Изящная лёгкость

Джен
G
Закончен
12
автор
Aelita379 бета
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Описание:
В послеобеденное время вагон был полупустым.
I'm okay as long as you keep me from going crazy (Cuco - Lover Is a Day)
Примечания автора:
Небольшая зарисовка, которая вышла из-под контроля.
Во время чтения советую включить на фоне следующие песни:
1) CUCO - Lover Is a Day
2)【感情を込めて】ハレハレヤ 歌ってみた ver.Sou
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
12 Нравится 4 Отзывы 2 В сборник Скачать
Настройки текста
Примечания:
События происходят в современном мире. Ориентируюсь на Японию, которая известна своим этикетом в метро.

Посвящаю фанфик всем тем, кто поддерживал и продолжает поддерживать меня в этих странных попытках выразить любовь к КакаИру с помощью текста. Отдельное спасибо моей бете!
Какаши потёр слегка покрасневшие от усталости глаза, которые так и норовили заслезиться от постоянной смены яркости света внутри вагона метро. Вчерашнее изучение информации о компании до глубокой ночи давало о себе знать. Он каждый день обещал себе, что будет ложиться спать раньше, божился, что больше не будет вгонять себя в стресс из-за боязни оказаться непринятым, но обещания так и оставались просто обещаниями, а его мозг, перед тем, как дать себе погрузиться в сон, напоминал о прошлых провалах. В послеобеденное время вагон был полупустым. Справа от мужчины смиренно сидела пожилая женщина, чей грустный взор был направлен куда-то за границы материального мира. Слева же, в метре от Какаши сидел молодой мужчина в чёрном костюме и активно постукивал пальцами по экрану смартфона. Наверное, он тоже, как и Какаши, возвращается с собеседования, и, судя по его довольному выражению лица, оно прошло успешно. «Мы вам перезвоним» - так потенциальные работодатели вежливо указывали, что кандидат на должность им не подходит. А ещё, так заканчивались все предыдущие собеседования Какаши. И сегодняшнее не стало исключением. Тяжело вздохнув от этой мысли, он поставил дипломат у ног, ослабил душащий его галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, надеясь, что ему полегчает. Только душил его, скорее всего, не галстук, а чувство отчаяния, что больно завязалось в узел у горла. Очередная остановка на станции. Монотонный голос диктора всегда повторял одинаковые фразы. Менялись лишь названия станций, за которыми Какаши уже не следил. Его раскрытая книжонка лежала на коленях, но читать не хотелось. Не хотелось ничего. Спёртый воздух вагона разбавился ненавязчивой свежестью. Мужчина без особого интереса оглядел кучку людей, спешивших занять свободные места. Пустующее до этого место напротив занял молодой парень, с виду не намного младше самого Какаши. «Студент, наверное…» Вагон тронулся. Какаши принялся рассматривать нового пассажира. Умостившись поудобнее, тот выудил из своего полупустого рюкзака наушники и воткнул их в уши. С ним определённо было что-то не так, но Какаши не понимал, что именно. И это «не так» привлекло внимание мужчины и заставило изучать незнакомца. Может, дело в расслабленной позе? Или слишком плавных движениях? А может, в изогнутых в полуулыбке губах, которыми юноша беззвучно напевал какую-то песню? От него веяло давно позабытой беззаботностью, какой-то неописуемой невесомостью, к которой безрезультатно стремился Какаши и которую, вероятно, больше никогда не почувствует из-за уютно устроившегося на плечах груза взрослой жизни. Он продолжал смотреть. Смотреть, как лучи солнца, пробивающиеся сквозь сменяющие друг друга здания, танцевали на смуглом лице парня, пока тот предавался своим раздумьям. Смотреть, как в такт с едва заметным покачиванием вагона, будто бы от тёплого летнего ветерка, покачивались выбившиеся из причудливого хвостика каштановые пряди. Смотреть, как сияют медово-тёмные глаза незнакомца, отражая в себе весь окружающий мир. И как бы Какаши не смущал тот факт, что он сейчас беспардонно пялится на сидящего напротив парня, он не мог побороть в себе желание самозабвенно рассматривать это дышащее свежестью лицо. Несколько раз он, мысленно ругая себя, пытался отвлечься от наглого разглядывания парня, но взор всё равно направлялся в сторону того: скользил по линиям чужих скул, по художественно расположившемуся шраму, по идеально красивой шее. Какаши по-доброму завидовал его изящной лёгкости. В свои студенческие годы он тоже был относительно беззаботен и умел довольствоваться малым. Нынче общество навязывало ему целый список обязательств, которые он, как добропорядочный мужчина, должен был выполнять. Статус важнее. Вдруг, медовые глаза, которыми в мыслях восхищался мужчина, встретились с его собственными. Резкий укол смущения заставил Какаши внутренне содрогнуться от неожиданности. Он мигом отвёл взгляд куда-то вниз, потом впопыхах взял свою книжечку, лежавшую на коленях, и принялся делать вид, что читает. К щекам предательски хлынул жар, заставляя их ярко алеть, ещё больше выделяя на фоне светлой кожи. «Чёрт, он заметил», - пронеслось в голове. Через пару мгновений до Какаши дошло, что он «читает» перевёрнутую книгу. Снова выругавшись про себя, он перевернул её, как полагается. Глаза бездумно сканировали содержимое, пока в голове всплывали образы незнакомца. Было в нём что-то притягательное, особая аура, что располагала к себе. Обычно такие люди довольно популярны, и все к ним тянутся. Вот сейчас и Какаши безумно тянуло. Просто взглянуть. Но что гложило мужчину больше всего, так это его смущение от обычного зрительного контакта. Что стряслось с его железным самообладанием? Может, он на самом деле не такой уж и невозмутимый? А вдруг работодатели на собеседованиях каким-то образом вычисляют до этих пор незнамую самим Какаши слабинку, и поэтому не берут его на работу? А впрочем, какая уже разница… После тщетных попыток вникнуть в смысл написанного, он спокойно выдохнул, закрыл ни на что не пригодную на данный момент книжку и решил осмотреться по сторонам, побаиваясь повторного столкновения взглядом с человеком напротив. Но если подумать, он ведь уже давно взрослый мужчина, умеющий держать себя в руках. С какой стати он должен смущаться из-за того, что попался на рассматривании человека, которого, возможно, больше никогда и не увидит? Когда он посмотрел прямо перед собой, то внутри всё сжалось с новой силой – сейчас карие глаза были устремлены на него. Их взгляды снова встретились. Точное попадание в цель. На миг воздух потяжелел, не давая сделать нормальный вдох. Про такие моменты говорят, что время остановилось. Через несколько секунд незнакомец немного растерянно склонил голову и посмотрел на свои пальцы, мнущие провод от наушников. Настала его очередь смущаться. Какаши едва сдержал смешок. Получается, парень тоже его рассматривал? Импульс. Осознание этого запустило внутри доколе не работающий механизм: что-то тёплое начало разрастаться и медленно, но очень сладко разливаться по венам. То ли из-за нахлынувшего чувства, то ли из-за вида робеющего кареглазого юноши, Какаши захотелось широко улыбнуться. Видимо, снова почувствовав, что на него смотрят, парень взглянул на неспособного утаить улыбку Какаши и, заёрзав на месте, улыбнулся в ответ. Боже. Теперь он всем естеством чувствовал, как юноша делится с ним своим теплом, своей изящной лёгкостью. И будто бы не было никакого собеседования, никаких забот и гнетущих мыслей. Лишь головокружащий, окрыляющий зрительный контакт, который не прерывался ни одной из сторон, и даже стал немного интимным после того, как парень снял наушники и всецело отдался этой игре в гляделки. Этот жест как бы говорил «я весь внимание», и это смущало. Интриговало и… грело. Гул метро время от времени прерывался приевшимся монотонным голосом, разбавлялся топотом ботинок, стуком каблуков. Безликие человечки менялись друг с другом местами, переступали с ноги на ногу, пытались бесшумно копошиться в сумках. А Какаши будто бы и не замечал ничего. Он был полностью охвачен лучезарным юношей и так хотел запечатлеть тот момент, что пожалел, что не умел рисовать. Тогда бы он изобразил всё происходящее на бумаге так, как ощущал - в оранжевых, нежно-розовых, местами сиреневых полутонах. Обязательно нарисовал бы блики-звёздочки в глазах парня, его сложенные на портфеле руки. Изобразил бы играющие с его волосами лучики солнца и добавил бы вокруг него свечение – это была бы его аура. Та, которой восхитился мужчина. Они так и продолжали смотреть друг на друга, время от времени неловко отводя взгляд в сторону. Вели немой диалог, обменивались искренними улыбками от внезапно накатившей радости. Просто так, безвозмездно. Сейчас как никогда хотелось нарушить извечное молчание в метро. Под осуждающие взгляды остальных пассажиров перекинуться парочкой банальных фраз, начать реальный разговор. Но Какаши не решался. Чуть было приоткрыв рот, не нашёл подходящих слов. Он никогда не выделялся особой разговорчивостью, не являлся зачинщиком знакомств. И сейчас в голове роилась куча мыслей, которые снова напомнили о тернистости его дороги жизни. Он ведь, по сути, был одинок. Одинок и беспомощен из-за нереализованного потенциала нежности, которой у него был почти неиссякаемый запас. Поэтому-то он и потянулся к юноше. Потому что тот без колебаний дарил другим свои эмоции. А Какаши так не умел. И так же не сумел ничего сделать, когда на очередной станции парень растерянно взглянул на табло, от удивления округлил глаза и с неприсущей ему рваностью в движениях вышел из вагона вместе с уже столпившейся у двери кучкой. Мужчина не сразу сообразил, что их с незнакомцем совместное пребывание в трансе только что было грубо прервано. Лишь когда он увидел, как отдаляется застывшая на платформе фигура парня, он понял, что произошло. Какаши чётко прочувствовал, что ещё несколько минут назад осязаемое тепло утекло от него и осталось где-то там на станции. Ещё туже затянувшийся на шее невидимый узел вырвал мужчину из ступора. Болезненная обида сдавливала грудь. Парень же не собирался ехать с ним до конца. Количество подобных счастливых совпадений в реальности ничтожно мало, а Какаши в число счастливчиков явно не входил. Как опрометчиво было с его стороны не подумать об этом. Какаши снова потёр глаза, ослабил галстук – не прошло. Он не находил себе места и его дёрганность уже начала привлекать внимание. Надо было что-то делать. Тот паренёк остался стоять на станции, так ведь? «А может…?» Еле дождавшись остановки, Какаши схватил свой дипломат и, подняв упавшую на пол книгу, вылетел из вагона, попутно расталкивая толпы недовольных людей. Он направился к идущим в обратном направлении поездам, чтобы вернуться на станцию-разлучницу. «Главное, чтобы он всё ещё был там». Странно, вот так взять и восхититься совсем незнакомым человеком. И ведь решил же, что обладатель каштанового хвостика спасёт его душу от мытарств, поделится своей изящной лёгкостью. Потому бежит сейчас сломя голову к месту, где они расстались. Неудобные туфли были совсем непригодны для бега, но кого это заботило? Выйдя на нужной станции, Какаши начал искать незнакомца. Серые, до блеска отполированные поверхности, бетонные столбы, неон вывесок и знаков, фигуры в неприметных тряпках – всё смешалось. Глаза методично анализировали каждый лоскуток раскрывшегося перед ним вида в поисках мельтешащего хвостика. Маленький уголёк надежды ещё горит под чужим медовым взглядом. Горит и верит, что вот осталось совсем немного, совсем чуточку, и его захлестнёт пламенем радостного облегчения. Но чем больше мужчина всматривался, тем слабее становился жар уголька. Какаши начал оббегать многочисленные выходы, по несколько раз проверяя, не упустил ли, не обманывает ли его вечная усталость на веках. Теперь запыхавшийся, растрёпанный, с ноющей болью в ногах он жалел, что не осмелился познакомиться. Лучше бы косящиеся пассажиры нарекли его нарушителем общественного порядка. Лучше бы парень проигнорировал его попытки. Так Какаши знал бы, что сделал шаг навстречу чему-то светлому, и потом бы по старинке изводил себя из-за очередной неудачи. Не привыкать. Он стоял, облокотившись спиной о холодную железную трубу. Оранжевый и нежно-розовый цвета заливали вагон. Воздух внутри налился бьющей по вискам тяжестью. Количество людей в метро значительно увеличилось, и по внешнему виду некоторых можно было распознать всё больше офисных работников. Кто знает, сколько ещё мужчина блуждал по станции, прежде чем решиться отправиться домой. Сейчас он пассивно созерцал подвижные пейзажи, отрывками вспоминал приключившуюся с ним нелепость. Так неразумно очароваться чьим-то лицом и энергетикой, поддаться моментному всплеску чувств. Так глупо и безрассудно. От этого было тоскливо на душе, но ещё хуже становилось от осознания, что после такой бури он будет вынужден снова окунуться в пожирающую его трясину. А на момент поверил, что спасётся. Безликие человечки продолжали заменять друг друга, оставляя после себя секундный шлейф духов и табака. Кто-то из них оставался в вагоне дольше, кто-то меньше. Вряд ли в этом многомиллионном городе он когда-либо встретит хоть часть присутствующих. Никто не запоминался. Да и не запомнится, не проскользнёт в мысли так, как это сделал тот юноша. С изящной лёгкостью.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты