Полюби меня

Фемслэш
NC-17
В процессе
1
автор
mimi_fox бета
Размер:
планируется Макси, написано 5 страниц, 1 часть
Описание:
Девушку мучила жизнь и она каждый раз искала способ освободиться и однажды у нее это получилось. перед ее глазами уже возник образ смерти и все закончилось, но счастье длилось недолго. Что-то пошло не так и она находиться посередине загробной жизни и землей, где единственный ее помощник- смерть. Однако,даже владыка человеческой жизни не знает почему так случилось и ей предстоит это узнать. Все это время будет ходить за смертью и рассказывать о проблемах общества,и она даже не замечает как любит.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

1

Настройки текста
      Боль, страх и безнадежность. Этими цепями скованы все жители давно прогнившего общества. Все настолько запущено, что каждый думает сам о себе и готов на все, лишь бы шкура была в безопасности. Люди хуже стада, которое бегает от одного мнения к другому. А если выскажешь что-то свое, то рискуешь быть задавленным и осужденным. Люди ленивы и заносчивы, они просиживают свою жизнь за бесполезными делами, а потом ноют, мол время быстро летит. Человек сравним с животным по примеру некоторых скотин. Уникальный вид, я считаю. Им глубоко плевать на чужие чувства, и тот, кто попался в сети, будет личной игрушкой. Сотни масок на лицах. Начиная от счастливого человека, заканчивая лицемерием. Люди бояться показать слабость и свои проблемы. Все скрывают свои чувства, потому что бояться, что сердце разлетится в клочья. И только придя домой, начинают давиться слезами и залечивать раны крепким алкоголем. И счастливо живут только дети богатых семей, а остальным приходиться страдать с пеленок. Улицы серые и навевают тоску. Серость окружения — блокада личности.       Размышляя о жизни, я невольно засмотрелась на силуэты детей, что хохоча катались на качелях. Две дощечки на ржавой цепи, а вокруг грязный песок с неизвестным содержанием. Голубая лавочка, на которой сидят мамы и наблюдают за детьми, чтобы те не разбили себе носы. Но климат Англии не позволяет веселиться долго, потому что большие капли дождя стремятся разбиться об асфальт. Небо затянуто густыми тучами, волосы пушатся от влаги. В забытом и ничтожном маленьком городке Мортэмтаун пошел ливень.       А тем временем я иду пешком до моего психолога. Боюсь это признавать, но Мерри — единственный человек, с которым я могу поговорить по душам. Она не помогает решить мои проблемы, но после нее становится, пусть и немного, но легче. В городе она единственная в своей сфере и к ней на прием ходит чуть ли не половина населения. И денег у Мерри несчитанное количество. Эта женщина — мастер своего дела, но внешний вид оставляет желать лучшего. Седые короткие волосы и огромный красный шарф, который она носила не зависимо от погоды, будь то жара или же удушающий холод. Мерри предпочитала носить строгие, официальные костюмы в однотонных оттенках. Но вот зачастую рубашки были мятые, волосы растрепанные, а зубы порой были не почищены и изо рта неприятно пахло. Вблизи отчетливо можно услышать запах мужского парфюма. Женщина около сорока лет и одинокая, имеет дурную привычку постоянно опаздывать и из-за этого внешний вид выглядит неподобающе для психолога. Но если не обращать на это внимание, она хорошо выполняет свою работу. Конечно же, работает на добрую руку, ей платят за это.       К Мерри я хожу уже полгода. Прошло шесть месяцев, как я стала жить отдельно от родителей, а те в свою очередь уехали в другой город. Они звонят периодически, но никакой любви и теплоты я не чувствую. У меня нет друзей, да и шумные компании не люблю. С самого детства старалась как можно меньше выходить из дома и общаться с людьми. А все из-за того, что меня считают психом, и в любом окружении я предмет для насмешек. Мне очень сложно раскрыть кому-то свои чувства и свою жизнь в деталях. Со времен старшей школы я закрылась в себе ещё больше и меня перевели на домашнее обучение, после окончания этого ада мне не хотелось ещё куда-то поступать, и я сказала об этом родителям, они были не против, так как знали, как мне было тяжело. Сидя дома, я открыла для себя талант в писательской сфере. Мне очень нравилось и нравится по сей день писать короткие произведения, где я размышляю о серости жизни и все в этом ключе. Я загружаю работы на специальный сайт в качестве блога, у меня есть несколько читателей, но, судя по отзывам, им не нравится, что постоянно одна и та же тема. Но у меня нет других тем, они мне не интересны. Я считаю, что писать про розовые очки просто напросто глупо. Мерри говорит, что это все из-за депрессии, что развилась у меня. С ней спорить сложно, я всегда была унылым ребёнком, но сейчас стало ещё хуже. Я не вижу нигде облегчения, кроме как в боли. Сладкая и манящая боль. Адреналин, что вырабатывается у тебя, когда ходишь по тонкому льду между жизнью и смертью. Когда идёшь по мосту и появляется непреодолимое желание прыгнуть вниз с разбегу и навсегда закрыть глаза. Когда смотришь на красиво переливающийся металл остро заточенного ножа, что ловит на себе лучи солнца, что для тебя всего лишь круг. Ты смотришь и представляешь, как холодная сталь тонко и искусно разрезает мягкую, бледную кожу, и пробираются алые капли крови, что падают на пыльный кафель. Как смотришь на бутылечки с таблетками и представляешь, как они застревают в горле от большого количества.       Эти мысли не покидали меня довольно давно. Но Мерри заверила, что избавит меня от этого, и все будет хорошо. Но пока нормального лечения я не вижу, скорее, меня не исправить.       Подхожу к небольшому зданию, сделанному из белого камня, а дверь из красного дерева. Пальцев касается холодный звонок рядом с дверью, по ту сторону раздаётся медленная мелодия, которая оповещает владельца здания о том, что пришёл посетитель. Безусловно дверь откроет мне Мерри и привычным жестом впустит внутрь и начнётся очередной сеанс. Деньги на все это мне присылают родители, они не делают мне зла и пытаются помочь всеми силами, но мне просто хочется, чтобы они были рядом, вот и все. Слышу торопливый звук каблуков по паркету, а затем и короткий щелчок, дверь открывается, и я сразу же слышу запах благовония, что так любила психиатр. — Здравствуй, Лидия, ты, как обычно, пришла вовремя, проходи. — я послушалась и прошла в столь знакомый кабинет. Порой кажется, что скучные серые обои с белыми, хаотично разбросанные полосками и белый натяжной потолок гораздо роднее, чем собственная квартира. На стенах висят множества полочек, которые забиты книгами по психологии и прочими жанрами. Интересно выполненные деревянные геометрические фигурки, окрашенные в разные цвета. Также можно было заметить фигуры разных животных, выполненные из хрупкого стекла. В углу на вытянутом шкафу стояло зелёное растение, ветви которого свисали со шкафа и почти достигали пола. Посередине комнаты стоял большой, кожаный, белый диван и стеклянный столик. На нем лежал блокнот с ручкой, в котором Мерри записывает все самое важное, пачка сухих салфеток, пара журналов и маленький кактус, усеянный тонкими иголками. Повсюду можно было найти свечки и аромамасла, что расслабляли с первых секунд.       Мы присели на мягкий диванчик, и Мерри взяла в руки блокнот и ручку и начала диалог с привычного вопроса: — Лиди, как себя чувствуешь? Что-то беспокоит? — Да. Мне уже несколько ночей подряд снится один и тот же кошмар, который не выходит из головы, и мне страшно. — Это тот самый кошмар? — Да… ~flashback~       Речь идёт о дне, который перевернул всю мою жизнь. Начинался он как и другие дни, только в тот день выглянуло солнце. Мама отправила меня в магазин за продуктами для блинов, так как был день рождения у отца, и хотелось его как-то порадовать. В магазине были приветливые лица продавщиц и заинтересованные покупателей, которые бродили туда-сюда и выбирали продукты. Ничего не предвещало беды. Когда я уже возвращалась домой, то почувствовала на себе чужой и пристальный взгляд. Я посмотрела боковым зрением назад и увидела силуэт мужчины. Он был одет во все чёрное и был достаточно высоким. Я ускорила шаг и он сделал тоже самое, после пары секунд мозг почувствовал опасность, и я уже бежала до потемнения и звёздочек в глазах. Завернув за угол, я почувствовала, что мой рот затыкает большая, мужская рука. Он потянул меня на себя, но что-то пошло не так, и я упала, не хило так ударяясь затылком обо что-то металлическое. Что было дальше я не помню, потому что потеряла сознание. Очнулась в больнице, во рту пересохло, а яркий свет лампы брызнул в глаза и пришлось зажмуриться. Мне казалось, что все теперь хорошо, пока в палату не зашла медсестра. Я видела все её тело прекрасно, но не лицо. У меня всегда было хорошее зрение, но в тот момент мне казалось, что оно подвело. Я видела каждую родинку и каждый шрам на ее руках и шее, но лицо было одним сплошным пятном цвета кожи. Протерев глаза и снова глянув на девушку, я поняла, мне не показалось… — Миссис Лидия Диксон, добрый день. Мне нужно с вами поговорить. — сказала девушка и подошла к стене, к которой было приколочена пластмассовая папка, где хранятся все документы. Посмотрев что-то в моей медицинской карте, она вздохнула и повернулась ко мне. — Мне очень жаль, но в результате того, что вы ударились затылком, ваш мозг сильно пострадал. У вас диагностировали прозопагнозию. Это расстройство восприятия лица, при котором способность узнавать лица потеряна, но при этом способность узнавать предметы в целом сохранена. К сожалению она никак не лечится и единственное, что вам остается это терапия, помогающая учиться узнавать людей по таким особенностям, как походка, причёска, голос, склад фигуры, манера одеваться и все в этом духе. Через несколько дней вас выпишут.       Каждое слово, что она говорила после, пролетало мимо моих ушей. Я думала, что это конец. Чтобы не видеть размытое пятно, я уставилась пустым взглядом на белый потресканный потолок больницы. Тогда до меня еще не доходило осознание всего происходящего, и что меня ждет. ~end of flashback~ — Лидия! Ты снова это вспомнила? — обеспокоенный голос Мерри вывел меня из воспоминаний. Только сейчас я осознала, как выгляжу со стороны. От нахлынувших эмоций я свернулась в позе эмбриона, как можно сильнее прижимая колени к груди. Мерри нависала надо мной и кутала в теплый плед. Руки дрожали, глаза держать открытыми сложно, воздуха не хватает. Паническая атака. Успокоившись, наконец подала голос. — Вроде все нормально. Можно воды?       Мерри ушла вглубь здания. Я потихоньку села и потерла указательными пальцами виски, дыхание постепенно востанавливалось. Вскоре женщина с шарфом вернулась со стаканом газированной воды. Я присмотрелась. Ее шарф не был завязан вокруг шеи, как это обычно бывает и впервые я увидела ее шею. Стянутая, морщинистая, с выпирающими ключицами и сухожилиями, золотая цепочка с маленьким ключиком. На этот раз на ней серый костюм в белую клетку и телесного цвета рубашка. Не очень сочетается с огромным шарфом, но, кажется, ее это не волнует. Ее рука, увешанная браслетами, протянула мне стакан воды. Наступила тишина, я с жадностью пила воду, и звуки глотков были слышны максимально четко, от этого стало неловко, но посмотреть на выражение лица женщины не могла. Сев со мной рядом, Мерри спросила, поглаживая меня по плечу: — Лидия, скажи, ты пьешь медикаменты, которые я тебе прописала? — Да.       Ложь. Я эти медикаменты даже не собиралась покупать. Почему-то мне показалось, что они мне не помогут, а наоборот сделают только хуже. Мерри кивнула и продолжила беседу. Разговор был ни о чем. Я рассказывала, как проходили мои дни, а психолог время от времени записывала что-то в блокнот. На улице до сих пор катил дождь и капли бились о стекло окна. Прозвенели настенные часы, сеанс, как и рабочий день, был закончен. Зонтика с собой не было, а одета я была в майку на бретельках и джинсы клеш. Будет холодно. — Лидия, я могу тебя подвезти, хочешь? — Да, было бы неплохо. — спасение, сегодня я не промокну до нитки, даже краешки губ в улыбке растянулись.       Машина Мерри стояла в гараже и, кажется, ей больше, чем мне. Лично я никогда не видела вживую таких машин. Я устроилась на заднем сиденье, ладонь сама по себе протерла запотевшее стекло. Как только Мерри завела не с первой попытки тачку, я сразу же уловила запах бензина и выхлопных газов. Небольшая поездка сопровождалась тишиной, и слышен был только звук поворотников.

***

 — Ох, Лиди, ты живешь здесь?! Я осмотрела эту многоэтажку ошарашенными глазами и мне жутко стало. — Мерри специально описывает эмоции, зная, что их я увидеть не могу. — Я же не ты, которая себе роскошь может позволить. — на этой ноте мы разошлись.       С Мерри спорить глупо, ибо здание действительно выглядит так, будто там ремонт никогда не делали, хотя так оно и есть. Вокруг пятиэтажки растет густая трава, а летом там клещей немерено. Добрая часть кирпичей в трещинах, а каждый день на стенах появляются все новые граффити. Живу я на четвертом этаже, и лифта нет, поэтому придется на ватных ногах еще и добираться до квартиры. На лестничной площадке я встречаю Стива. Это сын моих соседей, его родители постоянно ссорятся и чтобы это все не слушать, он садится на ступеньки и что-то читает. За дверью разносится ругань, что мне жаль этого паренька — Хей, Стив, а что не читаем? — я присела перед ним на корточки и с трудом выдавила из себя улыбку, чтобы мое плохое настроение не сделало еще хуже. — Ли! — до этого он сидел, понурив голову, но как только услышал мой голос, то сразу же обрадовался и кинулся в объятия. — Мне нечего. — У меня есть для тебя один вариант, — отстранившись, я достала из шоппера книгу, которую сегодня приобрела. Она называлась «Коралина в стране кошмаров». Протягиваю книгу, мальчик явно рад и вновь бросается мне на шею, и я слышу тихое «спасибо…» — Диксон! Какого черта ты опять пихаешь моему сыну всякую ересь? — это был папаша Стива, он орал как резанный и приближался ко мне. — Ты его портишь. — Его портите вы своими бесконечными скандалами, подумайте над моими словами. — я собиралась уже пойти к себе, как меня схватили за запястье и развернули — В глаза мне смотри и повтори это еще раз. Ты что, думаешь, что я плохой отец, да?! — Роджер, хватит, пойдем домой, Стив, заходи. — обеспокоенный голос матери Стива и ее печальный вид. Бедная женщина. На этой напряженной ноте мы разошлись.

***

      Приняв контрастный душ, я беру в руки маленькое зеркальце. Интересно, у меня есть мешки под глазами? Ведь даже свое собственное лицо не вижу. Волосы длинные, мне не нравится, надо исправить. Спустя двадцать минут хаотичных движений ножниц, я увидела результат. Светло-каштановые волосы не касались даже плеч. Они были разной длины и торчали в разные стороны, чем-то напоминая гриву льва. Мне нравится. Зайдя в гостиную, где на полу лежал мой дневник, я села и написала новую запись Дорогой дневник, прошло уже сто восемдесят два дня, как я тебя завела. Сегодня я была у Мерри, где у меня случилась паническая атака. Было не так страшно, как в предыдущие разы, ведь я не была одна. Мерри очень добрая и довезла меня до дома, чтобы я не промокла под дождем. Сосед Роджер сказал мне такую фразу «в глаза мне смотри», мне не хотелось ему объяснять, что у меня не получится, слишком туповат для этого, но мне стало интересно, как же он выглядит. Он ворчливый и толстый, наверняка у него длинные, некрасивые усы и бородавки. Бррр… Аж самой противно стало. Придя домой, я отстригла волосы, мне нравится. Надеюсь, что Мерри тоже понравится, но вряд-ли она это увидит. Дорогой дневник, боюсь, что это будет последняя запись… Ведь я убью себя сегодня…
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты