T(ry)angerine

Слэш
PG-13
Закончен
20
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 9 страниц, 1 часть
Описание:
Новогоднее чудо во всём его волшебном великолепии.
Примечания автора:
Работа написана на "Heart of Story Fest" группы EXO Unpopular (https://vk.com/exo_unpopular)
Категория "Miracles on December", ключ 7: au, в котором персонаж готов ради мандаринок на что угодно. И вот, за полчаса до того, как часы пробьют полночь, любимые мандарины дома заканчиваются. Казалось бы, можно переключиться на салатики - но не тут-то было…


Понятия не имею как я его дописала.
Простите мне истеричного Бэкхёна, он просто устал от этой еботни так же, как я от 2020-го.

Всех с праздниками (уже прошедшими, ага), заглядывайте в мой дом с привидениями и паутиной: https://vk.com/cote_dragon
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
20 Нравится 7 Отзывы 3 В сборник Скачать
Настройки текста
Шагая домой после изнурительной смены, Чанёль предвкушает увидеть дома нетронутые пакеты с продуктами, которые они с Бэкхёном вчера с трудом дотащили до дома, и полный кавардак в комнатах авторства вышеупомянутого лучшего друга. И чем дальше он представляет, что оставшиеся четыре часа придется в спешке проводить за уборкой и готовкой, дабы было хоть что-то покушать под полуночный бой часов и треск фейерверков, тем медленнее ноги несут Чанёля домой. А вокруг такая праздничная и радостная суета, что аж тошно. Парни и девушки проносятся с праздничными пакетами и красиво украшенными коробками, дети сжимают в руках новые игрушки, а семейные пары так счастливо улыбаются друг другу, что на зубах противно скрипит сахар. Чанёль давно не верит в новогодние чудеса, да и празднование Нового Года для него – это высидеть до полуночи, выпить с Бэком пару бутылок шампанского или чего-то покрепче и завалиться спать до двух часов следующего дня. А про то, чтобы провести этот праздник с кем-то любимым, можно промолчать. Последние два года Чанёлю не до отношений, а в приоритете стоит выживание в окружающем капитализме. А Бэкхён стабильно на Рождество ссорится со своим парнем, только по этой причине не бросая друга в преддверии праздника. Хотя также стабильно он весь день плачет и заедает свою печаль едой, которую Чанёль усердно готовит на вечер, и за полчаса до полуночи бежит из квартиры по звонку своего любимого, чтобы целоваться с ним под небом, усыпанным фейерверками. Сценарий, что не меняется последние три года, как и причина их ссоры: они не могут решить, где будут праздновать Рождество и Новый Год. Чондэ предлагает наедине провести все праздники у него дома, в ламповой атмосфере среди вещей, которые они оба любят, а Бэкхён не хочет бросать друга в одиночку на праздничные выходные, прекрасно зная, что Чанёлю нужна компания, как и любому нормальному человеку. Замок щелкает, а дверь открывает Чанёлю прихожую – подозрительно не захламленную мусорными мешками. Везде в квартире горит свет, освещая чистые убранные комнаты. Из глубины кухни слышится голос Бэкхёна, берущий высокие ноты, и шум готовки. Чанёль максимально быстро избавляется от пальто, который дважды вешает мимо крючка, шарфа, который никак не желает развязываться, и чуть ли не бегом мчится на кухню. – О, уже отработал? – Бэкхён, увидев на пороге взъерошенного друга, улыбается, вынимает наушник и возвращается к шинковке овощей. Дзынькает рисоварка, извещая о готовности риса, а на сковороде тушатся овощи с куриным филе, куда Бэкхён добавляет нарезанную морковь и нашинкованные помидоры. – Ты не заболел? – холодная после улицы ладонь, конечно, не измерит температуру, но друг чертовски странно себя ведет. За все четыре года совместного проживания – это самое странное, что он выкидывал. Чанёль бы не удивился, если бы кухня была спалена, и они бы сейчас проветривали квартиру от дыма, а не мило болтали, пока Бэкхён готовит. – Бэк, скажи, ты же не съел… – Не съел, – мигом отзывается парень, перемешивая овощи на сковороде. А Чанёлю уже не так сильно хочется метнуться в гостиную, чтобы проверить мешок с драгоценным лакомством, от которого он всеми способами отгонял Бэкхёна последнюю неделю. – А.. – Я убрался, нашел в шкафу красивый набор посуды, помыл фрукты и да, съездил к маме за кимчи, – нет, Чанёль точно на каком-то повороте свернул не туда и попал в параллельную вселенную. Ладонь снова оказывается на лбу улыбающегося парня. – Окей, я понял. Вы с Чондэ снова поругались, – и вот тут-то улыбчивая маска Бэкхёна трескается, возвращая Чанёлю привычного друга. – Ни слова про этого прост… придурка! – Бурчит Бён, отворачиваясь к плите, – просто ты каждое тридцать первое декабря работаешь, а у меня выходной, вот я и решил хотя бы в этот год не быть свиньей как обычно, – и фыркает, когда друг обнимает его со спины. – А я уж подумал, что у тебя горячка, Бэк-а, – Чанёль тискает Бэкхёна, как плюшевого медведя, пока тот пытается выпутаться из объятий. – Да не дождешься! – парень фырчит как ёжик, когда его все же отпускают, – если ты сейчас помоешь руки, то может быть я тебя накормлю. Посмотрим на мое настроение. – Не будь задницей. Я дико голодный. Не накормишь, я тебя съем, – отвечает Чанёль, направляясь в ванную, и по дороге слышит возмущения друга, которые прерывает закрытая дверь. Намыливая руки и разглядывая свое уставшее, но немного счастливое лицо, Чанёль думает, что этот Новый Год определенно будет другим. И надеется, что ничто не сможет испортить только появившееся настроение. Переодевшись в свободную одежду, Чанёль выясняет, что дома закончилось подсолнечное масло и кунжут. Пока Бэкхён берется за готовку другого блюда, Чанёль долго и муторно составляет список продуктов, которые еще могут быть нужны, чтобы потом не устраивать забеги до комбини по триста раз. – А помидоры тебе нужны? – в десятый по счету раз просматривает составленный список Чанёль, этим заставляя друга выходить из себя. – Нет!! Ёль, вали уже за продуктами! – Бэкхён на всякий случай дает пинка для начальной скорости и заодно выгоняет из кухни. Ну серьезно, Чанёль уже полчаса собирается и на нервы действует своими вопросами. На улице морозный воздух и похолодание виднеется на горизонте. В спальном районе привычно тихо и изредка можно услышать урчание проезжающих по дворам автомобилей. В спортивных штанах слишком прохладно, и Чанёль быстрее перебирает ногами до комбини, что находится за углом. А в это время Бэкхён нервно и неровно нарезает лук, не отрывая взгляда от телефона, на экране блокировки которого один за один выскакивают уведомления сообщений от абонента “вредный кот”. Руки так и чешутся взять девайс и напечатать, что-нибудь обидное на эти псевдо-беспокойные вопросы “ты где?”, “почему не отвечаешь?” и одно задевающее “ты с Чанёлем?”. Но Бэкхён только крепче сжимает рукоятку ножа, и сжимать ее со всей силы хватает только на пять минут. Злость трансформируется в обиду: сильную и глубокую. Бэкхён зажмуривает глаза, выгоняя из головы все мысли о своем бойфренде. Нож со стуком приземляется рядом с нашинкованным луком, а ноги сами несут к кухонному шкафчику, в котором спрятана праздничная бутылка мартини. – Подлечить нервишки не помешает, – бормочет под нос Бэкхён, откупоривая крышку. В комбини не протолкнуться. Чанёль не единственный решил закупиться продуктами. Так подумали большинство корейцев, которые по всей видимости только-только плетутся с работы. Мало того, что сам магазинчик слишком небольшой, а так с толпой жадных покупателей и вовсе похож на лабиринт, из которого не выбраться. Чанёль с трудом пробирается к нужным стеллажам и даже в последний момент успевает схватить последнюю банку с горошком раньше, чем до него добирается женщина, получая за это злой взгляд. Тут не соревнование, а уже война за провизию: чуть больше трех часов остается до наступления нового года. Очередь кажется бесконечной и тянется аж почти до конца молочного отдела, что начинается рядом с кассой. Чанёль храбро отстаивает почти сорок минут, каждую минуту продвигаясь лишь на казалось бы крошечный миллиметр. Оказавшись, наконец, рядом с прилавком, Чанёль с облегчением вываливает на него все продукты, что держал в руках. Паренек незамедлительно начинает пробивать с безэмоциональным лицом и даже не спрашивает про пакет, ведь Чанёль всегда носит с собой шоппер. Взгляды кассира часто скользят по Чанёлю, что в ожидании оплаты достает телефон и читает истерические сообщения Бэкхёна, который просит скорее идти домой. Чунмёну не обидно. Этот парень всегда мало обращает внимание на людей и вокруг и больше погружен в свой телефон или чуть ли не с открытым ртом слушает своего бойфренда, которого сегодня с ним нет. Он не заметит даже, если Чунмён будет смотреть на него неотрывно; даже если все в очереди заметят такое пристальное внимание, этот парень не заметит. Привычное “картой”, привычный писк телефона при прикладе к терминалу. Чанёль привычно быстро собирает покупки в шоппер и в спешке вылетает из магазина. Как всегда, привычно. Чунмёну порой так хочется прокатать его имя по языку, услышать, как оно звучит из собственных уст, даже прошептать, но он может только произносить его в своей голове и фантазировать подходящий момент, когда представится ласково произнести “Чанёль”. Когда Чанёль чуть ли не бегом залетает в квартиру, то слышит всхлипы, доносящиеся с кухни. Пакеты остаются в прихожей дожидаться своей распаковки. Бэкхён сидит на полу и глотает мартини с бутылки вместе со своими слезами. Снова, опять. Ежегодный новогодний сценарий в их доме: начало первого акта. Чанёль первым делом проверяет выключена ли плита, убирает нож подальше от стола и только потом садится рядом с другом. – Бэкхён-а, что случилось? – спрашивает Чанёль, когда Бэк едва не давится большим глотком алкоголя. – Звонил… дурилка… картонная… – едва внятно выговаривает парень, – хотел узнать, почему я ему уже неделю не звоню. Но в итоге мы только сильнее поругались. Он даже не дослушал, что я ему говорил. Я блять пытался помириться, а этот мудак просто бросил трубку. Ну и пошел он нахуй, раз ему побоку, что я говорю. – Бэк.. – начинает Чанёль, но друг наваливается на него и утыкается лбом об плечо. Чанёль бережно обнимает его после того, как аккуратно отбирает из рук почти опустевшую бутылку. – Чан, вот какого хуя я все еще с ним встречаюсь? – пьяно бормочет свой вопрос Бэкхён в куртку друга. – Ты его любишь, – Чанёль мягко улыбается, похлопывая по спине, – вот такого хуя и встречаешься. – Люблю, а он меня, похоже, нет, – Бэкхён успокаивается и прекращает плакать, но в следующую минуту орет, пугая Чанёля: – Пиздюк с охуенным голосом! Видеть его больше не могу, – Чанёль с трудом подавляет смешок, но новые всхлипы в его куртку вмиг стирают улыбку. Естественно Бэкхён больше не в состоянии быть улыбчивым шеф-поваром этого вечера. И Чанёлю приходится заканчивать с готовкой блюд самому, благо Бэкхён приготовил почти половину из запланированных блюд. Но перед этим друг укладывается на диван под теплый плед, чтобы хоть немного протрезветь до полуночи. Выключив свет и плотно закрыв дверь на кухню, Чанёль берет на себя роль шеф-повара этого вечера. Телевизор помогает разрядить напряжение и показывает красиво украшенные улицы столицы, по которым шествуют такие же счастливые горожане. Чанёль мирно шинкует овощи, мясо, слушая монотонный голос ведущей, пока громкий звон от упавшей на пол бутылки из соседней комнаты не пугает его до чертиков. Оставлять весь купленный на праздник алкоголь в гостиной было плохой идеей. Очень плохой. Когда Чанёль кидается в гостиную Бэкхён, сидя на полу, уже допивает вторую бутылку мартини, а рядом с ним валяется еще одна от соджу. Как хорошо что, чтобы опьянеть до беспамятства, Бёну много не нужно. И сейчас он выглядит так, как если бы Чанёль выпил ящик соджу: совершенно дезориентированным и очень пьяным. – Твою ж мать, Бэкхён!! – орёт Чанёль, отбирая у друга бутылку и затягивая пьяное тело обратно на диван. – Не трогай мою мать, – зло бормочет Бэкхён, криво махая пальцем в воздухе, пока его снова укладывают под плед. – Да как, если она породила такое чудовище, как ты! – бросает Чанёль, злостно накрывая пледом пьяное лицо друга, лишь бы его не видеть, но потом понимает, что погорячился со словами, – извини. Постарайся поспать и немного протрезветь. Не нужно так напиваться из-за Чондэ, пожалуйста. – Пфф, опять ты про эту жабу, – пьяно возмущается друг из-под пледа, едва справляясь со своим языком. Еще и рукой машет. – Почему жабу? – Чанёль с трудом сдерживает улыбку из-за нового прозвища бэкхёновского бойфренда. – Потому что душит, – и подобно ленивой картошке, поворачивается на бок, спиной к Чанёлю, – я честно буду спать. Иди заканчивай с приготовлениями, – хорошо, что Бэкхён не видит как друг закатывает глаза, уходя на кухню. Следующий час проходит без происшествий. Чанёль готов к сервировке стола, но его сначала нужно вытащить в гостиную, а друг все еще спит. Решив дать Бэкхёну еще полчаса сна, Чанёль одевается и уходит из дома с набитым мешком мусора. На улице идет снег и, кажется, что с каждой минутой становится все холоднее. На город уже опустилась ночь и танцующие снежинки усиливают новогоднюю магию. Чанёль полной грудью вдыхает морозный воздух и семенит к комбини. Бэкхён выпил всё мартини, да и соджу не осталось, потому что они почти всё израсходовали на Рождество. В общем, закупиться не помешает, особенно, когда в следующие дни выходить из дома не очень-то и захочется. В комбини бродят всего пара людей. Той толпы пару часов назад будто тут и не было вовсе. Чанёль быстро набирает нужные бутылки в корзину и, оплатив, неспеша идет домой. Чунмён провожает его взглядом, пока широкая спина в длинном спортивном пуховике за окном не скрывается из виду. Воровато оглядывается в зал, замечая прогуливающихся между стеллажей молодую парочку и мужчину в возрасте, что явно будут заняты выбором ближайшие десять минут. – Сегодня последний день в году, когда я могу попытаться, – шепчет себе под нос парень, доставая из-под прилавка исписанный листочек с перечеркнутыми и нет фразами. “Может вам помочь доне…” “А еще у нас есть японское сакэ по акции” “А у тебя есть парень?” “Ты наверно рядом живешь? А вот я…” Не то, всё не то. Чунмён водит ручкой по жирным синим линиям, с каждым движением все больше истончая бумагу, и думает о том, что единственный шанс признаться парню в этом году похоже ускользнул от него пару минут назад. Убравшись на кухне и засунув всю приготовленную еду в холодильник, Чанёль позволяет себе сходить в душ. Теплые струи разогревают и расслабляют уставшее тело, а Чанёль предвкушает их скромное с Бэкхёном празднование в компании вкусной еды, любимых фильмов и лампового настроения. Если конечно друг не убежит к своему парню в самый последний момент. А еще думает о том, что заканчивается очередной год, а у него всё хорошо, есть стабильная работа, семья и друзья. Вот бы еще любимого человека, тогда бы вообще жизнь была сказкой. Но в условиях жизни “белки в колесе” Чанёлю некогда даже подумать об этом. И совершенно не смущает и не приводит сердце в бешеное биение напоминания Бэкхёна о влюбленном в него кассире из комбини. Честно говоря, Чанёль порой даже забывает об этом, поскольку забегает в магазин в спешке и убегает оттуда с ней же. И она же не дает ему хоть раз посмотреть в глаза этому парню и рассмотреть в них влюбленность. Может стоит в новом году хотя бы попытаться быть повнимательнее к парню, которому он важнее, чем все другие покупатели? Предвкушения Чанёля о приятном праздновании рушатся, когда он заходит в гостиную, где уже включен свет, и видит, как друг снова взялся напиваться и покусился на святое, за что Чанёль ему прошедшие несколько дней с энтузиазмом давал по рукам. Весь пол усеян ярко-оранжевыми корками от мандаринов, а некогда набитый мешок резко похудел. Пьяный Бэкхён оприходует новую бутылку мартини и закусывает сладким фруктом. Но при виде друга на пороге комнаты, чуть не давится алкоголем. – Бэкхён, остановись!! – орет Чанёль, когда друг тянется к мешку за новой мандаринкой, и принимается его останавливать. – Дай мне заесть свою печаль! Я сегодня устал быть пай-мальчиком – ноет Бэкхён и все тянется руками к опустевшему мешку, пока руки не начинают скользить по полу, а Чанёль его все-таки не оттаскивает. Нервно роясь в мешке, некогда полном мандаринами, и вороша кожурки в поисках хоть одного уцелевшего фрукта, он не находит ничего. – Вот жеж обжора! – возмущается Чанёль, откидывая полупустой мешок, и сверлит свирепым взглядом друга, что разлегся на полу в позе звездочки и кажется снова заснул. И который получает лёгкий пинок по голени от расстроенного Пака. Быстрый взгляд на часы, и Чанёль в ужасе понимает, что до полуночи остается меньше полчаса, а без мандаринов праздник буквально потеряет свою волшебную атмосферу. И нечем будет руки занять за просмотром излюбленного "Один дома". Чанёль никогда не проводил праздник без мандаринов, и их отсутствие кажется огромной катастрофой, которую не могут возместить приготовленные блюда и даже гонения Бэкхёна в сторону магазина утром первого января. Они срочно нужны сегодня, сейчас, иначе не будет никакого новогоднего настроения. А оно уже медленно начинает таять, как мороженое. Поэтому, оставив Бэкхёна и дальше валяться в гостиной, Чанёль в спешке натягивает пальто на домашнюю одежду и, пока сбегает вниз по лестнице, молится, чтобы комбини еще был открыт. На улице чуть не поскальзывается на припорошенном снегом тротуаре и едва успевает затормозить, когда его окликает знакомый голос. – Чанёль-а! – Пак быстрым шагом подходит к его обладателю. Чондэ стоит возле их подъезда, прислонившись к бордюру, и настраивает гитару, бренькая по струнам. А еще прокашливается и что-то напевает себе под нос, но больше времени уделяет инструменту в руках. И не надо быть детективом, чтобы понять каким способом Ким решил замолить все свои грехи в последний день уходящего года. – И тебе привет, – отвечает с улыбкой Чанёль. – А Бэкхён у тебя? – выходит тихо и виновато. Похоже всё это время Чондэ готовился к извинениям, пока Бэкхён пил и заедал свои страдания. – У меня, но этим ты его не разбудишь, – Чанёль кивает на гитару, – он напился, причем очень сильно. – Тогда можно я зайду? – свои глаза, как у котика из Шрека, друг мог и не использовать. Чанёль бы и без этого отправил его к пьяному Бэкхёну, что валяется в квартире без присмотра. – Конечно! – На ходу машет ему Чанёль, уходя в сторону комбини, – я скоро буду, код от двери ты знаешь! – А ты куда? – орет ему вслед Чондэ и, услышав в ответ громкое "за мандаринами!", смеётся, закидывая гитару на плечо. Чунмён уже закрывает комбини, когда из-за угла с громким топотом появляется запыхавшийся Чанёль. – Блин, опоздал! – расстраивается парень, часто выдыхая в воздух клубы белесого пара. Поднимает взгляд, замечая, что кассир выжидающе на него смотрит, перестав возиться с дверью. Если бы он знал, как у Чунмёна колотится сердце, а в голове красными лампочками мигает "Шанс! Шанс! Шанс!". И до конца года аккурат остается уже меньше двадцати минут, не давая времени на размышления. Вот только Чунмён долго подбирает начальную фразу для разговора, а вечно спешащий Чанёль берет все в свои руки. – А вы не продадите мне мандарины? Простите, что наглею, – вместе с надеждой Чанёль подходит ближе к комбини. – Извините, я уже сдал кассу, – отрезает Чунмён, мысленно чертыхаясь. Чанёль кивает, и поклонившись, разворачивается в сторону дома. Ну что ж, завтра он погонит Бэкхёна в магазин с первыми лучами солнца, а сегодня придется наслаждаться только приготовленным ужином и смотреть любимые новогодние фильмы без любимого фрукта. – Подождите, – голос Мёна буквально пришпиливает к месту, – я продам вам мандарины, – слышно, как отпирается замок и поскрипывает старая дверь, открываясь. Чанёль буквально за секунду преодолевает пройденное расстояние с широкой улыбкой и взлетает по ступенькам. Вот только парень перекрывает проход рукой, и Чанёль впервые сталкивается с его серьёзным взглядом. – Что-то не так? – Всё так, но я хотел бы попросить подарок взамен. Ведь сегодня Новый Год, чудеса и все такое. Я подарю тебе мандарины, а ты мне то, что я хочу, – Чунмён выглядит так, словно даже не надеется, что Чанёль согласится на его затею, но все равно говорит, пытается, потому что остаются последние минуты, когда можно. – А что ты хочешь? – внезапный переход на "ты" немного развязывает руки от официальных отношений "продавец-клиент", но вот только говорить теперь еще более неловко. Чанёль смущается, готовясь услышать что-то слишком смелое, что подарить ему окажется не по силам. – Маленький поцелуй от человека, который мне уже давно нравится, и который похоже не хочет замечать мою симпатию. И мне все равно, что у него есть парень, – маска безразличия спадает с лица Чунмёна, когда он опускает взгляд и смущенно натягивает рукава толстовки на ладонь, давая Чанёлю время переварить новость. Переспрашивать "кто этот человек?" будет самой глупейшей вещью. Но соглашаться, как-то... поспешно? А ведь Бэкхён похоже не зря его заваливал своими намеками на симпатию от продавца каждый раз, когда они шли из комбини домой. Пока Чанёль размышляет, что ответить, Чунмён уже скрывается внутри и притаскивает на кассу пятикилограммовую сетку мандаринов. У Чанёля глаза загораются при виде лакомства, как у ребёнка, и он не видит улыбку Чунмёна. Он уже тянет руки к заветному подарочку, как Чунмён перехватывает большие ладони. И все еще улыбается (что ему очень к лицу, в отличие, от угрюмой маски). – А мой подарочек? – Чанёль не может признать, что вопрос звучит очень мило. – Эээ? – но в то же время он вводит в растерянность. – Осталось десять минут до Нового Года, Чанёль, – Чунмён смотрит так пристально, что Чанёль может смотреть только свои кроссовки, что испачкались в слякоти. – Откуда ты зна... – Это сейчас так важно? – этот вопрос и в Чунменовых глазах: сверкает и требует немедленного ответа. У Чанёля снова шестеренки медленно работают, а Чунмён думает, что его смелость не оценили, а наоборот, испугались ее. Дурацкая идея. А Чанёлю без теплых маленьких ладоней становится не так уютно и тепло. – Ладно, прости. Я не должен тебя заставлять это делать. Бери мандарины и беги домой. Должен успеть до полуночи, – Чунмён звенит ключами в руках и выходит на улицу, пока Чанёль идет за ним, обнимая сетку с любимой сладостью. Чунмён запирает дверь комбини чертовски медленно или это Чанёль совсем не хочет спешить домой. Где скорее всего не до него или слишком пусто. И все-таки, так неправильно. Вина так сильно грызет Чанёля и не давится, пока каждый новый шаг отдаляет его от влюблённого в него парня. Чанёль действительно не замечал, что тот в него влюблен. Он забегал в магазин всегда в спешке, в спешке покупал и также покидал комбини. А в походах с Бэкхёном друг занимал все его внимание своими разговорами и сам болтал с парнем, оставляя на Чанёля сборы продуктов по пакетам и иногда оплату. Чанёль обещал себе присмотреться к парню в наступающем году, но что мешает сделать это чуточку раньше? В голове ярко вспыхивает "стоп", и ноги резко тормозят, громко проехавшись подошвой по шершавому асфальту. Чанёль разворачивается и бегом преодолевает пройденное расстояние, за два больших шага оказавшись на верхней ступени лестницы. Прямо напротив застывшего Мёна, в больших глазах которого безграничное удивление. Сетка с любимым фруктом летит на бетонный пол, но Чунмён вовремя ее ловит. – Ты совсем?? Чуть не по... – конец фразы тонет в чужом рту, когда Чанёль обхватывает лицо парня своими прохладными пальцами, а губ своими мягкими касается осторожно и тепло. Они не слышат звон часов, оповещающих о полуночи. О наступлении нового года дает знать треск фейерверков над головами, и парни медленно отстраняются друг от друга, чтобы заглянуть в глаза. Чунмён мягко улыбается, смотря на покрасневшего и сконфуженного от своего смелого поступка Чанёля. – Кстати, с Новым Годом, – шепчет Мён в чужие губы. – Кстати, у меня нет парня, – так же шепотом отвечает Чанёль в чужую улыбку. Чунмён, аккуратно ставит сетку с мандаринами на пол и притягивает смущенного Чанёля к себе за пуховик для нового поцелуя. Когда Чанёль приводит Мёна к себе домой, чтобы по человечески отпраздновать Новый Год, в гостиной пьяный Бэкхён спит на Чондэ, что с улыбкой поглаживает его по спине. – О, ты вернулся! – машет Чондэ с дивана, к которому его придавил бойфренд, и кивает кланяющемуся в приветствии Чунмёну, – ребят, идите на кухню покушайте. Я не дал Бэкхёну всё сожрать. – Наверняка он накушался твоих поцелуев, – ехидничает Чанёль, мягко толкая Мёна с сеткой мандаринов в руках в сторону кухни. – Иди уже, а то разбудишь моё сокровище, – раздраженно отвечает Чондэ на пониженных тонах, с огромной любовью в глазах смотря на своего спящего парня. – О да, оно бесценно, – саркастирует Чанёль, вызывая улыбку у Мёна. В спину Пака мощно прилетает диванная подушка от разъяренного Чондэ, и парни бегом скрываются на кухне. А Бэкхён чмокает во сне губами и еще сильнее обнимает своего парня, с новогодними ссорами с которым покончено раз и навсегда.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты