Моë место

Время медленно шло будто издеваясь над Хартфилией. Чем дольше она пыталась разобраться в том, что происходит тем хуже становилось её самочувствие, а гильдия всё больше становилась для неё чужим местом. Если раньше согильдийцы спустя пару минут вспоминали кто она и здоровались, то теперь она перестала пытаться завести с кем-то диалог. Единственная с кем она продолжала хотя бы перекидываться парой слов — это Мира. Она уже просто устала от всего этого. Её голова с каждой минутой становилась всё тяжелей, а спокойно уснуть с каждым днём становилось всё сложнее. Дни попросту сливались в один. Она не могла точно сказать, сколько уже не спала. Со временем она забывала какие-то обыденные для неё вещи. Если сначала это были мелкие детали, такие как взять ключи от квартиры или закрыть дверь, то сейчас она могла забыть, что нужно поести или то, где находится её дом. Уже пару раз она останавливалась по середине улицы и не могла вспомнить куда и зачем она идёт, а когда приходило осознание и понимание того, что произошло ей становилось страшно. — Люси, ты выглядишь очень плохо. У тебя что-то случилось? Заболела? — на эту фразу златовласка лишь болезненно усмехнулось. Не было смысла говорить что-то сейчас, ведь завтра последует тот же вопрос. И послезавтра и так до того момента пока она полностью не исчезнет из воспоминаний Штраус. Сама дьяволица даже не знала сколько раз за последнюю неделю она спросила это у девушки. Но в этот раз даже от уставшего взгляда Люси не ускользнуло вовсе не наигранное беспокойство. На сколько же она плохо выглядит раз Мира смотрит на неё так? — Просто… Очень больно… — она медленно положила олову на сложённые на барной стойке руки и последние слова уже прошептала прямо в них. Ей плохо, ей больно, ощущение, что внутри разожгли ядовитое пламя и с каждым её вздохом он разгорается всё сильней. Но даже к этой боли она уже привыкла. От этой мысли глаза защипало. До чего она себя довела раз может сказать, что к такой боли попросту уже привыкла. Люси так хотелось выложить всё, что у неё на душе. Как ей тяжело, как она устала, на сколько сильно она мечтает об обычном сне, чтобы не просыпаться от болей в груди, чтобы не открывать глаза и понимать, что по её когда-то румяному лицу стекает капелька холодного пота. Она просто хочет отдохнуть от всего этого. Но она не могла вывалить это всё на человека, который без задней мысли завтра снова так же улыбнётся и спросит что случилось. Возможно, именно этого она не сможет вывезти. За всё время, что она провела в библиотеке она так и не нашла никаких следов магии или возможных причин почему всё стало так происходить, но она никогда не была глупой, но именно сейчас хотела ей стать. Ведь смирившись с происходящим она увидела лишь одно… Её место занял другой человек. Девушка слегка повернула голову так, чтобы её слегка покрасневший и опухший от недосыпа глаз устремился в сторону того, кто занял её место, но, к сожалению она остановилась на задумчивом лице человека, от которого сердце болезненно ударило по изнывающим рёбрам. — Лю… — Мира впервые замолчала увидев взгляд заклинательницы. Он был настолько уставшим и болезненным. Он был полон грусти и сожаления? Штраус-старшая хоть и выглядела спокойно, но для неё, которая каждый день будто забывала что-то важно этот взгляд стал спусковым крючком. Она впервые услышала такой голос девушки, и впервые увидела причину такой боли.

***

Драгнил сидел в непривычной для него позе. Его локти опирались на колени, а лицо помрачнело от длительного мыслительного процесса. Он не понимал, что именно не так. Девушка, которую он хотел защитить, девушка, ради которой он был готов уничтожить весь мир сидит рядом с ним и улыбается. Она больше не смотрит на него испуганным взглядом, в её взгляде нет ни капли ненависти. Нацу посмотрел на сидящую рядом Лисанну и буквально сразу же поймал её взгляд. Взгляд полный счастья. «Её глаза сияют так же как обычно» — эта мысль заставила Драгнила на секунду вздохнуть с облегчением, но в этот же момент его дёрнуло от осознания, что он не помнит как они блестели до этого. Испугавшись неожиданных мыслей он сжал кулаки. Да, там точно останутся следы, но это ничто по сравнению с тем, что испытала она… Она? Он совсем приглушённо рыкнул и со злостью бросил взгляд на того, кто уже какое-то время прожигал его взглядом. От него было некомфортно и как-то не спокойно. Как только он столкнулся с мёртвым взглядом карих глаз его сердце пропустило настолько глухой удар, что казалось будто он прошёл по всему телу. «Ей больно». Его глаза блестнули непривычной для него ненавистью. Он уже ничего не понимал, он будто стал совершенно другим человеком, он ощущал, что чего-то не хватает, но он не мог понять чего. Чем больше он погружался в карий омут, тем отчётливее слышал стук своего сердца и какой-то утробный рык. Это был не он. И бесстрашный Драгнил впервые испугался. Ему было страшно не от того, что он не мог отвести взгляд, не от того какой именно это был взгляд. Ему было страшно от собственных чувств. Глубоко внутри начинала пылать неконтролируемая ненависть. «Я уничтожу всех, кто посмел сделать ей больно». На секунду дыхание остановилось, а сердце замерло вместе с ним. Мир будто замедлился в глазах дракона и спустя секунду сердце пропустило удар. Оно забилось с бешеной скоростью, кулаки сжимались с такой силой, что через пару глухих ударов, прошедших по ушам, на деревянный пол скатилась капелька крови. Он медленно терял контроль. Он хотел уничтожить весь этот мир. Стереть его с лица земли и упасть к Ней в ноги и умолять. Умолять… О чём? Кого? Он сходил с ума. «Лис…» — его голос раздался в звуках бьющего сердца слишком тихо и от страха забыть что-то важное он резко перевёл свой взгляд на девушку, сидящую рядом… Мир снова замер, словно он существовал лишь с его дыханием и… Вместе с выдохом из его рта пошёл пар, а зрачки приобрели миндальную форму. Его терпение лопнуло. Ненависть будто вгрызлась глубоко внутрь его сердца и оставила там отпечаток, который разрастался с каждой секундой. Драгнилу было страшно, но его инстинкты кричали, что нужно защитить. Он впервые боялся самого себя и в этот момент он инстинктивно перевёл свой взгляд на сидящую за барной стойкой девушку, но девушка уже отвернулась. «Нет… Нет… Нет!». Его взгляд начал наливаться кровью, а радужка приобретала желтоватый оттенок. «Смотри на меня! Не отворачивайся! Не улыбайся никому! Ты моя! Моя! МОЯ! МОЯ!» — Нацу резко вскочил со скамейки и был готов подбежать к златовласке, схватить её за плечи, умолять не отворачиваться, умолять смотреть только на него. Он хотел подбежать к ней и узнать что причинило ей такую боль, кто посмел это сделать. Он был готов уничтожить всё ради неё. Вокруг его глаз начали появляться алые чешуйки. Воздух вокруг огненного убийцы драконов накалился до предела ещё секунда и он начнёт дышать огнём. Он сходил с ума. Он смотрел как она начинает уходить и сливаться с толпой. В эту секунду он был готов шагнуть, голос в голове уже в открытую кричит: «Я сотру этот мир…». — Нацу? — Звук падающего стула и нежный женский голос будто выдернули Драгнила из омута и он инстинктивно повернулся. Лисанна взяла Нацу за руку. Сейчас он находился в состоянии где правят инстинкты. Её голос был нежным и мягким. Таким спокойным. Глаза были наполненные нежностью и сверкали будто два прекрасных драгоценных камня. Голос в голове затих, гнев резко опустил. Лицо приобрело обычную форму, даже зрачки резко изменились. С ней всё хорошо. Это не ОНА. Она в порядке. Не Она. Ей не больно. Не она. Она здесь. — Прости, я… — он будто резко вычеркнул что-то из своей жизни. Его руки инстинктивно сжали хрупкие женские ладони в своих. Да, она в порядке. Но почему-то он чувствовал вину, ведь смотря на девушку, которая сидит перед ним он не чувствует, что живёт. Когда Нацу поймал на себе очередной взгляд Лисанны. Его голос не наполнился сожалением, и привычной радости в нём не было. Глаза, которые секунду назад пылали ненавистью, будто погасли в мгновение ока. В них не осталось ничего кроме пустоты. Он превратился обратно в того Нацу, которым стал за последнее время. Он был… Собой? Выдавив из себя улыбку он сел обратно. Он смотрел на свои руки и лишь на мгновение почувствовал, что всё правильно. Он грустно улыбнулся стерев большим пальцем капли крови с ладони и в эту секунду в его голове пробежала пугающая мысль «Это не она». Подняв голову он слегка мазнул по барной стойке своими зелёными глазами и его глаза в последний раз сверкнули жёлтым цветом, только в этот раз там поселилась боль. Задумавшись он не сразу поймал взгляд Миры, но стоило лишь сфокусироваться на нём почему-то ему стало не по себе. Он чувствовал стыд. Он не мог выдержать взгляд голубых глаз и нахмурившись резко отвернулся. У него всё хорошо.

***

Мира никогда не была глупой, и никогда не была слепой. Хоть сама виновница всего произошедшего ничего не видела и вряд ли почувствовала из-за своего состояния, но Штраус-старшая видела всё. И в отличии от всех остальных она знала, что происходит. Один раз она уже видела такое и последнее, что подтвердило её догадки это упавший на втором этаже стул. То, что она чувствовала от Драгнила пугало. Она была готова спасаться и спасать остальных. Эта неимоверная жажда убийства. Его глаза, которые потухли стоило только Лисанне взять его за руку. Его непривычная улыбка, которую она не видела уже очень давно. Он никогда не был таким. Будто он потерял смысл жить дальше. Абсурдная мысль пролетевшая в голове девушки заставила её улыбнуться, но буквально через секунду из её рук выпал стакан, но столкновения с полом не было слышно. Её глаза наполнились страхом и в эту же секунду она повернула голову в право и хотела верить, что ошиблась. — Я в тебе не сомневался, Штраус, — она хотела ошибаться, она хотела, чтобы это было лишь её фантазией, но то, что она видела сейчас перед своими глазами говорило об обратном. Жёлтые глаза с кошачьими зрачками внимательно смотрели за тем, как в глубине голубых глаз разрастается страх. — Ведь ты единственная знаешь, когда мы впадаем в такое состояние, — Дьяволица вздрогнула. Да, она сильна, но даже она не сможет победить сейчас. — Думаю, сейчас ты поняла, что сделай он хоть шаг я бы уничтожил… — он замолчал и его взгляд задержался на одной из женских фигур. — Правда, не знаю кого, — он улыбнулся. Его глаза приняли привычный вид, а улыбка на лице значительно смягчилась. Осознание внутреннего спокойствия заставило мужчину искривиться в усмешке. Сколько бы времени не прошло его пугали такие резкие перемены. Так что можно говорить о Драгнила? Успокоившись он произнёс: — Ты же уже всё поняла, — Дьяволица вздрогнула. — Поверь, даже я не смогу дать гарантию, что она проживёт днём больше. Одно её существование угроза для её же жизни, особенно теперь, когда ОН понял, что что-то не так, — после этих слов она осознала что то, что она почувствовала в перемешку с жаждой убийства Драгнила не было ошибкой. Мира сжала подол своего платья. Ведь ей так хотелось верить, что ей показалось. В эту секунду Штраус подняла свой взгляд и смогла увидеть только спину драконоубийцы, который помахав рукой на прощание произнёс: — Она совершенно не осознаёт, что как только её план придёт к своему завершению он сойдёт с ума. Жаль только что ты этого всего завтра не вспомнишь, Штраус.