом, не нужно лишний раз рисковать!        — А я хочу рисковать! К тому же, все совершённые мной вылеты завершились благополучно.       — Так будет не всегда. Я прекрасно понимаю тебя, и твоё желание рваться в бой, но, сейчас, стоит себя поберечь. Поверь мне. Разговор окончен. Иди, отдыхай. Совет поспешно удалился, пока Франция стоял на месте, смотря тому вслед и обдумывая его слова. Постояв так ещё минуту, мужчина направился в здание. Слова Союза казались ему не такими уж и бессмысленными, может, и в правду стоит себя поберечь? Француз долго над этим размышлял, принял же окончательное решение только ночью. Франция решил, что следующим днём последний раз примет участие в боевом вылете, о котором уже было известно, а после, перестанет участвовать в военных действиях самолично.       Ночь для Франции проходила беспокойно. Самочувствие было отвратительное, он всё никак не мог уснуть, даже просто расслабиться; вновь не давали покоя мысли о Третьем Рейхе. Удалось уснуть мужчине только под утро. Он поспал не более трёх часов, однако, был довольно бодр и смело рвался в бой. Сегодня перед группой советских и нескольких французских лётчиков стояла задача, которая заключалась в сбрашивании бомб на одну из баз врага, тем самым, лишая последнего важных запасов.       Одевшись и собравшись, Франция стоял у своего излюбленного самолёта-бомбардировщика. Перед полётом, мужчина сел в кабину и проверил наличие топлива, также переговорил с главным механиком, попросил последнего проверить работу машины ещё раз, чтобы удостовериться, что всё в порядке.       Самолёты вылетели на задание раньше запланированного времени. До вражеской базы долетели быстро и довольно спокойно, никаких происшествий не случилось. Как только немецкими военными были замечены советские и французские бомбардировщики, они начали обстреливать самолёты. В этот раз, в отличие от других, предыдущих, над другими базами, нацистские солдаты действовали более слаженно, быстро. Фактически, поставленная задача советским командованием была выполнена, но потерь избежать не удалось. Неожиданно, враг попал и в самолёт Франции, машина резко начала снижаться, но, хотя бы, благодаря пилоту, больше в неё не попали. Страна за штурвалом пыталась не паниковать, но это не очень-то получалось. Катапультироваться не было возможности, француз решил попытать удачу и попробовать как можно мягче посадить самолёт, не разбившись. Бомбардировщик мог взорваться в любой момент, так как пробили отсек с топливом; снижался с большой скоростью, необходимо действовать быстро. К счастью, у Франции получилось взять управление над падающим самолётом, посадил его достаточно мягко для такой ситуации. Остановилась машина не сразу, ещё проехала вперёд, хорошо, что местность была открытой. Самочувствие у страны было не из лучших, перед глазами всё плыло, одолевал страх, а ведь, ещё нужно поскорее выбраться из самолёта. Собрав силы и волю в кулак, Франция выполз из машины с максимальной для своего состояния скоростью. Мужчина отполз на некоторое расстояние и самолёт с большим грохотом взорвался, полетели сгорающие обломки. Француз прижался к земле, лёжа на животе и закрыв голову руками. Ни один из обломком в него не попал. Франция перевернулся на спину, потом принял сидячее положение, смотря на горящий самолёт. Перед глазами пронеслась вся жизнь. Ноги стали ватными, всё тело ныло и побаливало, перед глазами окончательно всё размылось и он потерял сознание.

***

Тот же день, чуть позже. Нацистская Германия. Берлин, Рейхстаг.

      Солдат медленно, боязливо двигался по коридору к нужной ему двери. Совершенно не хотелось видится лишний раз с Третьим Рейхом. Последний был вспыльчив, непредсказуем, а от его внешнего вида, холодного взгляда и оскала все приходили в дикий ужас, хотелось убежать далеко-далеко или вовсе провалиться под землю. Но выбора не было, только что поступил сигнал, о котором необходимо было срочно сообщить. Мужчина подошёл к нужному кабинету и только хотел уж было постучать и дёрнуть за ручку, как из помещения буквально вылетел другой подчинённый, вслед которому доносились гневные, оглушающие своей громкостью, крики от Нацистской Германии, который ещё в придачу стучал по столу. Казалось, что всё здание сейчас расколется пополам. Дверь в кабинет осталась открыта. После увиденного, сердце солдата ушло в пятки, хотелось просто убежать, но, Третий Рейх его заметил, «пригласил» в кабинет, не уменьшая громкости, и спросил, что-то по типу: «Чего у вас там ещё стряслось?!». Ноги мужчины предательски задрожали, он старался взять себя в руки. Молчать долго было нельзя, Рейх и так не в добром расположении духа сегодня, поэтому солдат начал рассказ:       — Мой Фюрер, минут пять-десять назад нам пришло срочное сообщение от одной из наших частей на оккупированных территориях. Они сообщают, что ими обнаружен Третья Французская Республика, находящийся без сознания. Спрашивают, как им поступить? Германия резко поменялся в лице: с грозного и невозмутимого на удивлённое, обеспокоенное.       — Франция? Что с ним?! Как он оказался на оккупированной территории?! — Рейх вскочил со своего места, быстро приблизился к подчинённому и схватил последнего за воротник. Солдат, будучи в пребывании ужаса, старался правильно подобрать слова и ничего не перепутать. Он продолжил, говоря всё тише и тише с каждым словом.       — Он обнаружен в французской военной форме лётчиков, рядом с остатками сгоревшего самолёта-бомбардировщика, после налёта советских и французских бомбардировщиков на одну из наших баз… По словам обнаруживших его людей, ему крупно повезло: отделался только мелкими ранениями и синяками.       — Немедленно доставить в Берлин! — прокричал Рейх на эмоциях, а уже после подумал здравым смыслом и продолжил, сбавив тон и ослабив хватку: — Нет. Сначала определите его в ближайший медпункт, в отдельную палату. Когда состояние страны значительно улучшится, доставите его в Берлин, приведёте ко мне. Только смотрите, чтобы ни одного волоса с его головы не упало, ясно?! Также, не забывайте о мерах предосторожности, не позвольте ему сбежать. Передайте мои слова в ту часть срочной телеграммой сейчас же. — Германия отпустил бедного мужчину и сел обратно за рабочий стол.       — Есть, Мой Фюрер! — солдат отдал честь и поспешно удалился.

Продолжение следует…

Примечания:
Глава получилась небольшой, очень надеюсь, что она и мой стиль написания вам понравятся.

Дорогие читатели! Пожалуйста, пишите отзывы! Мне очень важно ваше мнение. Только, прошу писать критику исключительно в мягкой форме.

Не будет отзывов - не будет продолжения.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты