помоги мне исполнить маленькую мечту

Снег шел уже на протяжении трех дней, не прерываясь ни на час. Все были в подвешенном состоянии, не зная, чего ожидать. Сакура сидела в своем кабинете, разбирая оставшиеся документы из тех, что ей поручила Цунаде. Посетителей сегодня быть не должно, никаких записей не было все эти дни. Она повторно сдала анализы и ждала дальнейших указаний Орочимару, стараясь оставаться спокойной и рассудительной. Если бы действительно было что-то плохое, она точно бы это почувствовала. Неожиданно в кабинет грубо постучали, после чего с размаху открыли дверь. Харуно подскочила, принимая защитную стойку. Но на пороге показалась запыхавшаяся Шизуне, а не какой-либо враг или похититель. — Быстрее, иди к Цунаде! Дело не требует отлогательств! — Ничего не объясняя, она удалилась и побежала дальше, но куда, Сакуре известно не было. Не задерживаясь, она побежала к Сенджу. В голове сразу появились самые ужасные исходы происходящего, лезли противные и жуткие картины. Она все поворачивала и поворачивала в коридорах, пробегала лестницы и кабинеты, до боли ей знакомые. Последний поворот и она на месте, дверь была открыта. Тяжело дыша, она завалилась в комнату. — Я тут, что случилось? — За окном как на зло прогремел гром, оповещая о беде, пришедшей совсем не вовремя. Цунаде развернулась на стуле. Она выглядела совсем плохо, было видно, что она очень переживает, хоть и скрывает это. Сенджу всегда была сильной, властной женщиной. Непокорной. Ее чувства всегда были скрыты, она показывала людям только то, что им надо было видеть, не более того. В жизни Цунаде было слишком много травм и потерь. Став Хокаге прибавилось гораздо больше забот, проблем, тревог, но она ни о чем не жалела. — В деревне Скрытого Дождя сошла лавина из-за продолжительного снега и много людей пострадало. Из каждого поселения попросили отослать по одному лекарю на помощь жителям, я выбрала тебя. Собирай вещи и отправляйся прямо сейчас, с тобой пойдет Какаши, надеюсь этого будет достаточно, — Женщина тут же стала копошится в бумагах, отвернувшись от Харуно, которая словно окаменела. Они встретятся с Какаши…уже так скоро, и несмотря на то, что прошло уже достаточно времени, она не была готова. Она сразу занервничала и почувствовала себя юной девочкой-подростком, а не взрослой женщиной. Кивнув Цунаде, она быстрым шагом вышла из кабинета и направилась к себе. Закрыв собственный кабинет, она направилась к дому, надеясь встретить Какаши уже после сборов, а не до. На улице было полное сумашествие. Снег, град, Сакура даже не знала, как они смогут идти по такой погоде, но увы, надо было. Подходя к дому, за углом под карнизом она увидела Хатаке. Он одиноко стоял, поглядывая на верхушки деревьев, которые колыхалось ветром. Завидев девушку, он тут же подошел, а Харуно залилась краской, опуская взгляд в сумку. — Привет, Какаши. Заходи быстрее, а то простынешь, — провернув ключ, она открыла дверь и зашла, пропуская мужчину. Ветер с силой захлопнул дверцу назад, и девушка быстро закрыла защелку. Сняв «снежное» пальто, она закинула его на сушилку, как и всю верхнюю одежду. Какаши последовал ее примеру, и закинув все вещи, они расселись на кухне. — Сакура, нам придется подождать, если бы пойдем по такой буре, нас просто заметет, — медленно проговорил Хатаке, смотря словно сквозь нее. Он был совершенно спокоен, его ничего не смущало и он сохранял безмятежное выражение лица. — Да.ты прав. Можем переждать, а потом пойти, — закусив губу, она отвернулась и сделала вид, что поправляет волосы. Ей было непривычно смотреть на него, между ними чувствовалось заметное напряжение. Сакура просто смотрела в окно, оттягивая какой-либо разговор с мужчиной. Он так же сидел молча, читая свой роман. Прошло около получаса, и они так и сидели. Сакура задремала, уложившись на стол и тихо сопела. Из-за угла вышла пара глаз, это была Нана. Кошка грациозно подошла к Хатаке, заглядывая ему в глаза. Мужчина улыбнулся, пускай этого и не было видно, после чего почесал ее за ушком. Кошка мяукнула, отходя в сторону Харуно. Он проследил за ее походкой и поднял глаза на девушку, которая мирно посапывала. Сердце на секунду сжалось. Он не мог отвести взгляда, мужчина помнил каждую мелочь, каждый ее взгляд, движение, каждый кусочек тела, которого касался. Хатаке не знал, как ему подступиться к ней, как оборвать это напряжение. Вздыхая, он направил взгляд в окно. За стенами дома все еще бушевала буря, которая словно не хотела прекращаться вовсе. Устав сидеть на месте, он поднялся и решил сделать горячий шоколад. Проходя мимо розовых волос он не сдержался и нежно поправил прядки, выбивающиеся из общего строя. Устроившись поудобней с кружкой горячего шоколада, который он сделал и Сакуре тоже, он погрузился в воспоминания прошлой зимы. Тогда Харуно была еще с Учихой, а он был бесконечно одинок. Эта зима была ему теплее, чем недавняя осень. Эта девушка была рядом не всегда, и их связывали не те отношения, но он был рад. Ее близость обескураживала Хатаке, и их первая ночь была для него чем-то волшебным и незабываемым. Он словно стал зависимым. — Какаши.? А сколько уже времени прошло?.. — сонно потирая глаза, девушка поднялась, едва не задевая кружку рукой. Заметив ее, она сперва удивилась, а потом резко посмотрела на Хатаке. Он кивнул, будто прочитав все в ее глазах. Сакура смущенно улыбнулась и взяв шоколад, села рядом с ним. — Прошел всего час, можешь не переживать. В скором времени можем пойти, — уверенно проговорил Какаши, откидываясь на спинку кресла. — Я поняла. Спасибо за шоколад, мне очень приятно, — внутри все сводило, и то ли от радости, то ли от нервов. Хатаке был к ней очень близко, они соприкасались плечами. Это было самое обычное прикосновение, но сейчас для нее оно было очень интимным. — Я только рад помочь. Вижу, как ты устаешь, — с некой неловкостью сказал он и потупил взгляд. Чувствовал себя словно подросток, который первый раз влюбился. Неосознанно подвигаясь ближе, он потеснее прижался к ней плечом, посматривая в окно. Сакура вспыхнула, но не двигалась с места. Его плечо было очень теплым, даже горячим, и она старалась успокоить свои мысли, не думать об этом. Все хорошо, они еще пока что друзья, им им необязательно обсуждать все прямо сейчас.по крайней мере так казалось ей. — Сакура.мы можем сейчас поговорить? — аккуратно спросил Какаши, не наседая на нее. Он понимал, что ей может быть тяжело принять это, и что она вообще может никогда не захотеть с ним говорить об этом, но надеялся. Девушка вздохнула, поднимая на его взгляд и медленно кивнула, словно обдумывая это действие. — Я уже давно чувствую к тебе большее, чем просто дружба и привязанность. Понимаю, что тебе возможно от этого некомфортно, и ты не сможешь быстро свыкнуться с этим, но я хочу быть рядом с тобой, — тихо пробормотал Хатаке, опускаясь к ее уху. Харуно сглотнула, заливаясь краской и нервно сжала руки, цепляясь пальцами за штаны. Ничего ему не отвечая, она подняла голову и потянулась к нему, обнимая того за плечи. Ей было тяжело выразить все словами, она еще не разобралась в себе, но точно знала, что он ей небезразличен. Аккуратно снимая маску с лица мужчины, она мягко коснулась его губ своими, после чего сразу отстранилась. — Мне не некомфортно рядом с тобой, Какаши. Пока что мне и вправду тяжело выразить все словами, но твои чувства не останутся неразделенными, — кротко сказала Сакура, безмятежно улыбаясь. За окном буря стихала, и было решено, что пора выдвигаться. Три дня спустя. По прибытию в деревню Скрытого Дождя у Сакуры совсем не было времени. Она с утра до вечера торчала в лазарете, помогая каждому, кому могла. Плохо спала, плохо ела, раненые только прибавлялись. Многих находили под лавиной, замурованных под снегом, некоторые уже не дышали. Муки облегчало только то, что большинство погибших она не знала. Было больно смотреть на умерших, но знать, что они тебе никто, было легче. Какаши так же помогал, чем мог. Он ходил с патрулями искать людей под лавинами, расчищать дома, отправлять раненых в лазарет. Его тут уважали, как и Харуно. Тем временем, если вспомнить, девушка была беременна, и такие нагрузки были ей совсем ни к чему. Она постоянно думала про ребенка, но не могла она просто всех бросить и вернуться, лишь бы ей было хорошо. Последний день она стала чувствовать тянущую боль внизу живота, но она закрыла на это глаза, просто приняв лекарства от боли и продолжив работать. Хатаке периодически заглядывал к ней и справлялся о ее здоровье, ведь знал, что она в положении. Говорить с ней об этом было бестолку, она просто будет игнорировать и дальше помогать гражданам. Он уважал в ней это, но сейчас он был против такого усердия, ведь других врачей тоже достаточно. Вечером, когда Сакура уже засыпала на ходу, Какаши взял ее под руку и повел в номер, который им предоставили. Там было две комнаты, в которых они спали, конечно же, раздельно. Она долго сопротивлялась, пыталась вернуться к раненым, но он твердо решил, что сегодня она должна нормально поспать, хочет она этого или нет. Он поговорил с остальными, и ему сказали, что всех уже нашли, и большинство, к сожалению, погибли погребенными под лавиной. Раненые шли на поправку и их чрезмерная помощь больше не требовалась, поэтому он был уверен, что все будет нормально. — Какаши, хватит, мне нужно туда вернуться. — умоляюще пробормотала она, еле-еле стоя на ногах. Она была очень бледной, что он приметил еще вчера. — Сакура, тебе нужно позаботиться и о себе тоже. Ты плохо ешь, спишь, ты стала слишком бледной и я слышал, что тебя мучают боли. Ты понимаешь, что у тебя есть еще кое-кто, за кого отвечаешь? — он аккуратно коснулся рукой ее живота, который еще даже не округлился. — Да, я знаю, но я должна им помочь! — вскрикнув, сказала она. — Сакура, перестань, мне уже сказали, что помощь пока не нужна, ты должна отдохнуть, иначе тебе станет только хуже, пожалуйста, — он взял ее за руки, тревожно заглядывая ей в глаза. Ему нужно было ее переубедить, помочь. Он не отпускал ее до того, пока она не успокоилась. Усадив ее на кровать, он сделал горячий чай. Спустя пару часов она уснула. Опустившись на свою кровать, он устало опустился на подушку, проваливаясь в сон. Харуно ерзала во сне. Ее кидало в холодный пот, она несколько раз просыпалась от кошмаров. Низ живота начал так сильно тянуть, что боль была невыносимой. Тяжело дыша, она поднялась и медленно пошла в комнату к Хатаке, хватаясь за стены, чтобы не упасть. Чувствуя между ног что-то мокрое и теплое, она уже не соображала. Тихим голосом пытаясь позвать мужчину, она просто упала на пороге комнаты и отключилась. Пару часов спустя. Девушка очнулась в лазарете, никакой боли она не чувствовала. Возле нее на стуле дремал Какаши, видимо, просидевший рядом достаточно долгое время. Она попыталась приподняться, но у нее не получилось. Ниже пояса она мало что чувствовала, и от сильной усталости она даже не смогла поднять руку. — Какаши… Какаши.-- как возможно громче позвала она, и он открыл глаза, беспокойно глядя на нее. — Сакура, наконец-то ты пришла в себя, как самочувствие? — взяв ее за руку, он сел ближе. — Вроде нормально, — обескураженно произнесла Сакура, сжав руку мужчины. До нее стали доходить обрывки вчерашнего вечера и ночи, после чего она похолодела. — Что с моим ребенком? — выпалив, девушка вцепилась взглядом в Хатаке, который виновато отвел взгляд, будто это была его вина. — Сакура…его больше нет, — медленно сказал он, обнимая ее за плечи. Услышав это, Сакура поняла, что это конец. Ее мир рухнул.