Сны

Жерар бежал к любимой. Казалось, его не могло остановить ничто, но… правоохранительные органы не спали. Не имели права дремать, не имели возможности перекусить. К ним поступила анонимная наводка на Фернандеса. И его ждала решетка. Силки окончательно захлопнулись, когда его, ничего не подозревающего, огрели парализующим током из-за спины. Женское общежитие «Хвоста феи» было слишком далеко отсюда. Казалось, он никогда в жизни больше ее не увидит. Алую чертовку. Эльзу. Похоть на чисто ментальном уровне почувствовала облегчение. Казалось, с ее хрупких плеч сняли непосильную ношу, но ей все еще было тяжело. Ни новое звание, ни заключение, ни сам Сатана, — ничто не могло так осчастливить ее, как удачная развязка давних договоров. Но остается еще глобальное изменение, которому под силу уничтожить сразу несколько миров. На одной из правоохранительных баз Фиора: — Его и правда поймали? Быть такого не может. Мы так долго его искали, а тут… — мужчина с сомнением смотрел на доносчика информации. — Кто же его сдал? Милый паренек в явственно слишком массивной для него форме лишь слегка повел плечами. Правда, потом сообразил, что все же лучше дать полноценный ответ, если не хочет потерять свою должность: — Одновременно во все отделы поступило анонимное сообщение. Пока не удалось установить, откуда именно. Специалисты говорят, что магический поток, которым данные сообщения были разосланы, исходил из одного из других миров. И говорят еще, что, скорее всего, установить источник так и не удастся. Мужчина кивнул и велел доносчику уйти, а сам подумал: «Впрочем, пусть так. Главное, что Жерар Фернандес у нас. Теперь мир будет жить спокойнее». Но как же он заблуждался. Баккус и Кана мирно валялись на кровати в уютном отеле. Мир остановил течение времени специально для них двоих. Альберона ощущала под собой мягкие ткани, слышала стук сердца человека, которому когда-то удалось ее перепить, и понимала, что вот оно — счастье. Но шквал криков, который поднялся так неожиданно и резко, будто бы все это время они провели под некой прозрачной пеленой, ничего не слыша и ничего не видя, заставил очнуться и, резко дернувшись с кровати, подлететь к окну. Кана уперлась ладонями в узкий подоконник и выглянула наружу. Даже из того отеля, в который они каким-то дивом попали, выбегали люди. — Что происходит?! — крикнула волшебница в их сторону. Большинство убежали, даже не оборачиваясь, но оказался один человечек, которому было не плевать на других. Верзила повернулся всем своим массивным телом, как будто бы не в силах был повернуть только голову, и крикнул в ответ: — Валите оттуда! Дома рушатся. Вас может завалить. И бегите из города. На Магноию напали драконы! Сказав это, верзила побежал. Да так быстро, что успел нагнать тех людей, с которыми выходил. — Что произошло, пока мы спали? А пока Кана размышляла и прикидывала варианты, Баккус готов был схватиться за голову. Он все прекрасно понял. Он знал, что дело в этой ночи. Дело в празднике. А у него есть миссия. — Так… э… мне нужен твой лифчик. Пошли ко мне домой. — Что?! — Кана опешила. — Слышь, пошляк, может пойдем людям помогать? — Я и собираюсь им помочь. Увидев, что девушка вот-вот вскипит от злости, Баккус крепко схватил ее за руку и вкратце все рассказал. — Он… что? — Она рассмеялась. — Артефакт? — Да. Пожалуйста, скажи, что ты мне веришь. Но Кана не могла не поверить. Она готова была после этой ночи доверить ему свою жизнь, не то что поверить в историю с лифчиком-артефактом. — Да, верю. Пошли скорее, а то нас и вправду сейчас завалит. Она вскинула взгляд к верху. Весь потолок покрылся трещинами. И они быть далеко не маленькими. Стены норовили свалиться в любой миг. Они побежали пустыми комнатами наружу и поторопились к Баккусу домой. Гилдартс мчался в Магнолию аж из соседнего королевства. Похоть сказала ему, что жена вернется. Она оживет. Обязательно оживет. «И мои руки вновь заскользят по ее мягенькому телу, я смогу пощупать ее легенькое пузико, помять эти изысканные ребра сквозь кожу, пощипать за попу и…» — Гилдартс перестал. — Какой же я мудак! Он так громко это воскликнул, что на него вытаращились все, кто сидел с ним в одном купе вагона. — Муж-з-з-з-чина, — противно протянула «баба — Макарову пара», как ее отчего-то именовал для себя Клайв, — поз-з-жалуйста, потише. В голове говорите. В голове-е. Скоростной поезд продолжал свое движение. Оставались считанные часы. Он увидит дочь и ее мать. И ему уж точно стоило думать не о том, как будет здорово снова лечь с любимой женщиной в постель, а о том, как будет ей объяснять, что когда-то она была мертва. И как объяснит то, каким образом ее удалось оживить. Клайв схватился за голову. — Простите, с вами все в порядке? — поинтересовался «старичок-на-лицо-добрячок», сидящий напротив. Но у Гилдартса не было сил ответить. Он молча вышел из купе и пошел в сторону туалета. Ему стоило проветриться в первого-лучшего открытого окна. В тишине.