большего и не надо

Слэш
R
Закончен
9
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Описание:
Юрке еще нет шестнадцати, но вся голова забита похотью. И Виктор всегда рад его появлению в своей квартире.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
9 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать
Настройки текста
Холодные капли воды гулко ударяются об эмаль раковины. Хозяин дома — ну, как, хозяин, скорее постоянный гость, — не закрыл кран до конца и ушел по своим делам. А конкретнее — скрылся в дверном проеме кухни. Колдует там над чаем, подпевая себе под нос песню Гражданской обороны. У ног вертится Потя и выпрашивает чего-нибудь вкусненького, по его зеленым глазам Юра понимает его желания прекрасно, но он уже покормил бесстыжего зверя с гладкой серо-белой шерсткой, так что парень усаживается за стол и ставит перед собой за тосты с пряным чаем. Барановская запретила подростку употреблять все жирное, жареное и мучное, но тот на хую вертел эти запреты. После недели на жесткой диете ради наилучшего внешнего вида на показательных Плисецкий решил, что он заслужил нормальной еды. И с удовольствием принимается за трапезу. Хозяин квартиры придет через несколько часов, а сейчас он смылся в магазин, как он сказал, по каким-то важным делам. У Юрки сегодня нет тренировок, и оттого можно весь день посвятить деградации перед экраном телефона. На вечер у него грандиозные планы: уболтать Виктора на совместный просмотр серии фильмов Марвел, если их вообще хватит хотя бы на один фильм, ведь обычно такие идеи кончаются приставаниями и одинокой дрочкой по разным комнатам. Плисецкому уже совсем скоро стукнет шестнадцать — и вот тогда он разведет Никифорова на секс, и у того больше не будет причин отказывать, а потом виновато целовать юрины щеки, лоб, веки, пока вся злость и обида не покинет парнишку. По календарю конец февраля, а по ощущениям еще промозглый декабрь. Северные ветра завывают как никогда, сметая все на своем пути, как «русский панк» на льду. Наблюдение завораживает, не дает оторвать глаз, приковывая внимание к единственной фигуре, танцующей в центре катка, и имя этой фигуры — Юрий, блять, Плисецкий. Чертов сорванец, ворвавшийся в квартиру тренера и незамедлительно прошедший по коридору в нелепых носках, как бы обозначая свое присутствие. И Виктора оно не смутило, лишь немного привело в чувство после прочтения дешевого романа. Мужчина отбросил от лица пепельные волосы, взглянув на мальчишку, и без лишних слов пошел ставить чайник. Лишь огромный пудель увлекся Юрой, начиная его обнюхивать на предмет чего-нибудь съестного, но, к сожалению, Плисецкий ничего с собой не носит, кроме пары стареньких пачек кошачьего корма. Пес фыркает и вальяжно укладывается на диван, опустив мохнатую голову на вытянутые передние лапы. Юра закуривает дешевую сигарету прямо там, на кухне, предварительно открыв окно, но, замерзнув, захлапывает его обратно. Делает глоток горячего чая, смачно откусывая огромный кусок тоста. Как же бесподобно, учитывая его недавние ограничения в питании. Пока Виктор здесь, он может разрешать парню вольности, и как минимум за это Плисецкий его и любит. И раньше любил, с самого детства, как только впервые увидел мужчину по едва включающемуся пузатому телевизору, в те времена считавшийся роскошью, и тогда маленький Юрка понял: хочу быть, как он. Этот бог на льду грациознее хищной кошки, сильнее урагана и красивее мерцающей звездочки на черном небосводе. Остальные фигуристы казались ничем по сравнению с Виктором. Лет в тринадцать Плисецкий купил постер с изображением своего кумира, целовал его перед сном и гладил выцветшую картинку даже спустя года, желая ей доброго утра и спокойной ночи, что даже своему деду так часто не говорил. А дедушка у него хороший, с щербинкой меж зубов, блеклой россыпью веснушек на щеках, с добрым взглядом. И с проблемной спиной. Набив желудок, подросток сгружает посуду в раковину и шагает в гостиную. Ох и бардак же остается после него каждый раз. Но прибираться слишком лень, да и тем более все силы ушли на переваривание пищи, так что в другой раз, решает он. Интересно все же сложилось: Юра переехал к Виктору, даже не спросив разрешения, перевез к нему своего кота, и теперь они так и живут. В тесноте, да не в обиде зато. Хотя, признаться, случаются и ссоры, но они легко исчезают сами по себе после нескольких дней молчания и надутых губ. В подобные моменты парень просто отключает телефон или блокирует вызовы от Никифорова, отсиживаясь в квартире у дедушки, просто мило проводя с ним время за поеданием пирожков и крепким горячим чаем. А потом «случайно» встречается с Виктором, все еще будучи обиженным, но оттаявшим от прикосновений и слов мужчины. С ним уютно. И с Бекой тоже. Юра еще не определился, кто симпатизирует ему больше. Отабек вроде просто друг… или нет? Растянувшись на диване с мягким пледом, блондин раскидывает конечности во все стороны, принимаясь бездумно листать ленту новостей, но его взгляд ничего не зацепило, даже некогда приятный глазу профиль Алтына — у него там и байк, и фотки плова, и большая семья с каменными лицами, и он сам с мордой кирпичом. Ну что, тяжело сменить выражение лица? Хотя Юре и самому редко когда хочется улыбаться, тем более на камеру. Порефлексировав на этот счет, он приходит к выводу, что Отабека винить не в чем, и закрывает его профиль, переходя на витин. У него чувствуется что-то родное, русское, его невинная улыбка, фото мест, в которых они с Юрой побывали, какие-то посты, в которых рассказывается про его увлечение — писательство книг. Блондин тыкает сердечко на пост с селфи. На фото они с Плисецким мило обнимаются, хотя парень-то знает, что в тот день он промочил ноги и на следующий день провалялся с температурой, отчего вся прогулка была подпорчена. Еще и брелок с котиком со своего телефона Юра потерял тогда. Обидно было, но ничего не поделаешь. Стук в дверь. Лишь бы не менты, думает парень, шаркая в коридор, чтобы глянуть в глазок. Эти мусора на днях увидели, как Плисецкий покупал сигареты через совершеннолетнего знакомого, хотели задержать, но фигурист скрылся быстрее, чем они ожидали. Потом еще двое суток блондин не высовывал нос из дому — ссыковал, что его найдут и увезут в участок разбираться, сколько ему и как долго его знакомый поставляет ему запрещенку. Но все обошлось, хотя юркино напряжение росло лишь сильнее. И слава небесам, или кто там на них живет — за дверью оказался Виктор. Одетый в пальто цвета кофе с молоком и с натянутым по нос шарфом. В руках черный пакет, будто для вина специально. Ну, думает Юра, расслабленный вечер им обеспечен. Как бы не так. Войдя в теплое помещение, мужчина медленно снимает верхнюю одежду и обувь. Скрестил руки на груди, с укором глядя на юношу. В глазах читался гневный посыл.  — Ты курил?  — Нет.  — А кто тогда?  — Я не знаю, может соседи, — парень опускает голову, отводя взгляд. Постепенно отступает в спальню в надежде закрыться там, чтобы не попасть под горячую руку.  — Тогда жди меня в спальне, — внезапный холод со стороны Виктора заставлял содрогнуться. Не к добру. Но Юра послушно уселся на край кровати и стал ждать. В коридоре слышится шуршание. Никифоров входит в комнату с чем-то очень знакомым на вид. Ох, черт. Анальная пробка. Простая, черная, лаконичная пробка. Небольших размеров. Мужчина заставляет подростка лечь к себе на колени, тот молчаливо повинуется. Шлепок по ягодице, второй, третий. Плисецкий кусает губу. Что-то холодное и влажное касается входа, как только с него стаскивают штаны с нижним бельем. Виктор не промах, подготовился и сам готовит Юрку. Вставляет сначала пальцы, движется плавно, растягивает удовольствие, после в ход идет пробка. Парень наконец решил проявить свое сопротивление.  — Блядь, Витя, ты же не серьезно.? В ответ лишь смешок.  — Пусти меня! Я не хочу в этом участвовать!  — Правда? Котенок, ты, кажется, забыл, как изводил меня всю неделю, все склоняя к сексу. Разве ты не этого хотел? — томный голос Никифорова так и ласкает слух, как его пальцы колечко мышц. Юрка весь дрожит от восторга, но не желает показывать своей реакции, только шипит себе под нос ругательства. Не обидные для Виктора, а скорее даже смешные. Уже хочется большего, но Юра знает: не в этот раз. Вот через пару недель наступит шестнадцатилетие, тогда и можно будет, а пока что статью 134 УК РФ никто не отменял. Покончив с мучительным погружением пробки в анальное отверстие, мужчина отвешивает звонкий шлепок по округлой упругой заднице, получая реакцию в виде сдержанного стона — Виктор задел рукой пробку, отчего та подалась чуть глубже.  — Ты старый извращенец, Вить, — бубнит Плисецкий в скомканное одеяло.  — А ты малолетний извращенец, — поставил точку мужчина. Позволил встать с себя, натянуть штаны и разлечься на кровати, пока сам меняет рубашку на домашнюю кофту, и, закатав рукава, укладывается рядом с подростком. Сейчас они будут смотреть фильмы и им ничто не помешает. Парень должен был остаться сыт пробкой внутри своей узкой задницы и не приставать к Виктору какое-то время. Загребает пацана в объятия, вдыхая запах шампуня с резковатым запахом, осевшим на пшеничных волосах. И тот обнимает мужчину в ответ. А большего и не надо.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты