Остров для троих 164

Реклама:
Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Гарри Поттер

Пэйринг и персонажи:
Люциус Малфой/Нарцисса Блэк, Северус Снейп /Люциус Малфой /Нарцисса Малфой, Люциус Малфой, Нарцисса Малфой, Северус Снейп
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Миди, 20 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: AU Hurt/Comfort Групповой секс Мужская беременность Романтика Элементы гета Элементы слэша

Награды от читателей:
 
Описание:
история одной необычной семьи.

Посвящение:
Посвящается моему очередному прожитом году и моим же ПЧ

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Люциус на два с половиной года старше Нарциссы. Нарцисса и Северус ровесники. Волд и война где-то за горизонтом.
21 июля 2013, 20:44
Нарцисса смотрит на одухотворенное лицо мужа. На то, как он нежно поглаживает свой округлившийся животик, и, вторя ему, улыбается. Потом ее глаза опускаются чуть ниже - на Северуса, который сидит на скамеечке для ног и шальными, влюбленными глазами наблюдает за Люциусом. Сама леди Малфой, глядя на двух самых дорогих для нее мужчин, чувствует, как всеобъемлющее счастье захватывает ее. Она вспоминает, с чего все это началось. ** Их брак был данью древней договоренности между семьями Блэков и Малфоев. Каждый седьмой Наследник Рода Малфой был обязан взять в жены или мужья представителя Рода Блэк. В данном случае спутника жизни выбирал себе Люциус, и он имел право затребовать любого Блэка себе в супруги. Даже будь тот обручен с представителем другой фамилии. Уже тогда между ним и Нарциссой существовала договоренность, что Малфой заберет именно ее из Родового Гнезда. Самая младшая из женской части Блэков искренне и всей душой любила внешне холодного и отстраненного аристократа. Любила как брата и друга, но и суженым назвала его с удовольствием. Она знала, что за неприступной маской с колючим, жестким взглядом скрывается добрый, нежный и внимательный юноша. Настоящий Люциус не меньше самой Нарциссы ценил хорошие шутки и любил посмеяться. Он не был жесток и обладал выдающимся интеллектом. Будь Люциус страшен, как пораженный Проказой Морганы, Нарцисса все равно пошла бы за него, не раздумывая ни секунды. За свою недолгую жизнь она успела понять, что за изысканными манерами и обходительностью часто скрывается настоящее чудовище. Малфой был редчайшим исключением из этого правила. Сама девушка была уверена, что сможет стать достойной спутницей своему сиятельному супругу. Она была красива, надменная и холодна. Внешне. Но под слоями наносного, а также воспитания, положенного благородной девице, она была все той же задорной девчушкой с растрепанными волосами, что много лет назад босая бегала по лугам летней усадьбы Блэков, плела венки из полевых цветов и воровала яблоки из соседского сада. Собственно, так они с Люциусом и познакомились. Ей было шесть. Ему почти девять. Нарцисса аккуратно просочилась сквозь высокую живую изгородь, что символически отделяла владения Блэков от гораздо более обширных земель Малфоев: очень уж хотела полакомиться мелкими желтыми, почти золотыми от меда, ранетками. Какое счастье, что эльфы, следящие за садом Малфоев, так тщательно собирали падалицу, и юная проказница вдоволь налазилась по высокому раскидистому дереву. Как всегда, девочка не удержалась и набрала полный подол яблок. Если маменька поймает ее с подобным «уловом», наказания не избежать. Но Нарцисса ничего не могла собой поделать и собиралась съесть все-все-все яблочки. Ведь они такие сочные, сладенькие и ароматные! Когда девочка уже направлялась домой и нырнула в проделанную прореху в живой изгороди, ее сбил с ног какой-то светловолосый мальчишка, чьи пальцы были перепачканы соком сладкой темной вишни, к которой маменька даже подходить запрещала. Нарцисса не ожидала подобной встречи и напугалась. Золотые наливные ранетки рассыпались из выпущенного подола. Девочка хотела было разозлиться и наябедничать, но… мальчишка смотрел на нее задорными шкодливыми глазами и открыто улыбался. Шалунья не смогла не улыбнуться в ответ. Изгородь была достаточно высокой и широкой, чтобы внутри себя спрятать маленький мирок двух светловолосых детей. Так крепкая дружба связала Люциуса и Нарциссу, пусть они и виделись только летом и лишь изредка могли обмениваться записками. Не пристало юной Леди так много внимания уделять юноше, которому она не была официально представлена. Шли годы. Отношения только крепли. Между друзьями не было ни тайн, ни секретов - они во всем доверяли друг другу. Поэтому Нарцисса только обрадовалась, когда Люциус однажды сообщил, что его жена обязательно должна быть из рода Блэк. Ей тогда было двенадцать, и девочка, благодаря старшему другу, который снабжал ее литературой на тему полового созревания, была неплохо подкована в теории. Да и воспитание маменьки не оставляло сомнений в том, что мужа ей выберут без ее на то согласия. Этот разговор происходил в Хогвартсе, в одном из заброшенных классов, который Люциус привел в порядок и обустроил, трансфигурировав удобную мебель. Так у друзей появилось еще одно маленькое убежище, в котором они могли спрятаться от всего мира и немного побыть собой. - Почему ты так печален, Люциус? – спросила она, устраиваясь в одном кресле рядом с другом и притираясь к нему бедром и плечом. Тот обнял подругу и зарылся лицом в ее светлые распущенные волосы. – Или тебе уже сказали, какую из нас ты должен выбрать? - Нет. Отец сказал, что я волен выбирать сам. Но… - Тогда выбери меня, - Нарцисса, несмотря на свой возраст, не была глупенькой девочкой. Она очень многое знала и еще больше понимала сердцем, велениям которого всегда следовала. - Но!.. - Я буду тебе хорошей женой, и мне не придется выходить замуж за этого старого брюзгу Нотта, с которым отец уже заключил предварительное соглашение. - Нарцисса, дай мне договорить, пожалуйста, - прошептал Люциус, сильнее прижимая к себе девочку. – Тебе принадлежит половина моего сердца, и для меня было бы честью сделать тебя своей женой. Но… - Говори же, - мягко подбодрила друга Нарцисса. - Но мне нравятся и мальчики, - тяжело вздохнув, признался Малфой. - Мне тоже, - улыбнулась девушка. Проблема оказалась не так страшна, как она думала. Да и проблемы как таковой не было: среди аристократов издревле существовало изящное и вполне законное решение. – Тройственный союз… - Отец запретил. - Понимаю и скорблю с тобой, душа моя, - Нарцисса подняла голову и легкими поцелуями коснулась закрытых глаз Люциуса. – Мы что-нибудь придумаем. Вместе. - Вместе? - Да. Как друзья, как брат и… - …Сестра, - подхватил Люциус. - Как жених и невеста, - закончили они уже вместе и рассмеялись. Именно в ту ночь было принято решение, что самая младшая из сестер Блэк станет сначала невестой, а потом и супругой Люциуса. Нарцисса ни о чем не жалела тогда, ни о чем не пожалела и спустя почти век совместной жизни. ** Нарцисса и Люциус были счастливы в браке, который заключили через год после выпуска из Хогвартса невесты. Счастье омрачала пара моментов: свекр и то, что за два года юная леди Малфой так и не смогла родить. Она легко зачинала, но не проходило и трех месяцев, как плод покидал ее чрево. От свекра приходилось это скрывать. Если бы не Люциус, который всеми силами поддерживал супругу и вместе с ней оплакивал каждое нерожденное дитя, она не выдержала бы. Но пока возлюбленный был рядом, Нарцисса продолжала бороться и стремиться к своей цели. Она… они оба… отчаянно хотели детей. Когда Абраксас скончался - его смерть была более чем странной и неожиданной - Нарцисса вздохнула с облегчением. С их с Люциусом плеч словно небосвод сняли. Теперь чета Малфоев могла не опасаться, что сумасшедший старик сразу после рождения Наследника потащит своего единственного сына в ставку самонареченного лорда. Если бы это еще помогло ей выносить малыша!.. К несчастью, целитель, выписанный из далекой Индии - в отличие от местных колдомедиков, которые до последнего тянули деньги из Малфоев и утверждали, что вот уж именно это зелье поможет - поставил жирный крест на желании супругов стать полноценной семьей. После беседы с ним Нарцисса впервые за всю свою жизнь проплакала почти неделю. Все дело оказалось в ней и ее магии. Она не могла сделать своего возлюбленного еще более счастливым и родить ему ребенка. - Вы принадлежите к редким сейчас женщинам-воинам. Вы наверняка заметили, что именно боевая магия и щиты даются вам проще всего, а с бытовыми чарами - сплошные проблемы? - говорил целитель. – Ваша магия агрессивна и опасна. Она воспринимает дитя в вашем черве как угрозу и отторгает магию и жизнь малыша. - Что вы можете сделать? – спросил Люциус. - В данном случае - ничего. Ни одна практика не позволит без вреда для матери и плода притушить или изменить магическую составляющую первой. Советую поискать альтернативу. - Большое спасибо вам за честность, - с трудом сдерживая слезы, произнесла Нарцисса и, вежливо извинившись, покинула мужчин. Она не слышала дальнейшего разговора, который дал Люциусу пищу для ума и затеплил в его душе огонек надежды. Малфой ничего не сказал супруге, чтобы раньше времени не обнадеживать ее и проверить все. ** Решение поставленной проблемы было. Нарцисса не могла выносить дитя? Зато это мог сделать Люциус. Он был молод, силен и здоров. Тот же целитель подтвердил, что организм Малфоя без особых осложнений перенесет беременность. Не очень сложный ритуал перенесет оплодотворенную яйцеклетку в тело отца и сформирует у него в брюшной полости все необходимое для вынашивания. Зелья помогут закрепить изменения на нужный срок и поспособствуют развитию плода. Да, придется потом долго восстанавливаться, но оно того стоило. Выкидыш в этом случае невозможен. Малыш родится здоровым и сильным. В срок. Если бы не одно но. Ритуал был создан именно для триумвирата, чтобы ребенок приходился родным по крови всем троим магам. Пересчитать и перекроить ритуал под двух магов не представлялось возможным. У Люциуса даже был на примете «третий», но согласится ли с его присутствием в их жизни Нарцисса? Захочет ли она делить сердце супруга с кем-то еще? И не возненавидит ли она мужа после того, как родится малыш и нужда в третьем отпадет? Люциус помнил разговор, который произошел давным-давно в Хогвартсе, но сомневался, что мнение его супруги осталось тем же. ** В этот раз разговор происходил в кабинете Нарциссы. Малфои устроились в разных креслах, пристально глядя друг другу в глаза. Им не очень-то были нужны слова, но оба привычно озвучивали свои мысли. - Твой отец запретил заключать тройственный союз, - сказала Нарцисса. - Он запретил как глава Рода. Теперь он мертв, и вместе с ним умер запрет. - Тогда я согласна, - открыто улыбнулась женщина. - Но ты даже не знаешь, кого я выберу! - Хочешь, угадаю? – леди Малфой хитро и озорно прищурилась. Она прекрасно знала супруга и могла с уверенностью назвать имя мага, которого не только ее муж, но и она сама не отказалась бы видеть рядом с собой. - Не угадаешь! – задорно улыбнулся Люциус. - Северус! Супруги одинаково подмигнули друг другу с усмешкой и почти одновременно зеркально нахмурились. Оба знали Снейпа достаточно давно и прекрасно понимали, что уговорить его на тройственный союз будет сложно. Еще сложнее – доказать упрямцу, что это делается не только ради детей, что в самом Северусе Малфои заинтересованы не меньше. Этим же вечером, лежа в супружеской постели и положив свою аккуратною головку Люциусу на грудь, Нарцисса вспоминала Северуса. Неопрятный и некрасивый любопытный мальчишка с темными, как ночь, глазами сразу привлек ее внимание на перроне. Юная леди Блэк сначала не поняла, чем именно. Уж точно не своей внешностью. Но потом мальчик посмотрел на худую женщину, которую держал за руку, и улыбнулся. Это была самая волшебная улыбка, какую когда-либо видела Нарцисса. Она зарождалась в темных глазах и почти не затрагивала губ, но при этом юный маг словно светился изнутри. Позже Нарцисса сделала все, от нее зависящее, чтобы если не подружиться, то хотя бы нормально общаться с нелюдимым полукровкой, попавшим на Слизерин. В этом девочка достигла определенного успеха. Северус подпустил к себе юную аристократку достаточно близко, чтобы та поняла, насколько интересный маг скрывается под маской колючего и даже грубого человека. А потом, после четвертого курса, Нарцисса упросила Люциуса пригласить Северуса на лето к себе в летнюю резиденцию. В тот год умерла леди Малфой, а лорд Малфой все так же предпочитал больше времени уделять своим делам, а не сыну, отчаянно тоскующему по горячо любимой матери. Северус, за год до этого переживший аналогичную потерю, помог Люциусу более или менее прийти в себя. Именно в то лето Нарцисса и Люциус познакомились с другим Северусом Снейпом, которого ни разу еще не видели в Хогвартсе. Этот мальчик был все так же мрачен, но отчаянно застенчив и подкупающе искренен. Во всем. В том числе и в проявлении эмоций. И именно на исходе того лета Нарцисса заметила неподдельный интерес Люциуса к Северусу и впервые посмотрела на сверстника как на мужчину, а не как на друга. Еще год ушел на то, чтобы признаться себе, что Северус нравится Нарциссе так же сильно, как и Люциус. Много позже, уже после замужества, Нарцисса неоднократно вспоминала своего нелюдимого школьного друга. Она искренне сожалела, что свекор, будучи Главой рода, запретил им с Люциусом «общаться с недостойными». Снейп мог бы стать им с мужем неоценимым и близким другом. Теперь же, после разговора с Люциусом, Нарцисса подумала, что Северус идеально дополнил бы их союз. Так подсказывало женщине ее вещее и никогда не ошибающееся сердце. ** Как Малфои и предполагали, со Снейпом было сложно. В Хогвартсе он с удовольствием общался с Нарциссой и Люциусом. Но дальше дружбы дело не пошло. Снейп всегда был замкнут. Он даже попытки защитить его и любые варианты помощи всегда воспринимал в штыки. После окончания Хогвартса прошло больше трех лет, и найти мрачного юношу было нелегко. Но деньги творят чудеса, и уже через пару недель хмурый Снейп сидел в малой гостиной Малфой-мэнора. Он пытался делать вид, что ему тут комфортно. Но даже невооруженным взглядом было видно, что молодой человек чувствует себя в этой светлой богато убранной комнате неуместно. В своей аккуратной и недорогой мантии он смотрелся неопрятной черной кляксой, расползшейся по кремовой обивке дивана. Люциус и Нарцисса, которые тайно наблюдали за своим гостем сквозь ставшую односторонне прозрачной стену, переглянулись. - Он все такой же, - мечтательно вздохнула Нарцисса. Снейп всегда ей нравился. Было в нем что-то такое… что влекло к себе взгляд и не давало его отвести. Если бы нынешняя леди Малфой могла сама выбирать себе супруга и если бы у нее не было Люциуса, она бы сделала все, чтобы женить этого мужчину на себе. - Совсем не изменился, - хмыкнул Люциус и неосознанно провел языком по верхней губе. Только однажды - и то на спор, раззадорив подначками шестнадцатилетнего юношу, ему удалось урвать поцелуй Северуса, и память до сих пор хранила яркие запретные воспоминания об этом почти невинном соприкосновении губ. Вкус магии Снейпа был потрясающим, и собственная сила Люциуса восторженно запела, попробовав ее. - Все так же мрачен и притягателен, - хором сказали супруги Малфой и хитро улыбнулись друг другу. Они давно научились понимать друг друга без слов и, при желании, могли заканчивать фразы друг друга. - Пойдем к нему? – сказал Люциус, беря супругу за руку и нежно ее целуя. - А что, если он откажет? Не поверит в то, что нужен нам сам по себе и такой, какой есть? – спросила Нарцисса, прижимаясь к мужу. - Мы не скажем ему сразу. Скажем, что это сделка. Выгодная и перспективная. Пусть и длиною в жизнь. Потом, когда союз будет заключен, мы сможем отогреть эту едкую колючку. Ведь сможем, душа моя? - Сможем, сердце мое, - женщина благодарно улыбнулась мужу и первая шагнула к дверям, ведущим в гостиную. Как Малфои предполагали, Северус сразу отверг их предложение. Он даже толком не выслушал все условия «сделки» и моментально ощетинился. Только что палочку не достал. - Я не стану младшим супругом! – разъяренно зашипел Снейп. - Нам и не нужен младший, - спокойно ответил Люциус. Реакцию брюнета он предвидел, но от этого та не стала менее неприятной. – Нам нужен равный. Поэтому мы с Нарциссой выбрали именно тебя. Ты не прогнешься под нас и всегда будешь иметь свое собственное мнение. Тем более, я сам примерно на год буду лишен возможности заниматься делами и всего себя посвящу ребенку. Нарцисса – женщина, и ее никто не воспримет серьезно. - Да и не хотим мы, чтобы посторонние знали, что я не могу сама выносить дитя, - печально улыбнулась женщина. – Соглашайся, Северус. Ты разом получишь и деньги, чтобы исполнить свою мечту и пойти учиться на Мастера Зелий, и Наследника. - Мне нужно подумать, - буркнул Снейп, вставая с дивана и направляясь на выход. Это было крайне невежливо, но в данный момент его не волновало, что о нем подумают эти двое безумцев. - Думай, - согласно кивнул Люциус. - Мы будем ждать твоего решения, - добавила Нарцисса. - Один вопрос, - остановился Северус. - Ты вправе спрашивать что угодно и сколько угодно, - отозвался Малфой. - Ребенок?.. - Ну же, - улыбкой подбодрила его Нарцисса. - Я смогу с ним видеться и принимать участие в его воспитании? - Северус, мы будем семьей. Только тебе решать, захочешь ли ты стать ее частью не только на бумаге, - ответил Люциус. – Мы с Нарциссой хотели бы, чтобы наш союз не был фиктивным. - Зачем это вам? – подозрительно спросил Снейп. - Ты все равно не поверишь на слово, - покачала головой Нарцисса. Северус отвернулся от Малфоев и вышел из гостиной. Дорогу к камину, открытому для перемещений, он знал. ** Чета Малфоев, волнуясь, ожидала ответа Снейпа. И Люциус, и Нарцисса знали, что если тот однажды примет решение, то уже не в его правилах отступаться. Неделя тянулась за неделей. Прошел месяц. Потом еще один, а Снейп так и не появился. Внимание людей Темного Лорда к Малфоям стало гораздо более навязчивым. Люциуса пока что приглашали на «закрытые вечеринки» и намекали, что в его же интересах принять предложение и занять все еще свободное место отца. Молодой лорд Малфой умело отказывался, ссылаясь на крайнюю занятость и болезнь жены. До сих пор это помогало. Но время было не на стороне Малфоев. Нарцисса, изображая смертельно больную, не может всю жизнь провести запертая в Имении. Да и Люциус не желал служить кому-либо. К тому же он не собирался гнуть спину перед неизвестно кем, скрывающим свое настоящее имя. Ситуация требовала действий, но Малфои тянули время, надеясь дождаться решения Северуса. Ведь сделать Люциус мог немногое: либо закрыться в Имении, либо отправиться в одну островных резиденций Рода. Второй вариант был предпочтительнее. Все же изолированный и тщательно сокрытый остров гораздо надежнее Имения. Но если уехать, как они узнают решение Северуса? Разумеется, можно было забыть про Снейпа и выбрать кого-нибудь еще в качестве третьего супруга, но ни Люциус, ни Нарцисса не хотели видеть рядом с собой другого. Уж лучше остаться вдвоем, чем терпеть незнакомого и чужого человека. Когда чета Малфоев уже собрала все вещи, дабы отбыть на остров, и отдавала последние указания домовикам, из камина вывалился Снейп. Выглядел он как побывавший в тяжелом бою. Мантия изодрана, из многочисленных ран на теле сочится кровь, а волосы на голове частично обожжены. Люциус, не думая, подхватил жену под руку, другой рукой вцепился в бессознательного Снейпа и активировал портал. С первого взгляда показалось, что Малфои никуда не перенеслись. Обстановка этой комнаты полностью повторяла интерьер аналогичного помещения в Малфой-мэноре. Ощутимо изменилась лишь магия окружающего их места. Повеяло уютом, нагретым солнцем песком и на самой грани слышимости зашелестел бескрайний Океан. Так Остров и Поместье приветствовали возвратившихся Хозяев. Нарцисса тут же упала на колени рядом с Северусом и начала споро избавлять того от одежды и накладывать диагностические чары. Люциус считывал результат и отдавал приказы домовикам. Любая колдобольница многое бы отдала за такой слаженный и притертый тандем магов. Приготовить комнату, смежную с хозяйскими апартаментами. Доставить немедленно ряд укрепляющих зелий. Набрать ванну и растворить в воде еще несколько составов. Подготовить гостю сменную одежду. Закрыть поместье от всего и вся. Когда все приказы были отданы, Люциус опустился на колени по другую сторону от Снейпа и придерживал его голову, пока Нарцисса поила мужчину зельями. После того как последний настой был с трудом влит в рот Северуса, начавшего приходить в себя, Люциус легко подхватил его на руки и понес в подготовленную эльфами комнату. Там уже была готова ванна, в которой искрилось и переливалось лазурными искрами мощное заживляющее и общеисцеляющее зелье. Ничего не соображающий Снейп пытался сопротивляться, но сил у дезориентированного мужчины было крайне мало. Люциус с помощью Нарциссы споро вымыл Северуса и бережно закутал того в поданное домовиком полотенце. К этому времени зелья уже сделали свое дело, и брюнет крепко спал. Оно и к лучшему. Диагностические чары показали множественные внутренние повреждения и переломы. Во сне будет легче перенести крайне болезненное исцеление. - Пойдем, душа моя, - позвал Люциус супругу, устроившуюся в изголовье кровати Снейпа и нежно перебирающую его смоляные пряди. – Нам тоже нужно принять ванну и отдохнуть. - Хорошо, - женщина поднялась и последовала за мужем в их покои. – Но ты должен поклясться, что узнаешь, кто посмел напасть на него. - Узнаю. Я тоже не хочу оставлять это безнаказанным. - И Северус не должен об этом узнать. - Не узнает. Супруги заговорщически улыбнулись друг другу. Они оба не собирались оставлять это нападение безнаказанным. Малфои всегда жестоко мстят тем, кто посмел покуситься на то, что им дорого. ** Снейп долго и тяжело выздоравливал. Ни Люциус, ни Нарцисса не имели медицинского образования, и им неоткуда было знать, что не все обнаруженные повреждения и раны были свежими. Только через несколько дней, когда после очередного применения диагностических чар стало понятно, что заживление хоть и идет, но катастрофически медленно, Люциус пришел к неутешительному выводу: Северуса пытали достаточно долго, чтобы его магический резерв сильно истощился, и именно это в совокупности с общей слабостью не давало организму стремительно исцелиться. Нарцисса долго наблюдала за тихой яростью мужа и с трудом сдерживала свою. Малфои понимали, что «нищий полукровка», как бы гениален он ни был, никому сам по себе не нужен. У него нет денег, нет связей и нет семьи. Зато конкретно у этого полукровки были влиятельные и богатые друзья - одни из сильнейших магов своего выпуска, которых с удовольствием увидели бы на своей стороне лидеры двух враждующих сторон. Подозрения с Дамблдора были сняты сразу. Старик прикрывался имиджем всеобщего доброго, мудрого дедушки, и пытки были не в его стиле. Директор Хогвартса и без физического воздействия умел виртуозно манипулировать людьми, незаметно подталкивая их к нужным ему действиям. Министерство вообще не воспринималось серьезно: реальной власти у этого сборища идиотов никогда не было. Хоть каким-то уважением пользовался Аврорат, да и то лишь потому, что бОльшая его часть была выходцами из аристократических семей. Магической Великобританией испокон веков управлял Совет Лордов. За спинами этих людей стояла реальная власть - Семьи и Кланы. В крайнем случае - Патроны. То же самое касалось и чистокровных из Аврората. Так что ни один Аврор никогда не поднял бы палочку на Снейпа: Малфоев, что Абраксаса, что его сына с супругой, разумно опасались. Оставался только самозваный Темный Лорд, методы которого последние несколько лет становились все более радикальными и жестокими. Да и люди, идущие под его знамена, не вызывали доверия или уважения. Среди них было достаточно и аристократов из древних и могущественных Семей, но больно уж безумными и фанатичными казались эти маги. Словно… да! Словно зачарованные! Но невозможно заворожить или еще как-то воздействовать на сознание потомственного ментального мага, пусть его кровь и сильно разбавлена маггловской. Снейп же, урожденный Принц по матери, был менталистом. Крайне сильным менталистом. Пусть и не обученным. Остается только один выход - ритуальные пытки, предназначение которых - вскрыть природную защиту сознания мага, и тогда можно будет творить с его разумом что угодно. Именно таким пыткам и подвергся Северус. Малфоям сделанные выводы крайне не понравились. Особенно им пришлось не по вкусу, что они сами себя связали по рукам и ногам. Да, они находились в полной безопасности, но и отомстить безумцу, покусившемуся на дорогого им человека, не могли. Люциус сам отдал приказ полностью закрыть остров от внешнего мира. Щиты возводились моментально, а вот чтобы снять их требовалась серия сложных ритуалов, в которых должны участвовать все маги, находящиеся на закрытых территориях. Северус же был не в том состоянии, чтобы даже палочку в руках удержать. Оставалось только ждать. Малфои мастерски умели это делать. *** Северус медленно шел на поправку. Первые месяцы пребывания в незнакомом богатом доме запомнились ему непрерывной слабостью и медленно затухающей болью, на место которой не спешила прийти другая - гораздо более разрушительная и мучительная. Снейп не очень хорошо осознавал себя и то, что с ним делают. Месяц жестоких пыток и ментального насилия кого угодно подведут к самому краю разума, за которым начинается пропасть безумия. Тело, как и сознание, медленно исцелялись. Восстановлению разума особенно способствовал физический комфорт и ровный эмоциональный фон двух сильных магов, ухаживавших за Северусом. Снейп всеми своими болезненно обостренными чувствами жадно впитывал заботу и непонятную нежность, направленные на него. В последний раз он ощущал нечто подобное, когда мать была жива. Но ее чувства все же были окрашены несколько иначе, чем эмоции этих двух, которых Северус воспринимал расплывчатыми, укутанными в коконы мягкого света фигурами. Как именно, Снейп никак не мог понять. Раньше на него никогда не были направлены подобные чувства. Или же он, спрятавшийся за многочисленными ментальными и эмпатическими щитами, не мог этого ощутить. Примерно через полгода Снейп впервые окончательно пришел в себя и полностью осознал окружающий его мир. Тело еще отдавало тянущей болью и было полно невыносимой слабостью. Ментальные щиты были хрупки, как скорлупа, но они присутствовали. Северус с трудом сел. Руки предательски дрожали. Мужчина тяжело откинулся на спинку кровати и осмотрелся. Огромная и очень богато убранная комната. Светлый вышитый шелк на стенах, изящная мебель из ценных пород дерева, густой ковер насыщенного синего цвета на полу и тяжелые шторы на окнах. Никакой позолоты или дорогих безделушек, но все в этой комнате дышало богатством и… уютом. Домашним, а не тем, что создают в дорогих клиниках, или над которым трудятся домовики. К оформлению этого помещения приложил руку маг с отменным вкусом. Снейп чувствовал себя в этом месте лишним. Что может быть неуместнее нищего полукровки, развалившегося на кровати размером со всю его спальню в родительском доме? Особенно если учитывать дорогое постельное белье и Хранитель Снов, висевший под балдахином. Такую изящную игрушку-оберег маг среднего класса себе позволить не может. - Ты очнулся, - на край кровати опустилась шикарная блондинка с длинными волосами, убранными в хвост. Легкая домашняя мантия только подчеркивала ее красоту. Снейп не сразу узнал в этой красавице свою школьную подругу. То, что он прозевал ее появление, не на шутку расстроило. - Где я? – слабым голосом прошептал Снейп. - Дома, - улыбнулась Нарцисса. – Не волнуйся, ты в полной безопасности. Люциус будет крайне рад, что ты пришел в сознание. - Что?.. - Тебе сейчас лучше отдохнуть, - женщина приподнялась и привычно наложила на Северуса диагностические чары. Видимо, результат ей не очень понравился. Был вызван домовик с зельями, которыми мужчину и напоили. Он порывался действовать самостоятельно, но руки его плохо слушались. Нарцисса, не слушая слабых возражений, помогла Снейпу снова лечь и укрыла его тонким одеялом. - Отдыхай. Теперь твое выздоровление пойдет быстрее. - У меня… есть… вопросы, - засыпая, пробормотал Северус. - Когда проснешься, мы с Люциусом с удовольствием на них ответим. Снейп проспал почти сутки. Когда в очередной раз он проснулся, на краю его кровати сидел Люциус. Вот уж кого Северус мог опознать среди множества людей. И не благодаря внешности. Снейп вообще мало обращал внимание на облик. Трудно забыть человека, которым бредил с того момента, как понял, что штучка между ног нужна не только для того, чтобы пИсать. Сам Северус считал свое влечение блажью. Неутоленным желанием и мечтой о несбыточном - не более. Снейп не имел привычки лгать себе, но в данном случае эта ложь была во спасение. Люциус, во-первых, был женат, а во-вторых, любил свою жену. Это не беря во внимание того, что Северус считал себя недостойным объектом для подобного внимания и слишком уважал Нарциссу, чтобы своими никому не нужными чувствами марать безмятежное счастье ее семьи. Предложение Малфоев воспринялось как изощренное издевательство. В первое мгновение Снейп заледенел, а потом начал судорожно вспоминать, с кем общался и кому мог случайно выболтать о своей одержимости Люциусом. Таковые не вспоминались. Настолько близких людей после выпуска у Северуса не появилось, а с Нарциссой он давно не общался. В любом случае Снейп не собирался возвращаться в дом Малфоев. Судьба распорядилась по-своему. Еще в Хогвартсе Северусу предлагали вступить в некий закрытый клуб. Элитный. В который входят самые-самые-самые. Еще тогда это предложение показалось слишком уж заманчивым. После окончания школы предложения стали только настойчивее. Останавливали Снейпа две вещи. Во-первых, если клуб элитный, то там будет и Люциус. Значит, придется часто с ним пересекаться. Во-вторых, ходили далеко не однозначные слухи и о самом «клубе», и о его основателе. Да и само название несколько смущало, а вербовщики не называли ни единой толковой причины, могущей привлечь бывшего школяра. Власть, могущество и деньги? К власти Северус никогда не стремился. Могущество? Снейп был одним из сильнейших магов поколения. Деньги? Да, их мало. Но не за горами было получение звания Мастера Зелий, которого можно добиться и без серьезного финансового вливания и ученичества, и тогда многие двери откроются перед нищим полукровкой. Почти сразу после школы Северусу поступило несколько предложений от крупных лабораторий. Отклонил он их только потому, что ему предлагали место лаборанта и десятилетний контракт без права расторжения, а это почти рабство. К Мастеру с подобным даже не подойдут. Поэтому Снейп всегда держался в стороне от «вербовщиков» и старался поменьше появляться там, где его было бы легко застать врасплох. Но кто же знал, что, вывалившись из камина в собственной квартире, Северус наткнется на Ступефай? Последующее запомнилось как непрекращающийся кошмар. Только благодаря своей врожденной предрасположенности к ментальной магии, Снейп смог сохранить разум. Это же помогло вырваться и добраться до ближайшего камина. У Северуса не было палочки, и он использовал в качестве проводника собственное тело. Возможно, именно это и спасло ему жизнь. Снейп, словно в кокон, закутался в собственную магию и убедил охранников у своей камеры выпустить его. Он же один из них, не так ли? То же самое удалось провернуть и с чарами на камине. Камин полыхнул зеленым пламенем, и Северус, который держался уже на одном упрямстве, шагнул вперед. Сил на то, чтобы произнести адрес назначения уже не было. Поэтому Снейпа невероятно удивило, что он проснулся в богато убранной комнате. Еще больше его изумила Нарцисса и последовавший разговор. Появление Люциуса уже воспринималось легче. Все же в безопасности. Если бы Малфой состоял в «клубе», то вряд ли стал лечить беглеца, или же Снейп проснулся бы в казематах. - Северус? – после продолжительного молчания позвал Люциус. - Да, - отозвался тот и удивился тому, как звучал его голос. Снейп помнил, что сорвал его, крича под пытками. Но сейчас не было ни единого следа! Даже в горле не першило. – Как давно я тут нахожусь? - Достаточно давно, чтобы поправиться. - Как давно??? - Несколько месяцев. - Прости за доставленное неудобство. Я покину твой дом, как только немного наберусь сил и постараюсь возместить… - Северус, - Люциус укоризненно смотрел на мага, пытающегося казаться сильным и независимым там, где это не было нужно. – Ты всегда желанный гость в моем доме. - Я не приму твое предложение, - Снейп отвел взгляд. – Мне нечем отплатить за помощь и лечение. - Ты еще в первый раз выразился более чем однозначно, - кивнул Малфой. - Но это не мешает мне бескорыстно помогать моему единственному другу. - Спасибо, - Северус прикрыл глаза. - Хочешь отдохнуть? - Нет. - Еще какие-нибудь вопросы? - Немного позже, если ты не против. - Конечно же нет. Мне побыть с тобой? Северус долго молчал и сквозь густые темные ресницы рассматривал шикарного мага, устроившегося в изножье его кровати. Неизвестно, что он искал, но, видимо, нашел. - Да, если можно, - тихо шепнул он. Снейп и под пыткой не признался бы, как ему приятна забота Люциуса, и насколько желанно его присутствие. Особенно хорошо было от инстинктивного ощущения, что Люциус искренен, и в его присутствии нет нужды поднимать еще слабые ментальные щиты. Малфой удобно устроил голову на ногах Северуса, приказал вызванному домовику принести какой-то фолиант и углубился в чтение. Под тихое умиротворяющее шуршание страниц и ровное дыхание мага Северус задремал. Он еще был крайне слаб. Проснулся Снейп среди ночи от собственного крика. Его обнимали сильные руки, а с другого бока прижималось хрупкое женское тело. Первой реакцией было оттолкнуть и сбежать. Бежать! Бежать, пока силы не покинут. Потом пришло узнавание: Люциус и Нарцисса. Оба заспанные. Растрепанные. Перепуганные со сна. Перепуганные за него, Северуса. Снейп не помнил, что ему снилось, но помнил собственный животный страх. Сейчас же сон казался нелепицей, и было стыдно, что разбудил и перепугал. Только чуть позже Северусу, напоенному зельями и уложенному в перестеленную домовиками постель, пришла в голову мысль, что чета Малфоев спала с ним. Снейп смутился еще больше. Он в свои двадцать с лишним лет все еще был чист и невинен. Казалось мерзким - платить за плотские утехи, и Северус не представлял себе секса без взаимной приязни. Делить постель с кем-либо ему тоже еще не приходилось. Малфои дали своей «добыче» заснуть под действием зелий, а после заняли свои прежние места. Медленно, исподволь, они приучали Снейпа к себе. На уровне магии он уже инстинктивно принял супругов и больше не отторгал. Осталось убедить этого упрямца, что он желанен сам по себе, и втроем им будет намного лучше. ** Шло время. Снейп восстанавливался гораздо быстрее, чем раньше, лучше узнавал Нарциссу с Люциусом и все больше понимал, что эти двое – неделимое целое. Настоящая любящая семья. Ему становилось все более непонятна их навязчивая идея - взять его в свой союз третьим. Неужели только ради детей? Северус был уверен, что если Люциус, как самый сильный и магически, и физически выдержит, то детей будет больше одного. За эту теорию говорило многое. Но и для ее опровержения тоже находилось немало фактов. Невозможно играть роль двадцать четыре часа в сутки. Нельзя так долго обманывать пусть и необученного, но менталиста. Постепенно, очень-очень медленно Северус склонялся к тому, чтобы все же принять предложение Малфоев о тройственном союзе; поддавался очарованию веселой и озорной Нарциссы, тянулся к улыбчивому и нежному Люциусу. Снейп все еще не верил в их искреннюю симпатию к нему, но это был его, пожалуй, единственный шанс обзавестись полноценной семьей, детьми. Ничего личного. С его стороны это особенно выгодная сделка: получить не только двух шикарных любовников и поддержку влиятельного Рода, но и их средства. В этом Снейп пытался себя убедить. Но лгать себе он никогда не умел. Пришлось признаться, что чувства к Люциусу никуда не делись. Нарцисса… Северус всегда относился к ней с нежностью и уважением. Желание к этой шикарной женщине пришло позже. ** Северус привык просыпаться и засыпать в объятьях Нарциссы и Люциуса. В их магической поддержке через физический контакт давно не было необходимости, но выгнать Малфоев из своей постели у Снейпа рука не поднималась. Ему было хорошо и спокойно с ними. Пожалуй, впервые за всю жизнь, Северус чувствовал себя в полной безопасности. Единственное, что смущало, - естественная для здорового молодого мужчины эрекция утром. И у самого Снейпа, и у Люциуса. Да и Нарцисса была не против утренних постельных забав. Малфои не стеснялись третьего и нежно ласкали друг друга. Северус в эти моменты предпочитал отсиживаться в ванной, хотя ему и дали понять, что его участие будет желанным. Так продолжалось около месяца, пока Люциус не вызвал Северуса на разговор. Нарцисса в это время развлекалась, готовя что-то на маленькой кухне, созданной специально для ее кулинарных изысков. Как любая канонично воспитанная аристократка, миссис Малфой была обучена не только изысканным манерам, но и управлению Поместьем, шитью и готовке. Так же она, в случае необходимости, могла встать плечом к плечу с мужем и оборонять родовое гнездо от противников. Другое дело - трудно было представить, глядя на эту хрупкую легкомысленную блондиночку, что та сама себя с детства приучила к тяжелому труду, а Люциус помог ей получить образование, достойное настоящей скандинавской принцессы средних веков. Нарциссе Малфой для полного соответствия не хватало только связки ключей на поясе и собственной дружины. Жаль только, что Северус так отчаянно смущался Нарциссы. Та поняла бы и приняла что угодно. Снейп же свой, любимый, такой же, как и муж. - Присаживайся, - Люциус кивнул Северусу на кресло, стоящее напротив него в библиотеке, где должен был состояться серьезный разговор. Тянуть дальше было нельзя. Северус, глядя на семейное счастье Малфоев, начал отдаляться от них. Видимо, считал себя лишним. – Я бы хотел поговорить с тобой. - О чем? – Снейп сел и пожалел о том, что на острове было слишком жарко, чтобы носить мантию. Сейчас ему не хватало тяжелой ткани, в которую можно было уютно закутаться, сложить руки на груди и выстроить стену между собой и собеседником. – Я, кажется, уже дал свое согласие на тройственный союз. Ты обещал, что сообщишь, когда подойдет подходящее время для ритуала. - Ритуал можно провести в любой момент. Проблема в тебе. - Ясно, - Северус встал, собираясь покинуть библиотеку. Было больно. Естественно, Малфои одумались. Зачем им… - Сядь, я не закончил, - голос Люциуса не изменился, но не возникло даже мысли ослушаться. – Проблема в тебе и в том, что ты избегаешь наших с Нарциссой прикосновений и ласк. После ритуала тройственного союза мы должны будем закрепить брак. Также на рассвете будет проведен ритуал зачатия Наследника. Как мы будем заниматься любовью, если ты шарахаешься от любого прикосновения и поцелуя? Снейп отвел взгляд. Он не знал, как рассказать о своей неопытности и страхе быть осмеянным. Люциус похолодел. Он иначе понял реакцию Северуса. Возможно… они с Нарциссой не профессиональные колдомедики. Могли не понять, не заметить. И какого тогда Северусу терпеть их прикосновения? После такой травмы. А он-то сам, идиот, все лез целоваться и не упускал возможности прикоснуться!! - Северус, - Люциус встал около кресла на колени и осторожно накрыл подрагивающую бледную руку своей. Обратил внимание, как пальцы дернулись, стараясь инстинктивно избежать прикосновения, но порыв был подавлен. – Прости, что мы были так назойливы. Я понимаю… пережить такое – тяжело. Мы с Нарциссой постараемся не давить и дать тебе время. Ты только не отталкивай нас… Мы отомстим за тебя и за то, что с тобой сделали... - Люций, ты о чем? – Северус не ожидал, что перед ним встанут на колени. Да и такого тона от друга и возлюбленного тоже не ждал. Тот говорил, будто ему нанесли смертельную рану, столько боли и отчаяния было в голосе Малфоя. Да, после пережитого в плену физический контакт был не особо приятен, но Северус четко различал тогда и сейчас. Понимал, что ему вреда не причинят. Не Нарцисса с Люциусом. Другое дело, что Снейп не привык к тому, чтобы его касались. - Понимаю, что тебе больно вспоминать, и прошу прощения, что напомнил… - Люциус! О чем ты!? - Тебя ведь насиловали в плену, - Малфой отвел взгляд и нежно коснулся подрагивающих пальцев возлюбленного губами. – Ты, наверное, никогда не простишь нас, что попал под прицел палочек Пожирателей… - Люций, - Северус на мгновение замер, а потом наклонился, отнял руки. Впервые потянулся к холеному лицу аристократа, заставил посмотреть себе в глаза и поцеловал. Сам. – Меня в плену пытали магией. Волдеморт запретил и пальцем меня касаться. Планировал, если не подчинюсь, использовать в ритуале Силы и забрать мою магию и жизненные силы до последней капли. - Но это же возможно только с... - Девственно чистым совершеннолетним магом, который никогда не знал ласк ни волшебника, ни ведьмы. - И ты?.. – в серых глазах Малфоя разгоралось бушующее пламя. Снейп пока не мог определить его природу. На него еще никогда не смотрели с таким всепоглощающим обожанием и восхищением. - Я все еще чист. Малфой в ответ на это счастливо засмеялся. Вскочил с колен и, легко подхватив немаленького Северуса на руки, закружил его по библиотеке. Снейп даже не пытался вырываться. Наоборот, всеми возможными способами вцепился в этого блондинистого безумца и боялся, что тот не удержит, уронит. - Поставь меня на пол!.. – закричал Снейп, но ему не дали договорить, крепко поцеловали и еще сильнее прижали к сильному телу. Благо хоть кружить перестали. - Северус, ты даже не представляешь, какое ты сокровище, - сказал Люциус, когда поцелуй закончился. - Я неопытен, - смущенно буркнул тот в ответ. - Ты – сокровище. Это великое счастье, что такой чистый маг осчастливил нас с Нарциссой великой честью и согласился на равный тройственный союз, - Малфой был непривычно торжественен и смотрел на Северуса влюбленными глазами. - Люциус, я все равно не понимаю твоей реакции. Моя девственность означает лишь то, что никто еще не позарился на… - Помолчи! Не смей сам себя принижать. - Я некрасив. - Что есть скорлупа, под которой прячется настоящая драгоценность? - Ты это говоришь только потому, что узнал, что я невинен? – Снейп отстранился и вернулся в свое кресло. - Я и раньше так считал, - Малфой последовал его примеру. – Твоя чистота - этакая вишенка на торте. Если бы ее не было, «торт» не потерял бы ни грамма привлекательности и не стал бы менее желанен. - Тогда объясни мне, чем именно ценна моя… чистота? - Ты совершеннолетний маг, полностью вошедший в силу. Маг далеко не слабый. При этом для развития твоя магия не опиралась на секс. - Но?.. - Если брать в пример нас с Нарциссой, то мы лишились девственности в ту же ночь, когда было оглашено подписание нерасторжимого брачного соглашения, которое через три года стало нашим брачным договором. Нарциссе исполнилось пятнадцать. Мне чуть меньше восемнадцати. Да, я был совершеннолетним по нашим законам, но до пика силы было далеко. Он наступает, когда тело полностью развито и готово принять всю полноту магии. Тогда я был еще не готов. После… хм… подтверждения помолвки и заключения малого брачного соглашения, мы с Нарциссой не видели смысла воздерживаться, и каждое соитие становилось, грубо говоря, насильственным толчком к повышению магического уровня. Ведь каждый оргазм – всплеск и переплетение магии. Да, мы быстрее тебя достигли своего магического пика силы, но она не развивалась естественным путем, а шла по пути, проложенному специальными родовыми артефактами. Это не опасно и не вредно. Но раз и навсегда отсекает возможность развить в себе любой другой талант, кроме Родового. Ни сейчас, ни позже. Соответственно, мы ничего нового не можем принести в Род и не оставим нашим потомкам предрасположенность к новым разделам магии. Наш с Нарциссой магический фон неизменен и останется таковым до самой смерти. Твой же… Ты можешь меняться - не только изучать теорию, но и осваивать диаметрально противоположные разделы магии. И все, что ты освоишь и закрепишь в собственной магии, передастся нашим детям. - Даже рожденным до того, как я получу новый навык? - Даже им. Но у них это будет всего лишь предрасположенностью, которую они смогут передать своим детям. - Тогда как без артефактов обходятся магглорожденные и полукровки? - Им не надо сохранять и приумножать силу Рода. У нас же артефакты – гарантия, что ранее приобретенные особенности семьи не пропадут и имеют возможность пробудиться в потомках. Твоя чистота и невинность - единственное, что заставляет тебя отвергать наши с Нарциссой ласки? - Да, - признался Северус. - Я не причиню тебе вреда, - сказал Люциус. – У меня не было опыта с мужчиной, но мы с Нарциссой… экспериментировали. - Меня не это волнует. - Тогда что? – Малфой выглядел озадаченным. Будь это кто-то другой, Снейп послал бы с подобными вопросами. Но он не мог отказать Люциусу. Не тогда, когда, стоя на коленях у твоего кресла, смотрят с нежностью и неподдельным желанием. - Боюсь, что вы разочаруетесь в моих постельных умениях. - Глупость. - Теперь я это понимаю. Дальнейшие отношения развивались стремительно. Снейпу не давали привычно отстраниться или закрыться в себе. Малфои нежно и осторожно приучали его к более чувственным, чем раньше, ласкам, постоянно касались и ненавязчиво делились опытом. Правда, дальше прикосновений и легких поцелуев пока не заходили. Северус больше смотрел, чем участвовал. Люциус вспомнил о вековых традициях и хотел, чтобы супруг вступил в тройственный союз нетронутым. Через месяц после судьбоносного разговора была назначена дата ритуала, который должен связать троих магов узами нерасторжимого магического брака, а на заре следующего дня будет зачат их общий Наследник. *** Сам свадебный ритуал был прост и не требовал особой подготовки. Все трое магов возлагали руки на Камень Рода Малфой, что находился в ритуальном зале этого Поместья, снимали все щиты и во всеуслышание заявляли о своем намерении заключить не­ру­шимый тройственный союз. Магия рода оценивала искренность соискателей, достойны ли они друг друга, и выносила свой вердикт. Иногда, бывало и так, что один из потенциальных супругов получал «в награду» проклятье. Иногда, наоборот, бла­гос­лове­ние. Северус разумно опасался быть отвергнутым, считал себя недостойным любви Нарциссы и Люциуса. Снейп привык к Малфоям. Прикипел к ним душой. Впервые за всю свою никчемную жизнь почувствовал себя нужным, любимым и, боясь сам себе признаться в этом, полюбил в ответ. Люциус и Нарцисса ничего не боялись. Они, каждый по-своему, любили Северуса, были искренни в своих чувствах и желании провести всю жизнь и посмертие с этим мрачным нелюдимым магом. Он был именно тем, кто идеально дополнил бы их союз. Тем, кто принес бы в их маленькую семью гармонию. Тем, кто был жизненно необходим и желанен сам по себе. Маг и ведьма думали в унисон, и их души томились в ожидании Решения. Камень Рода впитывал чувства всех троих, перемешивал и отдавал. Открывал магам все их порывы, страсти, эмоции, волнения и переживания, вымывал из их душ и разумов любой намек на сомнение. Размывал магические поля и переплетал потоки. Тройственный союз был заключен, и на руках всех троих появились тонкие, едва заметные руны, замыкающиеся в изящные браслеты. Ритуал расставил акценты в семье, и знающий мог прочесть не только общепринятое значение рун, но и понять их смысл. На руках Нарциссы были начертаны руны, складывающиеся в слова: Жена для двоих, но не мать; Валькирия. Люциус провел по своему запястью и, благодаря чувствительности кончиков пальцев, прочел: Муж для двоих; не женщина и не мать, но чрево, дитя оберегающее. Бледную кожу Северусу украшали руны, говорившие: Муж для двоих, Щит и Меч. Трое магов с сияющими счастьем глазами скрепили свой союз целомудренным поцелуем. Большего пока не требовалось. Самое важное действо будет проведено ближе к рассвету на специально отведенной для этой цели площадке на крыше. Пока же новобрачные поднялись из катакомб под домом, хранящих Камень Рода, в гостиную, где домовые эльфы выставили на стол легкие закуски, чтобы хозяева могли отметить заключение союза. *** За прошедший месяц Малфоям удалось сделать почти невозможное: Северус стал намного раскрепощенней. Он больше не шарахался от прикосновений, охотно подставлял губы для поцелуев и сам не стеснялся ласкать Малфоев. Правда, дальше предварительных ласк они пока не заходили. Даже Северус понимал, как важно сохранить невинность до заключения тройственного союза. Семья из трех магов отдыхала в объятьях друг друга и лениво целовалась. Сначала Нарцисса с Люциусом нежили Снейпа, но потом ситуация немного поменялась, и уже ведьма оказалась заласканной и зацелованной мужьями. Люциус тоже не остался без внимания. Одежда оказалось на полу, а прикосновения стали много откровенней. Волшебники готовили и раздразнивали и себя, и партнеров к предстоящему на рассвете действу. У них будет не так много времени, чтобы консумировать брак и зачать общего Наследника, первенца. Если Люциус без серьезных последствий перенесет первую беременность, и ребенок родится здоровым, то можно будет провести еще несколько ритуалов. Все трое хотели большую семью. Если бы Северус не был полукровкой, он бы тоже мог выносить дитя, но только в крови чистокровного мага было достаточно магии, чтобы весь срок питать ребенка. Ласки становились жарче, маги распалялись все больше и больше. Нарцисса нетерпеливо ерзала на диване и дразнила себя пальцами, наблюдая за тем, как ее любимые мужчины страстно целуются. Пальцы Северуса уже вовсю хозяйничали в аппетитной попе Люциуса. Тот же довольно постанывал в поцелуй и терся о супруга. Леди Малфой не была обделена вниманием мужчин. Их общая магия скручивалась и переплеталась, давая в полной мере почувствовать весь спектр наслаждения. Нарцисса чувствовала, как ее пальцы погружаются в узкую тесную попку Люциуса. Она наслаждалась, ощущая проникновение в себя. Ей было интересно, как переживают супруги ее чувственные игры с клитором, но, судя по их стонам, ощущения им нравились. Заранее наложенные чары оповестили о том, что скоро солнце окрасит горизонт первыми лучами, и супруги, практически не разрывая объятий, переместились на крышу. Туда, где под прозрачным куполом, расписанным рунами, было расстелено полотно, вытканное из волос сотен Малфоев. Семейная реликвия серебрилась Родовой магией в свете гаснувших звезд и была необычайно мягкой и приятной. Нарцисса опустилась спиной на полотно и широко развела ноги, приглашая. Первым сегодня должен быть Северус - как Щит и Меч, как символ непорочности. Северус Снейп, отныне тоже лорд Малфой, опустился на колени подле супруги и нежно коснулся губами ее светлого лобка. Страстно припал к ее губкам, лаская и распаляя еще больше. Нарцисса выгибалась, стонала и вскрикивала от наслаждения. Впервые Северус ласкал ее настолько глубоко и интимно. Неопытность мужа не имела значения. Важна была его искренность и желание доставить удовольствие. Люциус сидел рядом и наслаждался видом. Его время пока не пришло. Северус наслаждался вкусом супруги и так увлекся, лаская ее, что Люциусу пришлось ему напомнить, что времени впереди у них много, а сейчас стоит поторопиться. Нарцисса едва соображала, изнемогая от желания. Она уже дважды кончила и была близка к тому, чтобы кончить в третий, когда Северус вошел в нее. Женщина практически встала на мостик и закричала от пронзившего ее наслаждения. Северус был ощутимо крупнее Люциуса. Неопытному и уже запредельно возбужденному Снейпу не понадобилось много времени, чтобы кончить, увлекая за собой супругу. Нарцисса изнеможенно раскинулась на ритуальном полотне. Сил на то, чтобы двигаться, у нее уже не было. Люциус занял место Северуса, и Нарцисса застонала. После пережитого проникновение ощущалось болезненно неприятным. Если бы было время, Люциус никогда не поступил бы так с любимой женой, но выбора не оставалось. Пролетали последние минуты до того момента, как магия ритуала иссякнет. Северус быстро пришел в себя и, как должно, занял место за спиной Люциуса. Раздвинул ягодицы мужа и аккуратно вынул из него небольшую игрушку, благодаря которой Малфой безболезненно сможет принять крупный член Снейпа. Люциус нетерпеливо заерзал. Было тяжело сохранять неподвижность. Еще тяжелее было не двигаться, когда Северус начал осторожно в него входить. Малфой зажмурился от удовольствия, когда член супруга заполнил его. Ощущения были… неповторимы. Куда там игрушкам, которые иногда использовали они с Нарциссой?! Любимая еще и добавила ощущений, сжав Люциуса и поерзав. - Давайте быстрей, - тихо шепнула она. – Осталось не так много времени. Северус тоже услышал эти слова и начал двигаться. Люциус застонал от острого удовольствия. Нарцисса, которой передавались движения мужей, тихо вторила ему. С первыми лучами солнца, коснувшимися защитного купола, все трое кончили и в изнеможении чуть ли не растеклись по семейной реликвии Малфоев. Люциус крепко прижимал к себе лежавшего рядом Северуса, а миниатюрная, изящная Нарцисса устроилась на магах. Такое странное расположение было обусловлено все еще продолжавшимся Ритуалом. Женщина должна следующие сутки все время находиться на ярком, желательно, солнечном свете. Мужчины же обязаны не дать своей супруге коснуться пола. «Сосуду» со столь ценным содержанием негоже стоять на недостойном его месте. Нарциссе самой было удобно и приятно лежать на своих мужчинах. Один всегда был ей другом, и пришлось приложить определенные усилия, чтобы научиться любить и желать его как мужа. Со вторым получилось наоборот. Нарцисса Блэк с первого взгляда влюбилась в ту самую, едва заметную, но такую очаровательную улыбку бедно одетого и неухоженного мальчика. Пришлось долго и осторожно приучать нелюдимого Северуса к себе, а себя заставлять всего лишь дружить. Было сложно. С каждым годом Нарцисса влюблялась все сильнее, а ее желания становились все более откровенными, но не было ни единого шанса на то, что им со Снейпом удастся быть вместе. Только в любовных романах двое возлюбленных убегают от своих семей, придаются безудержной страсти, а потом живут долго и счастливо. Реальность сильно отличается от сказки. В романах нет Главы Рода, способного с помощью нехитрого ритуала найти обесчещенную беглянку и буквально за волосы приволочь ее домой, где в специальной купели с нее будет смыто бесчестие. Кровью того, кто посмел позариться на то, что уже обещано и фактически принадлежит другому. Сейчас же ее мечты, которым после свадьбы Нарцисса не смела предаваться, обратились в реальность. Судя по сияющим глазам Люциуса, его тоже. Ведьма за все время со дня знакомства ни разу не видела, чтобы ее супруг чуть ли не мурлыкал от счастья. Северус лучше контролировал свои эмоции. Но он во сне так крепко прижимал к себе супругов, что не оставалось ни единого сомнения в желанности для него этого союза. За прозрачным, исписанным рунами куполом тихо шуршал бескрайний океан, накатывая волны на белый песчаный пляж. Пока супруги отдыхали, магия Поместья и Острова менялась и перестраивалась, принимая вид, положенный Родовому Гнезду сильного Рода. *** Следующий месяц новобрачные провели в объятьях друг друга. Они познавали, много разговаривали, купались в ласковом теплом море голышом и смеялись. Люциус загорел до черноты, что вместе с его льняными волосами, светлыми глазами и белозубой улыбкой смотрелось диковато. Нарцисса покрылась ровным золотистым загаром, а ее волосы выгорели на солнце до почти снежной белизны. Один Северус остался все так же светлокож, но он больше не выглядел жертвой тяжелой болезни. Люциус начал постепенно передавать супругу дела Рода Малфой. Вскоре вынашивание общего ребенка займет все мысли и силы мага - ему будет не до бизнеса, который уже изрядно запущен из-за добровольной изоляции на острове. - Не понимаю, почему ты предаешь мне и долгосрочные проекты, - спросил Северус. Он полулежал, развалившись в огромном плетеном кресле. Босой, в одних легких штанах и с растрепанными смоляными волосами, он был самим воплощением соблазна, и Люциусу приходилось прикладывать определенные усилия, чтобы его мысли оставались в нужном русле. - Следующие два года беременности… - Как два года?!? – Снейп аж привстал и взволнованно смотрел на супруга. - Обычная беременность длится всего девять месяцев. Но женский организм изначально предназначен для зачатия, вынашивания и рождения. Мужской – нет. Чтобы пережить беременность без фатальных последствий для здоровья, срок вынашивания искусственно увеличивают больше чем в два раза. Ребенок медленнее развивается, мой организм легче приспосабливается к происходящим с ним изменениям. Обратный процесс тоже будет не столь болезненным и неприятным. Поэтому я говорю про два года. Двадцать месяцев на сам срок. Четыре на восстановление. - Может, тогда именно мне выносить нашего ребенка? – спросил Северус. - Это невозможно, - печально улыбнулся Люциус. - Из-за того, что я полукровка? - Из-за того, что тебя пытали. Следы темной магии и повреждения, ею нанесенные, не дадут малышу полноценно развиваться и могут привести к твоей смерти. Кроме этого, в нашем союзе очень четко разграничены роли супругов. Ты – Щит и Меч. Мне, помимо всего прочего, предназначено вынашивать детей. Сама магия Рода поддержит меня. Поэтому не отлынивай. Скоро плод будет перемещен в меня, и мы откроем Остров для нашего перемещения. Тебе придется сразу взять все дела в свои руки. - А ты? - Я помогу тебе, чем смогу, но только дистанционно. Буду заперт на Острове. - Почему? Из-за беременности? - Именно. Первенец – самое ценное, что есть у Рода. После этого разговора Люциус не без удовольствия отметил, что Северус сам вгрызся в дела общего Рода. Не сказать, что раньше он отлынивал, но такого энтузиазма не проявлял. Спустя неделю, когда все тот же врач-индус подтвердил, что Нарцисса беременна, а организм Люциуса достаточно подготовлен к тому, чтобы принять плод, был проведен несложный ритуал. Первые месяцы беременности Люциус перенес стоически. Хотя и ходил зеленоватый от постоянного токсикоза. Дальше было проще и сложнее одновременно. Несмотря на то, что врач говорил о великолепном состоянии и плода, и «матери», Малфой нервничал. Когда на двенадцатом месяце у него пропала магия, Люциус впервые за все время устроил истерику. Он чувствовал себя толстым и неповоротливым. Еще на четвертом месяце ему запретили любые физические нагрузки, и Северус начал обращаться с супругом как со смертельно больным. Теперь еще и сквибом стал! Люциус знал, что в его состоянии подобная реакция организма нормальна. И у ведьм были периоды во время беременности, когда магия пропадала. Но ничего не мог с собой сделать. Нервы, подточенные постоянным гормональным дисбалансом, к которому мужской организм не приспособлен, давали сбой. Благо в этот момент Северус был на Острове и быстро разобрался с произошедшим: поднял горько рыдающего супруга на руки и понес его в спальню, где уложил на их общую кровать и долго, нежно и крайне осторожно любил Люциуса, делясь с ним собственной магией. Чуть позже к ним присоединилась и Нарцисса, отлучавшаяся из дома по делам Рода. На следующий день все трое впервые ощутили мягкие шевеления в заметно увеличившемся животе Люциуса. Малыш начал двигаться. Северус до этого дня толком не веривший в то, что мужчина действительно способен выносить дитя, изменился. В его отношении к Люциусу появился ранее не свойственный трепет, и он перестал скрывать свои чувства от супругов. Маленькая семья стала еще крепче. Драконис Нарцисс Малфой появился на свет в положенный срок и тут же огласил комнату сильным громким криком. Малыш был немного крупнее положенного и доставил своему отцу на последних сроках изрядные проблемы, но судя по сияющим глазам Люциуса, тот не жалел ни об одном мгновении. Старый индус, извлекший мальчика из чрева мужчины, довольно жмурился. В Мир пришел сильный маг. И, помоги Тримурти, эти трое приведут в мир еще много таких же. Известно же, что дети, зачатые и рожденные в любви - самые сильные и выносливые. Где-то далеко, за нерушимыми щитами Острова, за бескрайним океаном шла война. Самозваный Лорд пытался магией, мечом и кровью подмять под себя целый мир и своими руками творил собственного убийцу. Старый интриган плел свою паучью сеть и составлял планы по взращиванию Героя. Но все это было далеко. На Острове, словно жемчужина в плотно закрытой раковине, покоилось белокаменное Поместье. Ничто не могло потревожить его и покой магов, в нем обитающих. Там не было место войне и ссорам. На этом Острове полноправно царили любовь и счастье.

КОНЕЦ

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Реклама:
Просто великолепно! Впервые попадается история такого типа с таким пейрингом. Это не первый прочитанный мной триумвиат, но тут все было так естественно и убедительно.
Реклама: