Сны

Девушка, постоянно улыбающаяся в последнее время и вечно веселившаяся с компанией друзей в гильдии, сейчас возвращалась домой одна. Она, конечно же, могла б подождать сестренку, но не хотела ту отрывать от дел. Поэтому пошла сама, видя, как начал лить мелкий дождь. Где-то рядом шла Дождия. - Что с тобой? - ласково спрашивает, смотря на ту. Но она ничего не ответила, погрузившись полностью в свои мысли. Ведь все еще не могла отойти ото сна. Лисанна не стала настаивать на ответе, поняв, что ту стоит оставить одну, поэтому просто продолжила свой путь. И ее совершенно не волновало то, что волосы сейчас намокнут, а привлекательное, милое платьице белого цвета превратится в грязное, мокрое и, что самое ужасное, липкое. Прилипшая и окутавшая ноги ткань жутко мешала нормально идти дальше. Но Лисанна все же добралась до дома. Зашла внутрь, но не застала там никого. - Странно. А ведь Эльфи ушел раньше меня. Где это он? Девушка так и не могла этого понять. Но решила не думать о плохом и пойти спать. А вот утром уже все будет видно. Ее комната была самой светлой и белоснежной в этом доме. Лиссе всегда нравились яркие тона. Она мягко улеглась на постель, закрыла в блаженстве глаза и окунулась в собственный сон. Летать во сне нас мама не учила, Но все же очень, очень нас любила. Все сыпала на нас свои слова златые, А мы ее лелеяли, не заплыва в унынье. Лисанна очнулась в очень холодном, заснеженном месте. Ее глаза долго не могли привыкнуть к общей белизне. С часом до нее начало доходить, что все это - просто сон, и что можно расслабиться. Но, впрочем, не смотря на это, во сне ей было очень холодно. Да и... девушка поглядела вниз... на ней почти что не было одежды. "Разве это вообще можно назвать одеждой?" - она вообще очень засмущалась от того, что находится на открытом для обзора месте, хоть и заснеженном в столь откровенном наряде. В каком же? Начнем с низу. На ногах девушки красовались чулки, вместо нормальных трусов были точно такие же, но продырявленные спереди и сзади, как раз-таки напротив ануса и влагалища девушки. Грудь обнажена, а ее точно по кругу обрамляла ткань, сильно ее стягивающая. А из-за холода соски Лиссы стали твердыми. Впрочем, она прикрывалась руками как могла и даже не знала - идти ли ей куда-то или лучше тут постоять, чтобы кто не увидел ее в таком виде. И пусть это всего лишь сон, но все же не хотелось показываться никому. - Лисанна? - слышит мужской голос, но не поворачивается на него. Не хочет, чтоб узнал. Бежит вперед, но ноги, вдоволь замерзшие, не хотели ее послушать. Девушка рухнула на снег, понимая, что ей становится просто невыносимо холодно и что ее отмороженное тело сейчас вовсе заледенеет и она умрет... хоть и во сне. - Лисанна, не беги от меня. С тобой все в порядке? - проговорил Леон. Он поднял ее, видя, как та смущается. Но его не волновал вид девушки, хотя тот, естественно, и его смог порядком смутить. "И чего она делает в таком виде тут, да еще и зимой, да еще и в моем сне?" - подумал тот. Ее же посещали иные мысли: "Это всего лишь сон. Успокойся. Ничего такого тут нет. Не надо смущаться. Не надо", - пыталась успокоить себя та, понимая, что все равно заливается краской. - Пойдем куда-нибудь. Тебе ведь холодно, - говорит маг льда, привыкший к подобным условиям. Ему холод не страшен. - Угу. Они пошли, но тут впереди них выскочила Лира. - А дух Люси что тут забыл? Ключ Арфы искрился в руках Похоти серебристым сиянием. - Я решила отработать свое, - молвила Лира. А потом та начала петь. Нечто, совершенно не похожее на все ее обыкновенные песни. Не лирическое, не веселое, а похотливое, заводящее. Леон сам не понял, что на него нашло, схватил Лисанну за грудь, начал ту мять, но девушка резко от него отскочила, из-за чего снова свалилась в сугроб. Вся в снегу, порядком замерзшая и испуганная... "Почему же она возбуждает меня? Почему она?.." - никак не мог понять Бастия, глядя на ту. - Э... ты чего? - спросила она совершенно обледеневшим голосом. Музыка стала громче и четче звучать. Леон вновь стал приближаться к Лисанне, которая теперь стала отползать назад. Ее уже совершенно ничего не волновало. Она даже позабыла о том, что это просто сон. Для нее все выглядело сейчас уж слишком реалистичным. - Я ведь просто... - та приостановилась, - хочу согреть тебя, - дослушала она фразу до конца, а потом вновь начала убегать. Но из-за собственной неуклюжести вновь повалилась вниз. Теперь девушка со страхом глядела на вплотную приблизившегося Бастию, который уверенно прильнул к ее губам. Обжигающий поцелуй немного согрел беловласую и она чуть успокоилась. Но потом до Лиссы начало доходить то, что, с кем, при каких условиях и в каком виде она делает. Впрочем, последнее ее почему-то беспокоило больше всего остального. - Не отстраняйся... - попросил тот, отпрянув. И она не стала. Казалось, что мелодия и ее околдовала, потому как девушка, почувствовав, что сейчас окончательно замерзнет, да и начав порядком чихать, сильно дрожать и медленно закрывать глаза, придвинулась поближе к теплому, согревающему телу ледяного мага, который спасал ее от смерти. Но этого было мало. Леон, отдавшись неведомому порыву, попросил Лисанну встать с его коленей, сам же стал раздеваться. Она уже вообще ничего не понимала. Хотя нет... до нее постепенно начала доходить вся ситуация, когда обнаженный парень резко придвинул ее к себе и вошел в ее тело сзади. Она закричала, но слабо... ее губы почти что не шевелились уже, замерзнув. Тогда Бастия придвинулся как можно ближе к ней и провел своими пальцами по ее устам, согревая те. Крики стали громче, но и Лисса, чувствуя острую, горящую боль, не умирала. "Странный способ согреться", - судорожно подумала та перед тем, как вновь заорать от очередного проникновения. Потом парень отстранился и кончил на снег, не желая, чтобы она еще больше замерзла. Взял свою одежду, отброшенную куда-то в сторону, и укрыл девушку ей. Посадил к себе на колени. Более ничего пошлого, казалось, не делал. А все от того, что музыка прекратилась. Здравый ум вновь накатил на Бастию, заставляя того опомниться. Штраус удивленно смотрела на его резко открывшиеся в удивлении глаза. Особенно изумлен тот был тем, что оказался полностью обнаженным, сидящим на снегу, а в его одежде сидела на его коленях Лисанна. "Ч-чего?" - не мог понять он. А все от того, что Лира исчезла так же внезапно, как появилась, а ее мелодия, укрепленная чарами самой Похоти, развеялась в этом заснеженном месте. А, между прочим, под парочкой таял снег. Слишком, слишком быстро. На небе засияло жаркое солнце. Но вся эта красота вскоре стала растворяться. Сон заканчивался. Покинет мир та красота, что сном твоим зовется, Но ты вернешься к ней тогда, когда Похоть проснется. Она потянется, пойдет, в экранчик свой заглянет. Потом и вовсе повернет и в сердце остро ранит. Штраус проснулась, оглядываясь по сторонам. Казалось, что даже тут, в реальности, она все еще не смогла отойти от двух противоречивых ощущений - острого холода и горящего смущения. - Хорошо, что сестренки и братца еще дома нет, - вслух проговорила та. - А я ведь всего-ничего проспала. Теперь она даже не знала, как относиться дальше будет к Леону Бастии. Но определенно не столь нейтрально, как ранее...