Когда опускается занавес

Pov Джунсу. – ...она тебе понадобится... После этих слов Шим развернулся и ушел. Я поднял голову и обомлел. Сооружение состояло из оси, вокруг которой крутились два колеса радиусом в один метр. Центр, расположенный на высоте трех метров над ареной, держался за счет шести толстых стальных тросов, прикрепленных карабинами к потолку и полу. От него отходили изогнутые металлические трубки, которые были покрашены бордовой краской и припаяны к крайней границе сетчатого обода обоих колес. «Колесо смерти... Колесо для хомячков», – сравнил я. Человек, работавший с предыдущим участником этой громадины, был немногословен, но за несколько коротких предложений обрисовал основную суть. Принцип был ясен. Движение вокруг своей оси проходили за счет бега внутри, в то же время оба кольца крутились вокруг главного центра, торможение также зависело от самих акробатов. Причем выступления происходили в паре, поэтому нужна была синхронность и определенная сноровка. Необходима также координация и отличное владение телом, иначе можно попросту свернуть шею. Напрягало то, что большая опасность заключалась и в выходе за пределы колеса, бег по обратной стороне обода с использованием различных предметов, например прыжков на скакалке. Это придавало особую остроту в шоу. – Ты рехнулся? – насмешливо произнес Ючон, подходя сзади и сохраняя определенную дистанцию, когда народ начал расходиться. – Неважно, – голос был вял и тих. – Как тот парень? Меня грубо схватили за кисть и развернули. – Важно. Ты теперь мой завтрак, обед и ужин. Я не дам тебе подохнуть неизвестно где. Я предупреждал, что мне решать, жить тебе или нет. Забыл? – шипя, оборотень свободной рукой поднял мой подбородок и заглянул в глаза. Он был чертовски зол. – Пусти. Теперь я собственность цирка, а не твоя игрушка. А за помощь – спасибо, – съехидничал, наблюдая, как волк удивился и ненадолго растерял все слова. По прошествии несколько затяжных секунд Пак собрался и приблизился вплотную. Я, не зная, что от него ожидать, в бессилии поджал губы. – Боишься? – усмехнулся он. – Нет. – А что так неуверенно, трусишка. «Долбанная псина вечно преследует меня. Бесит». – ТЫ МЕНЯ ДО... М-м-м... – охранник вовремя заткнул рот рукой. – Я видел, что ты у нас бесстрашный весь из себя. В следующий раз думай башкой прежде, чем совершать безрассудные поступки. «Все впустую лает и лает. Когда же ты замолкнешь и не будешь мешать?» – М-м-м... – усиленно мычал в шершавую ладонь. – Что? – засмеялся он, видя мое раскрасневшееся от напряжения лицо. Потом парень все-таки дал возможность высказаться. – Учить меня вздумала, шавка? Внизу я доказал, что твои угрозы и их последствия яйца выеденного не стоят. Его глаза сузились и почернели от нарастающего гнева. Слова одно за другим потоком лились, а чужие пальцы сильнее сдавливали мое запястье, пока я не взвизгнул от адской боли. Ючон нагнулся к моей шее, входя неглубоко клыками в чешуйчатую кожу. – Аргх... Ненасытный псих, – я сильно пнул по голени, стараясь отлепить от себя этого кровососа. – М-м-м... Ты стал вкуснее... – А ты тупее, превращаешься в дикаря, – сделал комплимент волку, причмокнувшему и зажмурившему глаза от кайфа. – Мог бы и словами ответить. – Ты по-другому не понимаешь, – процедил брюнет, не терпящий оскорблений в свой адрес. – Пошел к черту! – Тц, малыш, кажется, кто-то сказал, что подчиняется мне, но нарушает собственное слово. – Цирку, – внес маленькую поправку я. – Если ты продолжишь хамить и делать из ряда вон выходящие вещи, то, пожалуй, стоит шепнуть об этом боссу, и ты вернешься, – скверный характер вместе с желчью выходил наружу. «Шантажист и стукач. Ведет себя как барин». Но придется согласиться. Он отчасти прав. Нужно быть осторожным и сдержанным, иначе заточение будет неминуемым. Здесь и сейчас дышится лучше, чем в темной камере. – Отпусти. Я понял. Чего ты хочешь? – принял свое поражения и опустил голову я. – Молодец, знаешь свое место. Все просто: раз в день в течение получаса мы будем проводить в моей комнате. С твоей стороны из обязательств только донорство. Если ты, конечно, не захочешь бо... – Не захочу, – твердо прервал я тираду и потер виски от резко нахлынувшей головной боли. – Увидимся позже, – Ючон повернулся спиной и, насвистывая какую-то мелодию, пошел прочь. Моя кисть, наконец, была отпущена. Я растер темные чешуйки на запястье и осел на твердую поверхность арены, подтягивая к себе колени и положив на них свою голову. Безумно хотелось отдохнуть и понежиться в горячей ванне, а потом завалиться на мягкую кровать и заснуть крепким непробудным сном. Мышцы затекли от жестких коек. «Закатай губу, Ким Джунсу. Самой роскошное, что ты можешь себе позволить в Райском Уголке – «полезная» кашица из здешней столовой и едва теплый душ, очередь на который занимают с утра». – Еще немного и точно начну завидовать своей прошлой жизни, – страдальчески выдохнул и закрыл глаза я. Важным на данный момент все же оставалось колесо. Дальнейшей галочкой в моем списке сосуществования с циркачами стали усиленные тренировки, ведь по своей глупости предстоит участвовать в выступлениях, пока переломанный мужчина не вернется в ряды. Кстати, мой напарник сказал, что времени в обрез, поэтому интенсивность обучения будет максимальная. Он понимал и точно оценил ситуацию с заменой. В постановочные трюки будут внесены изменения, но я должен морально и физически подготовиться к ним. Получается, что весь день уйдет на репетиции, а вечером заглянет оборотень и высосет остатки сил. Сколько в общем я протяну? *** – Подъем, – раздался громкий голос, выдернувший меня из страны Морфея и возвративший в отвратительную реальность. – Тебе тоже привет, будильник, а можно я переставлю тебя на попозже? – Нет, – мой тренер стоял над головой. Жаль, что клетки на этом уровне не имеют замка. Мою попытку перевернуться и продолжить сон обломали на корню, беспощадно скидывая мою тушку на холодный пол. Ксат держал в руках край простыни и улыбался как маленький пакостливый ребенок. Сейчас он не выглядел на свой истинный возраст в пятьсот лет. Морщинки на лбу от вечного хмурого выражения разгладились, убирая лишнюю сотню из прожитых им годов. Возраст расы этого существа превышал всех известных. Комплекция тела совпадала с моей, это было удобным при совместных занятиях. Смуглая кожа. Волосы, даже самые небольшие, имели ярко-красный оттенок, что помогало без труда найти его в толпе артистов. Короткая прическа была поднята наверх и закреплена лаком в виде острых игл, поэтому я частенько называл его «ежом». Пирсинг украшал не только уши, также небольшие украшения были в пупке, сосках и бровях. Правый глаз был бирюзовый, а левый – оранжевый. Гетерохромия была его уникальной чертой в пределах своего вида, служившей причиной попадания в цирк. Отличие от остальных на родных землях стало общим и быстро сблизило нас. Характер был игривым, но при необходимости этот человек мог быть прекрасным руководителем, способным отбросить веселье, в считанные минуты отреагировать на возникшие проблемы. Врожденное чувство юмора помогало с удовольствием провести изнуряющие тренировки. Влиться в коллектив с таким знакомым было просто. Труды были оправданы. Уже через неделю при разработанной лично для меня программе я мог вытворять внутри сетчатого обода различные сальто, ходить на руках при вращении, скакалка (ранее не изведанный собственноручно атрибут) в моих руках двигалась с молниеносной скоростью. Растяжка позволяла садиться на поперечный шпагат. Подтянуться сто раз – раз плюнуть. Благодаря наставнику моя внешность преобразилась: обвисшая ранее кожа обтягивала рельефные мышцы, тело стало гибким. По словам Ксата, мои навыки помогают развиваться намного быстрее, чем предполагалось. Мне тоже стоит отдать должное. С таким рвением и усердием я занимался лишь однажды, когда в детстве пятилетние дети, жившие по соседству, толкнули меня в колодец. Уже тогда внешность вызывала вопросы, меня ненавидели и презирали «друзья». Выжил по воле Бога, отделавшись ушибами. Ждать помощи было неоткуда, поэтому самостоятельно выбрался, ползя семь метров вверх. Срывался неоднократно, но продолжал карабкаться. Возможно, тот случай повлиял на жизненный настрой. «Быть скрытным, не создавать лишних проблем. Но быть очень упертым, идти против системы», – вид ситуации влиял на метод поведения. – Ты готов? – красноголовый шел чуть впереди, когда мы закончили завтрак. – Конечно, – бодро кивнул я. – Я горжусь тобой, – он потрепал меня по голове. Сегодня нам предстояло выбраться наружу и опробовать внешнюю сторону колеса. Арена была в нашем распоряжении на целые три часа. Оборудование заранее приготовила охрана, которая расположилась на первых рядах в зрительном зале. Они всегда караулили циркачей, одновременно следя за обстановкой. Конфликты и мелкие стычки между участниками Уголка случались, но редко и в основном на уровне банальных словесных споров. Я обернулся и закусил губу, чтобы не застонать. Он был на привычном месте, словно пес, ждущий прибытия хозяина. «Пак Ючон, где же твой виляющий от радости хвост?» Если бы он был, я уверен, брюнет дергал бы им из стороны в сторону при моем появлении. Каждый день эта дворняга приходила и сидела до конца моих тренировок. Молчала и выжидающе наблюдала. Находившиеся рядом сменялись, а волк - никогда. По окончании он незаметно растворялся в толпе прибывших на смену нам людей, словно и не присутствовал вовсе. «Наркоман, пристрастившийся к моей крови». Оставаться с ним в пустующей комнате было не страшно, но напрягало. Я ведь могу и не выйти однажды. Первые дни оборотень скромничал и пил осторожно, боясь упустить лишний миллилитр аппетитной жидкости. Место укуса было одним, в области шеи. Выходил вылизанный, ощущая себя натертым до блеска стеклом. Однажды все изменилось: Пак стал грубым и небрежным. Глаза блестели от жажды, голод был зверским. Теперь же он не удовлетворялся несколько глотками. Просто дожидался меня, больно хватал за руку и, даже не дойдя до кровати, впивался клыками куда придется. Крики от боли остужали пыл, осознание жестокости приходило к Ючону. Извинений не было, жалостливый взгляд говорил намного красноречивее. Но и этого надолго не хватало. Вчера я потерял сознание, поэтому нам предстоял серьезный разговор. На кону стоит моя безопасность, ради своей жизни готов пойти к Чанмину и поставить на место шавку. Нашему «кровавому» договору тогда придет конец. Одарив презрительным взором волка, я взобрался на Колесо Смерти после Ксата. – Сейчас попробуем медленно, – крикнул на той стороне партнер и шагал по ободу, запуская механизм. – Хорошо, – ответил я, повторяя движения. Оба колеса начали поворачиваться по часовой стрелке. Разогнавшись до определенной скорости, тренер зацепился рукой за выступающий край и, раскачавшись, профессионально подтянул ноги выше головы, попадая на вершину. Он вскочил и двигался размеренными шагами в противоположном направлении, нежели внутри, чтобы не сбиться и не соскользнуть вниз. Все произошло быстро, но Ксат постарался растянуть, как мог. – Понял? – так же ловко спустился обратно парень. – Да, – я внимательно следил, потому что боялся упустить какую-нибудь деталь. – Только запомни, что нужно не только поспешить, но и правильно выбрать время. – Ок, – вдохнул и попытался расслабиться. Пальцы на руках подрагивали. «Ты сможешь!» Подбодрив себя, промотал в голове процесс поэтапно. «Сейчас». Ухватился руками за металлический край и повторял все в точности. Попытка вышла удачной, но скорость с каждым разом увеличивалась, что во многом усложняло задачу. Каждый последующий раз приходилось просчитывать в голове действия, чтобы успеть. Поток воздуха с поворотами тоже помогал. Предпоследняя попытка была в секунде от провала. Сердце похолодело, а игровой азарт, который ранее затмевал волнение, исчез, уступая место настоящему ужасу. Из-за движений мало кто заметил изменения в моем лице. Чтобы не подводить Ксата, я решил рискнуть и стиснул зубы. А когда пожалел, было уже поздно. Нога не успела устойчиво расположиться на сетке и соскользнула с дырчатой поверхности. Тело потянуло вниз так, что я не успел выставить вперед руки и ударился лицом об обод. Стремительно встать до момента, когда мое тело находиться над колесом, не удалось, поэтому рухнул с высоты в четыре метра. Еще в падении потерял сознание от удара об оборудование. Во всем виновато отсутствие «кнопки стоп». Ничему меня жизнь не учит... Очнулся, когда ощутил резкую боль, а потом тепло, разливающееся по плечу. «Знакомое такое чувство», – я думал, удивить меня уже невозможно, но нет, эта сволочь каждую встречу бьет рекорды. – Пак, ты совсем охренел? – чужое тело, которое нависало сверху, вздрогнуло от неожиданности. «Каким надо быть бессердечным ублюдком, чтобы кусать полуживого человека? Некрофил хренов». – ... – Ты даже помереть спокойно мне не дашь. Да, псина? – Испугался... Ты... Паника... Не вставал... Зверь отпрял и рычал непонятные фразы. Багряные глаза нервно бегали по моему лицу. С его рта стекали по подбородку и капали на мой живот крупные алые капли. Я даже опешил слегка. Впервые видел загнанное животное. А именно таким сейчас выглядел Ючон. В груди неприятно кольнуло чувство вины. Если бы отказал в просьбе с самого начала, еще перед разделяющей нас железной решеткой в подвале, то ничего бы этого не произошло. Преграда бы оставалась между нами по сей день. «Мы в ответе за тех, кого приручили» – Черт! – выругался я. – Слезь. – Хорошо, – забито проговорил оборотень и сел на край кровати, которая, кстати, оказалось его. Мы находились в спальне волка. Соседа не было поблизости. Не замечал, что у него уютная, а главное мягкая постель. Совершенно не хотелось подниматься. Разрываясь между желанием помучить Пака и исполнить свою заветную мечту о сне в удобствах, скрепя сердце выбрал первое. Интересно, а у... – А у тебя ванна большая? – вырвалось у меня изо рта, потому что любопытство всегда было сильнее. – Что? – недоуменно уставился парень. Выглядел он получше. Пришел в себя, видимо. – Да вот думаю, как ты будешь заглаживать вину за последние два дня, – хитро прищурился я. – Как? –Что «как»? Как ты будешь извиняться или как тебе в голову это взбрело, сумасшедший? – весело проговорил, глядя на серьезное лицо зверя. «Шутку не оценил, – грустно заметил я. – Ну, что ж, тогда будем давить». – Так-с, Пак Ючон. Я жив, теперь к делу. Мой организм... Его проверяли на переломы? – узнать самому было лень. – Ушибы, сотрясение, и всё, – сжато выдал собеседник. – Нет ничего, что бы серьезно угрожало здоровью. – Так почему ты решил сожрать меня, когда до нашего «донорства» еще оставалась пара часов? – Уже, – смутившись, промямлил он. – Ты не приходил в сознание. Десять часов. «Ух, сколько же я спал. Хотя в таких условиях можно провести и больше». – И ты не смог... – ...сдержаться, – закончил Ючон. – А-а-а... Понятно... Я попытался сесть, но зашипел и сполз обратно. Наши взгляды с волком встретились. Он без слов поднялся и протянул кисть. – Пойдем. Ванная там. Заметив, что для меня это будет несколько проблематично, решил исполнить долг помощника, беря на руки и направляясь к одной из двух деревянных дверей справа. Попав внутрь места, где принимают водные процедуры, завистливо присвистнул. Отделана площадь была со вкусом. Дымчатый мрамор с узорами украшал стены и пол. По центру находилась круглая белоснежная ванна. Просторная душевая кабина располагалась в самом углу. Меня поставили возле шкафчика, чтобы я мог опереться на него. – Раздевайся, – оборотень открыл краны, заполняя керамику. – Иди. Дальше я сам. – Нет. – Не переубедить? – Нет. «Упрямец». Расстегнуть ремень – полбеды. Штаны просто упали на пол. Труднее было спустить трусы, которые не скользили по ногам, а застряли на бедрах. Дальше наклониться не мог, боль была невыносима. Ючон развернулся и хмыкнул, но по-прежнему без едких комментариев стянул нижнее белье до конца и помог сесть в воду. – Ах, хорошо... Закинув назад голову и нежась в горячей воде, которая приятно пахла от добавления ароматических масел, не сразу уловил движение за спиной. Моя «няня» быстро скинула одежду и погрузилась следом, усаживаясь напротив. – Экономишь воду, скряга? – Моему терпению есть предел, Джунсу, – спокойно предупредил брюнет, напоминая, кем мы являемся друг для друга. «Дикий волк и молочный ягненок. Опасный хищник и аппетитная жертва». Парень приблизился и подтянул меня к себе, разворачивая спиной и усаживая между своих ног. Меня так разморило, что шевелиться, а тем более отодвигаться, не было ни сил, ни желания. Намыленная губка мягко касалась чешуек и круглыми движениями массировала их. Забота со стороны Пака была приятной. Когда он закончил с телом, смывая грязь и пот моих тренировок, то приступил к светлым волосам. Пальцы неспешно вспенивали шампунь по всей длине. – Спасибо, – слабо промямлил я, почти засыпая от манипуляций темноволосого. – М-м... – он ополоснул с помощью ковша мою кожу. – Скажи, Ючон... это сложно... ну, сдерживать голод? – мой неуверенный голос к концу совсем стих. Мне не понять состояние оборотня, а тем более испытываемые им чувства, но разобраться очень хотелось. Особенно узнать, в какой момент я совершил ошибку, и река потекла не потому руслу. – Трудно, – честно признался в ответ он, обхватывая за талию и прижимая вплотную к себе, а его подбородок удобно устроился на моем плече. – Что я могу сделать? – расслабился я в крепких объятиях и совсем обмяк, опираясь о накаченную грудь. – Ничего. – Только кровь. – Не знаю. Я запутался. – Рано сдаешься, волчонок, – хихикнул я, понимая, что псиной тут и не попахивает. Поступки Ючона необдуманные, природа берет свое. Инстинкты затмевают разум, угрожая теперешнему положению охранника в цирке. Если Шим узнает о срывах и нашем обмене, то он погонит брюнета взашей подальше от ценных экспонатов. Не хватало, чтобы они пострадали и были съедены. Пока выхода я не вижу, но оставлять все, как есть, моя наивная совесть не позволяла. На этом разговор закончился. Каждый размышлял о своем, ополаскиваясь под струями душа. Когда настала моя очередь, я уткнулся лбом в прозрачное стекло на раздвижной двери. Глаза закрывались. Безумно устал. Мог бы просто вот тут сесть на дне кабинки и заснуть. – Эй, – постучался в пластмассовую стенку Пак. – Почти, – похлопал я себя по щекам, переключая кран на прохладную воду в попытке вернуть бодрость. В итоге что-то перепутал, и сверху полилась ледяная. Я вскрикнул от неожиданности и резко сдвинулся к краю, чтобы избежать охлажденного потока. – Что?! – дверца душа распахнулась, и на меня уставился парень с выпученными глазами. – Идиот, – только и выдал он, хватая махровое полотенце и укутывая им меня, с ног до головы покрывшегося мелкими мурашками. Мы вернулись в спальню, где Пак из выдвижного ящика достал сухую сменку и вручил мне. Легкий спортивный костюм темно-синего цвета. – Сносно, – придирчиво оглядел свой наряд я и, медленно ковыляя, устремился к выходу. «Теперь сон. Силы мне еще пригодятся». Едва коснулся ручки, как меня дернули назад за запястье, заставляя выругаться от нахлынувшей волны боли. Владелиц комнаты сначала молчал, внимательно смотря в мои глаза, а потом открыл рот, желая что-то сказать, но так и не произнес ни звука. – Мне пора, – решил ускорить процесс, вырывая руку и поворачиваясь спиной. – Подожди, Ким. Ты спрашивал о том, чем можно заменить удовольствие от потребления крови. – Да. – Помнишь, что я не приходил к тебе в подвал в течение нескольких дней? – К чему ты клонишь? – вопросительно нахмурился я. – Секс. Телесное наслаждение утоляет голод. – И? Мысли постепенно сходились к одному. – Стань моей самкой, – на полном серьезе выдал оборотень, ставя меня в неловкое положение. – Сам... кой, – подавился собственной слюной я, чувствуя, что краснею, как помидор, от такой наглости. – Я не прочь такой перспективы. Что ты думаешь? – прищурился собеседник. «Стоп!» – Тебе твоя хотелка вообще мозг отшибла? Трахаться с тобой я не собираюсь. Пожалуй, делиться кровью тоже пора прекращать. Ты чуть не угробил мою жизнь со своей жаждой. Это наша последняя встреча, – сорвался я, выплескивая накопившееся недовольство. – Ха... Значит, так? – волк оскалился, выпуская когти. – Право выбора для тебя – это уже слишком. Думал, что договоримся по-хорошему, но ты вновь поступаешь, как заблагорассудиться. Сильные руки толкнули и прижали к стене, причиняя адскую боль. Пальцы двинулись к шее, нанося порезы на коже. Кровавые капельки пачкали ладони оборотня и дорожками стекали по золотистым шестигранникам ниже к груди. Мой каратель снова проснулся, не давая слабины. – Где ошейник?! – грозно зарычал и вдавил сильнее в каменную поверхность. – По... шел к чер... Аргх... Зверь не улыбался, безжизненным взором наблюдая за моими бесполезными барахтаньями, служившими попыткой дать отпор врагу. Он делал это рефлекторно, будто загонял в угол паникующего ягненка. Волк облизнул острые клыки и сглотнул. – Давай! Закончи то, что не смог в пыточной, трус. «Почему, когда случается подобные ситуации, я провоцирую, не задумываясь о безопасности собственной задницы?» – хотелось прикусить язык, чтобы не ухудшать последствия. – Сомневаешься? – сталь в голосе не на шутку пугала. – Сомневаюсь, – усмехнулся, заглатывая побольше кислорода при возможности. «Черт!» Ючон закусил нижнюю губу от злости. Ответ хлестанул его словно плеть. Пелена, застилающая глаза, спала. Мысли прояснились. – ДРЯНЬ! – он разжал мощную хватку и ударил меня обратной стороной ладони. – ВАЛИ! ТЫ ЖЕ ГРЕЗИЛ О СВОБОДЕ! Я ТЕБЯ БОЛЬШЕ НЕ ТРОНУ! Я сполз вниз, держась за место удушения и все еще пытаясь отдышаться, видя, как оборотень сжимает кулаки, интенсивно втягивая ноздрями воздух. Еще секунда - и он вылетает из помещения, громко хлопнув дверью. « Говорил же, что ты слабый, шавка…» *** Прошла неделя. Охранник как сквозь землю провалился. Ни слуху, ни духу об омерзительном человеке, едва не убившем меня. Чтобы не задумываться лишний раз о нем, я постарался сосредоточиться на тренировках, уходя с головой в упражнения с Ксатом. Но настроение заметно подпортилось. Вместо смеха на удачные шуточки тренера выходило невнятное кудахтанье, напрягающее меня самого. По ночам часто просыпался, подолгу наблюдая за мирно спящими соседями или просто смотря в потолок до утра. Нелепые ошибки одна за другой случались на колесе, что не уходило от внимания моего знакомого. Если цель Пака была зацепить меня, ему удалось это. Стоит поздравить оборотня. «Ублюдок». – Су? Су... Ким Джунсу! – пощелкал перед моим лицом красноголовый мужчина. Утренняя репетиция прошла без заминки. – Да-да... Я понял, что выступление скоро, поэтому постараемся все вместе. – Ты хорошо справляешься, но последнее время ты... – замялся Ксат. – Знаю. Нотации ни к чему, – грубо бросил я и поднялся, но понял, что вспылил и извинился. – Прости... – Ты в порядке? – В полном, – вымученная улыбка не удовлетворила его, но расспросов больше не последовало. – Так после обеда нам предстоит все повторить. Су, удачи. – Тебе тоже. Мы дружной толпой вместе с остальными циркачами направились в столовую. Проходя очередной длинный коридор, меня силком затянули в открытую дверь. Никто не заметил из-за бурного обсуждения сценария моего отсутствия. Все продолжили путь. Темнота встретила меня, а замок за спиной защелкнул. – Нам нужно поговорить, – раздался приятный баритон сверху. – Кто ты? – я не видел незнакомца, но слышал прерывистое дыхание. – Ким Джунсу, времени мало. Твоя кровь срочно необходима, – взволновано проговорил человек и положил руки мне на плечи. – Кому? – Ючон... Он... Он... Умирает, – голос не выдержал и задрожал. Сердце пропустило удар. – Псина...