ЦИКЛ «БОГИНЯ» Книга вторая. ВИСАРИЯ, ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

Слэш
NC-21
В процессе
6
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 205 страниц, 42 части
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
6 Нравится 12 Отзывы 2 В сборник Скачать

НИКА ВЫРОСЛА

Настройки текста
Когда Никадия выросла из всех своих самых больших рубашонок так, что они еле прикрывали ей попку, Голан решил вновь посетить город, Отцы, как и каждый год в один и тот же день, ночью, вновь принесли золото и комплект одежды для Никадии. Голан приглашал их приходить чаще и днём, но с влажными глазами они всегда отказывались. Однако мужчина пару раз замечал, что со стороны эльфийской складки за ними кто-то наблюдает. В такие дни он старался занять Никадию на улице подольше, чтобы дать отцу возможность повидаться с дочерью хоть из далека. Голан очень им сочувствовал, ведь он и сам уже давно не мыслил жизни без своей малышки. Но малышка подросла, сама обрезала свои волосы, и стала чутче и внимательнее вслушиваться в мир вокруг. Она стала умнее, но быстро отвлекалась, и забывала то, что её не интересовало. Она никак не могла усвоить алфавит, но прекрасно считала, не могла научиться готовить, но уже сама выращивала в огороде всё, что там было посажено. Ей было семь с половиной лет, и она была сильно похожа на мальчика. Эльфийский комплект сидел на ней как влитой и скоро станет уже маловат. Её стало невозможно удержать дома, а надвигалась зима. И хоть в этих широтах даже не каждый год выпадал снег, холод есть холод. И Голан решился на поездку. В один рабочий, пасмурный, осенний день отец позвал девочку. Повязав ей лентой ушки под волосами, потом они обязательно будут ныть два дня, Голан одел Нику и собрав повозку вывел лошадь на дорогу. Он никогда не оставлял Никадию одну дольше чем на час. До города домчались за три часа и въехали в него задолго до обеда. Сразу нашли ночлег и пошли по магазинам, лавкам, рынку. Голан исподтишка осматривался вокруг. После посещения отеля у него появилось ощущение, что за ними наблюдают. Это сильно нервировало мужчину отвлекая от забот насущных, и Ника этим прекрасно пользовалась, прося его купить ей то, что он и не собирался. Так они приобрели, хоть и практичные, но очень дорогие дождевики из прорезиненной ткани и три пары резиновых сапог. Одну Голану и две Нике, на вырост. Несколько больших стеклянных банок с крышками и стеклянного же пятнистого котёнка. Голан отдал за него золотой. Ника была счастлива так, что забыла всё, что ещё хотела выпросить у отца и даже про сладости. Набрали они много чего, купили простой, но добротной одежды на вырост для Ники. Пообедали в городе, поужинали по темну в отеле и гонимые подозрениями, отказались от брони комнаты. Увязав в конюшне потуже покупки, в ночь отправились домой. Покинув город попали под дождь, но возвращаться всё равно не стали. Мокрые, уставшие, но довольные, за полночь они вернулись домой. Ирия озадачил своих одногруппников, сослуживцев, знакомых своей потерей. Сначала все взялись помогать найти Голана, опрашивали приезжих, приглядывались к посетителям в кафе. Но время шло, а грустного, моложавого мужчины с приметным малышом никто не обнаружил. Прошло три года. Ирия окончил колледж, одногруппники разъехались, но за это время он успел обзавестись своими агентами во всех гостиницах и пансионатах. С момента его знакомства прошло уже четыре года, пошёл пятый. Ирия и сам по тихоньку стал терять надежду. Он написал записки, «Всё еще жду, люблю и никогда тебя не забуду. Ирия» Он вручил маленький конверт каждому из своих агентов с наказом, по возможности незаметно положить его Голану в карман, багаж, куда ни будь, когда он будет покидать отель. Почти половина заработанных им денег уходила на поиски Голана с Никадией. И вот однажды к нему в кафе прибежал мальчишка из отеля и сказал, что у них остановился Голан с пацаном. Ирия уже всем уши прожужжал, что ждёт своего суженного и поэтому отвергал все предложения к близкому общению. Его начальник тоже как-то получил от ворот поворот, и когда Ирия хотел отпроситься со смены раньше, по личной причине, тот его не отпустил и пригрозил увольнением. Ирия никогда не отпрашивался и не отлынивал от работы, говоря, что однажды ему понадобится доброе отношение людей. Начальник знал, по какой причине парень мог попросить отгул, но помня отказ, решил его наказать. Всю оставшуюся смену у Ирии всё валилось из рук, он был невнимательным и нервным. Перед закрытием кафе вновь прибежал парень из отеля и сказал. — Не торопись. Они отменили бронь комнаты и уехали. Записку я Голану в карман засунул, — едва отдышавшись выпалил агент. — Спасибо, — убито ответил Ирия, выдал премию и купив парню шоколадного молока они вышли из кафе, смена закончилась. — Скотина всё-таки Норис, но я не пожелаю ему такого. Он просто не представляет на что меня обрекает, — сказал Ирия кивнув в след начальнику, закрывшему кафе и с ухмылкой ушедшему во тьму вечера. — А чего? — спросил парень. — Начальник это мой. Не отпустил, когда я узнал, что Голан в городе. На зло, я отказался встречаться с ним. Какие встречи, у меня пара есть, — выкрикнул в конце Ирия. Парень похлопал его по плечу. — А пацан и правда странный, диковатый какой-то. Всё по сторонам из-под тишка зыркал, незаметно почти, но я же смотрел, — сказал агент. — Оба они странные. Пришли в чёрте чём одетые. Хозяин сначала пускать не хотел. Потом пришли нормально одетые, а пацан держал стеклянную игрушку, котика. Дорогая забава, и ведь купил же. А мелкий чуть слюни на неё не пускал, — качал головой рассказывая парень. — Слюни это да-а. У Никадии со слюнями, беда-а, — улыбаясь протянул Ирия. Надежда получила новую подпитку, можно и ещё подождать. Ирия здраво решил на пару лет отказаться от услуг отдельных агентов, но просил не терять связь. В дальнейшем их услуги ещё могли бы пригодиться. Слушая краем уха обрывки этой истории и их эмоций, я думала, до чего же сильна любовь пацана. Ведь виделись лишь раз, общались несколько часов, а сила привязки пары тоже помогает. Это Голана Никадия на себя отвлекает, его сердце не так рвётся. Интересно он, когда ни будь попросит с мольбой о помощи? Никадия заметила, как парень положил папе в карман маленький конверт. По дороге домой она исхитрилась и вынула его. Дома она спрятала записку и забыла о ней. Но когда вновь нашла, вспомнила всё связанное с Ирией, с самой первой встречи. Она вновь рьяно взялась за алфавит, но, как и в прошлый раз ничего не выходило, хоть и имелся стимул в виде записки. Её она доставала всё реже и реже, но не потому, что забывала. Она боялась её окончательно растрепать, до состояния не читаемости, но что делать она не знала. Папа часто смотрел в никуда и улыбался, а по щекам его текли слёзы. Ника не знала, чем ему помочь, в такие минуты она не мешала ему, сидела тихо-тихо и тоже вспоминала улыбающегося Ирию. Больше Голан не ездил на закуп, Никадия научилась сносно шить и для повседневки одежду они шили себе сами, покупая материал на хуторе. Ника расшивала старые эльфийские комплекты и перешивала, делая в них вставки и удлиняя, или лепила топы и шорты. И носилась в них до дождей, как амазонка, едва прикрываясь. Её отцы никогда не показывались ей на глаза специально, но она замечала, что за ней следят и сама стала следить за шпионом. Он ей очень нравился. Такой грустный и красивый, не в обычной одежде, а в такой же как у неё. С первого взгляда её трудно отличить от человеческой хорошего качества, но знающие отличали. Никадия была уже знатоком и материала, и стежков с узлами, и особенностей кроя. В ночь её пятнадцатилетия её родители вновь пришли, они были ещё грустнее чем обычно. — Силы тебе человек, — поприветствовали его эльфы. — Голан я, здравы будьте, — как и каждый раз поздоровался с ними Голан, а они вновь проигнорировали его имя. — Сегодня наше дитя, будь оно мальчиком, пело бы песнь зелёного ветра, и соединялось бы с землёй, — и они вновь залились слезами обнявшись. Вручив приёмному отцу одежду для Ники и мешочек золота, один шагнул к нему. — Ты очень хорошо заботишься о нашем ребёнке, она счастлива с тобой. Пусть богиня не оставит вас своей благодатью, — пожелал он Голану. Хмыкнув он спросил. — А она есть, богиня то? — Можешь даже не сомневаться, есть. Мы, как никто, когда она одаривает мир благодатью своей. Мы не молимся ей, как люди, но благодарим за помощь всегда, — сказал второй эльф. — А Ника? Она всегда будет такая? — он не договорил. — Она проживёт гораздо меньше из нас. Может быть столько, сколько ты, ведь она не соединится с землёй, та не будет её питать, — Непонятно пояснил один эльф. — Ты дал нашей дочери красивое имя, Никадия — дарованная миром, — и он снова разрыдался. — Прощай, — сказал другой, обнимая супруга и уводя его в предутренний туман. А через несколько месяцев после этих событий меня на плато позвал Мишка, что было необычно. А случилось вот что. Вернувшись с Земли с Владом, уа-у, уже больше шестидесяти лет назад! Да уже скоро семьдесят! Я поняла, что что-то я часто прохлопываю важные для меня моменты, и памятуя наказ дочери, создала сеть вокруг земли, и вокруг Виссарии, соединив их лучом. Энергия по нему текла с Земли к моему миру. Настроены обе сети были на энергию только одной души, моей дочери, Вероники. Случилось страшное, её душа попала в сеть. Это значит моя девочка закончила свой земной путь всего через несколько лет после нашего ухода. Жаль, что она не справилась. Но Миша. Мишаня постоянно слушал всё о нашей жизни на земле и о моей дочери, очень внимательно. Запоминал и делал какие-то для себя выводы, его мировоззрение меня как-то раз даже позабавило. И почуяв натяжение луча, он поймал душу Ники и закуклил её в себе. Душу не местную, не эльфийскую. Ему было плохо, я это увидела сразу. Душа была сильна и рвалась наружу. Он сказал, что скоро умрёт. — Что мне делать? — и я показала ему Никадию. Эльфийскую девочку без души. Мы отправились далеко на запад, к эльфийской складке у озера пряных туманов. Там только за полночь перевалило. — Помоги, я не справлюсь, — попросил медвежонок из последних сил. Я успокоила девочку, почти в кому ввела. Да, без души её каждодневный сон и так был почти комой. Она не видела снов. Её организм просто развивал ей мозги исходя из увиденного днём. Мозг у неё был более развит, чем у человека, как у академика или шахматиста, но пуст. Вот и гоняли в нём всё, что с ней за жизнь произошло. И если она что запомнила, запомнила навсегда. Миша упал на неё. Грудь к груди, голова к голове и стал сиять. Тело её уже было взрослым и привыкло существовать без души и связи с родом. А связи с землёй у неё тоже не состоялось. Пришлось дать инфосети пинка, что бы она посодействовала. Инфосеть которой пользуюсь я, это энергетический слой, который улавливает колебания передающейся с планеты информации. Как фонят провода на Земле, так фонит грибок в земле Виссарии, который является самым большим организмом на одном континенте Виссарии. Энергополе улавливает эти колебания передаваемой информации накапливает её. Как всемирное облако на земле. Только не подумайте, что грибок самый умный на Виссарии. Нет. Я умнее. Потому что, энергополе также улавливает инфу и из вне, из меж пространства. Вот. В общем напрягла я грибок и над Никадией с Мишуткой появилась дымка. Я думаю это споры. Когда эльфы поют песнь зелёного ветра, они настраиваются на приём спор, после они ночуют в «лесной колыбели», а утром оказываются подключены к земной информационной сети Виссарии. Но им дозируют доступ к информации, жизнью эльфов руководит грибок. Как не банально это звучит, но у них симбиоз. Поэтому информация о Никадии у эльфов была, но закрытая. Грибок активно откликнулся и споры внедрились в девочку, помогая переместить в неё душу, и закрепить её до приживания. — Миш, ты как? — спросила я его тихо. Я не воплощалась. — Я… останусь с ней до конца. Попрощайся с Рыжиком… за меня, с Лалеком, Владом…со всеми. Я ухожу. Я выполнил предназначение, — даже передача его мыслеобразов была с перерывами — Рыж, ко мне, — передала я призыв. Рыжик появился в тунике служителя и босиком. Хм. На Земле в их возрасте не то что зубы выпадают, вообще всё выпадает и опадает, а здесь, гляньте-ка, вполне себе половая активность на высоте. Создала пушистый коврик возле кровати. — Привет, — поздоровалась я с сыном. — Что здесь? — кивнув спросил он. — Знакомься. Миша вживляет эльфийской девочке душу моей дочери. Это твоя сестра. У неё даже имя будет почти прежним, Ника. Вероникой была там. Никадией будет здесь, — ошарашила я Рыжика. Он присел на край кровати и склонился. — Миша, хороший мой, всё? — спросил Рыжик поглаживая его по спинке и вливая по капле энергии. — Да Рыжик, ухожу, — передал Мишутка. — Помоги, — попросил он. — Я передам. Прощай, — и Рыжик ударил по нему энергией. Мишка взорвался серебристыми, яркими искрами, как фейерверк на Земле. Померцав они растаяли без следа. У меня выкатилась слеза и застыла на щеке. Воспоминания. Никадия открыла глаза. — Мама? — спросила она, щурясь в разлитом вокруг, светящемся тумане. — Да малышка, можно сказать и так. Ты молодец, смогла. Но как же ты так, почему? — я взяла её за руку и погладила по голове, и увидела. Она встретила человека. Своего человека, как здесь пару. А потом ей позвонили. Он погиб. Они так мало были вместе. Они даже не поженились ещё. У неё просто не выдержало сердце. Она звала его, а не меня. Права я с сетью оказалась. Миша молодец. Я стала работать с её воспоминаниями вместе с грибком. Я запретила ему удалять все земные воспоминания. А сама их корректировала и притеняла. Она помнила, и то едва-едва, когда гриб снимал информационную нагрузку, нашу счастливую жизнь на Земле. Ну эпизоды с всплеском радости, счастья. Меня, отца, даже кошку. Без особых подробностей и немного. Ей мозги целиком для другого понадобятся. — Папа? — спросила она, переведя взгляд на Рыжика. — Нет дорогая. Это моё создание, мой сын, твой брат. Он служитель богини. Если вдруг понадобится, всё что угодно, зови меня или его. Познакомьтесь, — попросила я их и отошла. — Привет маленькая. Я с первого дня, как узнал о твоём существовании, ждал этого момента, — он сел на её кровать положив Нику себе на грудь. — Почему ты щуришься? — спросил Рыжик. — Я плохо вижу и слышу, как через воду, — сказала Ника. — Это душа ещё не сцепилась с телом. Никадии ведь уже пятнадцать лет, — пояснила я. — Она умерла? — спросила дочь. — Нет маленькая. Я тебя удивлю. Ты эльф, — она дёрнулась сесть. — Тшш. Тихо, тихо. Не делай резких движений, — сказал Рыж придерживая сестру. — Всегда считалось, что у эльфов не бывает девочек. Они рождаются, но крипсы не дарят им души. Скоро ты поймёшь о чём я, просто запоминай. Души эльфов слабы для их женских тел. Они погибали. И Мишки перестали давать им души. Долго эльфы искали способы продолжения рода. Был однополый с симбиозом с флорой. Потом появились люди и их малочисленные женщины. И вот теперь есть ты. Я не хочу думать какое предназначение гриб тебе задаст. Ты вольна отказаться или ставить любые условия, — я пожала плечами. Она слушая исследовала на ощупь руки Рыжика. — А папа, я его увижу? — спросила она. — В любое время. И его сына, своего младшего, единокровного брата, и ещё одного младшего, рожденного от папы, если захочешь. Но скоро Гриб заполнит твой мозг информацией до предела, и мы все уйдём, даже не на второй план, — хмыкнула я. Она нахмурилась о чём-то задумавшись. — Если папа не здесь, ты богиня. С кем я жила? — спросила дочь. — Твоё тело зачали отцы эльфы человеческой женщине. Они должны были от тебя избавиться, но они не смогли. Они вынесли тебя за пределы ареала и попросили человеческого мужчину, вдовца, жить для тебя, приняв, как дочь. Он спит в соседней комнате. Завтра ты с ним увидишься. Не пугай его, он тебя очень любит. Потеряв супруга с ещё не рожденным ребёнком, он готовился умереть или сойти с ума от тоски, но эльфы принесли тебя. Просто встретились несколько несчастных существ и жизнь продлилась, — улыбнулась я. — Ты такая молодая, как в моём детстве, — разглядывая меня сказала Ника. Плавно сев она обернулась к Рыжу, и упала на него. — Голова закружилась, — ткнувшись носом ему в грудь прогудела Ника. По жмурившись она снова открыла глаза. И загнала пальцы Рыжу в волосы. — Тебя как зовут то, чудо младший братик? — жмурясь спросила Ника. — Рыжуэль, это богиня так назвала, а так-то Рыжик. — С ума сойти. Ха-ха-ха, мама. Почему Рыжик то, что это за имя? — рассмеялась Ника. Этот смех, он такой… Мы заслушались. — Ну если учесть, что я был…конём, а наша мама рассердилась. И получился я, — пожав плечами выдал Рыж. — Обалдеть. Не буду тебя злить. А меня зовут… — она замолкла. — Ника, Никадия — дарованная миром, — подсказал ей брат. — Это имя тебе дал Голан, твой человеческий отец, но и эльфийские отцы его приняли. Они очень благодарны Голану за тебя. Они ему золото таскают на твоё содержание. Но у вас тут тишь, всё своё. За редким исключением. Так что сундук золота у вас есть, вы очень богаты. Он постоянно отказывается, а они постоянно оставляли его на пороге. Ты его главное сокровище делающее его счастливым, от части, — недосказала я. Взяв застывшую слезу, я оправила её и создав витую цепочку дала дочери. — Покажи это отцам. Эльфийским отцам, когда они придут. Потом отдашь Рыжу, — сказала я. Щурясь она разглядывала слезу. — Что это? — спросила Ника. — Воспоминание о хорошем друге, — ответил Рыж. — Это он поймал твою душу и вложил в Никадию, — добавила я. — Он погиб? — спросила она. — Да. Он выполнил своё предназначение, но его он выбрал сам, — шмыгнув носом сказала я. — Какой он был? — Рыжик взял её голову в ладони, поцеловал и прижался к её лбу, — пискнув протестующе, Ника затихла. Рыж показал ей Мишутку. Отодвинувшись от головы Рыжа Ника посмотрела на него и выдала зевнув. — А ты красивый, братец, — и снова зевнула. — Захочешь повидать нас или отца… и вообще, зови. Просто представь и позови, — чмокнул её в нос Рыж. — Спи, — сказала я и провела рукой от затылка по спине. Рыжик встал с кровати и уложив, укрыл сестру. — Она правда чудо, — улыбаясь сказал он — Нам с ней заново знакомиться придётся, когда она с Никадией сольётся и грибок её информацией зальёт. Это будет уже совсем другой человек, — поведала я сыну. И отправила его к мужьям, чмокнув и его в нос.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2022 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты